Дыхание

      Ирина Сергеевна была слегка раздосадована: вот ведь как обернулось! Не ожидала она, что Лена — лучшая подруга и надёжный верный человек, вдруг, за спиной у мужа, будет водить в отделе шуры-муры! Да не с кем-нибудь, а с её давним недругом. Зимина старалась разложить всё по полочкам, но у неё ничего не получалось. «И чем же Измайлову обаял этот Карпов?! Ну, ладно: защитил её от бандитов. Возможно, спас ей жизнь. Благодарной быть, конечно, надо, но не влюбляться же в него из-за этого?! А Лена, похоже, начала терять голову! Что она в нём нашла?! Зимина искренне недоумевала. В её понимании Карпов — злой, циничный, жестокий, да и внешне — далеко не красавец! Хотя, она же никогда не рассматривала его как мужчину. Для неё он был всего лишь заместитель, подчинённый. Сотрудник отдела, которому не следовало особо доверять. Она относилась к нему с опаской, подспудно ожидая от него скорее какой-нибудь неприятности или подвоха. Нет, иногда он был нужен! Подполковница даже просила его о каких-то услугах. Чаще всего, для какой-нибудь жести, исключительно продиктованной необходимостью: кого-то прессануть или застращать, а то и вовсе — устранить. Натравливала, как цепного пса. И он никогда не отказывался. Но, увы, цепным псом Карпов никогда не был, больше напоминая строгой начальнице хищного и опасного волка. Держать его на коротком поводке было небезопасно. Поэтому, чем реже приходилось прибегать к его «помощи», тем Ирина Сергеевна чувствовала себя намного спокойнее. Её сердечный друг — Глухарёв явно недолюбливал подполковника, общаясь с ним только по работе. Зимина отчасти понимала его неприязнь к Карпову: тоже её заместитель, но майор, а не подполковник. Оба заместителя были профессионалами по своей части: Карпов — отличный опер, а Глухарёв — толковый следователь, однако, они невольно конкурировали друг с другом. Ирина Сергеевна это знала и чаще принимала сторону Сергея. Только Карпову на это было наплевать! Он по-тихому, успевал проворачивать свои дела, крепко держа район, не забывая его время от времени «кошмарить». Свяжись её подруга с таким отморозком — что будет?! Семья разрушится, а ведь с Савицким Лена прожила три года! Мало того, Роме Зимина спокойно могла доверять: это был её человек. Подполковница очень беспокоилась по этому поводу…       Начальник дознания сидела за столом у себя в кабинете. Она не понимала, за что Зимина сердится на неё. Неужели Зяма серьёзно думает, что она спуталась с Карповым?! Какие глупости… Да, благодарна: он же столько раз уже её спасал! И сегодня тоже… Да, стала относиться немного по-другому, но это же совсем ничего не значит! Не значит? А почему она перед ним робеет, как школьница, взгляда от него оторвать не может? Ира сказала: «Стоишь столбом». А, ведь, это правда! Лена сама не знала, что с ней происходит! Загипнотизировал он её, что ли? После той ночи… А что же было той ночью? Карпова очень трудно было удержать… Когда его губы коснулись её уха, Лена не сразу расслышала и поняла его слова. Будто зачарованная, смотрела в его бездонные, как омут, глаза. — Сопротивляйся, дура! Иначе не удержусь! — хрипло простонал он, и хлёстко шлёпнул её сбоку по ягодице. У Лены словно пелена с глаз упала! Она вздрогнула всем телом и только сейчас сообразила, что Стас сдерживается из последних сил, а она лежит под ним (под чужим мужиком!), как будто, согласна принять его! «Боже мой! Наверное, Карпов сейчас думает, что я — обыкновенная шлюха, если даже не сопротивляюсь ему! Но, я не такая! Я же Рому люблю…» Лена не смогла ничего сказать Карпову, однако, начала отчаянно сопротивляться: отталкивая мужчину от себя. Подполковник вздохнул с облегчением, но продолжил делать всё, что он делал до этого. Лена чувствовала жар его тела и сама начала согреваться. Так они боролись друг с другом уже довольно продолжительное время. Подполковник словно включал внутри себя какой-то стопор, когда желание овладеть женщиной перехлёстывало через край. Он дал ей несколько минут передохнуть, когда она устала — силы-то были всё-таки неравны! Стас крепко обхватил Лену обеими руками и лежал без движения, навалившись на неё. Она понимала насколько ему трудно, и старалась внутренне сжаться как будто в маленький комочек, позволяя мужчине согревать её своим телом, но с благодарностью пыталась и согреть его. Секса у них не было, но от множественных — совсем не грубых, а скорее даже страстных — прикосновений и уже, в буквальном смысле, мужской ласки, Лена загорелась сама. Мало того, что она была утомлена физически (Карпов был силён и достаточно тяжёл) его близость и жар его тела были настолько приятны ей, что Лена начала испытывать ощущения близкие к оргазму, с трудом сдерживая свои невольные сладкие стоны и вздохи…       С Ромой у неё такого почти не бывало. Их близость больше походила на «разминку перед сном», а в последнее время Лена была сосредоточена на одном заветном желании –забеременеть… С Карповым были совсем другие ощущения! То ли потому, что верна была пословица про «запретный плод», то ли потому, что её отношениям с Ромой уже миновало три года, а именно такой срок учёные рассчитали для влюблённых. Через три года страсть должна утихнуть, а на смену ей должны прийти более спокойные и размеренные отношения в паре. У Лены с Ромой с самого начала были относительно спокойные и размеренные отношения, но Лена чувствовала даже малую фальшь, а потому её трудно было провести! Она уже точно знала, что если вдруг у Савицкого нежданно-негаданно организовалось внеплановое дежурство: либо куда-то на пьянку идёт с мужиками, либо что-то делает для Зиминой. Рома и Пашка Ткачёв были у Ирины Сергеевны доверенными людьми. В любом случае, Лена могла позвонить Зяме и спросить… Лена была уже без сил! Она едва успела сказать: — Стас, я больше не могу! Жарко! — и, тяжело дыша, распласталась под ним. Карпов, тяжело дыша, отвалился от неё. А потом, после недолгого разговора, Лена уснула в его жарких объятиях. НО «костёр», что они развели, нужно было поддерживать в течение всей ночи! Замёрзнув, они вновь начали бороться друг с другом во второй раз, а потом в третий. Это напоминало ролевую игру. Он изображал домогающегося самца, а она стойкую и неприступную особу. В третий раз Лене было уже совсем непросто сдерживать себя. Однако, ночь относительно быстро прошла. Лена вздохнула с облегчением: больше не надо было продолжать эту опасную игру. Уже дома Савицкий осторожно выпытывал у неё: не подверглась ли она насилию? Он всё ходил вокруг да около, не решаясь спросить прямо. Вдруг её запугали похитители, а может просто стесняется сказать даже ему — своему мужу. Женщины предпочитают молчать о тех моментах, что были им очень неприятны и чаще всего стараются об этом забыть, как о страшном сне. Только сны у Лены после её возвращения домой, были беспокойные, а порой даже — страшные. Что было причиной, не знала и сама Лена. Лена прекрасно понимала, о чём муж хотел знать, и твердила, что всё обошлось и, наконец, всё хорошо. Рома обнимал жену и старательно заставлял себя верить ей, но, в глубине его души всё же засел противный маленький червячок сомнения и день за днем точил и точил, не давая покоя майору. Подозрительной показалась ему ночь с женой после её освобождения: обычно спокойная и не слишком темпераментная жена отдавалась ему, пожалуй, даже страстно, повторяя, что любит его и очень не хочет потерять… Психолог из УВД, Зиночка Юсупова (в сериале Лидия — прим. авт.), что проводила в «Пятницком» тесты на профпригодность личного состава, когда Савицкий подошёл спросить о здоровье Лены, убедила его, что всё в норме: мол, его жена какое-то время ещё будет вспоминать своё похищение, но со временем всё пройдёт. — Зинаида Максимовна, а это как-нибудь может сказаться на её дальнейшем психическом здоровье? — Роман Иванович, Вы поймите, она испытала сильнейший стресс! НО, Елена Николаевна, смелая и решительная женщина, благодаря твёрдости своего характера, быстро справится со всеми трудностями. Савицкий тогда ей поверил, а потом всё началось: беспокойные сны Лены и её странный стопор перед его начальником, который Рома невольно начал замечать… Он попытался что-то выяснить у Зиминой — подружки, ведь! Только Ирина Сергеевна тоже была в непонятках. Она посоветовала Лене сходить к психологу.