Дыхание

      Лена продолжала вести себя как примерная жена, если бы не её странности. Рома сердился, переживал, но потом уже как будто свыкся. Опера готовились к задержанию опасного преступника. Рома обмолвился об этом Лене. Она решила поддержать парней, как могла: напекла с утра пирожков с разными начинками, сунула в руки мужу большой пакет с ароматным свёртком. — Мм, Ленка, какая ты у меня заботливая! — восторгался Савицкий. Он-то уже отведал пышных и румяных пирожков. Когда он принёс пирожки в оперскую, развернул тщательно запакованную тарелку, полную выпечки — запах разнёсся по всему отделу! Парни налетели на пирожки, пробуя и наперебой нахваливая Измайлову. Роман довольно улыбался. В оперскую заглянул Карпов: — Это что тут у вас? — повёл он носом, — Пирожки? — Да, Лена испекла, перед операцией нас поддержать хотела! — улыбнулся опер. — Молодец твоя Лена! — похвалил подполковник. Он ухватил с тарелки пирог и принялся уминать его за обе щеки, — Мм, хозяйка! Очень вкусно! Передай ей благодарность от нашего отдела! — засмеялся начальник СКМ. — Ладно, передам! — улыбнулся Савицкий. Ребята расхватали остальные пирожки, а после принялись готовиться к операции. Всё прошло практически чисто: преступник был задержан и не один, а с подельниками. Опера вернулись довольные… К ноябрьским праздникам «Пятницком» обновили Доску почёта. Утром все столпились в коридоре, рассматривая портреты. Подошла и начальница дознания. Накануне её и ещё нескольких сотрудников снимал специально присланный фотограф. Лена глянула на своё фото и …расстроилась! Все давно разбежались кто — куда по своим делам, а она всё смотрела и едва не плакала. Неожиданно позади неё раздался тихий, ироничный голос: — Любуешься? Она резко вздрогнула, обернулась. — Карпов?! Тьфу, напугал, — выдохнула она, — Не подкрадывайся ко мне сзади! — Леночка, ты чего? — он придержал её за плечи, — С каких пор ты такая пугливая стала? — С недавних, — намекнула она. — Понятно, — улыбнулся подполковник, — Как портрет, нравится? — Какое там — нравится?! — возмутилась она, — Вот всегда так, когда фотограф — мужик! Я же его спросила: у меня волосы не торчат? Смотри, прядь выбилась! Лена была расстроена не на шутку! Подполковник решил её успокоить: — Лен, да никто и внимания не обратил! — Ага! Тебе и нашим местным раздолбаям без разницы, а другие люди подумают, что начальник дознания — растрёпа! — Лена обиженно надула губы. Карпов тихонько засмеялся, приобнял её за талию: — Ох, Елена Николавна! Нельзя быть такой перфекционисткой. Не переживай! Все, кто к нам в «Пятницкий» придёт, будут думать: какая приятная и симпатичная женщина работает здесь начальницей дознания! Лена смущённо улыбнулась: — Так уж, приятная и симпатичная? Он вдруг приблизился и, с придыханием, тихо сказал ей на ухо: — Ага, и я бы даже сказал — красивая! «Нет, что-то темнит начальник оперов! Либо ему чего-то надо по работе, либо задумал что-нибудь. Зяма ведь предупреждала: он себе на уме…» — подумала Измайлова и изумлённо уставилась на него: — Стас, с тобой всё нормально? Или ты уже принял с утра? Комплименты раздаёшь… — Эх, Леночка! В кои веки у меня настроение хорошее! Да, кстати! Помнится, кто-то мне поляну обещал накрыть, если выберемся… — Ой, да! Карпов, на твой выбор: любой ресторан! — Э, нет! Если я иду с женщиной в ресторан — плачу, разумеется, только я! — Да ты джентльмен? — лукаво улыбнулась Лена. — С дамой, конечно! — хохотнул подполковник. В коридоре появились Ткачёв с Савицким. Они хихикали о чём-то своём. У Ромы при виде улыбающихся Лены и Стаса, едва не выпала челюсть! И всё бы ничего, если бы рука начальника не была на талии его жены…