Дыхание

      Зимина была не в восторге от нечаянного задания Карпова, но ей тоже очень нравились пироги Лены. Потому она, выдав несколько ироничных фраз, типа: «Ох, уж этот упырь Карпов!» и «Прощай, фигура!» даже соизволила немного помочь майорше со стряпнёй, а потом с удовольствием уписывала выпечку за обе щеки. Ближе к ночи появился начальник СКМ. Ирина Сергеевна пристально посмотрела в глазок и, с большой неохотой, открыла дверь: — Карпов, ты за пирогами? — неласково спросила она. — Так точно, Ирин Сергевна! — козырнул он ей. — Не паясничай! Заходи, раз пришёл, — Зимина с недовольной миной на лице двинулась в сторону кухни и громко оповестила: — Лен, Карпов пришёл! — Извини, в дом не приглашаю! — Ирина принесла Стасу табурет из кухни и поставила в прихожей, потом ушла к себе в комнату. Карпов расстегнул пальто, присел. Измайлова, выглянув из-за двери, смущённо улыбнулась: — Стас, сколько у меня ещё времени? Десять минут подождёшь? Не успеваю я, — глаза были виноватые. Карпов успокоил: — Не торопись, Лена! Я подожду. Через десять минут пироги были готовы. Лена вынесла и протянула ему пакет с умопомрачительным ароматом домашней выпечки: — Вот, с пылу с жару! Горячие ещё! С капустой, с картошкой, с луком-яйцом. Подполковник поднялся с табуретки, взял пакет: — Сколько я тебе должен? — Да нисколько! Пусть у вас всё хорошо будет! — искренне пожелала она. Карпов улыбнулся: — Спасибо, Леночка! Ты настоящий друг. Ой, у тебя мука на щеке! — он дотронулся ладонью, аккуратно стёр мучное пятнышко. Потом неожиданно завёл руку за её шею, притянул к себе и крепко поцеловал. Лена растерялась, а губы предательски ответили сами. Но подпол резко отстранился и со словами: «Ох, Лена! Что же ты со мной делаешь!» — быстро ушёл прочь. Лена остолбенела, уставившись взглядом в захлопнутую дверь. — Ушёл, наконец-то? — послышался сзади голос Зиминой. — Что? Да, ушёл, — ответила она и направилась прибираться на кухне. — Вот и хорошо! — улыбнулась Ирина… Операция прошла успешно: в «обезьяннике» томились несколько задержанных, один из которых находился полгода в федеральном розыске. Утром Карпов отчитался перед Зиминой о проведённом мероприятии. Встретившись в коридоре, Лена поздоровалась с Савицким, хотела его о чём-то спросить, он же буркнув «Привет!», быстро промчался мимо и исчез за дверью паспортного отдела. Карпов, молча наблюдавший эту картину, двинулся навстречу начальнице дознания: — Леночка, спасибо ещё раз! Обалденно вкусные были пироги! — похвалил он, приобняв майоршу за талию. Измайлова, словно смущаясь, аккуратно ускользнула от объятия: — Станислав Михалыч, я очень старалась! Карпов оглянулся вокруг, потом ухватил её за руку: — Пойдем-ка, сказать надо кое-что! — и он почти потащил Лену в направлении своего кабинета. Лена не знала чего ожидать от Карпова, но сделав вид, что всё хорошо, послушно шла за ним. Когда подполковник, пропустив её внутрь, закрыл за собой дверь на ключ, Измайлова заметно напряглась и слегка занервничала: « Что он опять задумал?!» — Присядь! — Стас усадил Лену на стул справа от своего стола. Сам уселся на своё место и, пошарив в ящике стола, что-то достал и положил в карман пиджака. — Стас, заинтриговал, если честно! — вопросительно смотрела майорша. Его лицо приняло вполне серьёзное выражение, но беспокойство в глазах и чуть ироничная улыбка выдавали его внутреннее смущение. Похоже, Карпов был не совсем «в своей тарелке» и это его напрягало не меньше, чем сидевшую перед ним начальницу дознания. — Сейчас! — он потянулся в карман, — Так вот, дорогая! Делаю тебе официальное предложение руки и сердца. Как ты на это смотришь? — он протянул ей открытую алую бархатную коробочку в виде сердечка. Там было кольцо: на изящном золотом основании, искрясь и переливаясь всеми цветами радуги, расположился довольно крупный прозрачный камушек. «Ого, Леночка! Брильянты уже в ход пошли!» — удивилась майорша. «Что делать?! Отказать сразу или на время согласиться? Да, глупо было скрывать свою искреннюю симпатию к нему, но… Как знать, может, Зяма не зря предупреждала насчёт Стаса? Один раз он уже «проштрафился» в моих глазах… Хотя, его вины в этом, пожалуй, действительно не было. Ведь не знал же он, что в том несчастном бассейне были камеры поставлены… Или знал и нарочно хотел окончательно разрушить связь с Ромой, чтобы заполучить меня?! » — сомнения разрывали сердце. — Лен? — подполковник пытливо смотрел на неё и ждал ответа. — Стас… Я не знаю! — растерянно пролепетала Лена. — Что ты не знаешь? — насторожился он, — Ты не хочешь замуж за меня или вообще? — Я уже говорила тебе, что замужество в мои планы пока не входит, — мягко попыталась отказаться она. Стас не собирался отказываться от намеченной цели: — Я прекрасно понимаю твоё положение, но и меня пойми: я очень хорошо отношусь к тебе сейчас, и впредь относиться буду также! Если ты переживаешь за будущего ребёнка, то абсолютно напрасно! Я буду рад его рождению, приму как своего и никогда не обижу! Лен, тебе нужна поддержка и опора сейчас, пока малыш ещё не родился, а потом — особенно! Позволь мне быть с тобой и заботиться о тебе и нашем ребёнке. И «Пятницкий» уже в курсе, что мы женимся! — улыбнулся он. — Не ты ли постарался, чтобы все узнали? — усмехнулась Измайлова. — Мне пришлось так сказать, чтобы оградить тебя от лишних слухов и сплетен, — вздохнул он. — Нет, Стас, я не готова! — ответила Лена. — Что, опять Зимина тебе в уши чего-то напела? — нахмурился Стас. — А причём здесь Зимина? Я взрослая женщина, Стасик! И с кем жить, мне совсем не безразлично, понимаешь? Без любви не будет счастья. — Так уж и без любви? — усмехнулся он. — Ещё скажи, что ты меня любишь! — усмехнулась в ответ она. — Вот, что вы за народ — бабы?! Любовь им подавай! — заворчал Карпов, потом неожиданно для Измайловой поднялся с кресла, шагнул к ней, встал позади и положил свои ладони на её плечи, — Лен, не дури: ребёнку нужен отец! — Отец у него уже есть! — ответила Измайлова. Потом она замерла на месте: уж слишком нежно подполковник начал гладить её по плечам, наклонился и, касаясь губами её уха, тихо сказал: — Послушай, Савицкому не нужен твой ребёнок, а мне ты и с ребёнком нужна! Измайлова вздрогнула и вновь замерла неподвижно, потом еле слышно сказала: — Стас, отпусти! — и такая мольба слышалась в её словах… Он глянул ей в лицо: она с трудом сдерживала слёзы. Карпов понял, что невольно причинил ей боль, поднял её, вытащил из-за стола и повернул к себе. Он смотрел на неё виноватыми глазами: — Лена, Леночка! Прости, если сказал не то и не так! — он прижал её голову к своему плечу, крепко обхватил майоршу обеими руками, — Ты мне правда нужна! Очень-очень, — горячо зашептал ей в ухо, после принялся покрывать её лоб, глаза, щёки страстными поцелуями. Измайлова была как во сне… « Я ему нужна!» — мысли перепутались, а тело опять предательски трепетало в крепких мужских объятиях. Лена уже отвечала на поцелуи, обнимала Стаса, подчиняясь безотчётному порыву. Его руки скользили по кителю, жарко лаская её изгибы. Дальше всё произошло очень стремительно: подполковник, чувствуя ответ, подсадил Измайлову на стол, и через несколько секунд уже был в ней, вздыхая и тихо постанывая от долгожданного наслаждения. Он был достаточно аккуратен и совсем не торопился, не желая быть эгоистом и пытаясь доставить удовольствие Лене. Она же настолько поддалась своим ощущениям, что забыла обо всём на свете! Карпов… Да, она была ему нужна — Лена это чувствовала. Для секса? Да, хотя бы для него! Они были близки второй раз, но ей так нравилось быть с ним. Его движения были настолько решительны и одновременно настолько же нежны. Этот мужчина относился к ней бережно, горячо прижимая её к себе. Лена чувствовала себя с ним очень спокойно и надёжно, а это ей сейчас было нужнее всего. Ритм становился быстрее, а Лена уже была близка к финалу. Она словно тонула в этих невероятно ярких ощущениях. Обняв Стаса за шею и тихонько выдохнув его имя, Лена обессиленно повисла на его плечах. Однако, Стас ещё не насытился: «Ещё немного, моя сладкая!» — шепнул он в её ухо, продолжая прижимать её к себе. Наконец, он кончил и потянулся к её губам с благодарным поцелуем. Лена ответила. А подполковник, обнимая её, с блаженной улыбкой на лице, радостно изрёк: — Спасибо за нечаянную радость. Честно сказать, не ожидал. Лена, приходя в себя, выглядела немного растерянной: — Стас, я тоже не ожидала… Она попыталась слезть со стола, но сразу не смогла этого сделать. Карпов, отстранившись, застёгивая форменные брюки, весело усмехнулся: — Всё понятно: на столе — ни разу! Как же вы с Савицким спали-то? Только в супружеской постели? Небось, только в миссионерской позе? — его взгляд был ироничным, — Как ты забеременеть умудрилась? Он шагнул поближе и осторожно снял Лену со стола. После его слов она сделала решительное лицо и, сверкнув глазами, отстранилась и ответила довольно резко: — Не твоё дело! Натянула спущенные трусики и колготки, поправила китель и юбку. Прямая, как струна, направилась к выходу. — Лен, ты обиделась, что ли? — недоумённо спросил Стас, — На правду обижаться бессмысленно, — выдал он. Лена и сама, вспомнив свою супружескую жизнь с Романом, вдруг поняла, что Карпов сказал всё верно. Но ведь она же считала, что ТАК, как у них было с Савицким, и должно быть. И с разочарованием вынуждена была признать: — Да, в супружеской постели и в миссионерской позе! А разве это плохо? Он понял — на что она обиделась, догнал её, взял сзади за плечи: — Лен, ну я же не знал, что у вас с Ромой была образцово-показательная семья! — он вздохнул, ласково обнял её, склонив голову к её плечу. В его голосе не было иронии и насмешки. Лена тоже вздохнула: — Образцово-показательная? Нет, до этого было далеко, но я старалась быть хорошей женой и матерью для Игоря. Карпов, а с тобой я, наверное, сошла с ума! — печальная улыбка тронула её губы. Лена аккуратно выскользнула из его рук — Ты куда? — подполковник был разочарован. — Работать, Стасик! — лукаво улыбнулась она. — На обед приглашаю в кафе! — Карпов сказал это не терпящим возражения тоном, — В час я за тобой заеду. Он открыл дверь и выпустил Лену из кабинета. Измайлова медленно пошла по коридору.