Какие игры нравятся тебе?

— И что ты сделал? — Кастиэль с возмущением посмотрел на парня, сидящего рядом. — Минусанул. — Что-что? — Убил тебя, Кас, — закатил глаза юноша. — Зачем? Винчестер обреченно вздохнул. Начинается. Знал же, что нельзя играть с этим занудой в компьютерные игры. Вот всю жизнь так: в детстве обижался за убийство из игрушечного пистолета, сейчас вот надулся из-за проигрыша в видеоигре. Ребёнком был, ребёнком и остался. — Это цель игры, — ответил он наконец. Кастиэль вновь взглянул на экран монитора, что-то обдумывая. Потом нахмурился и отвернулся. — Не нравятся мне такие игры, — обиженным тоном произнес парень, хмыкая и поджимая губы. Дин, приняв обреченный вид, откинулся на спинку дивана. — Ты сам согласился. — Конечно, ты ведь предложил. — Да, плохая была идея, — пробормотал Винчестер. — Что ты говоришь? — Расскажи тогда, говорю, какие игры тебе нравятся, — улыбнулся шатен, замерев в ожидании. Юноша мигом повернулся к нему с широкой ухмылкой, обнажающей зубы, и его голубые глаза засверкали. — Тебе я могу не только рассказать, — прошептал он, придвигаясь ближе, практически к самому уху Дина. Тот удивленно посмотрел на него, чуть краснея и затаив дыхание. Три месяца. Уже три месяца они вместе, а он всё ещё не может привыкнуть к такому Касу. Чёрт, да кто ж знал, что из этого тихони получится такой…такой развратный нахал! В первый раз такие кардинальные изменения в характере друга сильно удивили, да и немало испугали Дина. Сколько прыти оказалось в этом пай мальчике, а куда больше занимательных фантазий на абсолютно различные темы… И не то, чтобы Винчестеру это не нравилось, даже наоборот, но быстрая смена настроения у Кастиэля обычно не сулила ничего хорошего. Но не сейчас. Пока он размышлял, брюнет успел переместиться на его колени и теперь с полуулыбкой смотрел в его глаза, чуть прищурившись. — Эм, — Дин закашлялся, часто заморгав, — и какие же…игры тебе нравятся? Он сглотнул, когда Кас наклонился ближе, соприкасаясь лбами и кончиками носов, и начал жарко шептать прямо в губы: — О, я уверен, тебе они тоже придутся по вкусу. — Не сомневаюсь, — выдохнул шатен, прежде чем Кастиэль придвинулся совсем вплотную, вжимая его в спинку диванчика и легко целуя. Голубые глаза блестят и сияют, когда их обладатель отстраняется, счастливо улыбаясь, чтобы потом вновь приникнуть к губам друга, делая поцелуй более напористым. Дин обнимает парня, слегка поглаживая его спину, надавливая, заставляя полностью прильнуть к своему телу. Кастиэль в свою очередь притягивает его за затылок, больно кусаясь и крепко сжимая его короткие волосы. — Ну как? Я тебя убедил? — шепчет брюнет, отстраняясь от парня. — Ещё не до конца, — срывающимся голосом отвечает тот, наклоняясь к его шее и проводя языком до подбородка, принуждая Каса откинуть голову назад. Кастиэль фыркает и закрывает глаза, наслаждаясь действиями юноши. Он оглаживает его тело через ткань футболки, медленно подбираясь к её низу и резким движением стягивая ненужную вещь. — Что ж, тогда надо перевести нашу игру на новый уровень, как считаешь? — интересуется он, в следующую секунду опрокидывая Дина на диван и садясь сверху. Он ласкает всё его тело, заставляя выгибаться, сжимать пальцами жёсткую обивку и стонать сквозь сжатые зубы. Зубы смыкаются на шее, отчего Дин шипит и вцепляется в волосы партнера, оттягивая его голову назад, сдавленно охая из-за неудачной попытки отстраниться. Кас зализывает место укуса, быстрыми движениями языка проводит вдоль линии подбородка и наконец отрывается от своего занятия, глядя потемневшими глазами на результат своих действий. Винчестер тяжело дышит, рот приоткрыт, язык медленно обводит алые губы. Он хватается за рубашку Кастиэля дрожащими руками, начиная расстёгивать её. Недовольно ворчит, когда пальцы соскальзывают, и пуговицы не желают поддаваться. В конце концов вещь летит на пол, и парень тянет друга на себя, довольно выдыхая. Он гладит его по спине, смещая руки ниже и снова недовольно хныкая из-за мешающей одежды. Кас лишь ухмыляется, поднимаясь с дивана и начиная избавляться от ненужной ткани. — Кас, — просяще тянет Дин, не в силах больше ждать, желая получить больше. Раньше он ни разу не допускал мысли, что будет так себя вести. Что именно он будет просить и даже умолять партнера. Но то, что вытворял с ним Кас, вынести без мольбы было нельзя, иначе можно было просто сойти с ума от этих изощренных пыток. В данный момент происходило самое безобидное из них, но терпеть уже невозможно, и юноша снова сдается, отчаянно надеясь, что Кастиэль не будет мучить его как обычно, что сегодня всё будет несколько быстрее во всех пониманиях. Брюнет действительно не заставляет себя ждать, сразу после своей одежды избавляясь от одежды партнера. Винчестер только приподнимает бёдра, помогая стащить её с себя. Он уже откровенно хнычет и мечется по дивану, больно обжигающему обнажённую кожу. Но в данный момент это неважно. Боль ничтожна по сравнению с ожиданием, заставляющем сгорать от нетерпения. Когда Кастиэль опускается сверху, снова целуя и оглаживая его тело, он может лишь всхлипнуть и жалобно застонать. Этот чертёнок прекрасно осознает, какое влияние на него оказывает, и всё равно не спешит, будто бы наслаждаясь его мучениями. И ведь он реально кайфует от вида такого Дина, полностью открытого и готового выполнить любую его прихоть. Любой приказ. Всё, что угодно. Дин протяжно стонет, стоит Касу коснуться его члена, провести рукой вдоль и опять отстраниться. Чёрт, он явно ждёт, пока парень начнёт всерьёз умолять. — Кас, — тихо шепчет он, — пожалуйста, Кас… Он выгибается в спине, показывая, как хочет, чтобы брюнет притронулся к нему, чтобы обласкал, чтобы взял, наконец… — Что такое? — наигранное беспокойство в голосе. — Что-то не так, Дин? — Чёрт возьми, Кас, — произносит шатен сквозь зубы, стараясь не застонать вновь, — не тяни, прошу, не могу больше… — Разве ты бы не хотел поиграть подольше? — на этих словах юноша обводит пальцем головку его члена, вырывая новый всхлип. — Ка-ас, — не выдерживает Винчестер, подаваясь бёдрами вперед, ища малейшего соприкосновения, — ублюдок, хватит издеваться, сделай уже это! Брюнет ухмыляется и спускается вниз. Дин замирает в ожидании, буквально молясь, чтобы тот сделал именно то, чего парень хочет уже долгое время. Ему остаётся лишь сдавленно простонать от облегчения, когда Кастиэль вводит в него смазанные пальцы, растягивая. Болезненные ощущения почти отсутствуют благодаря их довольно-таки частым подобным занятиям, и вскоре парень уже блаженно закатывает глаза и скулит, демонстрируя своим видом, что готов идти дальше. Волосы неприятно липнут ко лбу, тело изламывает невыносимое возбуждение, воздуха почти не хватает. Кас наклоняется к его шее, горячо выдыхая, отчего становится ещё жарче. Невыносимо. Винчестер приподнимается и притягивает его к себе, срывая ещё один поцелуй, после чего в изнеможении падает обратно на диван, еле шевеля губами, шепча что-то неразборчивое. Он уже теряет счёт времени, когда из груди вырывается крик, а тело выгибается от боли и наслаждения одновременно. Немыслимо. Ногти впиваются в ладони, глаза крепко зажмуриваются. Он наконец-то получил то, чего так долго ждал. Казалось, вечность. Кас не медлит, почти что с рыком вбиваясь в него, не заботясь уже ни о чём, позабыв про все игры. Он крепко сжимает бёдра парня, бездумно лаская каждый участок кожи, до которого способен дотянуться. Дин запрокидывает голову, практически сходя с ума, беспрерывно всхлипывает, выстанывая тихие просьбы, мешающиеся с именем брюнета. Терпеть становится невозможно, сознание потихоньку уплывает, искусанные губы болят, а глаза закатываются от переизбытка ощущений. Последнее, что он чувствует перед тем, как умопомрачительно громко застонать, сжимая коленями бока партнёра, хватаясь пальцами за его плечи и выгибаясь в спине, — это то, как Кастиэль наклоняется вперёд, вжимаясь в него всем телом, проникая до невозможности глубоко, опускает широкую ладонь на его шею и властно целует, смотря прямо в глаза. Они долго отходят от пережитого, лёжа на узком диванчике, лениво целуясь и улыбаясь. — Ну теперь-то я доказал тебе, что мои игры гораздо интереснее? — Кастиэль усмехается, тут же вскрикивая от шутливого толчка в бок. — Не зазнавайся, то, что ты выиграл один раз у видеоигр, ничего не значит, — с улыбкой отвечает Дин, поворачиваясь на бок. — Ничего, я это исправлю, — самодовольно произносит брюнет, вовлекая парня в новый поцелуй. Игры, несомненно, являются важной частью нашей жизни. И совершенно не важно, какие именно игры здесь подразумеваются…