Давай сыграем с тобой в игру?

Давай сыграем с тобой в занимательную игру? Я буду приходить к тебе каждый вечер, ровно в половину девятого, а уходить где-то за полночь. Мы с тобой не будем говорить о ЛедиБаг, о тебе, то есть. И не будем говорить об Адриане, обо мне, то есть. Мы найдем кучу разных других классных тем, а может вместе решим с тобой физику. Мы будем вместе с тобой смотреть на небо ночное и смеяться над одинаковыми вещами. Ты уже не удивляешься, когда я захожу к тебе. У меня порой даже чувство, что ты меня ждешь. Что не просто так у тебя стоит тарелка с печеньем или чем-то еще из твоей пекарни и одна кружка, полная таких вкусных сливок. Мне так нравится сидеть с тобой, говорить так свободно, как я бы никогда не смог, будучи Адрианом. Как бы ты никогда не смогла, если бы я был сейчас Адрианом. Знаешь, ты безумно красиво поешь. Ты меня смущалась первое время, а потом тебе понравилось. Я сам так полюбил слушать твое тихое пение, что мне кажется день пустым, если ты не спела или если я к тебе не пришел. Теперь я прекрасно твой знаю характер, что ты любишь и что ненавидишь. Мне так нравится, когда ты раздражаешься от того, что я зову тебя «принцессой». Порой у меня есть желание назвать тебя так же в школе, но опоминаюсь. Так нельзя. Мы с тобой ведь дружим только вечером. Давай сыграем с тобой в игру? Мы будем делать вид, что любим совершенно разных людей. Мы будем делать вид, что мы просто очень хорошие друзья. Пусть я и хочу к тебе прикоснуться не только рукою в перчатке, а почувствовать твою кожу губами. Пусть ты уже вроде и не так смущаешься при Адриане, зато чаще прикасаешься ко мне. Каждый следующий вечер после последнего дня перед каникулами длился так красиво и жарко. Все как-то сразу не так пошло. Просто давай будем думать, что было очень жарко. Да. Что нам голову напекло. Поэтому я так нетерпеливо касался твоих ключиц когтями. Поэтому ты так охотно подставляла мне под губы свою немного потную шею. А я так довольно вдыхал твой запах свежего печенья и хлеба. Будь моя воля, я бы жил твоим запахом. Осторожно с шеи переходить на ключицы и ставить так жадно свои метки, чтобы никто не смог к тебе прикоснуться. Я даже не сразу понял, что хотел бы, чтобы тебя никто не касался. Ты поднимаешься на локтях. Облизываешь обветренные губы и касаешься моих, так нежно и аккуратно, что я просто не могу держать себя в руках. Беру твое лицо своими руками, целую сильнее, наглее. А ты отвечаешь, и сердце колотится, как больное. Как же я смогу спокойно смотреть на тебя в школе? Но сейчас-то это не важно. Сейчас меня волнуют только твои руки, которые тянут за молнию костюма и открывают мои плечи, которых потом так нежно касаешься. У тебя руки всегда холодные. Наверно, из-за того, что у художников они всегда такие. Но мне нравится. Пожалуйста, касайся меня больше. И ни за что не останавливайся. А потом как ни в чем не бывало мы сидели на балконе и пили твой любимый йогурт со вкусом малины. И кажется там были еще злаки. Да, определенно. Малина со злаками, такой вкусный. Давай сыграем с тобой в игру? Мне захочется тебя касаться даже будучи простым парнем. Я захочу тебе признаться, кто я. Но ты отвергнешь, скажешь: - «Лучше так. Пусть это будет тайной, ладно?» И у меня будет чувство, что ты вот-вот заплачешь. И у меня внутри сердце будет падать куда-то вниз. Я буду обнимать тебя, а ты так доверчиво класть мне голову на плечо. И я буду понимать, что я тебя не хочу отпускать. Ты будешь петь, а я так мирно слушать. И захочется остаться с тобой навсегда. А ты уже даже не уверена, что хочешь эту тайну. Ну что, принцесса, как тебе игра?