Аноним

Своё первое сообщение от Анонима я получила двадцать четвёртого марта две тысячи пятнадцатого года. В этот день, ровно год назад, мы с Чонином познакомились. 22:35, Аноним: Привет. 22:38, Я: Я не общаюсь с незнакомцами. 22:38, Аноним: Зачем тогда вообще регистрироваться на этом сайте? 22:50, Я: Мы общались тут с одним человеком. 22:54, Аноним: Расскажешь о нём? 22:55, Я: Нет.

Двадцать четвёртое марта две тысячи четырнадцатого года

Девичий визг оглушил тёмный холл, и я тоже старалась не отставать от своих новых подруг. Надрывая свои связки, я вопила не так уверенно, как все эти девушки, но из толпы выбиваться не хотелось. Издавая звуки умирающего тюленя, которые мало чем были похожи на визг, но всё равно путались между чужими голосами, я неуверенно оглядывала холл, в поисках чего-то, что могло бы послужить причиной всему этому. - Почему все кричат? – шепнула я девушке, которая стояла рядом со мной. Визг прекратился, сейчас все просто начали галдеть. - Первый год? – она повернулась ко мне, смахивая с плеча русые высветленные локоны. Дождавшись, когда я кивну, она продолжила. – Парни из мужского общежития сейчас пробрались сюда, - девушка встала на носочки. – Кажется, их кто-то уже видит. Сейчас будет веселье, новенькая. - Какое веселье? – я прикусила губу, поправив свой лёгкий атласный халат. Энтузиазм этих девушек немного пугал. - Ты вообще ничего о нашем университете не знаешь? – светловолосая обречённо вздохнула. – Хотя, я и сама такой была. Слушай, если ты думала, что возвращение с каникул обходится только тем, что мы устраиваем подобие пижамной вечеринки под просмотр глупого фильма, то ты сильно ошиблась. Знаешь, что сейчас будет? Я уставилась на рассказчицу. Будучи совсем не заинтересованной в этом университете, я даже и не собиралась поступать сюда. Однако вариантов больше не осталось, и когда я решила перейти, мне пришлось выбрать именно это учебное заведение. Но я сразу поняла, что не впишусь – университет славился какими-то странными традициями и обычаями, очень дружным коллективом. Стоило мне только зайти в женское общежитие, меня сразу же заманили на пижамную вечеринку в честь поступления. А теперь говорят, что к нам ещё и парни придут. - Сейчас сорок парней с бурлящими гормонами прорвутся через нашу охрану в виде тех чокнутых бабулек и предстанут перед шестьюдесятью жительницами этого корпуса, - девушка говорила с наигранным вожделением. – И когда они сделают это, то будут выбирать. Каждый парень схватит за руку только одну девушку. Ту, которая понравится больше. Они выведут их из общежития, и мы пойдём веселиться все вместе. А тех двадцать неудачниц до конца года будут считать неудачницами, потому что их никто не выбрал, а ещё они в ближайший час получат от охраны, если не додумаются спрятаться, - светловолосая громко вздохнула, наблюдая за тем, как я слушаю её с выпученными глазами. - Молись, чтобы кто-нибудь вытащил тебя. Потом будем зависать в одной тусовке. Я открыла рот. Думая, что девушка может шутить, я слабо улыбнулась, однако её боевая готовность сразу же заставила меня понять: это серьёзно. От возмущения я начала охать. Ладно, почему раньше меня никто не предупредил о таком? То есть, я могла бы просто не высовываться из своей комнаты. На самом деле, когда я пойму, что меня никто не выбрал, это сильно ударит по моей самооценке. Как по сигналу гонга, с криком, смешанным с мужскими голосами, парни плотной толпой пробрались в холл. Все вокруг суетились, словно при пожаре. Девушки визжали, привлекая к себе внимание, в наглую протягивали руки навстречу молодым людям. Те же действительно были очень избирательны. Некоторые выкрикивали имена своих знакомых, хватали их за запястье и с силой утягивали за собой. Некоторые будто охотились: внимательно рассматривали лица девушек из первых рядов, недовольно кривились, шли дальше. Я крутила головой, пытаясь отличить лица, фигуры, однако моё самочувствие резко упало ниже нормы, потому что такая суматоха давила на моё серое вещество. Я устало потёрла глаза, когда та самая девушка, что стояла рядом со мной, довольно взвизгнула. Обратив внимание на её пальцы, я заметила, что они плотно удерживают запястье какого-то парня. Видимо, в этом году ей повезло. Я старалась держать равновесие, несмотря на то, что это было довольно-таки трудно. Буквально озверевшие ученики вопили, толкались, пытаясь обратить на себя внимание. Благо, находились мы на третьем этаже, звукоизоляция в этом доме хорошая, а охрана, скорее всего, дрыхнет. Думаю, мне точно достанется, когда они проснутся из-за криков. В холле заметно опустело, осталась буквально половина. Стало только слишком грязно – мусор хаотично валялся на полу. Суматоха успокоилась, но девушки всё равно создавали кучу шума. Я поморщилась. Больше всего мне сейчас хотелось уснуть где-нибудь под тёплым одеялом, а не стоять, рассматривая пальцы своих рук. - Пойдёшь со мной? – громкий мужской голос отвлёк меня, заставляя поднять взгляд. Сначала я машинально развернулась, чтобы удостовериться, со мной ли говорят. Но, судя потому, что в радиусе метра рядом со мной особо никого не было, я громко сглотнула, поднимая взгляд на парня. Он был высоким и очень худым. Дыхание немного сбилось, поэтому он разомкнул пухлые губы. Бронзовые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а руки опущены в широкие карманы штанов. Взгляд парня блуждал по моему лицу, он немного нахмурил густые брови и прищурился. - Я первый её увидел, идиот! – крик за спиной. Обернувшись, я немного пошатнулась. Увидев другого парня перед собой, мне пришлось проморгаться. Машинально потянувшись ладонью ко лбу, я развернулась вновь, начав мотать головой. - А я первый подошёл! - А если бы я тебе на неё не показал, ты бы к ней первый и не подошёл! О, чёрт возьми, да они же близнецы… Оба молодых человека были похожими, как две капли воды. Настолько, словно это был только один парень, которому ловко удалось меня обдурить, шагая из стороны в сторону. Я даже и не знала, радоваться мне или бежать куда-то. С одной стороны, мне должно быть приятно – сразу два парня. С другой – мне не хотелось выслушивать эти споры. Если вы выбрали меня, то отлично. Если нет, то я уже смирилась. - А тебе принципиально нужна именно она? - А тебе? Я начинаю нервничать. - А ты, как мой брат, уступить не хочешь? - А ты? Я прикусила губу. - Подкинем монетку? - Давай. Я простонала. Мне что-то подсказывало, что если сейчас они так и не решат, кто именно из них первый меня приметил, то весь учебный год они будут продолжать меня терзать. Неприятное ощущение разнеслось по телу, опустошённый живот нервно заурчал, а я прикрыла глаза. Но, как оказалось, зря. Неожиданно холодная рука буквально вырвала меня из воображаемых оков, которые уже соорудили эти близнецы. Я резко раскрыла глаза, однако всё вокруг сливалось в один цвет. На секунду, сердце опустилось до самых пят, а потом поднялось вверх с новыми силами. Едва удержавшись на ногах, мне пришлось обхватить спасителя и второй рукой, цепляясь за его локоть. Я перестала дышать, пытаясь разобрать ситуацию. Парень был едва впереди меня, сильно торопился, притягивая к себе всё ближе и ближе. - Они меня бесят, - покачал он головой, а затем развернулся. Широкоплечий, одет во всё чёрное. Каштановые волосы в творческом беспорядке, некоторые пряди идеально прямые, некоторые завиваются. Широкий нос, сжатые в линию губы. Он выглядел очень спокойным и немного уставшим. - Нам… Нам Сольхён, - пролепетала я, а затем расплылась в улыбке и зажмурилась на секунду. В одно мгновение стало так легко. Меня выбрали! Дыхание пришло в норму, стало очень тепло и комфортно. - Ким Чонин, - кивнул парень. Второй раз Аноним написал мне пятого мая две тысячи пятнадцатого года. В этот день, ровно год назад, мы с Чонином проснулись рядом после пьянки. И совсем не помнили, что произошло. 23:02, Аноним: Всё ещё не настроена поболтать? 23:10, Я: Даже не думала об этом. 23:12, Аноним: А если я скажу, что мы знакомы? 23:12, Я: И кто же ты? 23:13, Аноним: Я знаю о тебе почти всё. 23:14, Я: Маньяк? 23:15, Аноним: Обидно.

Пятое мая две тысячи четырнадцатого года

Раскрыв глаза, я в тот же момент пожалела, что это сделала. Голова трещала, будто сотня китайских детей забралась в неё и теперь болтают о своём. К горлу подступил комок, желудок издавал не самые притягательные звуки, а сил не было совсем. Я чуть приподнялась на локтях, а затем прижала правую ладонь ко лбу тыльной стороной. Кажется, я вчера сильно перебрала. Однозначно, я спала в незнакомом месте, но это не так уж и волновало. Тут было довольно мило, хоть и напоминало больницу для душевнобольных: все стены белые, одно окно, скрытое занавесками, дубовый шкаф прямо напротив огромной кровати, на которой я расположилась. - Доброе утречко, - прохрипел кто-то рядом. Я от неожиданности едва не свалилась на деревянный пол. В глазах помутнело из-за резких движений: я резко прижала колени к груди, поворачиваясь к источнику звука. Ким Чонин лежал рядом со мной. Он прищурился, а на губах застыла ухмылка. Я опешила. Совсем не ожидая увидеть кого-то, да ещё и мужского пола, рядом с собой, я принялась нервно глотать воздух. - Ты… - я громко вдохнула. – И я… Мои глаза расширились, пока я смотрела на его самодовольное лицо. Стало очень жарко, но пошевелиться я даже не могла. Чёрт возьми, мы в одной кровати. И я ничего не помню. О вчерашнем дне сигнализирует только головная боль и ужасный привкус алкоголя во рту. - Я ничего не помню, - словно озвучив мои мысли, заявил Чонин. – Но ты в одежде. Я машинально вытянула ноги и распахнула одеяло, под которым лежала. Действительно, на мне были те же джинсы, в которых я, судя по всему, пришла вчера, грудь прикрывал короткий топ. Это немного облегчило моё самочувствие, и дышать стало не так трудно. - Подожди, ты смотрел? – медленно перевела взгляд с ног на Чонина я. - Надо же было как-то развлечься, - он пожал плечами. Я цокнула, а затем покачала головой. Если мы в одежде, то это хороший знак, так что… - А я вот голый. - Что значит голый?! – завопила я. - Тебе продемонстрировать? Я резко отпрянула. Ноги Чонина скрывало одеяло, которое теперь мне даже не хотелось поднимать, однако торс и действительно был оголён. Подкаченная грудь медленно вздымалась вверх и вниз. Я застонала. Больше никогда не буду пить. - Думаешь, мы прошлой ночью переспали?.. – я сморщилась после короткой паузы. Спрашивать такое немного неловко, однако в этой ситуации выбирать не приходится. - Сначала я тебя эротично раздел, а потом эротично одел? – усмехнулся парень. Я застонала вновь. На секунду наши взгляды пересеклись. Кажется, мы оба хотели что-то сказать друг другу, но вместо этого начали качать своими головами, словно утверждая, что вчера и точно ничего не было. - Бред, - я качаю головой. – Мы просто уснули рядом. - Думаю, так и было, - Ким поторопился кивнуть. – Но, если что… я ведь был у тебя не первый? Я ахнула, запуская в парня подушку. Третий раз Аноним написал первого июня две тысячи пятнадцатого года. В этот день, ровно год назад, мы с Чонином встретились на концерте. 21:09, Аноним: Что ты делаешь сейчас? 21:12, Я: Ем торт. 21:13, Аноним: Не боишься испортить фигуру? 21:15, Я: Было бы для кого её хранить. 21:16, Аноним: Точно, у тебя же нет парня. 21:16, Я: Спасибо за напоминание. 21:18, Аноним: Ты скучаешь по своему бывшему? 21:19, Я: Это не должно тебя волновать. Я даже не знаю, кто ты.

Первое июня две тысячи четырнадцатого года

Я застыла в ужасе, когда красный алкогольный коктейль плавной волной приземлился на белоснежной короткой юбке, которую я надела только сегодня. - Ах, я такая неуклюжая! – тут же закричала виновница, пытаясь перекрыть музыку. Низенькая девушка обхватила мои бёдра руками, вглядываясь в пятно. – Может, застираем в туалете? Я громко выдохнула. Спокойствие. Только спокойствие. Можно представить, как я делаю этой девушке то же самое. Станет легче. - Нет, справлюсь сама, - прокричала я, а затем поторопилась избавиться от крепкой хватки. Обессилено закатив глаза, я вышла из зала, направляясь куда-то в холл. Я впервые была в этом месте, так что понятия не имела, где тут находятся туалеты. Стоило, возможно, воспользоваться помощью той девушки, но я не хотела привлекать к себе внимание. Тут почти весь наш корпус. Девушки решили устроить очередную вечеринку, придя на концерт. В принципе, я понимала, что они все уже давно пьяны. Это я трезвенница. Из-за прошлой встречи с Чонином. Стоило мне вывернуть из-за угла, как я врезалась кому-то в грудь. Резко попятившись, я подняла глаза. - О, Сольхён, - проговорил парень. Сфокусировав свой взгляд, я разглядела Ким Чонина. Если честно, то я ещё с прошлого раза старалась его избегать – было слишком неловко вспоминать, как я разнервничалась и потянула на себя одеяло, совсем забыв, что он голый. К счастью, я быстро отвернулась. - Ты такой пьяный, - поморщилась я, почувствовав сильный запах алкоголя. В голове пронеслась мысль, что если бы сейчас и я была такой же пьяной, то следующее утро мы могли бы встретить так же, как и в прошлый раз. - А ты красивая, - Чонин покачал головой. - Завтра ты протрезвеешь, - я вздохнула, а затем, посмотрев на парня, медленно прошла вперёд, стуча каблуками по полу. - А ты всё равно будешь красивой, - послышалось вдогонку. И тогда его слова вогнали меня в краску, заставили расплыться в улыбке и довольно выдохнуть. Четвёртый раз Аноним написал мне третьего июля две тысячи пятнадцатого года. В этот день, ровно год назад, мы с Чонином поцеловались. 23:04, Аноним: А сейчас ты что делаешь? 23:10, Я: Я знала, что ты напишешь сегодня. 23:10, Аноним: Так ты ждала моего сообщения? 23:11, Я: Да. И я снова ем. 23:13, Аноним: Торт? 23:14, Я: Пиво с курочкой. 23:15, Аноним: Есть повод выпить? 23:15, Я: Это была его любимая еда. Я заедаю горе. 23:17, Аноним: Всё ещё не отошла от расставания с Чонином? 23:20, Я: Так и есть.

Третье июля две тысячи четырнадцатого года.

- Звезда падает, - протянула я. – Смотри, можно загадать желание. Мы лежали на футбольном поле, которое, между прочим, было закрыто. Но Чонин сам привёл меня сюда, заставляя нарушить правила вместе с ним. Сначала мы просто сидели на свежем газоне, почти не разговаривая толком. Потом я устала и приземлилась на траву всем телом, в последнюю очередь думая о том, что моя красивая кофта испачкается. Ким последовал моему примеру, так что мы оба просто лежали, смотря на звёздное небо и вдыхая запах свежей травы. - Очень мило, что ты выбрал именно меня, как собутыльника, - я пропела, повернувшись лицом к парню. – Я уже давно не пью, но… - Ты всегда такая шумная? – вздохнул Чонин. – Хочешь, научу кое-чему? Я на секунду растерялась, но поторопилась кивнуть, что вызвало лёгкую ухмылку на лице парня. - Смотри, - начал Ким. – Делаешь вдох, - я повторила за Чонином. – Потом смотришь на небо, приоткрываешь свои губы и делаешь один маленький глоток. Он протянул мне бутылку красного вина, которую взял с собой. Чонин изначально сказал, что хочет выпить. Предельно культурно в его понимании. - Но не торопись проглатывать, - предупредил Чонин, когда я уже потянулась к горлышку. – Распробуй вкус. Представь, как маленькие виноградинки лопаются у тебя во рту. Я кивнула, а затем повторила всё, что сказал Чонин. Когда тёплая жидкость потекла по горлу, я свободно выдохнула, прикрывая глаза и рассматривая звёзды, пытаясь выстроить их в красивые фигуры в своей голове. - Хорошо? – спросил парень - Хорошо, - согласилась я. Подул лёгкий ветер, которого так не хватало. Я тихонько вдохнула свежий воздух носом. - Ты испачкалась, - Чонин усмехнулся. Я недовольно подскочила, усаживаясь на траву. Очень в моём стиле – загубить красивый момент тем, что я вновь сделала что-то неверно. Скорчив рожицу, я потянулась к карману, чтобы достать оттуда что-то вроде зеркала, однако когда я подняла глаза, то встретилась с взглядом Чонина. Я и не услышала, что он подсел ближе. С моих губ едва не сорвалась просьба о том, чтобы он помог мне, но Чонин и без того решил взять ситуацию в свои руки. Он был непозволительно близко – настолько, что я чувствовала тепло его тела, чувствовала его дыхание. Сердце приятно кольнуло, а сама я замерла, боясь пошевелиться. Чонин прикоснулся к моему подбородку большим пальцем – всё таким же холодным. Он аккуратно задел мою нижнюю, а потом и верхнюю губу, заставляя заворожено смотреть на него. В глазах потемнело, когда Чонин начал наклоняться ко мне – сначала медленно, а потом всё стремительнее. До тех пор, пока мои губы не встретились с его в мягком поцелуе. Алкоголь давил на меня, заставляя реагировать на всё ещё более чувственно, словно это мой первый поцелуй. Я разволновалась, когда Ким провёл своим языком по моим губам, как бы выпрашивая. Моя голова кружилась, и дыхание давно сбилось, но я продолжала податливо следовать за губами Чонина, ощущая, как утопаю в наслаждении. Пятый раз Аноним написал мне двадцать восьмого июля две тысячи пятнадцатого года. В этот день, ровно год назад, мы с Чонином занялись сексом. 18:01, Аноним: Приятного аппетита, если ты опять будешь кушать сегодня вредную пищу. 18:01, Я: Буду. Откуда знаешь? 18:03, Аноним: Предположил. 18:06, Я: Нет, ты знаешь. Ты же специально пишешь мне в такие дни. 18:07, Аноним: В какие? Я пишу по каким-то особым дням? 18:08, Я: Именно. Я в этом уверена. 18:08, Аноним: Я пишу тогда, когда у меня появляется время. Я занятой человек. 18:10, Я: Ох, правда ли? Кто ты? 18:11, Аноним: Узнаешь, если очень-очень захочешь. 18:11, Я: Как?

Двадцать восьмое июля две тысячи четырнадцатого года

Я встала буквально на пороге квартиры, устроив свои руки на шифоновом шарфе. Чонин выглядел серьёзным. В его глазах, конечно, переливалось что-то необычное, то, что я не видела раньше, однако сейчас думать об этом хотелось меньше всего. - Никого? – шепотом спросила я. Так тихо, словно если бы меня услышали, то отругали. - Никого, - отозвался Чонин. Моё сердце заколотилось. Разомкнув губы, я громко вдохнула. Чонин внимательно следил за каждым моим движением, боясь двинуться, чтобы не сделать ничего лишнего. И тогда, аккуратно потянув со своей шеи шарф, я кивнула. Было здорово, что порой мне не нужно говорить ничего вслух. Иногда я могу только начать задавать вопрос, а у Чонина уже есть готовый верный ответ. Он понимает меня так, как никто другой. И он кивнул мне в ответ, помогая с этим же самым шарфиком и подхватывая мою сумку на своё плечо. - Голодная? – прокричал он откуда-то с кухни, пока я стягивала с себя туфли. - Немного, - ответила я, выходя навстречу. Чонин сосредоточённо стоял около раскрытого холодильника, сканируя взглядом всё его содержимое. Я тихонько подкралась сзади, обнимая его со спины и прижимаясь лбом к его телу. - Тут только бутерброды можно приготовить, - отозвался парень. Я отпрянула, выглядывая в холодильник, чтобы оценить содержимое. Там и вправду почти ничего не было. У меня аж в глазах помутнело. Как так можно? - Вы как тут питаетесь обычно? – удивлённо спросила я, а потом и сама нашла ответ. – Рамён, ясно. Чонин начал гоготать и кивать, а я поморщилась. Перехватывая дело в свои руки, я отодвинула его от холодильника, доставая оттуда самое нужное. Конечно, было бы мило, если бы Чонин и вправду приготовил мне хотя бы бутерброды, однако я совсем не уверена в его кулинарных способностях, а видеть, как он попусту переводит продукты совсем не хотелось. Пришлось самой готовить эти же самые бутерброды: я аккуратно резала нужные продукты, пытаясь не торопиться. Чонин стоял сзади, и я чувствовала его взгляд, однако старалась делать вид, что ничего не замечаю. Мы оба прекрасно знаем, зачем я сюда пришла… Я почувствовала, как холодный нос уткнулся в мою шею, заставляя отбросить от неожиданности нож. Чонин улыбнулся, и я почувствовала это своей кожей, а ещё внутри – это невероятное ощущение заставило всё внутри меня трепетать. - Мы… кушать… не будем?.. – дрожащим голосом спросила я. - Ты не представляешь, насколько вкуснее еда становится после секса, - промурлыкал мне на ухо Чонин. Мои щёки вмиг стали пунцовыми. Стало так тяжёло двигаться, что я едва смогла пошевелить головой. А Ким вновь улыбнулся. Он медленно развернул меня к себе – заметил, что я разволновалась. Я занималась сексом раньше, но с Чонином это должно было произойти впервые. Я этого и желала, и боялась одновременно. Но парень постарался, чтобы всё прошло как можно лучше. Чонин опустился к моим губам, целуя их уже очень властно и уверенно, поднимая температуру моего тела до высоты. Он страстно прикусил нижнюю губу, приводя меня в чувство и заставляя тихонько простонать от удовольствия. Его язык блуждал по моему рту, вырисовывая там незамысловатые узоры. Из-за происходящего, внизу живота приятно потянуло, а я сжала своими руками плечи Кима. Он на секунду отстранился от меня, что вызывало возмущение на моём лице. Припухшие из-за долгого поцелуя губы уже горели, и я сжала их, ожидая последующих действий своего парня. Мне только хотелось, чтобы он не останавливался, а продолжал, заходя всё дальше и дальше. Чонин аккуратно прошёлся языком по моей скуле, из-за чего я принялась нервно набирать воздух – его уж очень не хватало. Голова кружилась, дыхание давно утеряло нужный ритм. А Чонин этого и добивался. Его губы принялись блуждать по моей шее, оставляя на ней влажные следы. Ему было мало с каждой секундой, так что вскоре я оказалась прижатой к стене. Наблюдая за Чонином, я не могла не выпускать пошлых вздохов каждый раз, когда его губы смыкались на моей шее. Он на секунду посмотрел на меня вопросительно, и когда я кивнула, едва умудрившись двинуть тяжёлой головой, парень принялся аккуратно расстёгивать мою рубашку. Так медленно, что мне приходилось стонать в изнеможении. Но Чонину нравилось меня дразнить. Не зря же он остановился, когда ненужная вещь тихонько опустилась на пол. Я в тот момент не вытерпела, притягивая парня к себе. А он понял всё так, как нужно – продолжил ласкать мою шею, теперь уже перебираясь ближе к груди. В ход пошли и руки. Они то отрезвляли, то вновь туманили разум каждый раз, когда я чувствовала холодные прикосновения Чонина на своей талии. Он требовательно схватил меня за бедро и немного сжал, из-за чего я вновь испустила стон. Сдавленный, как бы сигнализируя о том, что моё терпение тихонько заканчивается. Чонин нащупал застёжку бюстгальтера и ловко справился с ней – через секунду ещё одна вещь оказалась на полу. Он уже хотел продолжить, однако я запротестовала. Затуманенное сознание подсказывало, что футболке на теле Чонина тоже совсем не место. Он с удовольствием помог мне стянуть её, а у самого уже давно сбилось дыхание и от жары покраснели щёки. - Может, переберёмся на кровать? – прошептал он из последних сил. - Отличная идея. Шестой раз Аноним написал мне тринадцатого сентября. Именно в этот день, ровно год назад, мы с Чонином впервые поссорились, но тут же помирились. 22:40, Аноним: Ты всё ещё скучаешь по Чонину? 22:42, Я: Думаю, я всегда буду скучать по нему. 22:45, Аноним: И вернуть бы его хотела? 22:46, Я: Не знаю, зачем пишу тебе искренне… 22:46, Я: Хотела бы.

Тринадцатое сентября две тысячи четырнадцатого года

- Ты на неё смотрел! – я завопила во всё горло, разглядывая Чонина укоризненно. - Тебе уже придраться не к чему? – он злится. – Никуда я не смотрел. Я тоже была зла. Стоило мне отойти в туалет, как возле моего парня уже сидит какая-то девушка, у которой юбка короче, чем стрижка Чонина. Я готова была поклясться, что он на неё смотрел, пялился своим хищным взглядом. У меня чуть внутри всё не взорвалось, когда я увидела эту картину. - Однажды ты мне обещал, что среди тысячи девушек выберешь меня одну! – я топнула ногой. - Ты говорила, что не будешь меня ревновать, - Чонин напрягся, его руки уже сжаты в кулаки. - Конечно, я же думала, что ты на других смотреть не будешь. Парень сбивчиво дышал. Он прищурил свои глаза и посмотрел на меня с укором. Я была готова истерить ещё больше, но мы, к сожалению, стояли на улице. - А ты тоже хороша, - неожиданно выдаёт Чонин, заставляя моё лицо вытянуться в удивлении. – Ты зачем этот шарф носишь? Стыдно? Я фыркнула. Моё лицо покраснело, а сердце колотилось, кажется, от злости. - Ты сам мне засосы тут наставил, - я прошипела. - Я их за тем и ставил, чтобы все знали, что я тебя люблю. Что у тебя уже есть пара, и ты занята, - неожиданно спокойно говорит Чонин, заставляя меня почувствовать себя такой глупой, что стало стыдно. А потом он притянул меня к себе, и я уткнулась лицом в его грудь, чтобы он не видел, как я покраснела. Седьмой раз Аноним написал мне семнадцатого ноября. В этот день, ровно год назад, мы с Чонином расстались. 12:36, Аноним: Всё ещё хочешь узнать, кто я? 12:40, Я: Ты сегодня рано. И я хочу. 12:40, Аноним: Встретимся? 12:41, Я: У меня всё ещё есть подозрения, что ты маньяк, с чего бы мне делать это? 12:42, Аноним: Ты хочешь. Поэтому и сделаешь. 12:42, Аноним: Не бойся, мы встретимся в очень людном месте.

Семнадцатое ноября две тысячи четырнадцатого года

- Куда полетишь? – со злостью шиплю я. - Чеджу, - ответ в трубке, который буквально режет мне уши. Хотя Чонин никаких эмоций не испытывает. Обычные сухие слова. По моей щеке прокатилась слеза, оставляя влажный след за собой. Я вытерла её дрожащей рукой. - Подальше от меня? – пытаюсь съязвить. За окном идёт дождь, а мне самой хочется плакать точно также, как погоде. И я обязательно сделаю это, как только положу трубку. - Ты сама попросила, - всё ещё никаких эмоций. А от этого становится так больно, словно Чонин специально всаживает в моё сердце острые иглы. Внутри с каждым словом появляется какая-то дыра. Пустота всё сильнее и сильнее утягивает с собой. - Мои вещи остались в твоей комнате, - голос вдруг дрогнул. Я перестала дышать. Пожалуйста, пусть Чонин этого не заметил. Пусть он не думает, что я буду скучать по нему. Взгляд сам опускается на футболку, в которой я сижу. Обычный и самый дешёвый хлопок чёрного цвета, но мне он так дорог. Это его футболка. Сердце сейчас разорвётся от боли. - Договоришься с Минхо и заберёшь их сама. Мне плохо. В последнее время я много переживала. Нам не хватало мирного бытия друг с другом. До тех пор, пока мы не поссорились окончательно. Я заявила, чтобы он проваливал подальше от меня, он сказал, что с радостью это выполнит. Сейчас, оборачиваясь назад, я понимаю, как сильно была неправа. Понимаю, что сейчас мне нужен только Чонин, который будет сидеть рядом и рассказывать о том, как он провёл сегодняшний день. Я понимаю, что люблю его слишком сильно. Но когда ты молод, ты думаешь, что впереди ещё много всего – все эти ссоры и ненастья обойдут тебя стороной. Ты думаешь, что у вас ещё куча всего впереди. Вряд ли в тот день я осознавала, что это действительно будет конец. - Скажешь мне что-нибудь напоследок? – мой голос сполз на шёпот сам. Я боялась показать, как сильно мне плохо. Я пыталась оставаться сильной. Он мучается рядом со мной. Нужно отпустить. - Скажу, - мне послышалось, что и у Чонина голос задрожал. Я машинально потянулась к своей шее. Алые следы его губ уже сошли, а вновь я больше никогда не почувствую его прикосновений. Его рука больше никогда не сожмёт мою, я больше никогда не буду улыбаться утром, потому что вижу его лицо. Боль проедает всё внутри меня. – Искренне желаю найти самого идеального. Чтобы он любил тебя, терпел, а ещё всегда делал первый шаг. Чтобы не сдался в один день так, как я, - я перестала дышать. – Прощай. И это слово – последнее, что я должна была запомнить о нём. Я рухнула на свою кровать. Нет сил, нет целей, нет желания даже просто просыпаться завтра. Я могла лишь рыдать, оставляя на подушке влажные следы от своих же слёз. Внутри меня не осталось ничего. Всё словно высосало это расставание. Сердце обессилено сжимается. Оно, израненное и сильно пострадавшее за последний месяц, уже давно воспринимает всё иначе. Но сегодня мне как-то особенно больно. У меня нет сил, чтобы поверить в расставание. У меня нет сил, чтобы отпустить по-настоящему. Дыру внутри уже никогда не заполнить. Я ждала Анонима именно там, где он и назначил встречу. Аэропорт. Я и сама до сих пор не понимаю, почему согласилась на это. В любом случае, в моей жизни давненько не было эмоциональных всплесков. Если меня куда-нибудь украдут, интересно, я испугаюсь? Люди вокруг суетились, а я стала думать, что в жизни не увижу этого Анонима. Кажется, только что приземлился какой-то самолёт, так что народу становилось всё больше и больше. Они толкались, чуть ли не сбивали меня с ног, из-за чего я каждый раз морщилась. Им следовало бы вести себя культурнее. Я уверенно держала в руках мобильник, где уже была открыта та социальная сеть, в который мы переписывались. Я ждала нового сообщения. Мне и правда стало интересно, кем на самом деле является Аноним. Он писал, что знает обо мне почти всё. Нужно было подумать на счёт кого-нибудь, но у меня не было ни одной идеи. Время медленно уходило. Мы договаривались встретиться в половину второго, а сейчас уже без пятнадцати. Я уже решила, что никто не придёт и самое время разворачиваться. И именно в тот момент мне пришло сообщение. 13:46, Аноним: Я в десяти шагах от тебя. Момент истины. Я поднимаю глаза, громко сглатывая. Множество лиц перемешалось вокруг, люди суетились, сбивая меня с толку. Но я посмотрела прямо – в упор, думая про себя, что если никого там не увижу, то просто уйду. Чёрные кроссовки. Чёрные джинсы. Чёрная куртка. Он всегда любил чёрный цвет. Я не знаю, что происходит раньше. Кажется, слёзы и осознание того, кто стоит передо мной наступили в один момент. Ким Чонин. Он совсем не изменился. Как всегда сонный, немного уставший. Только немного похудел. Моё сердце сжалось. Я не могла контролировать свои эмоции. Ноги подкосились, а я продолжала плакать. Слеза одна за другой скатывалась по моей щеке, размываясь по шее. Я прикрыла ладошкой рот в немом шоке. Потому, что не могла сделать что-то ещё. Мне было трудно поверить, что это именно он стоит передо мной. Я готова была находиться тут вечность. Только для того, чтобы больше никогда не прерывать с ним зрительный контакт. А Чонин приближался ко мне. Казалось, так медленно, что я не выдержу. Слёзы продолжали скатываться. Я так его люблю. - Нам Сольхён, - его голос точно дрожит. Он остановился в шаге от меня, будто боится подойти ближе. - Ким Чонин, - я едва смогла проговорить его имя из-за всхлипов. Внутри всё перевернулось, заставляя бушевать из-за его присутствия здесь. Я не понимаю, как жила без него всё это время. Я теперь вообще не понимаю, зачем жить без него. Мои ноги подкашиваются, но я не могу ничего с собой поделать. - Я весь этот год просыпался с мыслью, что между нами всё кончено. Что я никогда не вернусь обратно, - он говорит тихо, и только я могу уловить его слова. – Но я понимаю, что не смогу вытерпеть ещё один год. Я больше не хочу так. А я со всей силой припадаю к нему, утыкаясь лицом в грудь. И рыдаю. Всё также громко, намачивая его куртку. А он и не пытается меня успокоить. - Я не мог приехать раньше, - он шепчет мне на ухо. – Я писал тебе с надеждой, что в твоей жизни всё хорошо. Но, как оказалось, это совсем не так. И знаешь, что? Я поднимаю своё лицо. Оно всё заплаканное, тушь точно размазалась, но я вряд ли успокоюсь скоро. - М? – я шмыгнула носом. Чонин своим большим пальцем, всё таким же холодным, задел мой подбородок, а затем плавно провёл по моим губам, заставляя моё сердце буквально ожить. - Я больше никогда не уйду из твоей жизни. Не надейся. А это именно то, чего я хотела больше всего.