Следуй за мной

Просыпаюсь я от собственного крика, но когда распахиваю глаза, пугаюсь еще больше.  — Нахуй, блядь! Какого ты так близко? Джастин отшатывается от моего лица и падает прямо на задницу. Решительно поднимаюсь с дивана и протягиваю ему руку, а он оказывается слишком легким для тех усилий, что я приложил, чтобы помочь ему подняться. Вот так он оказывается в моих объятиях. Ход ненамеренный, но мне нравится ощущать его тонкое мальчишеское тело у себя под руками. Джастин протягивает руку, и я уже предвкушаю, но он вдруг со всей серьезностью отвечает, вытирая что-то с моего лица.  — У тебя кровь! Это может быть оттого что ты резко поднялся или от давления, а может, это все намного серьезнее.  — Ты всегда так много болтаешь, когда надо действовать? — перебиваю его и наклоняюсь к манящим меня губам. «Умница мальчик», — отмечаю я, когда он берет инициативу. Робкое, несмелое прикосновение губ. Ну, что же ты? Веди себя как гей! Я кладу руку на упругий ежик на его затылке и перехватываю инициативу мощным, жадным порывом. Губы тут же раскрываются, впуская мой настойчивый язык, и он утробно стонет. Его губы упругие и настойчивые, а вкус тайской лапши острый и пряный одновременно. Когда Джастин, порывисто дыша, заглядывает мне в лицо, его руки крепко вцепляются в мою майку. Понимаю малыш, у тебя сейчас ноги как желе от желания. Ничего удивительного, я так действую на всех. Это чертово обаяние Кинни.  — Ты такой вкусный, — выдыхает он и снова тянется к моим губам. Тогда я решаю воспользоваться моментом и подталкиваю его в сторону спальни. Делаю я это не спеша, давая ему возможность передумать. Но все, что он делает, это пытается добраться до моего члена. Его хаотичные движения рук, обрывистые поцелуи и рваные вздохи, а также откровенное потирание о мое бедро своим стояком не оставляет мне сомнений в его намерениях. Однако прыткий малыш. Уже перехватил инициативу, пока я беспокоился о том, правильно ли поступаю. Ну, такому не бывать! Подхватываю его под ягодицы и приподнимаю на ступеньки. Раз. Два. Три. Если ты сейчас не передумаешь, отступать будет поздно. Или невозможно. Мы выпускаем друг друга только для того чтобы стянуть одежду. Он с меня, а я с него, и от его улыбки у меня встает ещё сильнее. Хотя мне казалось, что сильнее уже невозможно. Как только его джинсы оказываются расстегнутыми, он стаптывает их привычным жестом. Обхватываю его член, приятно удивляясь не только его жесткости, но солидному размеру. Мой любимый размер! Я сжимаю его у основания, улыбаясь его распахнутым от шока глазам.  — Это чтобы ты не кончил раньше времени. Сперва он, нагло ухмыляясь, хватается в ответ за мой член и сжимает его. Затем его лицо вытягивается, а его рот складывается в идеальную букву «О», как только он осознает, что все эти девять с половиной дюймов ему предстоит принять. И я на миг закрываю глаза, чтобы отвлечься от образов, мелькающих в моей голове. Того, что я мог бы предложить ему сделать этим прекрасным ртом. Черт! Это не помогает, и, скорее всего, мне понадобится помощь, чтобы не облажаться перед этим мальчишкой. Но ничего, за моими плечами богатый опыт.  — Это не больно? — неожиданно серьезно спрашивает он.  — В первый раз всегда больно. Я не хочу ему врать и сейчас просто жду, что он решит, а парень отходит от меня спиной и падает на кровать с наглой, довольной улыбкой. И пусть я еще вижу его страх, это не останавливает меня. Падаю сверху, прижимая его к кровати. Трусь об его живот своим членом, и он плывет.  — Джастин, открой глаза, я хочу, чтобы ты запомнил свой первый раз. Его глаза тут же распахиваются, опаляя меня синевой. Глядя прямо в них, я веду языком по его молодой упругой коже, подмечая каждый оттенок его вкуса и запаха. Он неловко дергает ногами, но я вклиниваюсь между ними и развожу в стороны. Вот он, весь открытый для меня! Его первого всего. Жалобный стон, после того как мой язык, не задерживаясь, обводит его головку, проходит всю длину члена и спускается на внутреннюю поверхность бедер. Запах невинности, как ты сладок! Я прикусываю тонкую кожу складки в паху и тут же зализываю ее.  — Перевернись. Он торопливо выполняет мой приказ, а я подкладываю под его живот подушку. Ещё один смущенный стон и хриплое дыхание.  Да, мальчик, тебе повезло, ты встретил — Меня! Я буду есть тебя на обед, ужин и завтрак, пока ты, наконец, не познаешь все радости гей-секса. Тогда я отпущу тебя в мир нести знамя лучшего траха в твоей жизни. Самодовольно улыбаясь, я ложусь на него так, чтобы он почувствовал мой член между своих ягодиц. Его бедра дергаются мне навстречу.  — Не терпится? — шепчу я в ухо и засовываю туда язык. Мне определенно нравится, какие звуки он издает, пока я прокладываю своим языком влажную дорожку вдоль его спины и решительно развожу его круглые ягодицы. А затем просто вгрызаюсь языком в его тугую девственную дырочку, пульсирующую от желания.  — О мой бог! Услышав это, я отстраняюсь.  — Можешь обращаться ко мне проще - Бог. И снова засовываю язык сквозь плотные мышцы. Он расслабляется и чуть приподнимается, давая мне больше доступа. Нетерпеливый мальчишка. Насытившись его вкусом, я выдавливаю гель себе на пальцы и аккуратно проталкиваю один внутрь. - Ой!  — Больно? - Нет, просто холодно. Я усмехаюсь его безыскусности, поглаживая мышцы и расслабляя их. Добавляю еще один. Пот капает с моего лица, и я поражаюсь своему напряжению. Словно я никогда не трахал девственников, но почему-то этого мне хочется впечатлить. Мне самому уже давно больно от прижимающегося к животу члена, роняющему тягучие капли на постель, но я не собираюсь сдаваться. Наконец, когда я решаю, что мальчик достаточно растянут, а его стоны давно перешли в мольбу, раскатываю презерватив по своему члену и обильно смазываю смазкой.  — Джастин… Он оглядывается на меня мутным, потемневшим взглядом и выдыхает:  — Брайан, пожалуйста… Мой член радостно подпрыгивает на его мольбу, и я чуть сжимаю его у основания. Божественная теснота и болезненный жар встречают меня. Я знал, что мои пытки стоят того.

***

Я стоял, облокотившись о стойку бара, и пытался не замечать растущее в груди беспокойство. Вроде все как обычно, но что-то не так. Очередной парень пристроился рядом, пытаясь привлечь мое внимание, а меня это раздражало. - Эй, — Майкл, мило улыбаясь, оказался передо мной, и мое настроение качнулось вверх. Мы исполнили свой ритуальный поцелуй, и я взял ему пиво. Майкл, как всегда, пробурчал, что он в состоянии взять его сам, но, как всегда, соглашался, зная, что это меня радует. Мне всегда хочется заботиться о нем, может, поэтому мы дружим уже столько лет. Наша зависимость друг от друга очевидна, и пусть большинство считает, что Майклу достаются крохи моего внимания, но они просто не понимают, как мне нужна его уверенность в моем всемогуществе. Именно Майки был тем, кто предложил мне зарабатывать на облапошивании доверчивых людей, после того как сам столкнулся с Мерлин, и она ему пообещала большую и сильную любовь. Тогда Майки встретил… как его звали? Алекс! Ну да, и я, как только оттащил своего друга от этой самодовольной предсказательницы, объяснил ему, чем все закончится. Как будто у нас, педиков, есть варианты. Натуралы пусть продолжают обманывать себя, а мы живем настоящим. Спустя три недели все, что я сказал Майклу, дословно сбылось. А как иначе? Именно поэтому я много лет придерживаюсь принципа, никаких имен и обещаний, просто трах. Мысли о трахе плавно перешли на одного блондинчика. От воспоминаний приятно заныло в паху. Усмехнувшись над самим собой, я оглядел повнимательнее окружающую меня толпу. Майкл стоял рядом и активно делился произошедшими за день событиями. Вот этот парень мне отсасывал два дня назад. У этого член с грецкий орех, а вот этот свеженький. Я оттолкнулся от стойки и направился прямо к объекту, не сводя с него глаз. Парень, заметив мое пристальное внимание, замер и зазывно улыбнулся. Нахуй улыбку, главное, не разочаруй меня. Прислонившись к стене в задних комнатах, я толкнул парня вниз, и он, сразу поняв меня, расстегнул ширинку моих джинсов. Отсасывал он так себе, даже неопытный Джастин дал бы ему форы. Вот черт, как так случилось, что я помню имя парня, которого уже трахнул? Ладно, не просто трахнул, а затрахал до потери сознания. Моего. И потом еще отвез его на учебу, точно проверив, что он благополучно вошел в здание. Не хватало еще, чтобы с ним что-то случилось, пока он был со мной… Парень наконец-то поймал ритм, и я, потеряв все мысли, стал получать удовольствие от минета… … — Брайан, он же… ты же его не знаешь! А я… я люблю тебя!  — Джастин, это не любовь, я просто затрахал тебя до потери сознания, — я уже чувствовал, как чувство вины замешивается с раздражением. Вот почему я не люблю всех этих молодых геев. У них в голове еще такой бардак, пока их жизнь не научит, что трах — это трах, а любовь — это то, что придумали натуралы. Его глаза наполняются слезами, словно блюдца, и он бежит вниз по лесенке, а 917, что зашел минуту назад, вопрошает, не пойду ли я успокоить мальчонку? Вот какого хера? Джастин заворачивает за угол, и его окружает толпа гомофобных ублюдков. И дальнейшее уже просто превращается в нескончаемый кошмар. А я ору в полную силу своих легких:  — Джастин! …- Брайан, Брайан, да очнись ты!! Майкл подхватывает меня, оседающего по стене задней комнаты на пол. И, повиснув на нем, я, еле передвигая ноги, иду на воздух. Только в джипе я начинаю приходить в себя и замечаю, как мой друг заботливо вытирает мое лицо.  — Что ты делаешь, Майки?  — Вытираю кровь. Я смотрю на себя и замечаю, как в темноте блестят на черном бурые капли крови.  — Черт! Это же Армани!  — Это все, что тебя беспокоит? А то, что ты кричал в задних комнатах так, что было слышно на танцполе, тебя не беспокоит? Кто, кстати, этот Джастин?  — Никто.