Следуй за мной

Весенняя листва мелодично шуршала за спиной, бросая на бумагу яркие блики солнца. Когда блики начинали слепить глаза, Джастин зажмуривался и пытался избавиться от красных расползающихся под веками пятен. Прекрасное утро, мог бы сказать Джастин, если бы оно не было похоже на пять предыдущих охуительно скучных дней. Он даже пытался заставить себя мыслить позитивно, убеждая, что происходящее — прекрасная возможность отдохнуть. У какого еще молодого парня есть возможность гулять не просто по парку Лафайет, но посещать места, закрытые для экскурсий, куда доступ простым американцам был закрыт априори? Только избранные, только самые доверенные лица вице-президента. Его жилая зона. Джастин о таком и мечтать не мог, слишком это было нереально для мыслей обычного старшеклассника, не готовившего себя к поступлению в Йель. Может, поэтому и радости такая исключительность ему не доставляла. Сейчас он все бы отдал, чтобы вернуться к своей обычной рутинной школьной жизни. За возможность потрепаться с Дафной. За то, чтобы рассказать ей, где он находится! И как крут Брайан! Мда, Брайан. Мысль о мужчине, одним мановением ресниц изменившем его уклад жизни, кто показал изнанку Белого дома и его обитателей, всегда сидела в его голове. Что бы он ни делал, чем бы ни занимался, какие бы красоты он ни видел. Брайан всегда Брайан… Знать бы еще, зачем он взял его с собой? Особой нужды в нем Брайан не испытывал, наоборот, временами Джастин ясно понимал, что тяготит своим присутствием мужчину. Последние дни он не только раздражался по пустякам, но и злился из-за всякой мелочи, и Джастин от этого чувствовал себя ненужным ребенком, оставленным на попечение холостого дядюшки. Ко всему прочему, Брайан запретил выходить ему за ворота парка. По этому поводу они беспрестанно ругались, но Брайану стало мало обычного указания не выходить за ворота парка. Вот уже два дня позади Джастина маячили два охранника. Хотя он и умудрился сбежать от них, но они все равно отыскали его в лабиринте подъездных аллей. Черт! Он мог все простить за ночи, но только не ощущение короткого поводка на своей шее. Вот и сейчас на белоснежной бумаге чёрными размытыми штрихами вырастало ужасное нечто. Но Джастин не замечал выходящего из-под его пальцев готического сюрреализма. Рука двигалась по бумаге стремительно, словно ее водило именуемое в простонародье «вдохновение», погружая его в аллюзию ужасов и кровавых образов. Листок за листком, не замечая происходящего вокруг, словно он один в целом мире.  — Джастин! — громкий окрик Брайана заставил его вздрогнуть. Он поднял недоуменный взгляд на мужчину и захлопнул альбом.  — Что-то случилось? Выражение беспокойства было таким явственным, что Джастина это даже заинтересовало. Что могло взволновать человека, у которого на все был готов ответ? Того, кто с пугающей точностью мог сказать, где ты находишься, даже если ты попытался… соврать. Да, Джастин пытался однажды просто прогуляться по городу и, не предупредив всегда занятого Брайана, отправился в самую гущу фестиваля коренных жителей Америки, проходившего на площади парка. Да, народу было много, и несколько наездников не смогли справиться со своими лошадьми, но Джастин все-таки считал, что Брайан действовал в тот день как псих. Врезался в толпу бронированным автомобилем пресс-секретаря Белого дома, распугав гудками и так перенервничавших животных. В первую минуту, увидев белого как лист Брайана, Джастин даже подумал, что Брайан так сильно волнуется за него, переживает, но потом, слушая его нравоучения о том, что он обуза, повисшая на его шее, бездумный школьник, думающий только о себе, и прочие возмутительные эпитеты, стер в порошок его наивные мысли. Нет, все, что волновало Брайана, это его имидж! Правильно тогда сказал Майкл, Джастин будет только мешать ему. И теперь даже во время самого страстного секса, лежа в объятиях человека, заставившего его позабыть собственное имя, даже тогда, когда он чувствовал себя непростительно счастливым, Джастин напоминал себе, что все это ничего не значит, оно лишь для удобства Брайана Кинни. А приставленные с утра охранники только еще больше укрепили в нем разочарование от поездки. Вот и сейчас первоначальная радость оттого, что Брайан нашел его, рассыпалась как пух, стоило тому прошипеть ему в лицо:  — Я же просил тебя брать с собой телефон! Если ты не забыл, то я взял тебя с собой помогать мне, а не заставлять бегать за тобой по всему парку. — Да кто тебя заставляет? — не выдержал Джастин и запнулся на полуслове. Оттенок боли, скользнувшей по лицу Брайана, явственно говорил, что не все так просто. — Брайан? Мужчина протянул руку и обхватил затылок упрямого подростка. Большой палец нежно коснулся шеи, в то время как большие карие глаза с зелеными крапинками внимательно оглядели его с ног до головы и, найдя его внешний вид не вызывающим опасения, прижал к груди.  — Просто бери с собой телефон. Сердце радостно забилось. В такие мгновения, когда Брайан открыто показывал свою заботу о нем, Джастин отчетливо понимал, что влюбился. И как бы он себя ни уговаривал, что было совершенно глупо и по-детски влюбляться в такого человека, он ничего не мог с собой поделать. А ночи, полные страсти, только еще сильнее утягивали его в трясину безответной любви. Только бы понять, почему Брайан держит его при себе. Ведь может же такое случиться, что он понравился этому шикарному мужчине? Вот сейчас он был бы готов поспорить на свою руку, что Брайан о нем заботится. Джастин чувствовал себя жалким, как девчонка, с тех пор как встретил Брайана, а еще он был точной копией подруги Дафны, которая коллекционировала всякие мелочи парня, в которого была влюблена. Нет, Джастин не коллекционировал вещи, ему это было ни к чему. Он бережно сохранял в своей памяти каждое заботливое слово, каждый взгляд, наполненный нежностью, был отсортирован отдельным файлом, а отметины на теле заботливо пересчитывались и имели имена. Вот это на плече носило имя «рычащий Брайан». В этот вечер Брайан трахал его лицом к себе, крепко вцепившись в плечи, и рычал в ухо о том, что будет наказывать непослушных мальчишек, уходящих без спросу. От воспоминаний этого соития у Джастина срывало крышу. Пока Брайан не оставил зубами новую отметину «собственность БК».  — Буду, обещаю, — Джастин потерся носом о его пиджак, втягивая носом волнующий аромат, замешанный на феромонах, действующих на каждого без исключения мужчину в опасной близости рядом с Брайаном. И продолжил рисовать дальше, даже не задумываясь о причинах, что привели Брайана сюда. Все эти доводы, что называл тот, чтобы не выпускать Джастина из отведенного им номера, не стоили выеденного яйца. Что здесь может с ним случиться? Это самое безопасное место в мире и стране. Джастин не верил в видения Брайана, пусть тот обманывает наивных простачков, он теперь знает всю эту кухню изнутри. Но он забыл, что его любовник иногда вел себя как засранец. Брайан перехватил руку Джастина, разрихтовывающую тени на листе, и крепко сжал.  — Джастин, по-твоему, я просто так сюда прибежал? Быстро пошли за мной. Парень поднял лицо и встретился со взглядом черных глаз. Брайан еще никогда не смотрел так зло на Джастина. Он сглотнул образовавшийся в горле ком и, прижав альбом к груди, стремительно поднялся со скамейки. Если бы не великолепная реакция Брайана, точно бы столкнулся головой с его подбородком. Появилось странное ощущение на макушке, словно он ударился, не ударившись. Высвободив руку, Джастин потер макушку и столкнулся с насмешливым взглядом любовника. «Чертов провидец»! — Джастин сверкнул на него глазами, но промолчал, просто отправившись за ним следом в окружении двух придурков, охранявших его, при этом ему пришлось почти бегом следовать за его стремительной фигурой.  — Брайан, что за спешка? — не выдержал он уже перед дверями апартаментов. Мужчина молча впихнул его в комнату, захлопывая дверь перед носом охраны.  — Какого черта? Тебе что, восемь лет? Ты сказал, что будешь помогать, что твое пребывание здесь со мной никоим образом не будет отвлекать меня от работы. И что в итоге? — Брайан словно выплевывая каждое слово, срывал с себя пиджак, галстук, запонки. Все это летело в стороны, а у Джастина перехватило дыхание от разрывающих его желаний. Художник в нем вопил: «зарисуй этого великолепного зверя, готового пожрать тебя в любую секунду». Другая его подростковая, похотливая часть уже тряслась от перевозбуждения. Такой Брайан не пугал, он возбуждал, снося все ограничения. И когда звякнул ремень, Джастин, не отводя взгляда от рук, вытягивающих опоясывающего кожаного змея, облизал пересохшие губы и посмотрел в лицо Брайану. Глаза мужчины сверкали странным, лихорадочным блеском, губы продолжали шевелиться, произнося что-то, язык выскальзывал иногда наружу и пробегался кончиком по припухшей нижней губе… Громкий щелчок ремнем… — Хочешь меня выпороть? Еще один громкий щелчок… И тишина. Она продлилась секунду или две, но в тот момент, когда их глаза встретились, Джастин с головокружительной ясностью понял, что попался. Хищная улыбка. Низкий стон. Заботливо связанные запястья галстуком за четыреста долларов и хлесткий шлепок по испуганно сжатой ягодице. Пылающие щеки от стыда и возбуждения. Капля семени, размазываемая по сатиновым простыням. Поцелуи, словно укусы, жалящие тело, но помечающие свое. Громкие смущающие звуки хлопающих яиц по разгоряченной от шлепков заднице. Запах пота и смазки. Привычно хозяйское сжимание шеи крепкой ладонью, словно он объезжал норовистого жеребца. Никакой жалости. Жестко. Рваным ритмом, сбившимся дыханием… И ни единого слова. Все ясно и без них. Потому что толчок навстречу — резкий таран. Стон и выгибание спины — неторопливое покачивание и нежные поцелуи. Все предельно ясно. Основной инстинкт, говорят натуралы. Похоть, морщатся лицемеры. Трах, уточняет Брайан Кинни. И Джастин был с ним согласен. Только вот сердце подпрыгивало от счастья в ту минуту, что Брайан прижимал к себе содрогающегося от оргазма Джастина, оставляя долгий сухой поцелуй на его мокром виске. «Брайан»! — пело сердце. — Джастин, — начал было мужчина, но осёкся и резко поднялся. Парень заинтересованно поискал глазами, что так его отвлекло, и тоже подскочил, пока Брайан, схватив пульт, прибавлял громкость.  — Очередная экскурсия по Белому дому чуть не закончилась трагедией. Вовремя предупрежденная охрана президента смогла предотвратить взрыв пластиковой бомбы, пронесенной на себе женщиной, чьи требования… — Что это Брайан? — его голос задрожал. — Ты знал, что будет теракт, и поэтому увел меня оттуда? Брайан молча развернулся и уже на пороге ванной комнаты обронил:  — Вот именно поэтому я и прошу тебя не ходить без меня. Дверь хлопнула, и Джастин решительно направился за ним, намереваясь завершить разговор, однако попасть в душевую он не успел. В комнату громко постучали, и Джастину пришлось, натянув на себя домашние штаны, распахнуть незваному гостю дверь. Ну, конечно, именно его здесь и не хватало. Это был официальный любовник пресс-секретаря Белого дома. Смазливый, озабоченный козел… Возможно, Джастин был немного несправедлив к нему. Возможно! Но с тех пор как они приехали сюда, этот Брэндон из кожи выпрыгивал, желая оказаться спереди или сзади Кинни, который, с точки зрения Джастина, раздавал ему авансы направо и налево. Хотя Брайан уверял, что между ними ничего не будет, этот скользкий тип не вызывал у него доверия. Вот и сейчас он даже заскрипел зубами, чтобы не захлопнуть перед его носом дверью. Брэндон в свою очередь брезгливо скользнул взглядом по парню и, отодвинув словно прислугу, вошел в апартаменты, оглядываясь в поисках явно не стоявшего перед ним Джастина. Трудно относиться хорошо к человеку, который видит в тебе всего лишь мебель. Брайан вышел именно в тот момент, когда Джастин решил выдворить непрошеного гостя вон. — Брэндон? На Брайане было лишь полотенце, опоясывающее его бедра. Раскрасневшаяся кожа была покрыта блестящими бисеринками влаги, а волосы зачесаны назад, отчего его взгляд стал более открытым. Даже стоя у двери, Джастин учуял запах туалетной воды и геля после бритья, запах которого его неизменно возбуждал. Мыслительные процессы мгновенно отступили, уступив место вожделению. И не только у него. Брэндон, не скрывая своих намерений, медленно, оценивающе оглядел каждый открытый кусочек тела Брайана, облизал пересохшие губы и подошел к нему вплотную. Оттуда, где стоял Джастин, не было слышно, о чем они говорят, но язык их тел говорил сам за себя. Как и внушительный бугор под белым пушистым полотенцем. Это продлилось совсем недолго, но Джастин ясно осознал, что Брайан даже не собирается скрывать от него, что секс между ним и Брэндоном дело решеное. Мозги включились окончательно, только когда за Брэндоном закрылась дверь. Джастин уже забыл, что сам с интересом рассматривал его задницу и контуры полуэрегированного члена в первый раз, когда повстречал его в комнате переговоров. Сейчас же он мог только кипеть от злости, не осознавая ее причину.  — Что все это значит? Что он хотел от тебя? Хотя нет, не говори! Ты-то уж точно не скрывал, что собираешься трахнуть его. Тебе что, мало меня? Он же партнер пресс-секретаря Белого дома, тебя что, не беспокоит, если об этом узнают? А как же я? Пока он выкрикивал свою гневную тираду, лицо Брайана сменило несколько эмоций, от удивления и возмущения до откровенной насмешки.  — Джастин, ты мне не жена и никогда ею не станешь.  — Я не... — начал было оправдываться Джастин, но Брайан его перебил.  — Нет, ты именно так и думал, иначе не устроил бы сейчас эту истерику.  — Тогда скажи, зачем здесь я? Помощи от меня никакой, да она тебе и не требуется. Ты сам все держишь под контролем. Просто отправь меня домой и трахайся с этим Брэндоном хоть на голове его мужа! Он сердито стянул с себя штаны и стал натягивать боксеры, попутно соскребая с живота засохшую сперму.  — Ты никуда не пойдешь! — Брайан тут же оказался рядом, схватив его за локоть. Выдернув руку из его захвата, Джастин, словно капризный ребенок, выдал ожидаемую фразу:  — Я тебе никто, и ты не можешь приказывать мне, что делать или не делать!  — Нахуй это дерьмо! — зашипел ему в лицо мужчина. — Прекрати вести себя как ревнивый маленький пизденыш! Мы педики! Мы трахаемся, когда хотим, это богом данное нам право! Поэтому просто заткнись и сядь на место.  — На место? — взвился и так не сдерживающий в себе гнев Джастин. — А поводок на меня надеть не собираешься? Кинолога пригласи, чтобы обучил меня правильно выполнять команды! Брайан с шипением втянул в себя воздух и когда выдохнул, заговорил спокойным голосом:  — Джастин, послушай меня. Ты меня слушаешь? — он дождался, когда парень посмотрит ему в глаза, и только тогда продолжил: — Трахну я или не трахну Брэндона, это никак не повлияет на нас. Я это сделаю или не сделаю, лишь потому что захочу это сделать. К тебе это никакого отношения не имеет. Как и я не жду, что ты будешь трахаться только со мной. Ты волен делать все, что пожелаешь. Просто прошу, не покидай Белый дом. Это важно.  — Почему? — этот вопрос мучил Джастина уже давно.  — Так надо, просто поверь мне.  — Тогда не трахайся с ним!  — Ты не будешь указывать, с кем мне трахаться, — тут же вспылил Брайан и, сбросив полотенце на пол, стал одеваться.  — Тогда я позволю его папику трахнуть меня! Он давно пялится на мою задницу. Брайан резко развернулся к нему, и Джастин разочарованно понял, что даже если эта мысль ему не понравилась, Брайан не собирался отступать от своих слов.  — Делай, что хочешь. Просто… он не слишком стар для тебя?  — Ну, я же сплю с тобой. Брайан зло сверкнул глазами на Джастина и продолжил одеваться. Молчание, воцарившееся между ними, стало вдруг тяжелым, словно туча перед грозой.