Parler A Mon Pere

POV Кристин Нет! Не может этого быть! Почему сейчас? Я не могу поехать в Марсель сейчас! Вдруг в глазах все потемнело, сердце застучало в ушах, и я почувствовала, что земля уходит из-под ног. — Тебе плохо? — Рауль сразу же подхватил меня под руки, не позволяя упасть на пол. — Кристин, в чем дело? — Нет-нет, все нормально, — я мотнула головой, прогоняя легкое помутнение и недомогание из организма. — Пойдем, тебе нужно прилечь, — муж стал моей опорой и провел в комнату. Войдя, он усадил меня на постель и настоял на том, чтобы я легла. — Уже лучше? — в ответ я кивнула. — Крошка Лотти, разве ты не рада, что мы, наконец-то, отправимся в медовый месяц? — Рада, Рауль, очень рада… — я начала задыхаться, воздуха в легких становилось все меньше и меньше. — Только… я не могу сейчас поехать. — Но почему? — удивился дофин, поднимая брови вверх. — Ты ведь так ждала этого, — он взял мою руку и слегка сжал ее. — Что-то изменилось за то время, пока меня не было? — Нет-нет, ты что! — я в испуге раскрыла глаза, боясь, что он что-то заподозрит про Эрика и мою измену. — Я всё также тебя люблю, Рауль! — я пыталась говорить убедительно, но… насколько правдиво это выглядело? — Вот и славно! — он вновь расплылся в улыбке. — Но поехать я сейчас не могу… — мой голос становился виноватым. И в самом деле, я чувствовала вину перед ним. Во-первых, он мой старый хороший друг, во-вторых, он мой муж, а я лгу ему обо всем! Как же я хочу скорее уехать отсюда! — Да в чем дело? — Рауль нервно подскочил и начал расхаживать по комнате, пропуская пальцы сквозь волосы. Боже, кажется, он зол, очень зол. Так, Кристина, тебе пора включать актрису, иначе этим вечером голова твоя будет красоваться на пике. — Успокойся, любимый, пожалуйста, — произнесла я нежным голосом, чтобы погасить его гнев. — Просто пойми, что я только забеременела, — вот, тема о ребенке его заинтересовала, он не хочет его потерять. Рауль медленно подошел обратно к моей постели и присел рядом. — В Марселе совсем другой климат, а это может повлиять на течение беременности, вплоть до срыва. А я бы не хотела этого… Это ведь не только наследник французского трона, но еще и мой родной ребенок, — я говорила мягко, не делая ни на каких словах акценты. Просто монотонно говорила. В ответ он молчал. — Ну, если не веришь мне, спроси свою мать, она станет матерью третий раз, она знает об этом; спроси дворцового лекаря… — Хорошо, я верю тебе, Крошка Лотти, — сначала он как-то немного поник. — Рауль, — я положила руку на его щеку, желая почувствовать под своей ладонью шероховатость кожи Эрика, — нужно подождать пару недель, чтобы малыш хорошо прижился, чтобы я чувствовала себя хорошо. И тогда мы сможем поехать, — хотя я прекрасно осознаю, что это ложь чистой воды. Через несколько недель, я надеюсь, я буду уже в пути в Персию, чтобы начать жизнь со своим Ангелом. — Знаешь, Лотти, у меня есть мысль получше, — на лице моего мужа вырисовалась таинственно-коварная улыбка. — От этого ты точно не сможешь отказаться! — Что ты еще задумал? — захихикала я. — Далеко ехать ты не хочешь… Я предлагаю пожить в твоем имении, там практически никого нет, мы будем наедине, — с его словами ужас охватывал меня изнутри, но я старалась не подавать вида, что и этот вариант меня не устраивает. У меня на самом деле больше не было отговорок, чтобы возражать… — Х-хорошо, — с выдохом согласилась я. — Только давай не сегодня поедем, а завтра. Нужно ведь собрать вещи, мы же надолго едем туда. Да и поздно уже сегодня… — Конечно, конечно, тогда я сейчас же пойду и распоряжусь, чтобы слуги собрали наши вещи, — оставив на моих губах быстрый поцелуй, Рауль вылетел из моей комнаты, оставив меня в странном, подвешенном состоянии с непонятными чувствами. Боже мой, что же мне делать? Что делать? ЧТО? Стоп! Я должна успокоиться, не паниковать, иначе могу потерять нашего малыша. Я же хочу родить Эрику здорового ребенка. Я должна действовать быстро, решительно и не подавать вида, что что-то случилось. Мне нужно покинуть Париж этой ночью, причем сделать это тихо, чтобы до утра у нас была фора убраться подальше от этого города! Эрику я скажу уже непосредственно сама в поместье. И первым делом, мне сейчас нужно, чтобы Мэг и Надир приехали туда же. Насколько я помню, Надир говорил, что мы должны отправиться в путь оттуда. — Элоиза! — крикнула я, чувствуя, как в горле собирается ком, а к глазам подкатывают слезы. Девушка тут же показалась в моей комнате и присела в реверансе. — Миледи, — она склонила голову. — Подойди, пожалуйста, — начала говорить я, вставая с постели. — Ты говорила, что никому ничего не скажешь, что будешь защищать меня… — Все верно, маркиза, — Элоиза закивала в согласии головой. — Я сделаю все, что Вы скажете. — Я не могу тебе объяснить всего, потому что времени мало. Но мне нужно, чтобы ты как можно скорее отправилась в Париж к дому моей сестры и передала ей послание. — Конечно, давайте, я передам мадемуазель Жири, — девушка протянула руку, чтобы я отдала ей письмо. — Тебе придется передать все устно, у меня нет времени писать. Ты должна сказать Мэг, чтобы она как можно скорее ехала к Надиру и они вдвоем к темноте должны добраться до моего поместья. Запомнила? — Да, я запомнила. — А теперь поезжай скорее. Когда вернешься, меня здесь не будет. Никому не говори, где была, кому и что от меня передавала. Спасибо тебе за все, Элоиза, — напоследок я крепко обняла девушку, ведь она мне стала почти родной. Она хранила мою тайну, пусть и не столько долгое время, но она была мне верна. — Иди, — я отпустила ее из объятий. Она вышла из комнаты, а я взяла свой теплый плащ и, накинув на себя, тоже вышла из покоев, в которые, вероятнее всего, больше никогда не вернусь. Закрыв за собой двери, я глубоко вздохнула в попытке сохранять на своем лице невозмутимость и спокойствие. Я все еще не представляю, какая ждет нас дорога, сколько времени она займет, но я должна быстрее покинуть это место. — Маркиза, — на меня шел слуга Рауля, и при виде меня на его лице растянулась улыбка. — Вы куда-то направляетесь? — Антуан, — я искренне улыбнулась в ответ, — мне сообщили, что с жеребятами в моей конюшне какие-то проблемы, и я решила поехать сейчас в свое поместье. — Странно, нашему конюху никто ничего не говорил, — мужчина нахмурился. Чёрт, он не должен понять, что я лгу! Нужно его убедить… — Давайте я отправлю кого-нибудь из работников королевской конюшни?! — Что ты, не стоит, я сама хочу прогуляться и проверить своих подопечных… — Но, вдруг им нужна квалифицированная помощь? — меня перебил высокий мужчина. — Если будет нужна помощь, я сразу же отправлю за ветеринаром сюда, — настойчиво произнесла я. — Может, стоит сопроводить Вас? — Я доберусь в карете, благодарю, Антуан, — на самом деле я не планировала брать карету. Пусть я не лучший наездник, но Эрик меня немного научил скакать на лошади пока мы были в моем поместье. Я было хотела пойти дальше, но не пошла, оставшись на месте. Нужно кое-что передать для Рауля. — А Вы не могли бы передать моему мужу? — Конечно, что передать? — согласился слуга. — Скажите, чтобы не волновался за меня. Пусть завтра приезжает в мое поместье, где я встречу его, как полагается хорошей жене. И, ещё, что я люблю его, — я ведь на самом деле его люблю, и мне больно от обмана друга детства. Но ради Эрика, ради своего ребенка, ради своего счастья — я готова на эту боль и на этот риск. — Я все передам дофину, миледи, — Антуан кивнул, и я направилась дальше. Относительно незаметно я вышла из дворца. Меня видели лишь несколько человек, которые не особо придавали значения моим передвижениям, и которых не будут спрашивать при моем исчезновении. К моему счастью, в конюшне никого не оказалось. Быстро пройдясь по стойлам, я поняла, что лошади не оседланы. Но, обернувшись на выездные ворота из конюшни, я увидела красивую белую кобылу, на которой было седло, она была привязана за поводья к столбу. — Привет, — я подошла к животному ближе, погладила нежно рукой по гриве, — ты же поможешь мне, правда, милая? — заглянув в ее глаза, я поняла, что могу доверять ей. — Спасибо, девочка, — я отвязала поводья и подвела ее ближе к выходу. Я остановила лошадь. Посмотрев на ее высоту, я засомневалась, что смогу забраться без помощи моего сильного Эрика. Ладно, стоит попытаться. Главное, сильно не напрягать живот. Так, эту ногу в стремя, руками подтянуться и перекинуть ногу. Да, я молодец! Все-таки балет меня кое-чему научил. Вот только голова слегка закружилась… Издалека я услышала шум, возвращается конюх. Мне нужно уезжать сейчас же! Я слегка пришпорила лошадь, она начала медленно идти, тогда я сделала это второй раз, но сильнее, и она быстрее поскакала. Я без проблем проехала через дворцовую охрану, которая стоит на главных воротах Версаля, и направилась прямиком в сторону своего поместья. Солнце уже начинало опускаться к горизонту, что означало только одно — времени у нас у всех не так уж и много. Но я-то уже почти на месте! А вот Мэг и Надиру придется поторопиться, иначе могут быть проблемы с отправкой в путь. Когда я уже скакала по территории своего имения, вдалеке увидела Эрика, гуляющего у озера. Он сначала не понял, что это я, а потом начал идти мне навстречу. Пока я скакала от Версаля, порядком начала задыхаться от нехватки воздуха, а все это этот проклятый корсет! А выражение, которое было на открытой части лица Эрика, нужно было видеть. Я даже еле удержалась, чтобы не рассмеяться при виде его удивленного и испуганного взгляда, но мне было приятно, что он волнуется за меня. — Кристина?! — удивленно произнес он, когда взял остановившуюся кобылу под уздцы. — Что ты здесь делаешь? — Эрик помог мне спуститься вниз. — Эрик, все очень-очень быстро и сложно! — запыхавшись и прерываясь говорила я. — Так, успокойся, глубоко дыши и расскажи, что происходит, — я удивляюсь его спокойствию… — Дело в том, что когда я вернулась в Версаль, Рауль оповестил меня, что завтра мы едем в Марсель… — Что? Но почему завтра? — перебил меня Эрик. — Подожди, не перебивай. Я отговорила его ехать так далеко, ссылаясь на то, что только-только забеременела, и смена климата, и все дела… В общем, он согласился, но вместо Марселя он приедет завтра сюда! — Ты серьезно? — Дестлер вытаращил на меня свои зеленые глаза. — Думаешь, я стала бы шутить? — в истерике выкрикнула я. — Думаешь, стала бы лезть на лошадь, рискуя потерять ребенка? — Прости, — кажется, он понял, что дело плохо. — Хорошо, но мы же должны были уехать через две недели… — Я отправила Элоизу за Мэг и Надиром, мы отправимся этой ночью, как только они прибудут сюда, — объяснила я. — Как я поняла, у Надира почти все готово уже к этому моменту. Поэтому больше тянуть нельзя! — Эй, смотри, — Эрик обернул меня, и я вдалеке увидела девушку верхом на лошади. Было совершенно ясно, что это — моя сестра. — Мэг? — я прищурилась, всматриваясь вдаль. — Но где Надир? — Не знаю, — настороженно произнес Эрик. — Без него мы не справимся в пути, только он знает дорогу, и как безопаснее всего пройти. Тем временем, блондинка к нам приблизилась довольно быстро. Эрик, как и мне, помог ей слезть, она была запыхавшаяся. Мэг сразу же кинулась мне в объятия. — Кристина, — всхлипнула подруга. — Прости, мне жаль, что все получается так быстро, — на моих глазах выступили слезы. — Где Надир? — между нами встрял Эрик — он один сейчас способен более-менее трезво думать и не впадать в крайности. — Он еще в Париже, Эрик, — Жири подняла взгляд на моего ангела. — Но сказал, что отправится следом за мной. Значит, должен скоро быть здесь. — Хорошо, тогда мне следует собрать все свои вещи и сжечь… — Что? — удивилась я. — Что ты собрался сжечь? — Все, что может связать тебя со мной. Все, что может подтолкнуть королеву к мысли о том, что ты сбежала со своим учителем, которого она видела лично! — Эрик быстрым шагом направлялся в дом. Мы с Мэг еле успевали за ним бежать. — Разве ты можешь сжечь все свои работы? — я не могу допустить, чтобы он отправил в небытие такие музыкальные шедевры! — Почему не взять их с собой? — Хорошо, — закрыв глаза, Эрик зарычал. Я знаю, что он это делает только, чтобы не злить и не расстраивать меня. — Я оставлю лишь несколько работ, которые возьму с собой. Но все — это слишком много. В ожидании Надира, мы с Мэг помогали Эрику подбрасывать в горящий камин нотные листы. За окном уже было темно, вышла луна и ярко светили звезды. И вскоре мы услышали топот копыт. Это был Надир, но когда мы вышли из дома, обомлели от его вида. — Надир? — Эрик осветил перса свечой, чтобы разглядеть его получше. — Почему ты весь в крови? — Ты ранен? — к темноволосому мужчине подбежала Мэг, начиная осматривать его тело. — Это лишь царапина, мадемуазель, — он тяжело сглотнул. — Надир, почему ты в таком виде? — настаивал Эрик на своем вопросе. — Мэг, — месье Хан взял мою сестру за обе руки, от чего та насторожилась, — ты… Прости меня… Когда я уже выезжал из Парижа, мой путь был через ваш дом. Я понял, что внутри что-то не так… Когда я зашел, твоя мать… она… — Надир, что с мамой? — Мэг вырвала руки из хватки перса и истерично застучала кулаками по его груди. — Она была мертва, Мэг, — сжав челюсти, произнес Надир. На моих устах застыл немой крик, а Мэг закричала так, как никогда и никогда еще не кричал. Она упала на землю, а я села рядом и обняла ее. У нас обоих по щекам лились слезы, которые ни я, ни, тем более, Мэг не в силах остановить! Кто убил мадам Жири? — Кто это сделал, Надир? — я не видела, но четко слышала Эрика сквозь наши безудержные рыдания. — Пока я еще был в доме, на меня кто-то напал, — мужчина закашлял во время продолжения рассказа, — было темно, и я не видел его. Но точно знаю, что он очень сильный, как офицер. — Армия? — я подняла взгляд. — Разве они могли так рано что-то заподозрить? — Я… я должна вернуться, — все еще плакала Мэг. — Я должна увидеть ее! Она не может быть мертва! Я не верю! — кричала она, подрываясь с земли и кинувшись к лошади, но Надир прижал ее к себе в объятия. — Не глупи, Мэг, — шептал месье Хан, — поверь, я знаю, как тебе больно. Я в детстве потерял родителей, обоих сразу. Потом умерла моя жена, потом мой сын. Я знаю, что ты чувствуешь, но кто бы ее ни убил, мы должны бежать. Потому что если это — французская армия, то они уже в городе и скоро будут здесь! — Да, — согласилась Мэг, начиная успокаиваться. Она уже не рыдала, но слезы все равно медленно лились. — Кристина, Ваши вещи? — Надир посмотрел на меня. — Я не могла ничего с собой взять, кроме плаща, месье Хан, — растерянно ответила я. — Найдем что-то в дороге, а сейчас все верхом, — сказал он, подсаживая Мэг в седло. Эрик поступил также и помог забраться мне. — Я поеду первым, за мной Мэг, потом Вы, Кристина, и ты, Эрик, поедешь в конце. Держитесь колонной, не отставайте друг от друга, а главное от меня. К рассвету мы должны пересечь границу, пока есть такая возможность, иначе мы потом не выедем из страны! С последними словами Надира мы выстроились в одну колонну и отправились в путь…

To be continued