Ты подарил мне крылья

- Мы все займемся его поисками.       Голос командора был прямым и спокойным, на какое-то мгновенье Хитоми подумала, что все проблемы решены, и, от сказанного даже Ханджи перестала летать от стены к стене.       Вместе у них получится, они обязательно найдут капрала где бы он не был.       Уже через час, Эрвин начал собирать поисковые отряды. Так как, возможно, дело казалось опасным в одном отряде допускалось до четырех человек. Как только все было готово, Зоэ дала команду разделения и каждый отряд отправился на свою точку искать пропавшего капрала. Томас, Хитоми, Гин и Кей, находившиеся в одном отряде, верхом на лошадях исследовали закоулки в Тросте. Дело было не из легких, уж очень большая территория, да и у ребят нервы были пошатанными, из-за недавних происшествий. - Хитоми, как там Джули? - поинтересовался Кей - Ей уже лучше?       Андо не сразу ответила на вопрос Цукишимы, так как ее мысли летали где-то далеко и полностью о другом человеке. После того, как блондин переспросил, девушка, вздрогнув, все же ответила. - Не переживай, я уверена, с ней все хорошо, просто чувствует себя немного не важно, - как можно спокойнее ответила Андо и наиграно улыбнулась, увидев облегчение на лице Кея.       Томас всю дорогу молчал. Он уже давно не разговаривал с Андо, да и с остальными особо не общался. Он ушел в себя и в свободные моменты о многом размышлял, думал. Не то что бы ему было все равно на капрала Леви, он, конечно, понимал, что Ривай очень важен для Легиона Разведки и стоит больше чем добрая половина его солдат, но все же... Все же он терпеть его не мог. Брайен видел в нем высокомерие, напыщенность, да и вообще за человека не считал. Было что-то в капрала такое, что раздражало юношу, возможно, такое "уважение" к Риваю заслужилось ревностью к дорогому человеку, или же просто личная неприязнь. Томас не знал, да и думать об этом не хотел. - Там развилка, - отрешенно сообщил Гин и посмотрел на ребят - Что будем делать? - Думаю, разумнее всего будет разделиться, - высказал мысль Кей и посмотрел на Хитоми, что не переставая теребила поводья лошади. - Тогда я с тобой, - бесцеремонно бросил Томас Цукишиме и, не дожидаясь того, дернул поводья влево направляясь по дороге, ведущей куда-то в темноту, где виднелись лишь пустые улицы, освещаемые фонарными столбами.       Переглянувшись, друг с другом, никто не стал спорить и возражать. Уже через пару минут разведчики разделились на две команды и вскоре совсем потеряли друг друга во мгле спящего Троста.       Хитоми испытывала некую обиду по отношению к Томасу, парень практически прекратил с ней общение. Как бы она не пыталась поговорить с ним, он то и дело находил отмазку и увиливал. Она скучала. Не хотела этого признавать и верить, но Андо действительно скучала по Томасу, по тем временам, когда они так хорошо ладили. Именно с ним она впервые побывала за стенами во внешнем мире, впервые ощутила себя свободной, зная, что он рядом. А сейчас... Сейчас все изменилось. Нет больше той самой дружбы, как раньше, Томас уже не тот, да и Хитоми уже совсем не та. Как бы они не хотели это предотвратить - их пути вели в разные стороны и, с каждым новым шагом они отдалялись друг от друга. Оба понимали это, но смели препятствовать, у каждого свой путь, и каждый обязан его пройти, как бы не было тяжело.

***

      Он очнулся в каком-то сыром, темном месте. Были слышны как капли воды скатываются по каменистым стенам, падая на пол, как крысы пищат по углам. Запах толи гнили, толи еще чего, заставлял кашлять, однако спустя пару минут он уже привык к этой вони, хоть и через силу.       Ривай открыл глаза и поморщился. Его взгляд устремился на железную решетку, отделяющую его от возможной свободы. Сыро и грязно... Ужасное место, однако, выбирать не приходилось. Из-за всех сил, Леви попытался подняться на ноги, но дикая боль практически во всех частях тела помешала ему это сделать. С грохотом он повалился обратно на пол, стискивая зубы, чертыхаясь про себя.       Взгляд капрала скользнул по собственному телу. Ссадины, синяки, порванная одежда и засохшая кровь, предстали перед взором брюнета. Он протяжно вздохнул и почувствовав, как с уголка рта скатывается струйка крови, сплюнул на каменный пол, вытирая остатки крови с засохших губ.       Тело жутко болело, в горле пересохло, а по вискам словно в барабаны стучали. Леви прислонился головой к сырой стене и зажмурился. И как он только умудрился так облажаться? Все, что помнил капрал, так это то, как он вышел, точнее его прогнали из-за закрытия из какой-то чайной лавки в довольно позднее время, он направился к конюшням, но проходя по темному переулку улицы, на него напали несколько мужчин. Что им было нужно один черт ведал, ведь Ривай не переносил с собой никаких документов, да и был не в форме Разведотряда, а в простой гражданской. Он мог предположить, что это обычный разбой на улицах Троста, слухи часто доходили до его ушей, какой здесь разбойный народ обитает, однако сравнивать это с разбоем в подземном городе было нельзя, поэтому Леви никогда и не обращал внимания на это. Во всяком случае до сегодняшнего дня, когда он сам стал жертвой этих улочек. Однако, что-то в этом не складывалось. Если бы это был простой разбой или грабеж, то почему же его, запихнули в эту темницу или подвал и удерживают?       Пытаясь разобраться, капрал не сразу услышал скрип открывающейся двери. Послышались шаги, все ближе и ближе. И вот из-за угла вынырнули двое людей завёрнуты в плащи, у одного из них была остроконечная шляпа. На секунду, буквально на мгновение, сердце Леви словно остановилось. Перед ним во мраке стоял высокий мужчина, с осанкой, напоминающий одного человека, неразрывно связанного с прошлой жизнью Ривая. Нельзя было отрицать, что капрал напуган. Столкнутся лицом к лицу с прошлым, да еще и с таким ужасным в таких обстоятельствах ему совершенно не хотелось. Ему вообще не хотелось сталкиваться с этим ужасным прошлым, но факт оставался фактом - сейчас он думал лишь о человеке, чье имя Кенни Аккерман... - Капрал Ривай, - риторично произнес тот самый мужчина, которого, как оказалось, Леви ошибочно принял за Кенни - вот мы и встретились снова.       Брюнет выдохнул. Не передать словами какое облегчение он испытал, когда понял, что обознался.       Собравшись с мыслями, капрал внимательно стал присматриваться к фигуре, говорящей с ним, вслушиваться в этот, почему-то знакомый голос, пытаясь понять, кто же он. - Чего тебе надо от меня? - холодно спросил Ривай, смиряя тяжелым взглядом собеседника.       Мужчина усмехнулся. - Ты не узнал меня, - брюнет не видел, но точно понял, что незнакомец оскалился, искривляясь в безумной улыбке - Найл, зажги факелы, пускай капрал взглянет на старых друзей.       Друзей? От этих слов Ривай разозлился еще больше. Факелы медленно разгорались, наполняя сырое помещение светом. Через пару минут, мужчина снял шляпу и поднял голову, гордо смотря на ошарашенного капрала.       Перед ним стоял никто иной, как бывший капитан Военной полиции Стивен Хосс. После суда, мужчину с позором прогнали из королевской гвардии, и он так и не смог пробиться обратно в войска. Семьи у него не было, друзей тоже. Так и не найдя стоящее занятие жизни, он решил пойти по пути разбойничества. Видимо так на жизнь и зарабатывал.       Со дня последней встречи, мужчина очень сильно изменился. Былой шарм и аристократический вид, покинули этого человека, оставив за собой небрежный вид. Грязные волосы, жесткая щетина и многочисленные порезы на лице, потертая и рваная одежда, исхудавшее тело, грязь под отросшими ногтями и запекшаяся кровь в некоторых, открытых для взора, частях тела. Все это вызвало невероятно отвращение. Кто бы мог подумать, что за всего несколько месяцев человек может настолько измениться.       Ривай смотрел на него с ненавистью и отвращением, если бы не железная решетка, отделяющая этих двоих, он бы уже давно кинулся на Хосса и убил бы его. Но Леви ничего не мог сделать, кроме как озлобленно выслушивать ненавистника, насмехающегося над ним.       Словно загнанный в угол зверь, обессиленный, злой и беспомощный - именно таким в тот момент себя чувствовал капрал. - Видишь в кого я превратился? - мужчина, демонстративно раскинул руки в стороны и вновь усмехнулся - Это сделал со мной ты, Ривай. Ты, и твоя милая маленькая подружка.       Внутри капрала, где-то под сердцем что-то ёкнуло, услышав описание и поняв о ком идет речь. На душе стало тревожно. Упираясь на стену, брюнет поднялся, невзирая на жуткую боль и, хромая, побрел к решётке. - Чего ты добиваешься? - хрипящим голосом спросил Ривай, сжимая прутья решетки бледными пальцами. - Это моя маленькая месть, Леви, за то, что вы, легионские сволочи сделали со мной и с моей жизнью, - Стивен вновь злобно усмехнулся, показав при этом отвратительные желтые зубы. От него пахло алкоголем и чем-то тухлым, невыносимый запах, заставил капрала поморщиться и отвернуться. - В том, что с тобой случилось, виноват только ты сам, - монотонно проговорил брюнет, смотря в сторону.       Настала минутная тишина, прерываемая лишь звонкими ударами капель о сырую поверхность и тяжелым дыханием, как Леви, так и Стивена. - Леви, скажи, ты хочешь увидеть твою подружку?       Серые ледяные глаза, подобно молнии метнулись обратно, смиряя Хосса ненавистным взглядом. Капрал стиснул зубы, сжимая до боли прутья решетки. - А ведь она ищет тебя, - продолжал Стивен, наслаждаясь видом обеспокоенного и озлобленного волка, загнанного в угол - и ведь почти нашла. Красавица забралась так далеко, что я и представить себе не мог, думаю, она будет хорошим подарочком для меня. - Сволочь, не смей ее трогать! - зарычал брюнет, цепляясь через решетку за грудки смеющегося мужчины - Тронешь ее хоть пальцем, клянусь, я убью тебя! - Единственный, кто умрет здесь, так это ты, Ривай, а затем, и твоя подружка, - блондин протянул секундную паузу, а затем добавил - после того, как я и мои ребята вдоволь наиграются с ней и ее юным тельцем.       После этих слов, мужчина, что стоял позади Стивена, больно схватил запястья капрала, заставив тем самым брюнета разжать пальца. От резкой боли, Ривай отшатнулся от решетки и стал потирать болеющие места на руках. - До скорой встречи, капрал Леви, - монотонно произнес Хосс, уходя прочь.       Последнее, что донеслось до слуха Ривая, было: "Найди и притащи сюда эту девчонку".       Взгляд брюнета бешенным огнем метался по собственной темнице. Нужно было выбираться, не важно как, лишь бы выйти отсюда. Он должен, просто обязан, защитить Хитоми от этого урода и его собак. Леви пытался выбивать решетку ногами, искал хоть какую-то пробоину. Но ничего не увенчалось успехом. Выбраться без ключа было нельзя. Оставив глупые попытки, Леви сел на пол, прислонившись спиной к холодной стене. Он думал что же будет дальше, где сейчас Хитоми, что же ему делать...

***

- Слушай Томас, - начал было Цукишима, но заметив мрачный вид друга, решил оставить слова при себе,а Брайен и вовсе его не слушал.       Ушедший в свои мысли, он просто позволил коню везти его вперед. Томас не вглядывался в темные уголки улиц, не смотрел по сторонам, не разговаривал. Лишь тихо, словно сам призрак, сидел в седле, смотря куда-то вперед, отрешенным, от мира сего, взглядом.       Он всегда мечтал увидеть в ее глазах ту любовь, которая есть в его. И вот, наконец, он ее увидел. Но она – не для него …       Все горе в том, что Томас любил ее... Безумно любил. Но ее сердце принадлежало другому. Он старался найти смысл этого осуждения, истолковать, оправдать, роясь, копаясь в себе, перебирая всю жизнь и все, что он о себе знает, и не видит начала и не может вспомнить, что он сделал и чем навлек это несчастье. Она как-то странно, нежно с любовью, но в то же время с отрешенностью в глазах смотрит на него, она видит его искаженно, как в кривом зеркале, возможно и плачет по нему и волнуется сильно, а может даже сожалеет о чем-то.       А он просто любит ее. Вот, если бы вы только могли себе представить! Он любит все особенное в ней, все выгодное и невыгодное, все обыкновенные ее стороны, дорогие в их необыкновенном соединении, облагороженное внутренним содержанием лицо, которое без этого, может быть, казалось бы некрасивым, талант и ум, как бы занявшие место начисто скрываемых чувств и эмоций, воли. Ему все это дорого, и он не знает человека лучше нее.       Но, знаете... Если бы даже она не была так дорога ему, если бы она не нравилась ему до такой степени, все равно прискорбная истина его холода не открылась бы ему, все равно он думал бы, что любит ее. Из одного страха перед тем, какое унизительное, уничтожающее наказание нелюбовь, он бессознательно остерегался бы понять, что не любит ее. Ни он, ни она никогда бы этого не узнали. Его собственное сердце скрыло бы это от него, потому что нелюбовь почти как убийство, и он никому не в силах был бы нанести этого удара.       Внезапно мысли Томаса прервал какой-то шорох. Цукишима также напрягся, рука машинально потянулась к клинкам, а так как двое разведчиков находились в полумраке и действовали практически в слепую, приходилось быть предельно внимательным и готовым защищаться.       Шорох оказался за спинами разведчиков, и когда Томас уже приготовился защищаться, из темноты послышалось сдавленное хрипение и тихий кашель. В ту же секунду, на свет фонарного столба вышел Гин, побитый и в крови. -Татегава! - изумленно вскрикнул Кей, поспешно слезая с коня и ловя на лету падающего товарища.       Юноша был очень слаб. Кровь сочилась из многочисленных ножевых ран на его теле, лицо украшали разбитые губа и висок. Зажав руки сочившеюся ножевую рану на предплечье друга, Кей позвал Томаса помочь ему. Вместе им удалось усадить Гина на лошадь и как можно скорее, но не создавая неблагоприятных условий для раненого друга, направились в штаб.

***

- Гин, где Хитоми? - обеспокоенно спросил Брайен - Что с вами случилось? - Они напали на нас, - прохрипел в ответ разведчик - они устроили засаду... Кхх... Им нужна была Андо... - Кто это был? - ... Не знаю, но эти ребята явно мастера своего дела... Они профессионально обученные убивать...       С уголка губ потекла струйка крови, Татегава закашлялся, от чего раны стали кровоточить сильнее, а вскоре и вовсе потерял сознание, откинувшись на державшего его Кея.       К счастью они не так далеко отошли от штаба Разведки и домчались довольно скоро. Раненому сразу была оказана медицинская помощь. <tabУдивленные и обеспокоенные Ханджи и Майк сразу же расспросили Томаса и Кея о том случилось, а позже, выяснив примерное место где это случилось, доложили капитану и начали подготовку к спасательной операции. - Да кто это вообще такие?! - стукнула кулаком Зоэ по поверхности деревянного стола за которым восседал Смит. - Что они позволяют себе?! Удерживать насильно двоих наших разведчиков, один из которых является капралом! Неслыханная наглость! - Тише, Ханджи, - поднял на женщину глаза блондин и глубоко вздохнув потер переносицу - разберемся. Сейчас главное успеть во время. - Во время? - Как думаешь, зачем им Хитоми и Леви? - рассуждал Смит - Они не взяли Татегаву, но забрали Андо... Как думаешь, кому могла насолить наша парочка?       Осознание пришло нежданно, майор раскрыв рот, ошеломленно отшатнулась назад, все еще не веря в случившееся. - Неужели ты думаешь, что Стивен... - Я всего лишь строю догадки по этому поводу, но зная каким человеком был Хосс, от него вполне можно такое ожидать. - Раз так, тогда нужно срочно выручать Леви и рядовую, - забеспокоился Майк.

***

      Он продолжал сидеть, прижавшись спиной к холодной стене, в темной, недоступной для света темнице, в сыром помещении, где возможно когда-то держали приговоренных к эшафоту преступников. Кто бы мог подумать, что его - сильнейшего воина человечества, вот так загонят за решетку и будут держать как последний скот. Хотя, еще пару лет назад, Ривай бы не удивился подобному. Жизнь под землей его многому научила, в том числе и смирению с выдержкой. Он сидел тихо и бездвижно, слушая падающие капли, разбирающиеся об каменный пол. Его мысли беспорядочно проскакивали одна за другой, и не одна не задерживалась на долго. От непонятности и тревожности ситуации, заболела голова, даже сонливость нахлынула нежданно.       Но вот, где-то вдалеке с грохотом и скрежетом открылась, по видимому, тяжелая дверь. Послышались мужские голоса, тихие шаги, становившиеся все громче, все ближе. Леви встал на ноги, хмурясь, подходя ближе к металлической решетке, и в ту же минуту кровь в его венах охладела. Из тени вышли двое парней, волочившие за собой почти безчувственную, еле передвигащуюся девушку.       Они остановились на против капрала, и, если бы не металлические прутья, Леви бы разорвал их на куски. Его кулаки сжались от злости, а сердце с бешеным стуком выпрыгивало из груди. Парни переглядывались между собой и словно с издевкой смотрели на загнаного в угол капрала, который только и мог, что молча ненавидить их.       Парень, что чуть ниже ростом своего приятеля, но довольно мускулистее, вынул из кармана связку ключей, что резким звоном разлетелась по всей темницы. Найдя нужный ключ, он вставил его в замок и медленно повернул. Послышался щелчок открывающегося замка       Это был шанс для Леви. Неожиданный прилив сил разлился по всему его телу, словно сладкий адреналин по венам. Сам не понимая откуда у него взялись эти силы, после долгого утомления и голода, капрал резко, дёрнул дверь решетки на себя, заставив парня от неожиданности потерять равновесие и упасть на каменный пол, разбив себе нос.       Ривай быстро перепрыгнул его и вышел за пределы клетки. Кровь бурлила в его венах, он соображал быстро и с точностью, однако не успел Леви сделать и шага, как его остановил грубый мужской крик.       Повернувшись на источник звука, Ривай закусил губу и замер. Второй парень, держал Хитоми за волосы, запрокидывая ее голову назад. Девушка тяжело дышала, а к ее горлу было поставлено лезвие ножа. - Сделаешь еще один шаг - перережу ей глотку - серьезным голосом заявил мужчина.       Не поверя его словам, посчитав это блефом, капрал сделал шаг к нему, но тут же остановился. Нож с силой прижимался к горлу разведчицы, и вот, уже первые капельки алой крови скатились по лезвию, падая на пол. Хитоми тихо заскулила от боли и закрыла глаза, стараясь даже не дышать.       Леви тихо зарычал и отступил назад. Тем временем, мужчина, очухавшись от порыва Ривая, поднялся на ноги и резко дёрнул капрала за куртку откинув назад, обратно в клетку. Леви больно ударился спиной об каменную стену и оперевшись о нее рукой, поднял свой ледяной взгляд на недругов. Тем временем, мужчина убрал нож и грубо толкнул Хитоми в клетку, поспешно запирая дверь, как бы не нарваться на очередные выходки знаменитого воина человечества, которого как бы то ни было эти двое опасались, или откровенно говоря, боялись.       Хитоми упала на колени, тихо взвизгнув от резкой боли и неожиданного появления брюнета около неё. Капрал поймал девушку в падении, что бы та не ударилась головой и не получила травму. Он выдохнул, понимая, что все обошлось и, хотя ему и не удалось вырваться, он радовался, что Хитоми сейчас с ним. Стоило двум парням удалиться и оставить разведчиков наедине, как капрал заметно расслабился. Он взглянул на обезвоженую разведчицу в его руках и аккуратно, еле дотрагиваясь до кожи убрал прядь волос с ее лица, боясь напугать девушку. - Они напичкали меня какими-то таблетками... - прохрипела Хитоми, наконец взглянув на Ривая своими янтарный глазами, в которых была пелена боли и не капельки того огонька, которого Ривай всегда видел в этой девушке.       Ее сознание было затуманено, что отчетливо видел брюнет. Да, девушку не тронули, но накачали непонятной для капрала наркотой, что бы та не рыпалась. Сейчас Хитоми была словно тряпочная кукла, которая не могла справиться со своим телом. В руках капрала она чувствовала себя спокойно, под защитой, и поэтому, постепенно приходила в себя. Леви было больно видеть ее такой беспомощной. Вновь его посетило то чувство и осознание, что Андо все-таки девушка, хрупкая и нежная и, как бы она не старалась выглядеть сильной и как бы не была сильна на деле, она все так же продолжает оставаться девушкой. Этим прекрасным созданием, не созданным для войны, она могла быть кем угодно, с ее умом и грациозностью Хитоми вполне могла бы служить при дворе, она могла уже быть за мужем и носить под сердцем ребенка , радуясь и улыбаясь каждому новому дню в ее жизни. Но это могло быть в другой жизни, в этой же... Все намного сложнее... Она солдат. Она выбрала этот путь, осознанно,понимая,чем это может закончится и к чему может привести.       Он вновь прижал к себе Хитоми - девушку изменившую его жизнь, трепетно прижался холодными губами к ее лбу. Она рядом, в его руках, и больше никто не посмеет ее тронуть. - Я искала тебя... - прошептала рыжеволосая, поднимая голову, заглядывая в родные серые глаза своего капрала. - Я не удивлен, - усмехнулся Ривай, гладя девушку по щеке, замечая, как ей значительно становится лучше.       Кожа вновь стала преобретать естественный оттенок, ядовитая пелена постепенно начала пропадать с янтарных глаз, Хитоми, наконец, смогла свободно двигаться и перестала чувствовать ту убивающую, накрывающую с головой усталость. Девушка выпрямилась, сидя рядом с капрала, смотря как тот оценивающе осматривает ее. - Ты в порядке? - наконец спросил Леви, пытаюсь скрыть тревогу в голосе. Заметив нотки беспокойства, Хитоми ласково улыбнулась и кивнула в ответ, заметив как капрал заметно расслабился.       Рыжеволосая подползла ближе к Риваю и положила голову на его плечо, с наслаждением ощущая родное тепло и запах черного чая. У нее все еще дрожали руки. Возможно это было причиной отхода от тех наркотиков, которые ей вкололи, а возможно, от сильного испуга. Но испуга не за себя, а за него. За этого сильного и никому не покорного капрала, гордого и неприклонного, холодного, но в то же время невероятно теплого, любящего и родного...       Он взял ее руку, заметив дрожь в конечностях, с заботой погладил по нежной коже и поднес к губам. В ту же секунду по телу Хитоми побежали тысячи мурашек, а на лице появился легкий румянец смущения. Казалось бы, легкий жест, показывающий свою симпатию к человеку, свою подчительнось ковалера к милой даме, но сколько эмоций может вызвать этот легкий поцелуй у девушки, влюбившейся в гордого капрала. Капрала Леви.       Не заметив того, рука Хитоми сама потянулась к угольным волосам, дотронувшись до макушки, нежно сползла вниз, гладя черные как смоль и мягкие как бархат волосы. Ривай вздрогул от неожиданных ощущений, и, не сумев совладать с собой, притянул девушку к себе, жадно целуя покусанные губы, обнимая все еще слабое тело, наслаждаясь каждой секундой, проведенной с ней - с той, кто подарила ему крылья и стала его свободой.