Голос Инкуба

Дима не звонил мне ни на следующий день, ни после. В школе я его не видел до тех самых пор, пока наши классы не встретились в раздевалке перед физкультурой. Он совсем не смотрел в мою сторону и никому не сказал ни слова. Глеб сегодня болтал со мной особенно активно, но я не мог отвести взгляд от его брата. Мне было плевать на всё. Прямо сейчас я хотел бы подойти к этому холодному засранцу, притянуть к себе за волосы и впиться в эти соблазнительные губы… — Ты вообще здесь? — помахал рукой у меня перед глазами Глеб. — Прости, я не в настроении болтать, — усмехнулся я. От меня не укрылось, что взгляд Димы всё-таки скользнул по мне, когда я остался без штанов, но он быстро опомнился. Переодевшись, я поднялся в спортивный зал. Нас выстроили в две параллельные шеренги друг напротив друга. Между нами ходил физрук, объясняя задачу на сегодняшний урок. Мы с Димой стояли лицом к лицу и сверлили друг друга взглядом. Между нами было всего десять метров. Его глаза словно пронизывали меня насквозь, и я чувствовал, как тело пробирает мелкая дрожь. Не в силах выносить эту сладкую пытку, я отвернулся первым. Наконец мы приступили к разминке, а затем к бегу. На втором круге Дима снял с себя футболку, демонстрируя всем узор татуировок и красивый рельеф брюшного пресса. Становилось действительно жарко. В горле пересохло, а низ живота сводило от нарастающего возбуждения. Хвала Богам за свободные шорты и тесные трусы. Но за весь урок я так и не услышал его голоса. Если так продолжится — я сойду с ума. После урока я заперся в туалете раздевалки, ожидая, пока все переоденутся, чтобы не светиться своим достоинством. Когда голоса, наконец, стихли, я высунулся из своего укрытия, но тут же поперхнулся воздухом. Чёртов Дима всё ещё складывал спортивную форму в пакет. Интересно, он специально задержался? Я почувствовал, как кровь приливает к щекам, а дышать становится тяжелее. Я подошёл к умывальнику, открыл холодную воду и умылся, пытаясь хоть немного охладиться. Дима уже не собирался, а просто стоял, скрестив руки на груди. — Чего? — буркнул я, пряча взгляд. Давай же… Скажи что-нибудь! Но вместо ответа Дима подошёл к умывальнику, огибая меня. Серьёзно? Ладно… Я снял спортивную футболку, стараясь складывать её как можно медленней. Я и не знал, что такой аккуратный, сука! Долго он собирается намывать себе руки?! Я надел чистую футболку, соображая, что делать дальше. Дима выключил воду и уже направился к выходу, как вдруг я совершил непоправимое. — Тебя разве не учили, что бросать трубки на середине разговора — невежливо? Ну всё. Я — труп. Дима остановился у входа, а я запаниковал. Что я натворил, придурок озабоченный?! Я отвернулся к стене и ударился лбом о бетонную поверхность. — И давно ты знаешь? — спросил он ТЕМ САМЫМ голосом. Чёрт, я до сих пор не верю, что это он! Всё моё лицо горело от смущения, а коленки дрожали, грозясь подкоситься в любой момент. Что я наделал… Дима быстро подскочил ко мне, и я съёжился в ожидании, но он остановился, опираясь руками о стену по обе стороны от меня. Его жаркое дыхание прямо в ухо… Как же мне этого не хватало. Возбуждение снова накрыло меня, но я всё ещё не решался повернуться и пытался отвлечься, разглядывая узор татуировок на его руках. Сработало с точностью наоборот! — Значит… Тебя заводит не только мой голос, но и моё тело, а, маленькая шлюшка? — шепнул он мне, опаляя дыханием кожу. Ноги всё-таки подкосились, я начал медленно оседать на пол, но крепкие руки подхватили меня, усаживая на скамейку. Дима впился в мои губы жадным поцелуем. Я невольно охнул, когда горячий и влажный язык проник внутрь, распространяя вереницы мурашек сразу по двум телам. Невероятно близко. Я беспомощно обхватил его, цепляясь за широкую спину. Его тёплые мягкие губы медленно спустились на шею, а руки скользнули под футболку. Я непроизвольно выгнулся, подаваясь вперёд, когда его тонкие пальцы невесомо огладили позвоночник, после чего прошлись по контуру лопаток. Дима одним движением избавился от мешающей в данный момент вещи, заглядывая мне в глаза. Я чуть не кончил от этого взгляда! Голубые глаза потемнели, стали почти синими, а зрачки его расширились, выдавая состояние. Возбуждение становилось почти болезненным. Он снова набросился на меня, оставляя цепочку засосов на шее, медленно спускаясь к ключицам, груди… Я закрыл глаза, отдаваясь ощущениям. Одна его рука скользнула в шорты, стягивая их вместе с бельём. Я облегченно выдохнул, почувствовав некую свободу. Дима усмехнулся, а его горячий язык мазнул по головке. Я распахнул глаза от неожиданности и столкнулся с его возбуждённым взглядом. Сладостная судорога прошила позвоночник, и белёсые капли брызнули Диме в лицо. Кретин! Не смог сдержаться, как какой-то девственник! Дима плотоядно улыбнулся, вытирая со щеки остатки спермы, и развратно облизнулся, запуская свои пальцы мне в рот. Чёрт, это уже становится фетишем! Его длинные пальцы буквально трахали мой рот, скользя по языку. Я обхватил их губами, ощущая мелкую дрожь, что прошла по телу моего любовника, а мой член заинтересованно дёрнулся, наливаясь кровью. Дима вытащил пальцы, а я непроизвольно подался вперёд, разочарованно выдыхая. Ну нельзя же так! Я только вошёл во вкус! — Чш-ш-ш… — улыбнулся он, разворачивая лицом к стене, укладывая грудью на скамейку. Её угол больно впился в кожу под рёбрами. Так не пойдёт! Я хочу его видеть! Я взмахнул было руками в знак протеста, но его длинные пальцы сомкнулись на моём члене, вырывая из головы все мысли, кроме единственного «хочу». Я зажмурился, ощущая, как палец медленно проник в дырочку в моей заднице, массируя тугое колечко мышц, и почти сразу за ним последовал второй, причиняя боль, но вторая рука Димы по-прежнему скользила по стволу, отвлекая от неприятных ощущений. Вскоре я уже сам насаживался на его пальцы, забывшись в этом безумии. Я хочу больше. Словно услышав мои мысли, Дима вытащил пальцы и приставил головку ко входу, вторгаясь почти сразу на всю длину. Блядь, если бы я только знал насколько у него большой! Жгучая боль в пятой точке заметно ослабила возбуждение, и я непроизвольно дёрнулся, пытаясь освободиться из-под горячего тела. — Прости меня… Прости… — шептал он, покрывая шею короткими поцелуями, скользя рукой по члену, и я постепенно расслаблялся, привыкая к ощущениям. Сидеть после такого я ещё долго не смогу… И всё-таки как сильно он возбуждён! Я осторожно поддался назад, намекая на продолжение. Дима плавно качнул бёдрами, и от наслаждения я прогнулся в спине поддаваясь ему навстречу. Боль сплелась с удовольствием настолько ярко, что я непроизвольно заскулил, желая снова поймать это ощущение. Дима начал медленно двигаться, скользя в такт по стволу пальцами, оставляя засосы на шее, плечах и спине. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Член уже звенел от возбуждения, требуя разрядки. — Быстрее… — единственное моё слово, и Дима сорвался, бешено вколачиваясь в меня с тихими гортанными стонами. Ощущение заполненности просто сводило с ума. С каждым движением его яйца бились о мою кожу с пошлым шлепком, а перед глазами всё плыло. Наслаждение плавило мысли, и я чувствовал, что ещё немного и… Но Дима перехватил член у основания, ощущая, что разрядка близка. — Давай… Вместе… — сбивчиво прошептал он мне. — Я… Сейчас… Сделав ещё несколько резких толчков, он вошёл особенно глубоко, проводя рукой по стволу. Наши стоны смешались, прорезав густой воздух, пахнущий потом и сексом. Он тяжело упал на меня, пытаясь восстановить дыхание, затем скатился с моей спины, растягиваясь прямо на кафельном полу раздевалки. Я пытаюсь подняться, но обессиленно падаю обратно. Рёбра ноют, сзади всё горит, а по ногам стекают вязкие капли. Постепенно я прихожу в себя, но двигаться по-прежнему не хочется. Из-под полуприкрытых век я наблюдал за тем, как Дима поднимается на ноги, опираясь о стену, приводит себя в порядок и подходит ко мне, помогая встать. Он усадил меня на скамейку, нежно целуя одними губами, словно ребёнка, а затем сел рядом, крепко обнимая. Я уткнулся носом в его футболку, закрывая глаза. — Извращенец, — пробурчал я, еле ворочая языком. Он засмеялся, прижимая меня к себе ещё крепче, поцеловал в макушку, и шепнул: — Я люблю тебя, моя маленькая шлюшка.