Соединяя наши сердца // Bridge Our Hearts

Всё, что мог сказать Ойкава, так это то, что Иваизуми явно не был рад видеть обоих парней на пороге, но шатен был слишком взбудоражен, чтобы побеспокоиться об этом. Брюнет выглядел раздражённым и невыспавшимся и, определённо, как человекоподобная версия Оскара Ворчуна*, но Тоору, наплевав на всё, набросился на него с объятиями, пропев его имя самым сладким голосом, который у шатена мог только быть. — Какого чёрта- — выпалил Хаджиме, вполсилы оттолкнув от себя парня. Ойкава ощутил чувство вины где-то в душе, а затем возбуждение волнами нахлынуло на него. — Прости, что не дали тебе поспать, Иваизуми, — оправдываясь, произнёс Суга, извиняясь за Тоору. — У нас кое-что важное для тебя и, ну… Ойкава не мог подождать до утра. Поочерёдно впившись серьёзным взглядом сначала в Сугу, а потом в шатена, Хаджиме устало и раздражительно выдохнул. — Пойду, поставлю чайник, — ворчливо проговорил он, отталкивая Тоору. Пройдя в гостиную, Ойкава плюхнулся на диван, немного отодвинувшись, предоставляя место Коуши. Медленно садясь рядом, блондин источал ауру неловкости, смущения. И, чтобы успокоить нервничающего возлюбленного, Тоору схватил бледную ладонь и крепко сжал, широко и радостно улыбаясь. Кроткой, неуверенной улыбки Суги в ответ на его жесты для шатена было достаточно. Через несколько минут в комнату вернулся Иваизуми с кружками, пакетиками чая и горячим чайником, из носика которого струился еле видимый дымок. Брюнет выглядел достаточно взбодрившимся, чтобы выслушать парней. — Ну, и что такого важного вы хотели мне сообщить, что — аж! — припёрлись в такую рань? — В его голосе сквозили нотки обиды. Всунув им в руки кружки с напитком, он уселся на противоположный угол дивана. Внимательно посмотрев на Ойкаву, Сугавара, получив в ответ кивок, повернулся к Хаджиме всем корпусом и глубоко вздохнул. — Мы говорили кое о чём, что рассказал мне Дайчи. И мы подумали, что если… — блондин замолк на секунду, чтобы сделать глоток чая. У шатена даже мысли не появилось торопить его, ведь он видел, как любовник нервничал. — Ну, мы подумали, что полигамные отношения — лучший для всех нас выход. Мы просто будем встречаться втроём. От услышанного рот Иваизуми комично широко раскрылся, отчего Тоору почти вслух захихикал над его выражением лица. — Что? — Смотри, всё просто! — выпалил шатен. — Я встречаюсь с тобой и Коу-чаном, ты — со мной и Коу-чаном, а Коу-чан — с тобой и со мной! Естественно, мы можем встречаться сразу одновременно, но и по отдельности тоже нормально. Я хочу сразу, но Коу-чан сказал, что для начала надо спросить у тебя, — повернувшись к блондину, Ойкава надул губы, получив в ответ одну из сладких улыбок, не особо отличающихся от его собственных. А после уже оба синхронно обернулись и выжидающе-пристально посмотрели на Иваизуми. — И, — затаив дыхание, начал Коуши, — что ты скажешь? Иваизуми впился взглядом в пространство куда-то между ними и долго что-то высматривал, так долго, что Ойкава уже почти начал беспокоиться. Пощёлкав перед лицом брюнета пальцами, шатен радостно выдохнул. — И правда… Хорошо звучит. — Хорошо? — усмехнулся шатен. — Отлично. Мне нравится. Взгляд Хаджиме в эту минуту был таким нежным, чего Ойкава не мог добиться от него, игриво поддразнивая любовника, и неожиданно они услышали звонкий смех Сугавары. После засмеялся Иваизуми, и Тоору, ничего с собой не сумев поделать, присоединился к парням. Они смеялись громко, долго и заливисто, полные радости и веселья. И вся та напряжённость, что витала в комнате по их приезде, исчезла, как сдувшийся шарик. Наконец успокоившись, шатен заметил, как Сугавара тянулся к брюнету, вовлекая того в возбуждающий и глубокий поцелуй, и почувствовал, как бабочки запорхали в его животе. — Не по правилам! — проговорил он, притворно обидевшись. — Я тоже хочу поцелуй. — Ты, — блондин оторвался от губ возлюбленного и ласкательно-журительным тоном проговорил, — уже получил свой поцелуй. Не успев даже придумать аргумент в свою пользу, Тоору почувствовал, как Сугавара притянул его к себе и прижался губами к его устам в головокружительном поцелуе, раскрывающем всю привязанность, все чувства блондина. И все мысли шатена испарились по дуновению ветерка, чтобы он смог должным образом поцеловать парня, надеясь, что этого хватит для того, чтобы показать ему всю любовь. Он чувствовал на них взгляд Иваизуми, но тот не казался раздражающим, скорее, наоборот. Они оторвались от губ друг друга раньше, чем того желал Тоору, но парень тут же ощутил жадный поцелуй Хаджиме. Контраст между брюнетом и блондином приводил парня в восторг, и он любил их: нежный, сладкий, податливый Сугавара и собственнический, дурманящий, настойчивый Иваизуми. Оторвавшись от шероховатых губ, шатен плюхнулся на диван с безумной улыбкой на покалывающих губах. — Эй, просто, потому что мы целовались, не значит, что я тебя простил, — серьёзно произнёс он Иваизуми. — Мне нужно время. — Я понимаю, — Хаджиме согласно кивнул. — Так, — Суга сидел между двумя парнями и улыбался, — мы всё ещё будем встречаться через несколько недель? — Конечно, — закивал Тоору. — А теперь, давайте проведём ночь вместе. Когда они втроём завалились на кровать, Суга оказался зажатым между двумя парнями, тесно прижимающимися к нему с каждой стороны. А Ойкава ещё никогда не чувствовал себя более умиротворённым, чем сейчас, обнимая столь важных и любимых людей в его жизни.