From 1994

— Я подменяла другую девушку. Если бы не это, сейчас здесь бы мог быть кто-то другой вместо меня, — Камилла чуть улыбнулась и потупила взор. — Знаешь, я предпочитаю смотреть на это с другой стороны. Если бы это случилось не в ту ночь, в этом баре, с этой стодолларовой купюрой, это бы произошло на Джексон-сквер, рассматривая картину, или Френчмен-стрит, слушая джаз. Я бы нашел тебя, — произнёс Клаус таким голосом, что Камилла не сомневалась в правдивости его слов. — Спасибо... — О'Конелл была уверена, что сейчас он её поцелует, но первородный неожиданно отстранился, и она взглянула на него совсем не понимающим взглядом, — за напиток. Клаус произносил эти слова ей, только вот взгляд серо-голубых глаз был направлен совершенно в другую сторону. Камилла обернулась и увидела, как у входа в бар стояли молодые парень и девушка. — Привет, love, — Кэролайн задорно улыбнулась и подошла ближе. Майклсон смотрел на вампиршу, не отрывая глаз, и следил за её действиями, как заворожённый. — Кэролайн, — произнёс он её имя на выдохе, удивляясь, как глухо прозвучал его голос. Блондинка подошла почти вплотную к Камилл, заставляя ту отступить к барной стойке. Форбс склонила голову набок, а указательный и большой палец правой руки покоились на подбородке, изучая девушку напротив. О'Конелл поёжилась от пристального взгляда, который был наполнен интересом вперемешку с презрением, она кинула быстрый взгляд на Клауса, но тот не обращал на неё никакого внимания. — А он умеет говорить красивые вещи, не так ли? — Кэролайн прошла за барную стойку, выуживая алкоголь для коктейлей. — Там целый мир, что ждёт тебя: великие города, музыка, искусство. Однажды ты позволишь показать мне мир. Ты излучаешь свет. Всё, о чём я могу думать, — это то, как сильно я хочу показать тебе всё это. — Она произносила его слова, попутно разливая коктейль по бокалам. — И вот моё любимое: «Я намереваюсь стать твоей последней любовью, сколько бы времени на это ни ушло». Кай сел за столик и с усмешкой на губах наблюдал за этим спектаклем, не желая прерывать свою спутницу. Форбс не рассказывала ему свою историю, да и он не особо интересовался, предпочитая наслаждаться компанией бесчувственной Кэролайн. Надо сказать, они знатно повеселились, пока добирались до Нового Орлеана, оставляя за собой ручейки крови случайных жертв. И если блондинка преследовала цель увидеть Клауса, то Кай хотел не только посмотреть на семью первородных, но и пропитаться магией, которой в городе Полумесяца было более чем достаточно. — Кэролайн, что с тобой? — Клаус казался растерянным. Девушка, что он обещал оставить в покое и никогда не возвращаться, сейчас была в его городе. Клаус так хотел почувствовать вновь шелковистость ее кожи, вкус губ и аромат тела. Воспоминания о последней встрече в лесу проскользнули в его сознании, оставляя приятные импульсы во всем теле. Он вновь взглянул на вампиршу, отмечая изменения в ней. — Ты догадался, — блондинка театрально похлопала в ладоши, — а вот мои друзья до последнего верили, что я вернула человечность обратно. И даже не представляю, что было бы, если бы не Кай. Правда, сладкий? — Она повернулась к еретику и послала ему воздушный поцелуй, зля первородного. Кэролайн с удовольствием смотрела, как расширяются глаза гибрида от удивления и как бешено забилось сердечко этой смертной. Вампирша схватила за руку блондинку, причиняя боль, но ей было все равно. Клаус метнулся в сторону Камилл, но был отброшен магией. — Серьезно? И вот ради этого ты приехал в Новый Орлеан? — Форбс вывернула руку О’Конелл, заставляя ту вскрикнуть. — Какая-то неудачная копия меня, не находишь? Нос большой, глазки маленькие, да и крупновата она, Клаус! Клаус не мог поверить в происходящее. В глазах Кэролайн он видел просто дикий огонек. Это была совершенно другая девушка. Но больше всего его сейчас раздражал этот мальчишка, что с помощью магии не давал гибриду сдвинуться с места. Ему оставалось наблюдать, как Кэролайн впивается острыми клыками в запястье Камилл, причиняя боль его терапевту и просто хорошей девушке, которая стала дорога Майклсону. Злость пронзила каждую клеточку гибрида, его зрачки налились янтарным цветом, и он зарычал. — Ты не посмеешь! — Кэролайн оторвалась от блондинки и невинно захлопала глазками. — Так она дорога тебе, как мило, — она состроила сочувствующую моську и вытерла слезинку, показывая, как ей жаль. Она издевалась над ним. — А может быть, ты хочешь присоединиться? Но не думаю, что тебе понравится ее кровь. Слишком много сахара. Камилла попыталась что-то сказать, вразумить бесчувственную вампиршу, но Форбс только шикнула на нее, прося заткнуться. Кэролайн схватила О'Конелл за шею, чуть сдавила и резко дернула пальцами. Тело Камилл с глухим стуком упало на пол. — Прости, но ты сопутствующий ущерб, — произнесла Кэролайн бездыханному телу. Кай смотрел на нее с неподдельным восхищением. Пойти против первородного, да и еще убив того, кто оказался ему дорог. Да Кэролайн Форбс просто сумасшедшая! — Вау, малышка, ты великолепна! — Паркер встал со своего места и подошел к Кэролайн, беря из ее рук коктейль. Магия ослабла, и гибрид бросился в их сторону. Но тут же острая боль пронзила его голову. — Не советую мешать нам, — Кай покачал головой. — Отдохни лучше, — щелчок пальцев, и гибрид лежит со свернутой шеей. — За нас! — Форбс подняла бокал. — За веселье! — вторил ей Паркер.