Цена свободы

- И долго ты собираешься держать его в четырех стенах? – читая газету за очередным завтраком и не глядя на сына, задал неожиданно вопрос Джон Бирейн. Дени только хмыкнул, в свою очередь, копаясь в телефоне. Он не собирался отчитываться перед отцом. В конце концов, это его кхил, он имеет право делать что хочет. Тем более, после того раза, когда мужчина поступил довольно странно и грубо, ему не особо хотелось пускать его к Каю. Как ни странно, отец не выказывал никаких претензий и за эти две недели, после того как северянина перевели в комнату к Дениэлу, вообще повел такой разговор впервые. - Выгулял бы его что ли в город. Все же свежим воздухом нужно дышать. Тем более, сейчас последние теплые дни. Говорят, со следующей недели начнутся дожди. - Ты беспокоишься о его здоровье? – с ехидной усмешкой все же глянул на отца парень. - Я просто решил дать тебе совет, - пожал плечами Джон. – А дальше твое право следовать ему или нет. Дени нахмурился и снова уставился в телефон. Его бесило поведение отца, он хотел наорать на него, высказать все, что думает о его надменном поведении, о том, что его слова и действия ужасно разнятся, но он молчал. Брюнет не хотел бы называть себя трусом. Он не побоится столкнуться с компанией отморозков в темном переулке, не побоится грабителей, если ему неоправданно попытаются заткнуть рот, он не промолчит и поставит на свое место наглеца. Но, все же, в этом мире был единственный человек, которому открыто он никогда не перечил. Был ли это страх или все же такое сильное уважение, парень сам не знал. В конце концов, его отец самый богатый в Верхнем городе, на его заводе трудятся тысячи кхилов и свободных людей. Он умеет заключать выгодные сделки и поддерживать партнерские отношения, его многие уважают, да и сам Дениэл понимал, что без отца он никто. Да, со временем вся эта империя чипов перейдет к нему и тогда уже сын Джона Бирейна должен будет доказать, что он ничем не хуже отца. Но, пока что, он решил держать подальше отца от своих дел. - Если ты так боишься, что он сбежит, то чипируй его, - снова бегая глазами по заголовкам газеты, проговорил густым басом глава семьи. – Лоренс умеет делать это. Тем более, ты снимешь с него этот ошейник, от чего мальчишка станет менее агрессивным. - С чего ты так уверен? - Я знаю психологию северян, - «бросил» на сына быстрый взгляд Джон. - Почему же тогда не хочешь со мной поделиться своими знаниями? - Я вот делюсь. Дениэл нахмурился. - Значит, не настолько ты хорошо их знаешь? - С чего это ты решил? – отложил газету в сторону мужчина и хмуро глянул на сына. - Ты совершенно не разбираешься в них, потому что даже не можешь мне сказать, что происходит с Каем. Почему ему нужно каждый день вливать это гребанное противоядие? Что не так с их организмом? – парень был зол. Он пытался не повышать голоса, но сдерживать эмоции становилось все труднее. - Кажется, я говорил про психологию, а не про их физическое состояние. - Твою мать, отец! – не выдержал Дениэл. – У тебя же была какая-то женщина из северных земель. Что с ней стало? Почему ты мне не рассказываешь про нее? Пару минут Бирейн-старший сидел, хмуро уставившись на брюнета. Затем молча встал из-за стола и направился к выходу. - Отец! – Дениэл тоже вскочил на ноги, но следом не побежал. - У тебя была мать, которая тебя любила и оберегала, - повернулся Джон к парню и сурово глянул ему прямо в глаза. – Это единственная моя женщина, о существовании которой ты должен знать. Остальное – не твое дело, - затем он резко развернулся и покинул столовую. Дениэл с досады скомкал салфетку, лежащую на столе, и зашвырнул ее на противоположный конец комнаты. Он знал, что вернуться к этому разговору не получится. Еще долгое время отец не будет заводить разговора о кхиле, чтобы не касаться темы северянки. Да что не так с ней было то? ____________________ Мне казалось, что время остановилось. Практически каждый день повторял предыдущий. Я не мог выйти из комнаты, метаясь от стенки к стенке. Первая ночь была самая ужасная. Я думал, что как только засну, этот придурок поступит так же, как его отец. Практически всю ночь я не сомкнул глаз, и вырубился, когда хозяин комнаты покинул ее. - Не собираюсь я тебя трахать, - заявил Дениэл следующим вечером, выходя из душа. На нем ничего не было, кроме обернутого вокруг бедер полотенца. Должен заметить, что хоть он идиот еще тот, но телосложение у него хорошее. Он в два раза шире меня в плечах, у него хорошо развитые мышцы рук, груди, живота, в общем всего, чего было видно. - Так что спи нормально и не елозь как жук. Мешаешь, - садясь на край кровати и вытирая голову вторым полотенцем, снова проговорил он. - Не нравится, можешь выселить обратно, - буркнул я в ответ. - Ты совсем дебил? – повернулся он ко мне. На пару минут мы замерли, просто пялясь друг на друга. Я не знаю почему, но в тот момент он не был страшен для меня, да и вообще, от этого парня я не видел прямых угроз. Ну да, он все пытался строить из себя крутого, обещая меня наказать, но все его угрозы дальше слов не уходили. - От дебила слышу, - наконец-то снова буркнул я. На лице Дениэла появилась улыбка, от чего мне тоже захотело улыбнуться и я поспешил отвернуться к окну. Еще чего, буду я тут с ним дружелюбным. Может мое заточение было бы еще более унылым, если бы не три «но». Во-первых, огромная плоская штука напротив кровати оказалась телевизором. Я слышал про них, и даже видел как-то на картинках, но там они выглядели меньше и пузатее. Как ни странно, но Дениэл мне охотно объяснил, как пользоваться этой штукой. - Все порно-каналы платные и закодированы, так что тебе зайти на них не удастся, - расплывшись в улыбке, проговорил он, когда я тыкал по кнопкам пульта. - Это только у тебя в голове одни извращения, - фыркнул я в ответ, даже не поворачиваясь в его сторону. Еще минуты две я чувствовал на себе его взгляд. - Чего? – наконец-то повернулся я к Дениэлу с недовольным выражением лица. - Ничего, - снова улыбнулся тот, но уже более безобидно. – Просто ты так мило наблюдаешь за тем, что происходит на экране. Я невольно залюбовался. От его слов меня бросило в жар, и я почувствовал, как начинают гореть щеки и уши. Покрутив пальцем у виска, я развернулся снова к экрану, пытаясь унять дурацкое чувство стыда. Дениэл не стал продолжать «пытку». - Ну, развлекайся тут, - хлопнул он меня по колену и вышел из комнаты. Я еще минуты три сидел на месте и не мог шелохнуться. Мне совершенно не понравилось то, что я почувствовал сейчас. Теперь горело не только лицо, но и то место, до которого дотронулся этот идиот. Нет, оно горело не потому, что он со всей дури лупанул, он сделал это не сильно, по-дружески, но, почему-то, мое сердце бешено забилось. Тряхнув головой, я поспешил переключиться на то, что творилось на экране этого чуда техники. А свое состояние я мог объяснить очень просто: я схожу с ума в этой комнате. Но, кроме телевизора, была еще Молли. Она приходила каждый день с книгой и тетрадкой. Потихоньку девушка начала складывать звуки в слоги, а слоги в слова. Недавним ее подвигом было то, что она прочла две страницы не запнувшись. - Это так здорово, - сидя на кровати, радостно запрыгала она на месте. – Я умею читать! - Тебе понравилось? – улыбнулся я в ответ. - Да! Очень! Я было тоже хотел искренне обрадоваться, но тут Молли заявила: - Правда смысл я не поняла. Это было нечто. Получалось, что механически она могла читать, не вникая в смысл слов. Что ж, тут придется поработать намного дольше. Ну а третьим положительным моментом можно было бы назвать визиты Аманды. Правда, если быть честным, то меня даже немного разочаровывало ее появление. Да, женщина приносила вкусную еду, она была добра ко мне, рассказывала много забавных историй из жизни в этом доме, но она приходила и для того, чтобы сделать мне очередной укол. Я уже не сопротивлялся. Главное, что не было плохо, что я был полон сил. Если бы только снять ошейник, то я смог бы сбежать отсюда. Что я заметил в рассказах Аманды, так это то, что она ни разу не отозвалась о хозяевах плохо. Она вообще мало о них говорила, в основном о том как Молли и Ари не могут найти общий язык, о помешанности Саго на цветах и о глупостях, которые иногда говорит Гаред. - А где мать Дениэла? - однажды решился я задать вопрос женщине. Так удивленно на меня посмотрела, затем, тяжело вздохнув, сдвинула уже прилично отросшую челку с моего лба. - Она умерла, не так давно, но и недавно. Дени не хочет об этом говорить, потому что он долгое время жил с ней, когда отцу было некогда. - А что произошло? – не знаю почему, меня начала интересовать судьба моего тюремщика. - Автокатастрофа. Машина вышла из строя, и она слетела вместе с ней в речку. У меня похолодело все внутри. Неужели это тот самый мост, который соединял центр города с более спокойным островком? Он совсем рядом, а это значит, что место гибели его матери недалеко и он каждый раз проезжает там. С другой стороны, мою мать похитили такие люди как он, так что, это может быть своего рода возмездие за содеянное. Не обязательно напрямую возвращается зло, оно может обрушиться через несколько поколений. - Лучше на заводи с ним разговоры на эту тему, - вывела меня из задумчивости Аманда. – Дени добрый мальчик, более мягкий, чем его отец. Но это пока что, поэтому, не надо. Этим же вечером, когда Дениэл вернулся домой, он кинул на кровать тонкую брошюрку. Я переводил удивленный взгляд с него на кинутую вещь и обратно. - Читай, ты еще вроде как грамотный, - плюхнувшись рядом на кровать, с усмешкой посмотрел он на меня. Я молча взял брошюрку и открыл ее. Оказалось, что это путеводитель по Верхнему городу, где отмечены всего его достопримечательности, музеи, кафе и парки. - Ты вел себя все это время хорошо, поэтому тебя стоит наградить прогулкой по городу. - Ну зашибись, - сквозь зубы пробубнил я себе под нос и машинально махнул головой, убирая мешающиеся волосы. Картинки были яркие, к каждой прилагалась небольшая информация. Невольно я увлекся ею, совершенно забыв про Дениэла, поэтому, когда его рука коснулась моего лба, я резко дернулся назад, от чего моментально ударился локтем об тумбу и затылком о грядушку кровати. Тут же на всю комнату раздался смех Дениэла. - Вот вообще не смешно, - прошипел я, потирая ушибленный затылок, так как он ныл сильнее, чем локоть. - Я просто хотел убрать волосы, чтобы они не мешали тебе читать, - и снова на его лице появилась мягкая улыбка. – Нужно будет тебя свозить завтра в парикмахерскую, а то так скоро Молли тебе косички начнет заплетать. Я только нахмурился и, бросив брошюрку обратно на кровать, направился в ванную. Закрывшись там, я облокотился на раковину и замер. Я не понимал, что происходит, что за игру затеял этот парень? Он совершенно не пытается воздействовать на меня физически, хотя, я вроде ничего плохого не делал все эти дни. С чего бы ему быть агрессивным. С другой стороны, зачем меня здесь держать? В начале, когда он переселил меня в свою комнату, я думал, что он будет каждую ночь издеваться надо мной, но ничего такого не было. Когда я просыпался среди ночи, он мирно спал рядом, иногда закинув руку на меня. Пару раз я чувствовал, как он прижимает меня к себе, стискивая в объятьях, но я старался тут же выбраться и отпихнуть парня подальше. Вечерами он обычно рассказывал что-нибудь о новых технологиях из Верхнего города, которые совершенно не касались кхилов, а иногда переключал канал, где шла программа о других дальних странах. Она мне очень нравилась, и, бывало, он мне пояснял что-то. Так что ему нужно от меня? Я поднял голову и посмотрел на себя в зеркало. Не смотря на то, что я хорошо ел, хоть не так много двигался когда был свободен, но старался не терять форму и не обрастать жиром, делая элементарные упражнения, не смотря на все это, я все равно был бледен и похудел. Ну бледность можно списать на то, что я толком не выходил наружу и не видел солнца, а худобу – что нервы уже не к черту и они меня съедают изнутри. Да, дальше тянуть нельзя. Хотя ничего ужасного со мной не происходило за это время, но мне казалось, что все это не к добру. Хватит тянуть резину. Завтра я обязан буду сделать попытку побега. Как раз мы будем в городе. Возможно, я смогу убежать на такое расстояние, где ошейник не будет действовать.