Цена свободы

- Ты своего кхила не кормишь что ли? – уткнувшись в утреннюю газету за завтраком, проговорил Джон. - С чего ты взял? – так же, не смотря в сторону отца, буркнул в ответ Дени. После того разговора, когда Бирейн-старший признался, что знал о страшной участи Кая с самого начала, отец и сын толком не разговаривали, хотя прошло три месяца. На Верхний город опустилась зима. Снег то шел крупными хлопьями весь день, то слегка подтаивал под яркими лучами солнца. Вода не замерзла, только изредка можно было наблюдать, как под мостом проплывают одинокие льдинки. - Ну он не ест здесь с нами, хотя я видел его несколько раз в саду, да и по дому, по ходу дела, он передвигается уже более свободно, - мужчина все же скосил глаза в сторону сына. - Он ест вместе с прислугой. - И с каких это пор ты его поставил в статус прислуги? Почему я не вижу его работы по дому? Почему я не в курсе этого? - Потому что он так и остается просто кхилом, - кладя вилку на тарелку и собираясь встать из-за стола, быстро ответил Дениэл. - Тебе не кажется, что ты слишком много привилегий для него делаешь? – снова раздался голос отца, когда Дени повернулся к нему спиной и уже было направился к выходу. – Не забывай, что лучше ему не станет. А то, что ему становится хуже, видно невооруженным глазом. - Я твоего мнения не спрашивал, - повернулся к Джону парень, со злостью смотря на него. – Ты мне не собираешься помогать, поэтому мне наплевать на то, что ты говоришь. Я вылечу Кая, я найду лекарство. - Ты думаешь, что люди, работающие в центре медицинских разработок, сейчас быстро сварганят тебе чудодейственное зелье, которое не могли придумать все это время? – ухмыльнулся Бирейн-старший. Дени только сжал зубы и, ничего не сказав, вышел из столовой. Он понимал, что в словах отца была толика правды, жестокой реальной правды, но брюнет не собирался сдаваться. За эти три месяца Кай похудел, было несколько приступов головокружения, и снова начинала идти кровь из носа, но это было очень редко. Аманда уже давно перестала колоть уколы в шею, а стала делать их в руку. Хотя Мистер Лоренс был немного недоволен, но выбора особо не было, к тому же он сам толком не объяснил Дениэлу зачем все это делается, а тот и не спрашивал. Тем не менее, Кай оставался довольно энергичным. Когда брюнет расширил зону его передвижения, он с радостью проводил время с Молли, Амандой и Сого. Водитель – Гаред, был не особо болтлив, но любил играть в карты, поэтому, очень часто Кай проводил время именно за игрой в карты, ну, либо, сидел в библиотеке с Молли, когда никого из хозяев не было дома. Так как в саду работы теперь не было, Сого стал тоже проводить больше времени в библиотеке. Если первым возвращался Бирейн-старший, то все слуги тут же разбегались по своим делам, а Кай старался попадаться мужчине меньше на глаза как можно меньше. Если приходил Дениэл, то особо ничего не менялось, да и парень особо не возмущался. - Я и не знал, что ты так умеешь играть в карты, - как-то раз удивился брюнет, наблюдая, как Гаред уже в пятый раз выигрывает. - Да с ним бесполезно играть, - наигранно возмутился Кай. - Ты просто не умеешь мухлевать. - На, попробуй, - уступил ему место кхил. - Да как так-то?! – в итоге вопил Дени, снова и снова проигрывая водителю. - Я много тренировался, - пробасил тот. - У тебя времени много? – совсем как отец, прищурился брюнет, от чего Гаред вздрогнул и заикающимся голосом промямлил, что тренировался он по ночам. За окном уже стемнело, и сквозь пелену мрака было видно, как мечутся снежинки в потоках холодного ветра. Большой экран напротив кровати показывал последние сводки в мире экономики, но звук был настроен таким образом, что приходилось вслушиваться в монотонный бубнеж. Облокотившись на спинку кровати, Дениэл пялился на монитор с совершенно отсутствующим видом. На другом краю кровати, подложив под голову подушку, читал книгу Кай. Его совершенно не отвлекала эта экономика, так как она была очень тихая, да и он ни черта в ней не разбирался. Несколько минут в комнате, кроме бубнежа, доносившегося с экрана, ничего не было слышно. Дени, зевнув, потер глаза. Затем он повернул голову в сторону кхила. Тот был весь в книге и, казалось, ничего вокруг себя не замечает. В последнее время Кай стал хоть и менее «диким», но все же изредка огрызался и вел себя так, будто Дени просто его друг, а не хозяин. Если быть честным, то брюнету такое положение дел нравилось, потому что он не хотел вести себя как какой-то изверг, тем более Кай ничего ужасного не делал. Он даже не пробовал совершить побег, не пробовал снять ошейник. Глаза Дениэла пробежались по шее Кая, на которой проступали синие вздутые вены. Затем он перевел взгляд на его ухо, за которое была заправлена прядь волос, затем на глаза с длинными ресницами. Брюнет видел, как бегают зрачки кхила по строчкам книги, он читал довольно быстро, если брать во внимание, что его обучали непонятно где и непонятно кто. Долго останавливать взгляд на глазах Кая парень не стал, он опустился ниже, на губы. Тогда, когда он водил его в аквапарк, кхил повел себя очень странно. Дениэл помог застегнуть ему плавательный костюм, он был очень близко, он до него дотронулся, а тот промолчал. Не вспылил, не оттолкнул, а просто посмотрел в глаза. И вот тогда брюнет увидел, что в глазах Кая уже нет той озлобленности, которая была с самого первого момента встречи. Он смягчился и из-за этого стал более притягательным для брюнета. Тогда его взгляд скользнул на губы кхила, к которым хотелось стать ближе, но тогда им помешали. Дени с такой четкостью вспомнил тот день, что те чувства, которые возникли тогда, накатили новой волной. - Ты что? – только успел выдохнуть Кай, когда Дениэл резко придвинулся к нему и накрыл его губы своими. Не последовало ни удара, ни возмущенного мычания. Облокотившись на локти, брюнет приподнялся и внимательно посмотрел на Кая. Тот же смотрел на него в ответ, слегка приоткрывая рот и вопросительно смотря на парня. Дени улыбнулся и провел ладонью по лбу кхила. Тот прикрыл глаза, и на его губах появилась легкая усмешка. Когда же их глаза снова встретились, Дениэл понял, да и Кай понял, что сейчас их мысли сходятся. Снова наклонившись к парню, Дени начал целовать его в губы, при этом одна его рука скользнула к рукам кхила и, тихонько взяв книгу, сбросила ее на пол. В ответ брюнет получил недовольное фырканье, которое оказалось совершенно не помехой. Продолжая целовать Кая, который отвечал на поцелуй, Дени перекинул ногу и оказался на кхиле. Одна его рука скользнула парню под поясницу, прижимая ближе, другая легла на волосы. Оторвавшись от губ Кая, Дениэл перешел на щеки, подбородок. Когда его губы коснулись шеи, он почувствовал, как вздрогнул под ним парень. - Больно? – прошептал брюнет. - А ты как думаешь? – тоже в ответ шепот, но с усмешкой. Дени внимательно посмотрел в глаза кхилу. Где-то залег страх, но его перекрывали непонятные чувства, в которых ни тот ни другой пока не могли разобраться. Проведя подушечками пальцев по вздувшейся венке на шее Кая, Дениэл увидел, как тот снова вздрогнул и, зажмурившись, поджал губы. Недолго думая, брюнет поднес свое правое запястье к ошейнику на шее кхила, слегка прижал мизинец и раздался непонятный щелчок. Кай широко открыл глаза и удивленно посмотрел на брюнета, ощущая, что ошейник перестал давить. Тот же просто взял и снял ошейник, положив его на рядом стоящую тумбу. Кхил проследил за рукой Дени, затем снова удивленно уставился на него. - Это только на одну ночь, - снова приникая губами к губам парня, прошептал брюнет. ________________________ Наверно я сошел с ума. Мне стоило его оттолкнуть, ну или ударить книгой по голове, но я этого не сделал. Более того, когда он снял с меня ошейник, он просто ошарашил меня. А что если я только притворяюсь таким добрым, что если я сейчас его скину и сбегу? Хотя, конечно, это все глупости. Он прекрасно понимал, что я не в том состоянии, чтобы срываться среди ночи и мчаться на холод и снег. Это просто убило бы меня, а я, пока что, умирать не собирался. Более того, когда он снова коснулся шеи, на которой уже не было ошейника, во мне снова начали просыпаться эти болезненно-сладкие ощущения. Его горячие губы на воспаленной коже, когда он чуть сильнее надавил на шею своими губами, у меня невольно вырвался стон. Я понимал, что возбудился от этого, что он чувствует это, но мне было плевать. Я тоже ощущал его возбуждение. Дени, не переставая целовать, стал медленно раздевать меня. Его движения были плавными, нежными. Мне казалось, что именно так он обращается с девушками. Так это получается, что я сегодня буду его девушкой? - Стой, - прошептал я ему в губы, сбивчивым дыханием, когда хантер прикоснулся к резинке штанов на мне. - Не бойся, я буду осторожен, - услышал я шепот в ответ, но это особо не помогло мне. Я все еще помнил, что его отец сделал со мной, но я забыл те болезненные ощущения, вернее, мое тело их не помнило. Тем не менее, страх все же начал меня одолевать. Не знаю уж, почувствовал мое напряжение Дениэл, или нет, но он одним рывком оставил меня совершенно голым. А вот дальше все было как в тумане. Хантер прикоснулся губами к моему уже пульсирующему члену. Я не думал, что он будет это делать, но он все же сделал, он провел по всей длине языком, обхватил головку губами, продолжая при этом водить по ней языком, а затем взял больше. Я не мог ничего сказать, я просто мычал, стиснув зубы и зарывшись пальцами в его волосах. Все эти месяцы, находясь здесь, я ощущал только физическую боль, поэтому, когда сейчас нахлынули такие внезапные, но приятные ощущения, мне тяжело было сдерживаться, хотя я и пытался успокоиться хоть немного. Из головы улетучились все мысли. Не было никаких хантеров, никаких кхилов, не было сейчас никаких разделений. В данный момент были только я и он. Невольно сорвавшееся вместе со стоном с моих губ его имя, резко подорвало Дениэла. Он поднялся выше и начал снова меня целовать, уже сжимая мой член в своей руке. Я вцепился в его спину, закрыв глаза, но когда его пальцы дотронулись до моего ануса, я тут же отпустил Дени и дернулся в сторону. Может быть морально я еще не был к этому готов, но хантера это не волновало. Он сгреб меня под себя и его губы снова стали оставлять «ноющие» поцелуи на шее, отчего внизу живота у меня становилось еще слаще. Я даже не заметил, как Дениэл все же ввел в меня пальцы и, шевеля ими, заставил стонать меня уже в голос. - Больше не могу, - услышал я шепот над ухом, когда парень, схватив меня за бедра и приподняв, выпрямил свою спину. Я же вцепился в подушку, когда почувствовал, как его член входит в меня. Нет, не было боли. Поначалу было неприятно, но когда Дениэл вошел и снова наклонился ко мне для поцелуя, я понял, что мне сейчас хорошо. Хантер начал двигаться, сильнее сжимая мои бедра. Он снова выпрямил спину, и я видел его как сквозь туман. Его силуэт, его рельеф мышц на животе. Не знаю зачем, но я потянулся к его животу и смог только легонько коснуться его кончиками пальцев. Дениэл тут же взял мою ладонь в свою и, наклонившись, оставил поцелуй на внутренней стороне. Я не знаю, почему мне запомнился этот момент, но именно тогда мне показалось, что сейчас этот парень со мной искренен в своих проявлениях чувств.