Can You Do That For Daddy?

Фрэнк отсутствует на летних каникулах со своей семьей. Он становится действительно возбужденным однажды ночью, так что он звонит Джерарду. — Хэй, детка… Ты один, верно, — мурлычет он в телефон. Джерард притих, поскольку слова Фрэнка немедленно влияют на его тело: он горит. — Я не мог прекратить думать о тебе… о твоей узкой маленькой заднице и о твоем большом прелестном члене… Джерард вздрагивает, вспоминая все разы, когда Фрэнк толкал его на колени, заставлял умолять его, чтобы тот выебал его, пока Джерард не срывал свой голос от криков имени Фрэнка. — По чему я соскучился больше всего, так это по твоему симпатичному горячему маленькому ротику… Джерард слышит откровенный стон Фрэнка, и его дыхание становится тяжелее. — Ты трогаешь себя? — нерешительно спрашивает парня Джерард. Тот хрипло стонет неустойчивое «да». — Расскажи мне, как это, — заинтересовавшись, спрашивает его Джерард. — Это так хорошо, малыш. Но это ничто по сравнению с твоим — ах… — твоим горячим маленьким ротиком. Я знаю, тебе это нравится. Ты просто обожаешь смотреть на меня, в то время как я стону для тебя. Ты любишь, когда я хватаю тебя за волосы и трахаю твой рот — я знаю. Мм-ах. Ты просто открываешь свой горячий тесный ротик и принимаешь мой член. Джерард откликается на слова Фрэнка стоном, затем опускает руку вниз по своему телу и обхватывает член, задыхаясь от трения. — Ты тоже трогаешь себя, малыш? Такая прелестная маленькая шлюха для меня. Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня. Ты можешь? Сделаешь ли ты папочку счастливым? — Ахх, что угодно. — Моя маленькая замечательная шлюха. Я хочу, чтобы ты взял свои пальцы в рот и пососал их, сделай их красивыми и влажными, детка. Джерард делает, как сказал Фрэнк, издавая стоны вокруг пальцев, устраивая Фрэнку шоу. — Хорошо, крошка, теперь я хочу, чтобы ты провел ими вниз по своему телу — медленно и приятно — пока не доберешься до своей красивой маленькой дырочки. Ты знаешь, что папочка хочет, что бы ты сделал сейчас? — Папочка хочет, чтобы я выебал себя, пока не кончу, — он просто не может не стонать. — Мм, ты знаешь, что папа любит, такой хороший мальчик. — А-ах. Ммм, — Джерард скулит, так как он начинает насаживаться на три пальца, то вводя их в себя, то выводя, двигая бедрами. — Правильно, малыш, продолжай стонать. Теперь быстрее, я хочу, чтобы ты трахал себя грубее и быстрее, пока твоя рука не устанет, но ты не сможешь остановиться, потому что чувствуешь себя слишком хорошо. Представь себе, что это мой толстый член трахает тебя. Джерард кричит, уже не стонет: «Ах-ах-ах, папочка, чувствую себя так хорошо, Фрэнки… Могу ли я кончить, пожалуйста? Ооох-блять! Мне нужно кончить, папочка!» — Пока еще нет, мальчик. Ты делаешь меня таким твердым, малыш. Распали меня. Я был на ланче… ох, ебать… с моей семьей, когда ты прислал мне ту фотографию. Такой непослушный маленький мальчик. Ты знаешь, что делает папочка, когда ты отправляешь ему фотографии, как эту? — Аах! Пожалуйста, я должен кончить — это боль-ах! Ах! Ах! — Джерард начинает кричать на каждое быстрое попадание по тому самому месту. — Еще нет, детка, это твое наказание. Ты присылаешь мне фото после того, как ты коснулся себя, с твоей милой спермой по всему тебе, блять, ооох, ебать, да, говоря мне, что ты думал обо мне, дерьмо, это не может сойти тебе с рук, малыш, папочка должен показать тебе, что ты делаешь с ним. Джерард слышит частое дыхание Фрэнка и небольшие скулящие звуки, доносящиеся из задней части его горла. Джерард начинает издавать стоны на грани с рыданиями, двигая пальцами внутри себя. Его пальцев, смешанных со словами Фрэнка и звуками, что они оба издают, слишком много. — Да, детка, правильно. Блять, мм, слушай, что ты делаешь со мной. Ты должен взять мою руку и обернуть ее вокруг моего толстого члена — ах! О, блять, блять, сейчас, детка, кончи, как хорошая маленькая шлюха, которой, я знаю, ты и являешься. Джерард спускает, выкрикивая имя Фрэнка, кончая так сильно, так горячо. Его тело содрогается, в то время как он все еще продолжает трахать себя через это — все еще кричащий в сильном удовольствии. Именно тогда он слышит, как Фрэнк задыхается, произнося его имя громче, чем обычно, и Джерард может практически услышать, как движется рука Фрэнка, по телефону, поскольку он работает ей быстро, вверх-вниз по своему члену, пока кончает. Джерард кончает будто бы вечность, наконец переставая после последнего всхлипа. Он слышит отдышку Фрэнка, как тот заканчивает, знакомые утешительные слова. — Ох, детка, ты был так хорош. Так хорош для папочки. — Я люблю тебя, Фрэнки. — Я тоже люблю тебя, малыш. Сейчас я должен идти, думаю, семья вернулась с пляжа. Я напишу тебе. Люблю тебя — чмок, — он делает вид, будто целует Джерарда по телефону, и Джерард устало хихикает. После того как он вешает трубку и лежит в постели, по-прежнему тяжело дыша, Джерард чувствует телефонную вибрацию в своей руке. Он подносит телефон повыше к лицу и видит, что он получил ММС ни от кого иного, как от Фрэнка. Он открывает сообщение — это фото лежащего на животе члена Фрэнка, покрытого горячей спермой. Надпись гласит: «Я думал о тебе». Точно такое же сообщение Джерард отправил ему ранее. — Блять.