Красное платьице

      Люди — крайне эгоистичные существа. С чего такие выводы? Хмм…        Когда смотришь на снующих туда-сюда людей, невольно создаётся впечатление, что все куда-то спешат. И это так. Но если присмотреться, начать рассматривать каждого пробегающего мимо человека, то ты начинаешь понимать, что таких существ нет нигде в мире. Суетящиеся, осматривающие друг друга с презрением, гомонящие невесть что…        Я скривился и решил не забивать свою голову такими пустяками.        Крик чаек, тихий шепот волн и чашка одурманивающего кофе — это все невероятно успокаивало меня. Допив остатки уже остывшего напитка, я начал нервно барабанить пальцами по столу, вновь и вновь оглядывая набережную.        Люди толкаются, бормочут отборные ругательства, плюют на асфальт и друг другу в душу…        Внезапно мой взгляд привлекло к себе красное платьице. Его обладательница озиралась по сторонам, а в глазах, таких по-детски наивных, стояли горькие слёзы. Девочка оглядывалась по сторонам и что-то шептала. Вдруг один проходящий мимо человек, который не заметил эту кроху, толкнул её, и малышка упала на асфальт. Никто её не замечал, все проходили мимо, изредка спотыкаясь об неё, а девочка, сжав коленки своими ручками, рыдала во весь голос. Я уже хотел встать и помочь ей, как услышал крик:       — Камилла! — в этом голосе сквозило облегчением. Я обернулся на него и увидел молодую женщину с копной рыжих волос, которая бежала в направлении этой крохи.       — Мамочка! — девочка услышала столь знакомый голос и подбежала к её обладательнице. Уткнувшись носом в её талию, она не переставала шептать: — Мамочка… Мама… Мне было так страшно…       — Камилла… Говорила же я тебе никуда не уходить и ждать меня! — выкрикнула женщина, но, опомнившись, обняла дочку и зарыдала.       — Ну, не плачь. Ты же взрослая! — насупленно произнесла девчушка и взяла мамину руку в свои маленькие ладошки. Улыбнувшись своим беззубым ртом, она произнесла, — пошли домой.       — Нет, сначала купим чего-нибудь вкусненького, хорошо? — с улыбкой сказала женщина, на что девочка кивнула и потащила её в сторону ближайшего магазина. Женщина, на ходу смахивая слёзы облегчения, поторопилась за дочерью.        От созерцания этой картины меня отвлёк противный голос:       — Чего-нибудь ещё хотите? — обладательница сего голоса наклонилась ко мне, чуть не вывалив на стол свою огромную грудь. Брезгливо поморщившись, я взглянул на лицо этой девицы, что так явственно намекала на свою «веселую» натуру. Блондинка… Нет, крашеная в цвет мочи брюнетка с жирно подведенными серыми глазами и ярко-алыми губами с придыханием разглядывала меня в предвкушении бурной ночки.       — Кофе, — оторвав взгляд от сей «красоты», произнёс я, вернувшись к рассматриванию набережной. Услышав томный вздох, я скривился и прикрыл глаза, все так же наслаждаясь шёпотом волн.        Деликатное покашливание вывело меня из раздумий, нахмурившись, я спросил:       — Что ещё?!       — Не меняешься ты, Малфой. Людей так всех распугаешь, — произнес женский голос. Удивленно обернувшись, я встретился взглядом с насмешливыми темно-янтарными глазами.       — Грейнджер, — кивнул в знак приветствия.       — Малфой, — произнесла гриффиндорка и уселась напротив меня. — Ты же не против?       — Ты же уже села, — с раздражением произнёс я, исподтишка наблюдая, как она откинула свои кучерявые пряди за плечо.       — Итак, зачем ты меня сюда позвал? — любопытно взглянув на меня, спросила… Гермиона… Да, Гермиона.       — Да так, мне было одиноко, вот я и решил скрасить столь надоедливое одиночество тобой, — как ни в чем не бывало я пожал плечами, рассматривая тонкую лебединую шею.       — Малфой, если мы с тобой встречаемся, то это не значит, что ты можешь отрывать меня от работы, — закатив глаза, произнесла девушка.       — Хмм… Тогда можешь идти и ты упустишь возможность получить небольшой подарок, — с наигранным разочарованием, вздохнул я.       — Подарок? — глаза Гермионы возбужденно заблестели, и она чуть подалась вперёд, прикусив губу. Я наблюдал за её пухлыми губками, и от меня не ускользнула мысль, что девчонка очень даже хороша. Заметив за моей спиной копошение, она вернулась в исходное положение. Уловив боковым зрением девушку-официантку, я снова скривился, как от зубной боли.       — Сээээр, я… — растягивая гласную, томно прошептала девушка, ставя чашку с кофе на стол и презрительно глядя на Гермиону.       — Можешь идти, — грубо отрезал последующие слова.        Взмахнув крашеными локонами, обиженная девушка прошествовала к бару.       — Так что за подарок? — не обратив внимания на официантку, спросила Гермиона.        Медленно, словно оттягивая этот момент, я достал из нагрудного кармана маленькую коробочку, обитую зеленоватым бархатом, и кинул её девушке. Рефлекторно поймав её, она спросила:       — Что там? — на что я пожал плечами, мол: «Ничего не знаю, моя хата с краю». С интересом взглянув на мою реакцию, Гермиона открыла коробочку, и её брови взлетели вверх.       — Эмм… Это то, о чем я подумала? — прокашлявшись, спросила девушка.       — Думай, что хочешь, — вздохнул я, доставая деньги и кладя их на стол, — но я хочу, чтобы ты сегодня вечером была в Малфой-мэноре с вещами, — как само разумеющееся сказал я, выходя из кафе.       — И ты даже не спросишь моего мнения на этот счёт? — крикнула вслед Грейнджер… Хотя…       — А зачем мне спрашивать? Я ведь знаю, что ответ положительный, миссис Малфой, — с усмешкой выделяя последние слова, сказал я.       — Хорек! — радостно воскликнула она.       — Зубрилка! — в той же манере ответил я. — Только не опаздывай. Я этого не люблю, — засмеявшись, я завернул в безлюдную улочку и трансгрессировал домой.