Новая жизнь

Весенний дурман мягкой поступью проходил по узким улочкам их городка среди невысоких двухэтажных домов. Легкий ветер слабо колыхал ветви на деревьях, окутанных легкой зеленой дымкой от набухающих почек, а уже по-летнему теплое солнце нагревало выложенную камнем дорожку, на которой весело играли ребята. По центру улочки изредка проезжали запряженные лошадьми телеги, а ближе к домам расположились торгашки, что, надрывая глотки, пытались переманить к себе покупателей. Все это было не более, чем обычной суетой выходных, и никто из людей, привыкших к такому укладу и пробирающихся через утреннюю толпу, не думал в этот момент посмотреть выше привычной дороги, полюбоваться чистым синим небом или наступающей весной. Поэтому черная тень, быстро мазнувшая по светлому фасаду ближайшего дома под самой крышей, осталась незамеченной никем и не нарушила привычного течения жизни. – Ты как всегда занят работой даже в выходной, – тихий шелестящий голос скользнул в небольшую квартиру вместе с ветром, пронесшимся от открытого окна. Молодой человек за столом невольно вздрогнул, поднимая взгляд голубых глаз на незваного гостя. На подоконнике, лениво покачивая ногой в воздухе, сидела невысокая, хорошо сложенная девушка. Отросшие волосы были убраны в неаккуратный пучок на затылке, длинные пряди челки падали на глаза, от чего девушка раздраженно мотала головой и хмурилась. Рядом с ней, на полу, комом лежала сброшенная темная накидка, а сама она была одета в белую толстовку с коротким рукавом и плотные белые штаны, стянутые снизу невысокими ботинками. Завершала образ черная кожаная кобура на поясе, в которой мирно покоилась пара ножей. – Зачем ты снова пришла ко мне? – вопрос, заданный непроницаемым голосом, прозвучал так спокойно и обыденно, что девушка невольно фыркнула, бесшумно спрыгивая на деревянный пол. Это был далеко не первый ее визит в этот дом, и более того – не последний. – Мне нужно перекантоваться где-то пару дней, пока шумиха в городе не утихнет. Ты же не откажешься, Армин? – она в ожидании остановилась рядом с письменным столом, сверля холодным взглядом собеседника. Он пробирал до самых костей, словно гипнотизировал, но Армин легко сбрасывал с себя эти ледяные оковы, давно уже приноровившись не трепетать от их тяжести. – А если откажусь? – девушка неуловимо вздрогнула, как и всякий раз от этих слов, но Арлерт продолжал спокойно сидеть на стуле, руки расслабленно лежали на столешнице, а проницательный взгляд скользил с присущим ему любопытством и мягкостью, поэтому все беспокойство улетучилось так же быстро, как и появилось. – Не откажешься, – уверенно произнесла она, проверяя ладонью рукояти ножей. *** – Энни, иди ужинать! – мягкий голос разносился по комнате вместе с приятным запахом домашней еды, но ответом ему служила лишь ненавязчивая тишина. Армин подождал еще около минуты, прибираясь на кухне, после чего переступил за ее порог. Его гостья мирно спала на диване, где еще некоторое время назад спокойно читала свежие новости. Газета теперь покоилась на полу, а сама девушка слабо посапывала во сне, положив голову с растрепавшимися волосами на сложенные ладони. Армин замер посреди комнаты, с грустью осматривая ее уставшее лицо и короткий шрам, выделяющийся на плече. За прошедшие восемь лет Энни ни капли не изменилась, словно навечно отпечаталась в памяти той отрешенной девчонкой, с которой мало кто решался заговорить. Она пугала сокурсников своей замкнутостью и силой и никогда не стремилась первой идти на контакт. Армин всегда был проницательнее своих сверстников, и в отличие от остальных он видел лишь одинокого человека, закопавшегося в себе, боящегося выходить за границы выстроенной стены. Он был одним из немногих, кто решился подойти к ней, был одним из тех, перед кем разрушился этот непроницаемый сильный образ, оставляющий после себя лишь хрупкую пугливую девушку. Он был одним из тех, кто лично видел ее предательство. Ладонь осторожно коснулась оголенного плеча, а сильная боль тут же прошила всю руку. Энни, бешено сверкая глазами, упиралась коленями в диван и выворачивала Армину руку, пока тот с легкостью держал ее второе запястье с зажатым ножом. Подросший со времени учебы – он был значительно выше нее и куда сильнее, а оттачиваемые столько лет навыки борьбы давали о себе знать, выливаясь в потрясающую реакцию. – Мог просто позвать… – заговорила Энни, как ни в чем не бывало, стоило только понять, что никакой опасности ей не угрожает. Она с легкостью вывернулась из захвата, встала босыми ногами на пол, легко потягиваясь, и выжидающе посмотрела на Армина, который растирал саднящую руку. – Ты слишком крепко спишь, – покачал головой он. «Зато даже во сне ты в безопасности…» – мелькнула в голове непрошенная мысль, и на губы легла мягкая улыбка, – Идем ужинать, – позвал он, и Энни согласно кивнула, следуя за ним на кухню. *** – Ты либо слишком добрый, либо идиот, – Энни задумчиво провожала взглядом патруль за окном, стоя в тени стены и прячась за темной накидкой. Армин удивленно приподнял бровь, опускаясь на диван и слыша рядом тихий вздох, полный облегчения, – На идиота ты не тянешь, но и доброту должны были вышибить на службе, – продолжала говорить она, размышляя вслух и не требуя ответа. Он же просто, не перебивая, слушал и смотрел в голубые глаза, которые взглядом блуждали сейчас по стенам, – Нет, я определенно не понимаю, почему даже зная все, что я сотворила, ты не сдал меня до сих пор, – нахмурившись, покачала головой она. – Хм… Может быть потому, что я считаю несправедливым объявлять тебя вне закона только из-за того, что тебя насильно сделали такой? – спустя пару секунд заговорил Армин, – Может, я не могу предать бывшего товарища? А может, мне просто не нравится уклад нынешней власти, и я надеюсь, что помогая тебе, смогу помочь изменить его? – Энни бросила на него недовольный взгляд, но промолчала, не прерывая речи, – Нет, все это слишком идеалистично и возвышенно, – покачал головой он, мягко улыбаясь, – Я просто хочу, чтобы ты и дальше приходила ко мне и, главное, оставалась целой. Я хочу, чтобы и в твоей жизни был спокойный уголок, где ты можешь не опасаться каждого шороха и движения, – закончил он, с любопытством смотря на заливающиеся румянцем щеки девушки. – Значит все же идиот… – тихо прошептала она, вновь выглядывая в окно и сгорая под проницательным взглядом. *** – Мне хотелось бы жить где-нибудь очень далеко, – тихо говорила Энни, смотря в темный потолок, украшенный причудливыми тенями от дерева, – Или родиться не «здесь» и не «сейчас» – продолжала она, пока шершавая ладонь перебирала ее распущенные светлые волосы. – Жить мирно, ссориться с подругами по пустякам или спорить из-за мальчиков, – Армин едва ли мог различить во мраке комнаты ее грустную улыбку, но мог слышать ее в теплых и мечтательных интонациях, в понизившемся тембре голоса. Энни расслабленно лежала у него на коленях, бездумно сжимая свободную руку ладонями, и впервые за долгое время позволяла себе полностью расслабиться, откидывая все переживания. – В следующей жизни все будет именно так, – прошептал он, скользя взглядом по родному лицу, на котором между бровей разглаживалась темная складка. Энни слабо кивнула, тяжело вздыхая. – Да. Определенно будет, – согласилась она. *** – Армин… – тихий шепот, разрывающий темноту, никак не вязался с горящим настойчивым взглядом девушки и тем, как быстро скользили ее пальцы по пуговицам на его белоснежной рубашке. Они оба уже давно не были невинными подростками и уж тем более давно перестали смущаться друг друга. Слишком мало времени в этом безумном мире было отведено им, слишком мало возможности, чтобы быть рядом, и слишком мало шансов дожить до следующей встречи. Рубашка скользнула по сильным рукам, оголяя подтянутый торс, а молния толстовки больше не скрывала аккуратной груди девушки. – Иди сюда, – Армин накрыл нежным поцелуем губы Энни, его руки легли на тонкую талию, очерчивая мягкие изгибы женского тела. Ближе, теснее, ощущая ее приятную тяжесть на коленях и тепло ладоней, водящих по груди. Ощущая все чувства, вложенные в поцелуй, которые скрывались обычно за непробиваемой маской, и отдавая всего себя в ответ. Энни плавилась от его прикосновений, расслаблялась и полностью отдавала себя во власть чужих рук. Такие сильные ладони, которые крепко обнимали ее, с трепетом касались чувствительной кожи, покрытой шрамами и мозолями, которые оберегали и защищали ее от всего, пока она находилась рядом. Которые дарили невероятные ощущения, заставляя забыть обо всем на свете. – Энни… – жаркий шепот, коснувшийся ключиц, спускался ниже горячим дыханием и мягкими поцелуями. Энни не сразу поняла, когда под спиной стал ощущаться диван, а губы Армина сомкнулись на ее груди, лаская, до предела распаляя отвыкшее от нежности тело. Самоконтроль летел к чертям, в пропасть, в бездну, а пальцы уже нежно вели между бедер, проникая в ее тело и заставляя пылать изнутри. Жар нарастал вместе с желанием, холодная сталь в глазах горела синим пламенем, а губы, не переставая, шептали что-то до одури приятное, дорогое, важное. Мысли исчезли вместе с мягким глубоким толчком, оставляя после себя лишь оглушающую сердцебиением пустоту. Звуки сквозь вату доносились извне, и весь мир сосредоточился только на ярких голубых глазах напротив, на мягких губах, заглушающих стоны, и на приятной тяжести сверху. И на удовольствии, которое пылающим потоком проносилось по всему телу, раздражая оголенные нервы. С каждым движением реальность оставалась все дальше, с каждым вздохом легкие обжигало горячим воздухом, с каждым стоном они падали все ниже. *** – Ты никогда не затрудняешь себя прощаниями, – вздохнул Армин, ловя девушку у самой входной двери. Ночь была в самом разгаре, до рассвета оставалось около трех часов, а Энни уже накинула на голову черный капюшон, который полностью закрывал ее нахмуренное сейчас лицо. – Это излишне, мы все равно скоро встретимся, – пожала плечами она, потуже затягивая кобуру на поясе и в последний раз проверяя наличие рукоятей под рукой. Сильный рывок едва ли не сбил ее с ног, а руки крепко обвились вокруг талии, прижимая к себе. – Прощай. И береги себя, – тихо выдохнул Армин, даже сквозь плотную ткань чувствуя приятный запах волос. – Ты тоже, – голос Энни звучал на грани слышимости, когда девушка резко развернулась и скрылась за порогом. Темный силуэт моментально терялся в черноте ночи, Армин несколько секунд смотрел в пустоту перед собой, после чего захлопнул дверь, нарушая хлопком весеннюю тишину. *** – …Такой неудачи не мог ожидать никто, – говорил суровый медицинский работник, проходя по однотипным коридорам больницы. Армин привычно чеканил шаг рядом с ним, вполуха слушая блеклые причитания мужчины и невидяще рассматривая двери палат, – Взять ее в таком состоянии… Она даже для опытов не пригодна, да и наших аппаратов не хватит, чтобы продержать ее долго живой, – продолжал говорить он, останавливаясь у нужного места, – Посмотрите пока сами, а я схожу за нужными для вас бумагами, – дверь отворилась и тут же захлопнулась, стоило Армину переступить через порог палаты. На койке неподвижно лежала девушка, глаза ее были прикрыты, грудь редко и слабо вздымалась от ровного дыхания, светлые распущенные волосы легким ореолом покоились вокруг головы, а спокойное лицо ни капли не изменилось со времени их обучения. Армин тяжело вздохнул, прикрывая глаза и опуская ладонь на прохладную щеку. Молниеносное движение, скручивающее ему руку, впервые не последовало за этим действием. – Мы и правда так скоро встретились, – тихо произнес он, качая головой. За дверью палаты слышались приближающиеся шаги, – Прощай, Энни, – закончил Армин, мягко улыбаясь. Легкий ветер от открывшейся двери стал ему ответом. *** – … Так нечестно! Саша, а ты что думаешь? – светловолосая девушка недовольно перевела взгляд на еще одну собеседницу, которая едва ли не подавилась чипсами от столь внезапного вопроса. – Э… ну… Мне в общем-то без разницы, – попыталась отвертеться она, но Криста уже повисла у нее на руке, отбирая пачку с лакомством, – Ладно, ладно, мне Конни нравится, – буркнула Браус, злясь, что девчонки вообще завели этот разговор. – Отлично. Вот видишь, осталась только ты… Энни?! – девушка повернулась обратно к подруге, но та уже бойко подхватила с земли сумку с учебниками и быстрым шагом уходила от скамейки. Криста хотела было броситься за ней, но тут внезапно остановилась как вкопанная, удивленно смотря куда-то вдаль. – Что такое? – Саша непонимающе уставилась на подругу, которая, хватая ртом воздух, указывала перед собой. Напротив выхода из школы Армин забрал у Энни ее сумку, а та коротко поцеловала его в щеку, тут же отворачиваясь. Заметив на себе изумленные взгляды, она вдруг весело улыбнулась и помахала рукой подругам, после чего побыстрее скрылась вместе с Армином с их глаз, – Зато она ответила на твой вопрос!– как ни в чем не бывало отозвалась Саша, возвращая себе чипсы и продолжая их есть. Весенний ветер легко подхватывал тихий радостный смех двух подростков, наполняя им мирные будние, а сами они крепко держали друг друга за руки. Ведь в этом мире больше ничто не могло их разделить.