Плата за предательство

Небо было серым и безликим и, казалось, сливалось с не менее унылой землей, на которой произрастала пожухлая и какая-то неживая трава. Керолайн вздохнула. Ей было знакомо это место. Даже слишком. Вот только что ожидало ее теперь, если учитывать, что никакой Эстер поблизости не наблюдалось? - Керолайн… - послышался тихий шепот, раздававшийся, казалось, ото всюду. Однако резко развернувшись, девушка поняла, что рядом никого нет. Но ощущение, будто на нее устремлены десятки глаз не прошло, наоборот, оно усилилось. Будто смотрящих на нее стало больше. - Кто здесь? – Но ответом ей послужила звенящая тишина. Краем глаза Форбс заметила за спиной какую-то тень. Благодаря вампирской скорости, ей удалось развернуться прежде, чем тень исчезла. Перед ней стоял какой-то мужчина в рубашке и тонких брюках. Керолайн вглядывается в его лицо, которое почему-то кажется смутно знакомым. Где же она его видела? Где? В голове копошится какое-то смутное воспоминание… И оно обретает четкость одновременно с тем, как человек стоящий перед ней заговорил: - Я ехал домой из командировки, - его голос тусклый и безжизненный. – Была ночь. Ехать оставалось еще долго. Я решил сократить дорогу и проехать через кладбище, расположенное в одном небольшом городке. Возле ворот кладбища моя машина заглохла. Я вышел из машины и услышал чей-то зов… - Нет, нет, - шепчет Керолайн, делая шаг назад и замечая, что мужчина делает шаг вперед. Она уже знала, какие события последуют дальше в его рассказе. Знала, но ничто из своей жизни после встречи с Эстер помнить не хотела. – Пожалуйста, не надо! - Почему? – Рядом возник парень, на вид ровесник самой Керолайн. И его лицо тоже было ей знакомо. – Почему ты меня убила? Мы ведь вместе ходили на биологию… - Я не хотела, - прошептала блондинка, чувствуя, как в груди что-то сжимается и делая шаг к шатену. – Я не хотела, правда. Это была не я. - А кто, если не ты? – Спросил новый голос, на этот раз принадлежавший девушке. Форбс обернулась к ней и столкнулась с грустными карими глазами, полными упрека. - Джессика… Правда, я не хотела… Прости… - Я возвращалась домой… - Мы с сестрой шли из магазина… - Мы учились вместе, помнишь?.. Керолайн окружали все новые фигуры. Их слова сливались в единый гул, от которого болела голова, и хотелось зажать уши. Блондинка без конца оборачивалась, вглядываясь во вновь прибывающие лица обычных людей: ее одноклассников, соседей или просто жителей Мистик Фоллс и в лица гибридов, в глазах которых плескалась ярость, а губы повторяли все новые и новые угрозы. Чувствуя, как по холодным щекам бегут горячие слезы, Керолайн обхватила голову руками и медленно осела на землю. - Господи, что же я наделала? – Без конца повторяли онемевшие губы. – Эстер, что же ты сделала со мной? Зачем?.. Почему?.. - Керолайн! – Пробился сквозь гул голосов чей-то окрик и наконец, наступила тишина. Она боялась в это поверить. Боялась, что если вновь откроет глаза, то снова увидит своих жертв, ненависть и упреки в их глазах. И снова услышит это страшное слово: «Убийца». Неожиданно кто-то мягко прикоснулся к ее волосам, а затем притянул к себе. Только уткнувшись в чье-то плечо и вдохнув теплый запах сандалового дерева и каких-то цветочных духов, Керолайн открыла глаза и наконец, отняла руки от ушей. - Бонни… - Еле слышно прошептала блондинка, обнимая подругу в ответ. Но как только слезы высохли, она оттолкнула мулатку от себя и вскочила на ноги. – Бонни, как же ты можешь!.. Я ведь хотела убить тебя! Причем два раза. Нет, нет! – Замотала головой девушка. - Убийца, - вновь зашелестели голоса у нее в голове. - Кэр, - теплые пальцы ведьмы сомкнулись на ее запястье, и Форбс заглянула в добрые и, будто все понимающие глаза подруги. – Это не твоя вина. Вернее твоя, - в Беннет на мгновение заговорила та Бонни, ненавидевшая вампиров, но она тут же поправилась. – Но лишь отчасти. Вся вина за все эти смерти лежит на Эстер. Она не имела права так поступать. Ты должна была излечиться от укуса гибрида. Если бы она не вмешалась, ты бы не стала той, кем была все эти месяцы. Негромкий и уверенный голос Бонни обволакивал каждую часть измученного сознания, притупляя боль и чувство вины. Но последняя сказанная фраза не давала ей покоя. - Излечиться? – Непонимающе взглянула Керолайн на брюнетку. – Но, Бонни… Он ведь оставил меня умирать… - Клаус опоздал лишь на несколько минут. - Подожди… Ты что, защищаешь его?! – Не поверила своим ушам вампирша и попыталась вырвать свою руку из руки Беннет. Но, как ни странно, ничего не вышло. Откуда только взялась такая сила, способная удерживать вампира в столь хрупком теле ведьмы, Бонни и сама не могла понять, но единственное что она знала, это то, что Керолайн должна ее дослушать. - Нет! То, что он сделал нельзя простить, но… Керолайн, послушай! – Прикрикнула на подругу мулатка, когда та вновь попыталась вырваться. - Он пришел на несколько минут позже своей матери, и из-за этого все и случилось. По задумке Эстер ты должна была вернуться в здоровое, вылеченное тело. Договорив до конца, Бонни почувствовала что та невиданная сила, наполняющая ее тело исчезла и приготовилась к тому, что Керолайн вновь начнет вырываться, но та смирно стояла напротив мулатки и смотрела на нее во все глаза. - Она обманула меня, - тихо, полу утвердительно полу вопросительно произнесла девушка и огляделась по сторонам, будто надеясь, что мир, в котором они сейчас находятся, исчезнет. – Это было все подстроено. Но зачем? - Я не знаю, Керолайн, - со вздохом произнесла Бонни. – Правда, не знаю. Взгляд вампирши и единственной дочери шерифа блуждал по пожухлой траве, серому, грозовому небу и растущим вдали деревьям. Неожиданная мысль пришедшая на ум, заставила ее вновь посмотреть на подругу. - Бонни. Это же чистилище, - ведьма кивнула и девушка продолжила. – А ты здесь что делаешь? - Я пришла за тобой. Возвращайся домой, Кэр. **** Клаус сидел на корточках возле Керолайн и смотрел в одну точку. Зря он послушал Элайджу и Беннет, которую привел брат. Лучше бы все осталось как есть. Рано или поздно он все равно нашел бы способ вернуть ее. До его ушей донесся тихий звук, похожий на вдох. «Ну, вот, - горько усмехнулся гибрид. – Уже и галлюцинации начались». - Николаус, - позвал Элайджа. Зло взглянув на брата, Клаус проследил за его взглядом и наткнулся на голубизну любимых глаз.