Верность важнее всего

С тех пор не проходило и дня, чтобы Волдеморт не думал о пророчестве. Иногда он впадал в своего рода транс и прокручивал в голове слова Снейпа, а позже слова и самой Трелони. Не мог же он не заглянуть в воспоминания Северуса. Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного Лорда, рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца… К сожалению, Снейп не смог услышать конец пророчества, но это было не так важно. Самое главное было очевидным: в конце июля родился тот, кто способен победить его, Волдеморта. И Темный Лорд не мог этого допустить. Сразу начались поиски тех, кто же подходил под это пророчество. Этим занималась Беллатрикс, потому что никому больше Волдеморт не мог доверять. Про пророчество-то только она и Снейп знали. Лорд опасался рассказывать даже Сильвию и остальным Лестрейнджам. И, наконец, Белла смогла найти потенциальную угрозу для своего Повелителя. Однако подходящих детей оказалось двое. Это оказались сыновья ненавистных Поттеров и Лонгботтомов. Словно злой рок преследовал Волдеморта на эти фамилии. - Мой Лорд, мы должны сказать хотя бы Рудольфусу про мальчишек,- начала Белла свою старую шарманку. - Нет, Беллатрикс, я же все тебе объяснял,- строго ответил Волдеморт,- никто знать не должен. - Не нужно говорить про пророчество, просто скажем, что их нужно найти,- взмолилась леди Лестрейндж,- я не справлюсь одна. А Руди можно доверять. Плюс можно подключить Барти, он может хоть что-нибудь выяснить у отца. По сути Белла права. Лестрейнджи самые верные слуги, что у него есть, да и Барти Краучу можно доверять. - Крауча пока что не трогай,- приказал он,- а вот Рудольфуса и Рабастана можешь брать с собой. - Спасибо, Повелитель,- расцвела Белла,- так дела пойдут быстрее. Мы вас не подведем. Она осторожно положила голову ему на плечо, боясь, что он ее оттолкнет. В последние месяцы настроение Темного Лорда сильно испортилось, да и это было неудивительно. - Беллатрикс, скоро все закончится,- уверенным тоном сказал Волдеморт, поглаживая любовницу по спине,- я стану властителем магической Британии, все склонятся передо мной. - А я? – робко спросила Белла, и ему на секунду показалось, что это их первая встреча, и ей снова семнадцать лет. - А что ты? – он взглянул в ее фанатичные глаза,- ты будешь рядом со мной. Это было сказано так просто и буднично, словно речь шла о погоде за окном. Но это была правда. Волдеморт уже не сможет без Беллатрикс. Эта женщина принадлежит только ему, так будет и впредь, пока ее не заберет смерть. А ведь можно подарить Белле бессмертие. Тогда она будет с ним всегда, не умрет. Темный Лорд уже думал над этим. Сделать Беллатрикс Лестрейндж своей вечной спутницей его самое запретное, но самое страстное желание. Вот только закончить эту проклятую войну, и все, он может рассказать ей про крестражи. Но не будет ли это значить, что он смог пустить в свое сердце чувства к ней? Не будет ли этот шаг ошибочным? - Вы бессмертны,- прошептала Пожирательница,- а вот я рано или поздно умру. Но перед этим состарюсь и надоем вам. - Хватит про это,- одернул Волдеморт женщину,- ты еще молода и нечего думать о смерти. - Я просто… - Это приказ, Беллатрикс. Она тотчас замолчала, но по глазам было видно, что еще много чего хотела сказать по этому поводу. Лорд почему-то усмехнулся и поцеловал ее в алые губы. Белла сразу же встрепенулась и обняла его за шею, отвечая с таким пылом, словно в последний раз. Волдеморт провел рукой по ее волосам, и, нащупав заколку, распустил тяжелые кудри. Поцеловав женщину в шею, он медленно опустил ее на постель, расшнуровывая ей платье. А может она, действительно, заслужила это бессмертие? За столько лет ее любовь и верности не угасли, а наоборот, росли все больше и больше. Кто кроме Беллы достоин провести с ним вечность? Другой вопрос в том, нужен ли ему кто-то. До встречи с леди Лестрейндж Волдеморт не нуждался ни в одном человеке, ему было комфортно одному. А когда в его жизнь словно вихрь ворвалась Беллатрикс, что-то в нем поменялось. Его одновременно и раздражало это, и радовало. Хотелось и избавить себя от нее, и никогда от себя не отпускать. Неужели бывают такие противоречия? - Я вытащу Поттеров и Лонгботтомов из-под земли,- страстно прошептала Беллатрикс, глаза ее при этом сияли,- я весь мир истреблю, только бы вам ничего не угрожало. Я жизнь отдам за вас без колебания. Вы для меня дороже всех на свете, Милорд. - Я знаю, моя Белла,- проговорил Волдеморт, проведя пальцем по ее скулам,- и поверь, я ценю это. Это было максимум того, что он мог ей сказать. Даже если и думал больше, то никогда не смог бы произнести вслух. *** С братьями Лестрейндж дело действительно пошло быстрее. Беллатрикс смогла выйти на некоторых друзей Поттеров, но те не знали, где они скрываются. Вот бы поймать Блэка, вот кто лучший дружок Джеймса Поттера! Хотя Сириус скорее бы умер, чем выдал друга. Или найти Люпина, тоже член этой шайки. Никто кроме них не может знать о местонахождении Поттеров и Лонгботтомов. Но Блэк и Люпин слишком хорошо прячутся. Оставался четвертый из них, Питер Петтигрю. Самый трусливый и никчемный, вечно находящийся в тени своих друзей. Вот кто мог быть ключом к поиску врагов Темного Лорда. Лестрейнджи выслеживали его пол лета. Крыса умеет хорошо прятаться, даже убегать от сильных врагов, когда нужно, но все это не может продолжаться вечно. Была сильная гроза, но Беллатрикс упорно повела Руди и Басти на поиски Петтигрю. Братья уже даже не спорили, негласно признав ее своим предводителем. Даже Долохова они не слушали так, как Беллу. - Что мы забыли в маггловском квартале? – с омерзением спросил Басти, оглядываясь. - Наш дружок может быть здесь,- ответила Белла,- я слишком долго его выслеживаю и сейчас уверена наверняка. В любом случае надо быть осторожнее, чтобы он не успел вызвать подмогу. Не успела она сказать это, как мимо прошли несколько людей, накрытие капюшонами. Судя по всему это магглы, так как не заметили троицу Лестрейнджей. - Белла! – позвал Руди. Беллатрикс оглянулась и расплылась в хищной ухмылке. Вот и их цель. Петтигрю шел быстро, постоянно оглядываясь и дрожа всем телом. Он совсем не похож на отчаянного и благородного гриффиндорца, какими были его друзья. Может, это пойдет им на пользу. - Пропустим его немного вперед,- приказала Белла,- не нужно пугать крысу, а то снова убежит. Как она была права, называя его крысой. Тут же Петтигрю принял свое анимаговское обличие и быстро побежал в сторону канализации. - Дементор, кто меня за язык тянул,- ругнулась брюнетка, бросившись в сторону Питера. Рабастан и Рудольфус через несколько секунд поспешили за ней. Если они сейчас не поймают Петтигрю, то это будет катастрофой. Волдеморт нервничал, мальчишкам уже успел исполниться год, пока они ищут хоть какие-то зацепки. Беллатрикс не должна снова подвести его. - Остолбеней,- крикнула колдунья, целясь в крысу. Гаденыш словно предвидел это и успел увернуться, отчаянно засеменив крысиными лапками. Белла задохнулась от возмущения. Какой-то паршивец увернулся от ее заклинания. Во второй раз она уже не промахнулась, и Петтигрю был схвачен. - В Лестрейндж-Холл,- приказала Беллатрикс, и троица вместе с пленником трансгрессировала. *** - Вы молодцы, друзья мои,- Волдеморт был очень доволен,- наконец, мы поймали дружка Поттера. Питер трясся и чуть ли не рыдал, во все глаза смотря на Темного Лорда. Лестрейнджи не сводили с него палочек, но это было не обязательно. Паршивец не смог бы сейчас даже в крысу превратиться от страха. - Я ничего не знаю… - жалко пролепетал Петтигрю,- умоляю вас… - Может, после круциатуса ты станешь более разговорчивее,- прошипела Белла, чувствуя омерзение к этому существу у ее ног. - Не надо, Беллатрикс,- мягко сказал Лорд,- Питер и так все нам расскажет, правда, Питер? Я вижу, что ты достаточно напуган и не станешь выгораживать своих друзей, которые никогда не пришли бы тебе на выручку. - Они… они всегда мне помогали,- остатки благородства все еще сохранились в Петтигрю, и он боролся со страхом,- и я не стану их предавать. - Рабастан,- коротко кивнул Волдеморт. Младшему Лестрейнджу не нужно было других сигналов. Он мгновенно поднял палочку и невербальным Секо оцарапал Петтигрю лицо. Хлынула кровь, и мальчишка запищал от боли. - Не надо,- заскулил Питер,- прошу вас. - Рудольфус, наш друг немного непонятлив. Что всегда Волдеморту нравилось в Руди, так это то, что он никогда не мелочился. Будь его воля, он бы пришиб Петтигрю Авадой Кедаврой и глазом бы не моргнул. Его брат и жена были другими, они любили играть с добычей. Рудольфус же действовал четко и быстро. - Аратас,- произнес Лестрейндж, и Питер закричал на все поместье. А ведь это лишь слабая форма настоящего пыточного проклятия. Рудольфус держал Петтигрю под заклинанием несколько минут, пока тот не охрип от собственного крика. - Пожалуйста… Я хочу жить,- промямлил Петтигрю. Он тяжело дышал и был на грани потери сознания, а в его расширенных от ужаса водянистых глазках Волдеморт прочел такое сильное желание жить, что не оставалось сомнений: он готов предать друзей, лишь бы спасти свою шкуру. - Теперь ты нам расскажешь, где старик Дамблдор спрятал Поттеров и Лонгботтомов? – спросила Беллатрикс, проведя своей палочкой по порезу пленника,- я не буду такой доброй, как Руди и Басти, учти это, Питер. Этого было достаточно. Питер наслышан о леди Лестрейндж и решил, что не выдержит ее пыток. - Этого никто не знает, кроме Дамблдора,- дрожал Петтигрю,- но он… он ищет хранителя для Поттеров. Им должен был стать Блэк, но Сириус сказал, что это слишком очевидно и предложил Люпина или меня. - Замечательно,- расплылся в ухмылке Волдеморт,- значит ты, Питер, немедленно пойдешь к Блэку и скажешь, что хочешь защищать Поттеров. И как только это случится, ты передашь мне их точное местоположение. И местонахождение Лонгботтомов тоже. А если посмеешь проболтаться, то я узнаю, поверь мне, и тут же позволю Беллатрикс выпотрошить тебе кишки. Белла счастливо рассмеялась, но тут же поспешила взять себя в руки. Не доверяла она предателям. Петтигрю только что решился на предательство своих, кто знает, не предаст ли он врагов. Но, казалось, Питер напуган настолько, что готов на все. Так они обрели шпиона среди Ордена Феникса. Беллатрикс надеялась, что скоро уже все закончится, и они с ее Повелителем обретут хоть какой-то покой. Как жаль, что судьбой было уготовано иначе.