Нелюбовь?...

      Сжав губы, Старкова смотрела, как подруга нарезает круги по комнате. Прошло уже несколько дней, как Юра Верёвкин раздавил ампулу со смертельным вирусом «INGRID». Привычная, размеренная жизнь частной школы-пансионата «Логос» исчезла – теперь здесь царили неразбериха, страх и ужас. Уже появились первые заражённые. - Ты ещё не устала бегать? У меня от тебя в глазах рябит.       Кузнецова села на свою кровать и закрыла лицо руками. Даша вздохнула – несмотря на то, что всё ещё злилась на неё, сейчас испытывала нечто похожее на жалость. - Макс сказал, сегодня все снова пойдут в подземелье. Будут разбирать завалы. - Уже кого-нибудь нашли?       Старкова отрицательно покачала головой. Хоть Вика и не уточнила, о ком речь, они обе прекрасно понимали, из-за чего она с самого начала заражения сама не своя. Почти не спит, тайком от друзей льёт слёзы и постоянно нервничает. - Так нельзя. - Я знаю, - Кузнецова всхлипнула и стала дрожащими пальцами заплетать косу. – Всё, что ты скажешь, я знаю. Что сейчас все находятся между жизнью и смертью. Что скоро кто-нибудь умрёт. Что нужно думать о том, как выжить, а не…. НО Я НЕ МОГУ. Можешь думать обо мне что хочешь. Обзывать, как хочешь. А ещё лучше – расскажи всем о том, какая я дрянь. Ну, давай, чего ждёшь?! - Ничего я не собираюсь рассказывать, - обиделась Даша.       Некоторое время они молчали. - Как ты думаешь, он мог выжить?       Старкова пожала плечами. - Макс с Андреем говорили, что там, внизу был сильный взрыв, их самих чуть не накрыло.       Вика снова закрыла лицо руками.       Через три дня она проходила мимо кабинета Полякова – его хозяин оказался жив-здоров, и теперь снова занимал своё законное место директора школы. Андрей Авдеев нашёл своего дядю и младшего братика на нижнем уровне лаборатории «INGRID». Вместе с Максом и Лизой они все смогли выбраться наверх за несколько секунд до взрыва. - Вить, надо поговорить, - услышала девушка голос Лобанова, который тоже оказался жив – воскрес из мёртвых. - Говори, - устало ответил Поляков.       Кузнецова замедлила шаг, прислушиваясь. Оглянувшись, подошла к двери и чуть-чуть потянула на себя, молясь, чтобы она не скрипнула. - Вчера, разбирая завал, мы кое-кого нашли, - понизив голос, продолжил Лобанов. - Кого? - Вадима Уварова. - Где он? – вскинул на него удивлённый взгляд директор.       Брюнетка сорвалась с места и пулей бросилась на учительский этаж. Притормозила, увидев, как из комнаты учителя физкультуры выходит Вершинина. Как только женщина скрылась за поворотом, Вика быстро вошла и замерла на пороге. - Шла бы ты отсюда, - буркнул Уваров, морщась от боли – одна его рука была пристёгнута наручником к спинке кровати.       Покачав головой, она подошла и села рядом. Заметив на щеке ссадину, нежно коснулась пальцами. - Нужно промыть и заклеить пластырем…, - в ответ он дёрнул головой. Вика вздохнула. – Всё пошло не по плану, да? - Тебе лучше знать. - Я места себе не находила, - призналась она, не обращая внимания на его тон и слова. Пусть говорит, что хочет. Главное, что жив. – А почему наручники?       Физрук скорчил кислую мину – не догадываешься? - Они обо всём знают, - нахмурилась Вика. – И что теперь?       Он откинул голову назад. - Ты что-нибудь ел? – девушка только сейчас заметила на кровати поднос с едой. – Тебе нужны силы, чтобы…       Вадим хохотнул, и она замолчала. За дверью послышались мужские голоса. - Классика жанра, - он указал взглядом на шкаф.       Едва девушка успела закрыть за собой дверцу, как услышала наигранно-весёлый голос Уварова. - О, физрук-самоубийца пожаловал! Да не один. Зачем пришли? А, счёт за ужин принесли. Так вычтите из моей зарплаты. - Я рад, что тебя не покинуло чувство юмора, - ответил Поляков. – Только боюсь, что вряд ли оно тебе поможет.       Уткнувшись лицом в колени, Вика зажала руками уши. Почему-то ей не хотелось слышать этот разговор. Быть свидетельницей его унижения. Вадим и так не особо обрадовался её приходу.       Услышав, что «гости» покинули комнату, девушка вылезла из шкафа и чуть не столкнулась с Уваровым – он стоял посередине комнаты, разминая затёкшие руки. Наручники валялись на тумбочке. - А как же…, - начала было Кузнецова, недоуменно глядя на него. - Я смотрю, ты не очень-то этому рада, - насмешливо сказал он. – То врываешься ко мне в комнату, лицо – краше в гроб кладут, а то…. - Заткнись, - разозлилась Вика и несколько раз ударила его сжатыми кулачками в грудь. – Я спать не могла, есть не могла, а тебе плевать! Что ты им наболтал, что после всего они тебе поверили?! - А что, в шкафу слышимость плохая? – Вадим перехватил её руки. – Лицо бледное, и глаза на мокром месте, - он перестал улыбаться, смотрел задумчиво и недоверчиво. – Так странно. Быть кому-то небезразличным. Зачем тебе это, Вика? Особенно теперь.       Девушка не успела ответить – они оба услышали, как кто-то прошёл по коридору мимо комнаты. - Тебе нужно уходить отсюда, - его тон снова стал обычным. – Я тут вроде перешёл на сторону света. - Что это значит? - Совершенно случайно выяснилось, что я единственный, кто знает эти подземные лабиринты как свои пять пальцев. И может указать местонахождение лаборатории, которая под завязку набита вакциной и антидотом. - А взамен…? – ага, как же, случайно. Заранее всё просчитал. - Свобода, - пожал он плечами. – Не так уж и много, правда?       Не так уж и много. Но для него вполне достаточно.       Целую неделю Вика вместе с ребятами наблюдали, как бывший физрук вместе с остальными участвует в разборе завалов. Работал он наравне с другими мужчинами, не халтурил, если было нужно, то оставался во вторую смену. Нередко происходили стычки между ним и Лобановым, что было неудивительно. И в этих конфликтах Поляков почти всегда ставал на сторону Уварова, что неизменно удивляло окружающих и приводило в бешенство Павла Петровича. Впрочем, и Елена Сергеевна благосклонно относилась к бывшему ученику, всё ещё не веря в то, что Вадим и есть один из главных действующих лиц преступной организации, лидером которой был её собственный отец.       Наблюдая за всем происходящим, Кузнецова никак не могла отделаться от чувства нереальности происходящего. Она ещё слишком хорошо помнила, как Уваров говорил ей про «INGRID», переустройство мира, общество избранных людей. Он свято верил во весь этот бред. И сейчас верит. Значит, что-то задумал. И это наверняка обернётся ещё большей бедой для всех, хотя куда уж больше? Территория школы оцеплена военными, объявлен карантин, лекарство на исходе. Уже появились первые заражённые – несколько детей начали кашлять кровью. Для них был выделен специальный блок. Что может сделать один-единственный сотрудник «INGRID»?       В «Логосе» появились новые люди. Алексей Барышников – брат ученицы второго класса Таси Барышниковой. Приехал к сестре и попал в зону карантина. Майор Сергей Раевский и врач Лариса Одинцова. И вернулся школьный повар Володя, который пропал неведомо куда сразу после начала заражения.       Хоть и нечасто, но Вика всё же сталкивалась с Уваровым. Каждый раз непроизвольно вздрагивала и тут же опускала глаза, боясь, что окружающие заметят. Специально больше не искала с ним встреч, но не сидеть же всё время взаперти в комнате. - Забавно, должно быть, проходить в подземелье через камин у всех на виду? – однажды спросил он её, когда они оказались в библиотеке вдвоём. Кузнецова ждала ребят, которые в очередной раз напросились помогать в разборе завала. А Вадиму пришёл сменить кого-нибудь из работавших ранее. – Больше не нужно ни от кого прятаться, все всё знают. - Вы сами с собой разговариваете? – язвительно поинтересовалась девушка в ответ. - Волнуешься за друзей? - Мне пока есть, за кого волноваться. В отличие от вас. - А за меня? – вдруг спросил Уваров, поглаживая лепнину, что открывала вход. – За меня будешь волноваться? Когда я пойду туда, вниз?       Вспыхнув, Вика отвела взгляд. До сих пор так и не определилась в своём к нему отношении. Розовые очки слетели давным-давно, но надежда ещё теплилась. - Вдруг мне на голову упадёт кусок плиты? Случайно. И привет. - Не упадёт, - буркнула девушка. – Это на кого-нибудь другого может упасть, а у вас семь жизней. Как у кошки. - Что у вас тут? – раздался голос Лобанова. - Ничего, - ответила Вика, отходя в сторону. Где же мальчишки – уже давно должны были вернуться. Если только…. - Открывай, чего уставился? – продолжал Павел, обращаясь к Вадиму. – Пора их сменить. И смотри, без этих твоих фокусов. - Ну, куда мне до тебя, - не остался в долгу Уваров. – Явиться с того света – Елена Сергеевна скоро молиться начнёт на твою фотографию. Словно на икону. Не поделишься секретом воскрешения? - Добрые люди помогли, - процедил сквозь зубы Лобанов. - Я с вами, - вмешалась в их обмен любезностями Кузнецова.       Воспользовавшись тем, что вход открыт, она проскользнула в камин. Мужчины двинулись за ней. Возле обвала встретили Полякова и Воронцова, которые возвращались наверх. - Вика, а ты что здесь делаешь? – нахмурился директор. - Виктор Николаевич, вы не видели Андрея с Максимом? - Они уже ушли. Вы их не встретили? - За последние пятнадцать минут из камина никто не выходил, - ответил Уваров. – Мы бы их точно не пропустили. - Только не это, - пробормотала девушка, и все уставились на неё. – Андрей хотел пойти искать родителей и Надю. Он себе места не находит…. - Так, всё ясно, - перебил ученицу Поляков. – Завал подождёт. Нужно их найти. Вадим, ты лучше всех здесь ориентируешься. Куда они могли пойти? - Взрыв мог обрушить перекрытия на нижний уровень, - подумав, ответил тот. – Так что чисто теоретически, если эти «спасатели» нашли пролом в полу, то могут попробовать спуститься вниз. - Без снаряжения это опасно, - нахмурился Лобанов. – Нужно разделиться. - И лучше пойти по одному, - поддержал его Воронцов. – Если кто-то найдёт их, или что-нибудь, похожее на шахту вниз, то зовёт остальных. А бродить по двое нет смысла – если они застряли, или их завалило, понадобится больше людей, чтобы их вытащить. - Я ему не доверяю, - кивнул Павел на Вадима. – Поэтому мы пойдём вдвоём, а вы…. - Паша, у нас нет времени на препирательства, - возразил Виктор Николаевич. – Кирилл прав, нужно разделиться и начать поиски. Вика, ты возвращаешься в школу. И без возражений, - девушка обречённо кивнула.       Но как только мужчины разошлись, она направилась за Уваровым. Убеждая себя, что делает это лишь для того, чтобы помешать ему сделать какую-нибудь пакость. Но только ли в этом была причина? - Ты решила стать моим ангелом-хранителем? – услышав шаги, он повернулся и направил на неё луч фонаря. – Приказы директора уже ничего не значат? - Я хочу помочь. Они мои друзья, - возразила Кузнецова, заслоняясь рукой от света. – Вы действительно думаете, что Андрей с Максом могли найти пролом на нижний уровень? - Ну, куда-то же они подевались. Помощь друзьям – это хорошо. Вот только компанию ты себе выбрала неподходящую. - Не льстите себе, - усмехнулась девушка. – Вы лучше всех знаете эти лабиринты, так что я сделала правильный выбор. - Под ноги смотри. А то Лобанов мне голову откусит, если ненароком споткнёшься. - Куда мы идём? – спросила Вика через несколько минут. - Вперёд.       Исчерпывающий ответ. В какой-то момент у неё возникло подозрение, что он просто-напросто водит её за нос, как и всех остальных. Шёл не торопясь, направив луч света себе под ноги. - Тебе ведь невыгодно, чтобы мы нашли вакцину? - Ты бы определилась, на «вы» ты ко мне, или на «ты», - ответил он. – А то слух режет. Нет, я понимаю, в присутствии других людей, но сейчас? - Знаете, Вадим Юрьевич, вы так быстро меняете маски, что я едва успеваю подстраиваться, - съехидничала она. - Я всегда один и тот же. Всё остальное – плод твоего воображения. Каждый видит то, что хочет.       От неожиданности споткнувшись, Вика присела на корточки, потирая ступню. - Поздравляю, теперь мне снова обеспечен домашний арест, - Уваров вернулся к ней и направил фонарь на пол. – «Святой» Павел обвинит меня в покушении на убийство, это как минимум. Идти можешь? - Могу, - девушка встала и сделала шаг. Сморщилась. – Или не очень. Мы далеко ушли? - Да уж порядочно. Здесь тупик – он осветил стену в паре метров от них. – Можно с чистой совестью идти назад. Есть ещё два поворота, но не думаю, чтобы там было что-нибудь интересное. Заглянем в них на обратном пути.       Потратив на возвращение в два раза больше времени, они вышли к месту основного завала, где, к радости Кузнецовой, увидели Авдеева и Морозова – их нашёл Виктор. Он же и отчитывал горе-спасателей, стараясь держать себя в руках. - Я всё равно буду искать своих родителей и сестру! – вспылил Андрей и, оттолкнув Воронцова, направился к выходу.       Макс отправился догонять друга. И тут взор директора обратился на Вику. Заметив, что девушка переминается с ноги на ногу, морщась от боли, Лобанов со злобой уставился на Уварова, который в ответ пожал плечами. Выслушав нотации, которые не достались друзьям, Кузнецова в сопровождении Воронцова была отправлена в медпункт.       Через несколько дней Вика почувствовала себя лучше. Они с друзьями нашли ещё один тайный ход – под лестницей. Теперь всё свободное время компания следопытов проводила там, пытаясь выяснить, соединяются ли они – новое и старое подземелье. Место Даши занял новенький Алексей, который завоевал доверие друзей своими познаниями в архитектуре и умением хранить тайны.       Однажды вечером Кузнецова не удержалась и зашла в комнату учителя физкультуры. Накатила какая-то тоска – они почти не виделись, даже случайно не сталкивались. В последнее время девушка была поглощена разгадыванием новой тайны, поэтому много времени проводила в библиотеке – военные глушили все сигналы, в школе отсутствовали интернет и мобильная связь. Так что информацию приходилось добывать старым дедовским способом.       На стук никто не ответил, но это её не остановило. В комнате было темно, и девушка не сразу различила мужской силуэт на фоне окна. Почувствовала прохладу и запах сигаретного дыма. - Нога уже прошла? – он, как всегда, безошибочно угадал её появление. - Да. - Ну и хорошо. - Я слышала, что вы скоро доберётесь до нижнего уровня, - Вика закрыла дверь на ключ и подошла к столу. - Возможно, - он сделал глоток из стакана, который сжимал в руке.       Только сейчас она заметила рядом с ним бутылку. Мысленно усмехнулась – теперь понятно, по какому поводу траур. - Наверное, обидно признавать поражение, - она уселась на стол, закинув ногу за ногу. – В шаге от победы. В полумраке увидела, как Вадим усмехнулся, хотел ответить, но передумал. Глубоко затянулся сигаретой и медленно выдохнул дым. -Ну, давай, скажи, что это ещё не конец, а только начало, что всё впереди. - Ты права. - Что?! - Жаль, что столько усилий было потрачено впустую. Только насчёт поражения я бы не спешил. - То есть? - Чем выигрыш отличается от победы? - Победа – успех в сражении, которое закончилось поражением противника, - уверенно выдала Вика формулировку из учебника. – А выигрыш – это…. - Это то, что случилось сейчас, - закончил он за неё. – Благоприятный исход. Кто ж знал, что у одного из нас сдадут нервы, и он бросит гранату на лазерную установку? Вам выпала нужная карта, а нам – нет. - Зато открылась правда, и больше нет угрозы человечеству, - не сдавалась Кузнецова. - Ну-ну. Только, помнится, ты устроила цирк с «испорченной» флэшкой ради спасения жизни одного человека. Одного. А что мы имеем сейчас? Есть заражённые, и по-прежнему нет ни антидота, ни вакцины. Запас лекарств скоро закончится. Много дал вам этот выигрыш? - Скоро мы найдём вход в лабораторию…. - А если нет? – Уваров сделал последнюю затяжку. – Наше так называемое поражение будет оплачено вашей кровью. Согласен – меньшей, чем в случае нашей победы. Но ведь для тебя и тебе подобных и этого хватит, чтобы до конца дней мучиться угрызениями совести. - То есть, это всё тоже ничего не значит? – она слезла со стола и подошла к нему. – Бессонница, пол-пачки выкуренных сигарет, и – что это? – девушка взяла за горлышко бутылку и принюхалась. – Коньяк? Интересно, откуда? - Из личных запасов, - он забрал бутылку. – На данный момент счёт один-один. - А дальше? - Время покажет, - Уваров поймал её за руку. – Но ты ведь не за этим пришла. Недавно мне показалось, что…, или нет? Что это было, а? - Креститься надо, - буркнула Вика, делая вид, что хочет уйти. – Каждый видит то, что хочет. Чьи слова? - У тебя такое лицо было, когда ты пришла ко мне в тот день, - продолжал он, переплетая их пальцы, - после этого на слова уже не обращаешь внимания. Неужели так бывает?       Она ещё какое-то время пыталась сохранять холодность и неприступность, но его бархатный тихий голос убаюкивал, вытесняя прочь чёрные мысли. И вот Вика уже сидит рядом с ним, уткнувшись лбом в плечо, и говорит. Взахлёб, сбиваясь и путаясь в словах. Обо всём. Начиная с самого начала. Вадим слушает, не перебивая и ни о чём не спрашивая. Наконец, она замолкает и ждёт, пытаясь понять, какое впечатление произвёл на него этот монолог. - Никогда больше такого не говори, - он берёт её за подбородок и поднимает голову вверх. Изумрудные глаза светятся в полумраке. – Вот так не говори. - Почему? Наверное, ему смешно это слышать. Подростковый бред – вот что он сейчас думает. - Слишком честно и открыто. Таким оружием можно пробить брешь в защите любой, даже самой хорошо укреплённой крепости.       Его тон серьёзен, как никогда, и Вику это пугает. Но в следующее мгновение она обо всём забывает, утонув в долгом поцелуе и отдавшись во власть своих чувств.       «Простите меня все, и ты, Даша, тоже прости, но сейчас каждый сам за себя».