Справедливость

Тяжелой поступью он все ближе и ближе приближался к заветной цели. Хотя… Как заветной? Можно ли вообще назвать свято хранимой целью ту, которая была навязана с раннего детства по недоброй воле? Вряд ли. Это больше походит на формальное обязательство, а точнее исполнение желаний тех, кто тебя взрастил. С мала все ему твердили, что из него непременно вырастет доблестный рыцарь, великий завоеватель и даже, возможно, покоритель женских сердец. Так, окруженный трепетной заботой нянек, лестью придворных, он, естественно, подавал огромные надежды. Конечно, можно было бы подумать, что из такого мальчишки ничего путного в скором времени не выйдет и это будет очередной пухлый и глупый юноша, но нет. Величественные Норны[1] распорядились иначе. С их позволения Огма[2] наделил Альва Торбрандского подвешенным языком, а Керидвен[3] напоила своим напитком. Аэнгус[4] даровал резкие черты и строгий презрительный ко всему взгляд. Клиодна[5] одарила иссиня черными шелковистыми волосами и пронзительными глазами цвета пера северного фазана. А вот высоких манер он набраться так и не смог, в этом случае даже Боги были не в силах что-либо сделать. Хоть и назвать его неотесанным простолюдином весьма сложно, но и до изысканности, принятой в обществе, ему тоже еще нужно «дорасти». И если бы его поведение, вправду, было обосновано плохим воспитанием… На самом же деле, Альв просто не принимал эту вычурную жеманность высшего сословия. Для него это было самым низким, до чего может опуститься человек, имеющий хоть толику достоинства и уважения к себе, а также к другим. И вот, прошедши годы "мучительных" истязаний светскими приемами и другими практически не нужными вещами, Альву сообщили истинную цель его рождения - дракон. Да, ему много твердили о рыцарстве, войнах и даже иногда об этих странных тварях, но никто никогда точно не указывал, что ему предстоит: "Вы должны вырасти мужественным и славным рыцарем, о котором будут слагать песни менестрели". А совсем недавно открылись настоящие помыслы. "Настал тот день, когда Вы должны узнать подлинную цель Вашего рождения. Как бы болезненно не было признание, но... Вы должны знать, Ваша цель - сразиться с Драконом и победить! Нет, не с обычным зеленым и маленьким дракончиком, а с настоящим хтоническим чудовищем! Это существо нападало и осаждало наши края много веков назад. И, когда наши силы были уже на пределе, Боги послали нам помощь в виде элеарнийского мага, который помог нам страждущим: усыпил чудовище. Но ушел он, оставив пророчество, которое должно исполниться совсем скоро. Оно не предано огласке широкому кругу лиц, а те, кто слышал его, свято хранят тайну в своих сердцах и надеются на чудо. Люди не должны знать об этом, это лишь посеет панику и не принесет никаких результатов. Поэтому Вы должны быть бдительны, Альв, Вы должны хранить этот свиток, словно он Ваша жизненная сила , Вы должны не дать пророчеству исполниться, Вы должны..." Он вспоминал эти слова и прокручивал у себя в голове последнюю фразу "Вы должны... Вы должны... Вы должны...". Но почему именно он должен? И зачем вообще убивать дракона, если можно его усыпить еще на несколько столетий? Да и почему никто вовсе не задумывается о причине его поступков? Альв идет убивать лишь потому, что ему приказали это сделать, даже не так, он рожден для этой цели, что еще страшнее… Честно говоря, он не понимает, зачем это все нужно. И хотя не личные, но мотивы для кровопролития у Альва есть, а что насчет дракона? Каковы его убеждения? Может неспроста он осуществлял нападения? Что таит в себе его темная душа? Ведь все хтонические существа умны и мудры, а делать, что-либо без причины - глупость, на которую пойдет только последний болван или же совсем отчаявшийся безумец. Итак, с каждым шагом Альва одолевали и потихоньку заковывали в свои цепи сомнения о благородности его поступка, если он совершит его слепо, то есть, не узнав, что послужило толчком для действий дракона. Обитель хтонической ящерки становилась все ближе и ближе, а решительность и план действий уходили от Альва все быстрее и быстрее… А что если дракон еще спит? Что мне тогда делать, не могу же я дожидаться его пробуждения? И откуда во мне столько справедливости? Пещера была уже совсем рядом, всего лишь перешагнуть узкую ленточку-речку и все – иди к своему предназначению.

***

А большое багровое и чешуйчатое предназначение мирно посапывало, изредка подрагивая ногой, подгребая под себя кучку золота и немного костей, то ли оставшихся от животных, то ли – от человека. Альв замер у входа в пещеру. Решающий миг: или он должен быстро действовать, или же оставить все как есть. Почему эта ящерица вызывает у меня столько чувств, притом, что я ее должен ненавидеть? Почему я задумываюсь о ее судьбе? Почему, вместо того, чтобы быть за свой народ, я перехожу на сторону противника? Что со мной не так? Он зашел. Пещера оказалась довольно большой и вполне светлой, что удивительно, правда, время от времени она наполнялась периодичным тревожным гулом. В дальнем левом углу крутой спуск уходил вниз, кажется, к подземному озеру. На сводах виднелись багровые пятнышки, от которых становилось немного не по себе. Нужно перебороть себя, ведь он не съест меня без причины… Наверное… Пройдя немного вглубь, он вышел еще к одному залу. А вот из него-то и исходил тяжелый звук, который, по всей видимости, был вздохом законного обитателя этой местности. - Я с-с-слышу тебя, ты прише-е-ел, как глу-у-упо было полагать, что люди с-с-забудут про меня, - Альв вздрогнул, он не был уверен, что дракон спит, но и не мог утверждать и обратное. – Ты хочешь уби-и-ить меня, и забрать мое с-с-золото, да, ш-ш-жалкий человечиш-ш-шка? – пренебрежительное отношение ко всему человеческому так и витало в воздухе. Альву становилось стыдно, что его раса не оставила в сердцах драконов ничего хорошего, только лишь зло, мрачное и гадостное. - Возможно, это Вас разочарует, но пришел я вовсе не за Вашей жизнью и драгоценностями. Хотя, меня послали именно для этой цели, но не сочтите за наглость, жажду я Вашего откровения. Хочу с Вами поговорить, Вы позволите? – впервые Альв испытывал уважение и трепет к собеседнику. Нет, он не льстил, как это обычно делают рыцари-драконоборцы, он просто чувствовал ум и мудрость этого существа. Нет, он определенно не может убить этот кладезь знаний. - Хм, ты хочеш-ш-шь поговорить? Хорошо, но учти, Ес-с-сли это изощренная уловка, ей не удастся воплотиться в жизнь, - янтарный глаз дракона хищно сверкнул. Чудовище подпустило его к себе. – Только у меня к тебе ус-с-словие: с-с-сыграй со мной в шатрандж[6], если окажешься достойным соперником, то я отвечу на твои вопрос-с-сы, а иначе - съем, - оскалившись, дракон полез в одну из ниш пещеры. - Я Альв Торбрандский, - робко произнес юноша. - Хм? – дракон удивленно посмотрел на человека, - Ты ш-ш-жаждешь знакомства, близкого знакомства, хм, что ж, ты первый кто явился сюда с чис-с-стыми помыслами… Эриастрог Хрантель справедливости. - Я признателен Вам Эриастрог Хранитель справедливости, - Альв склонился пред драконом. - Начнем игру. Партия была долгой, но отнюдь не мучительной для обоих. Изредка они обменивались фразами и, кажется, Эриастрог не испытывал уже былого презренья к юноше. На удивление для дракона, Альв оказался весьма способным и очень не похожим на остальных. - А, знаете что? Возможно, после такого Вы меня вышвырните или же убьете, но я скажу: возьмите меня в ученики! Я не смогу Вас убить, так как за всю мою жизнь, Вы единственный, кто внушает мне трепет, но не от страха, а от уважения. И если Вы не разрешите мне остаться, то я не смогу вернуться домой, не убив Вас, так как я потеряю все, а это равносильно смерти. Но и причинив Вам физическую смерть, я не смогу жить счастливо, зная, что лишил мира великого. Простите, я не знаю, что со мной не так… - Ты меня удивил, вправду хочешь ос-с-статься? Ты не похож на обманс-с-щика, ты ис-с-скренен в своих с-с-словах, но почему ты с-с-считаешь, что останься с-с-со мной я не продолжу творить ужас-с-сные вещи, причиняя людям боль и страдания, я ведь дракон – хтоническое чудовище, нес-с-сущее страх и разрушения из пучины веков? - Вы Эриастрог Хранитель справедливости. А я останусь только на стороне справедливости, и если ради нее потребуются ужасные вещи, значит, без них ее не достигнуть. Ваша совесть и доблесть не позволит совершать безумные поступки без определенной цели, Вы не то существо, Вы не человек, чтобы поступать необдуманно, поэтому я на Вашей стороне… Справедливость – это непостоянная и бурная вещь, которая меняется при малейшем изменении системы отсчета. Но если установить начало координаты на всех моральных устоях и принципах, расценивать все непредвзято, то появляется она – истинная справедливость, находящая в нашем мире пристанище очень редко. Тень лжи и самообмана плотно держат занавес, где скрывается ее величество…