Пятнисто-полосатая любовь

      Рассвет. Взгляд янтарных глаз устремлён вперёд – туда, где на фоне восходящего солнца к ней приближается тот, кто выжил в смертельной схватке.       Барс, победивший, но израненный. Перевязавший раны свежесодранной шкурой противника.       Обмотки чёрно-белого меха перепачканы барсовой кровью. Раны довольно глубоки, но медвежьи когти уже никогда не причинят ему боль. Враг повержен доблестью и отвагой настоящего героя.       Она бежит к нему навстречу, запинаясь едва ли не о каждый камень, кричит что-то бессвязно в страхе за его здоровье. Тигрица. Когда-то непокорная, смелая воительница, настоящая полосатая фурия. Сгусток ярости, наносящий смертельные удары. Только сейчас она стала другой, совершенной другой.       Объятья. Всего неделю назад Тай Лунг дорого бы за них отдал. Сейчас он молчит, истекая кровью, а она со слезами то ли радости, то ли тревоги, обнимает своего Воина, не в силах справиться с эмоциями. И оба чувствуют, что вскоре задохнутся от всепоглощающей любви, но не могут, не хотят это прекратить. Постепенно проходящий страх уступает место облегчению и неконтролируемой, почти ребяческой радости.       Когда-то она была несчастной, одинокой сиротой, и этой сиротке никто и никогда не предлагал дружбу, опасаясь её клыков и когтей, и не дарил своё сердце, пока много лет спустя она не встретила того, с кем она могла быть собой.       Топить боль одиночества, упражняясь на железных деревьях, вести жизнь аскета, ограничивая себя буквально во всём – это уже в прошлом. Её настоящее – тот, кто стоит сейчас перед ней. Пятнистый Воин, победитель панд. И ненаглядный, любимый барс, её судьба и надежда.       Она всегда была одна и ни разу не встречала себе подобных, как и он. Одно лишь то, что они оба сироты, объединяло могучих кошек, заставляло держаться друг друга, вместе сражаться и жить под одной крышей. Неудивительно, что однажды между ними вспыхнула любовь. Необычная любовь – пятнисто-полосатая.       Лапы Тигрицы мягко скользят по мускулистой груди снежного барса. Ещё мгновение – и он, позабыв о ранах, помчится быстрее ветра, увлекая её за собой. Вместе они вернутся туда, где уже ждёт не дождётся их отец и наставник, где раны заживут, и позабудется плохое.       А что же любовь? О, любовь – слишком увлекательное приключение, чтобы о нём позабыть. Даже когда возвращается боль, любовь утешает, дарует силы и исцеляет душу. Для Тай Лунга такую любовь всегда воплощала Тигрица.       Полосатые лапы осторожно проводят по забинтованным ранам. Перевязанный и довольный барс откидывается на тахту. Рядом укладывается Тигрица, легонько обнимая своего ненаглядного и тихо помуркивая. Пока они вместе, даже самые крупные потрясения не страшны ни им, ни их древней и великой стране.