Дыши, пока ты можешь.

Пожалуй, это было самое приятное утро для СынДжо за все последнее время, и даже отравленная духами тетрадка с лекциями не могла его испортить. Губы все еще помнили ощущение ее губ и кожи под собой, а яркие воспоминания отправляли тягучие судороги по всему телу. ХаНи была с ним и совершенно не сопротивлялась, и осознание сего факта приносило неземное удовольствие. Если он добился ее доверия, то теперь главное не потерять его - это раз, а во-вторых, не позволить уничтожить это счастье никому, а главное - ХеРа. Было еще очень рано, когда он приехал в Паран, но уже достаточно для того, чтобы студенты наводнили институтский дворик или фае. Вот и ХеРа горделиво восседала на квадратных пуфах, легко переворачивая странички какой-то философской книги. СынДжо презрительно фыркнул. Философию читает, средневековую, что только удивляло, ведь такая как ХеРа никак не вязалась с познанием Бога или веры. - Какого черта ты вчера приходила? - СынДжо быстро оказался около девушки, та даже не подняла головы от книги, словно делая вид, что не слышит и не видит. Она была довольна результатом, холодный мальчик вышел из своего оледенения, сейчас кипя от гнева, и ей это нравилось. Она смаковала этот горячий привкус на своем языке и внутренне ликовала, ведь это она заставила его выйти из своего анабиоза. - Даже не поздороваешься? Не хорошо, я же, все таки, леди. - тягуче ответила она, все же закрывая книгу и поднимая глаза на нависшего над ней парня, тот молчал, лишь сверлил взглядом и едва кулаками не хрустел, ну просто образец сдержанности! - Я принесла твою тетрадь, тебе бы в пору поблагодарить. А то раскидываешься записями по двору и не замечаешь. СынДжо разве что зубами не заскрипел от досады. Если она наша его тетрадь, то и правда следовало бы спасибо сказать, но с другой стороны, зачем было ехать к нему домой, когда можно было отдать сегодня? Если уж так хотелось проявить благодетель. - Как ты вообще узнала, где я живу? - ХеРа устало вздохнула, пряча книгу в свою сумочку, а сама встала, практически ровняясь ростом с парнем благодаря своим каблукам. - Послушай сюда, СынДжо, мне абсолютно фиолетово, что ты обо мне думаешь и как бесишься, но тебя совершенно не касаются мои источники и связи. Побереги силы для будущего, они тебе еще пригодятся. Кстати, милый пластырь. - и вроде бы сказано это так сладко, приторно, но этот зловещий блеск на дне черных глаз, и парень осознает, что этот визит только начало чего-то большого и пугающего. Коснувшись своей поврежденной щеки, он лишь сильнее стиснул зубы. ХеРа объявила ему войну, чтож. Тогда в его силах остановить все это в самом начале. *** Сидел он на парах уже злой, как черт, продолжая сверлить уже ненавистную спину. От того отличного настроения не осталось и следа, а в голове мысли того, что теперь он должен быть еще более предельно осторожным, ведь любая информация о его семье, а главное - о ХаНи, могла сыграть на руку ХеРа. И тогда началась бы катастрофа. - СынДжо? Ты писать думаешь? - МиРа уже привычно сидела рядом, так как ХеРа все же вытеснила девчонку с насиженного места, а СынДжо понимал, что происходит все из-за него, да и сблизились они за эту весну. Девушка никогда не выносила его мозг, оставаясь для него тихим другом, который мог вовремя лягнуть под партой, когда он в очередной раз уходил глубоко в свои мысли и прекращал слушать профессора. И СынДжо действительно был ей благодарен, а потом еще и узнал, что девушка просто грезит мечтами о другом. Заметил он это случайно, когда второкурсники шли мимо, а МиРа, казалось, забыла как дышать, не отрывая взгляд от одного единственного студента. ГеТе был таким же умником и паинькой, как и сам СынДжо, с той лишь разницей, что являлся душой компании, собирая вокруг себя много друзей. Эмоции били из этого парня, и СынДжо вполне мог понять, что так сильно привлекало в нем тихую и незаметную МиРа. И это еще раз доказывало законы физики - противоположности притягиваются. Только не всегда каждая сторона замечает свою тихую половинку. И вот сейчас, сидя на лекции по анатомии, он снова слишком глубоко ушел в свои мысли, а МиРа в очередной раз его спасла. - А? Да. Я.. - тяжело вздохнув, гений склонился над своей тетрадью, выводя буквы каллиграфическим почерком, усмехаясь паре пятен от кофе на листах. Раньше, такого в его тетрадях никогда не было, но когда рядом обитает ХаНи, жди беды. Вот и тут девушка не смогла пройтись без происшествий, спотыкаясь и проливая напиток на стол кухни. СынДжо еле успел поднять тетрадь с домашней работой, но пару капель все равно попали на листы. Первой мыслью было разозлиться и сказать, чтобы она не ошивалась тут, пока не проснется окончательно, но заметив ее испуганный взгляд смягчился. Девчонка и так его боялась, вспоминая все прошлые грешки, зачем показывать, что он все еще остается частично прежним дятлом без души? Поэтому он впервые в жизни усмехнулся на такой случай и чмокнул девушку в лоб, сказав, чтобы та было осторожнее. ХаНи так и осталась растеряно стоять на кухне, в то время как он ушел на занятия. - Да что с тобой происходит? Ты, конечно, всегда словно в другом измерении, но сегодня, словно тебя по голове пыльным мешком огрели. Что-то стряслось? - МиРа, как всегда проницательна. Иногда у СынДжо появлялись подозрения, что она способна прочесть мысли, но потом он быстро отгонял эти бредовые мысли, потому что это за гранью фантастики. - Нет... Да. - рухнув на стул в столовой, он только стал недовольно ковыряться в салате. - Я переживаю, что с ХаНи может что-то случиться. Вчера я повел себя не очень хорошо, девчонке досталось не за что! Я хоть и извинился, но все равно чувствую... - он впервые откровенничал с кем-то, но почему то именно МиРа он чувствовал, что может довериться, в ней он видел того, человека, который никогда не выдаст чужие тайны, даже под пытками. Девушка нахмурилась, обдумывая его слова. - Чувствуешь себя скотиной? - хмыкнула она, забрасывая в рот картошку, парень кивнул, раздраженно растирая затылок, все-то она знает. - Что ж, ты редко ошибаешься, СынДжо. - а вот эти ее слова ударили по и без того уже больному самолюбию, уж слишком многое его эго притерпело непривычных моментов и унижений, но одно дело - когда он делает все ради ХаНи, а другое - когда ему говорит это кто-то другой. - А вот сейчас не понял. - нахмурился он, откладывая вилку в сторону и прищурившись. МиРа неопределенно пожала плечами и постучала пустыми палочками перед самым носом гения. - Из всего, что я слышала и видела, я могу понять, что твоя ХаНи очень хрупкая и ранимая, а вот ты! - снова палочками почти в самый нос, что парень едва успевает отклониться назад. - Ты просто ходячий айсберг, не меньше. В твоей гениальной голове всегда правила и расчеты, а ты представляешь, как тяжело девушке? Ей же так нужно тепло и забота, а ты только и делаешь, что ведешься на поводу своих мозгов. Они, конечно, у тебя гениальные, я не отрицаю, но любить надо сердцем, СынДжо, а не головой. СынДжо промолчал. Он понимал, что МиРа права. Он всегда действует только обдумывая все и рассматривая ситуацию со всех ракурсов, чувства до сих пор ему чужды, хоть они и накрывают его волной, заставляя улыбаться, как идиота. То, что случилось вчера, пожалуй, единственное проявление ЕГО желаний, ведь сердце вчера так билось, словно впервые заработало. - Я причинил ей очень много боли в свое время. - все же тихо начал он, не поднимая взгляда от стола, он чувствовал стыд, пожалуй, чуть ли не впервые в жизни, а МиРа казалась пастырем его души. - Она любила меня давно, а я не хотел этого замечать, игнорировал. Она потеряла все, даже себя саму, но и это я заметил слишком поздно. Ты права, мое эго долго не могло смириться с чувствами, что я испытываю. Но я все же пришел к этому, и я действительно хочу принести ей счастье, но заслужить доверие оказалось слишком сложно. СынДжо все не решался поднять взгляд, он чувствовал внимательный взгляд девушки на себе и понимал, что если она его сейчас казнит, то это вполне ожидаемо. Все таки женская солидарность - страшная вещь. - Познакомь меня с ней. - такого поворота гений точно не ожидал, поэтому удивленно посмотрел на свою одногруппницу, что сейчас довольно улыбалась. - Ты растаял, СынДжо, ради своей ХаНи или благодаря ей, я не знаю. Да и не важно это. Итог на лицо, ты влюблен, при чем больше некуда, и я готова тебе помочь. - сияла девушка улыбкой, а СынДжо в растерянности на нее смотрел. - С чем? - он буквально ощущал, как тормозят его мозги, что отказывались воспринимать подобную информацию, и это тоже было в новинку. - Растопить доверие ХаНи. Черт бы тебя побрал, Бек СынДжо, твоя харизма не оставляет мне выбора, я должна тебе помочь, потому что не могу смотреть на эту кислую мину. - усмехнулась девушка, а парень лишь тихо засмеялся, понимая, что еще вчера сам согласен был идти к черту, если тот оставит ему ХаНи. - Кстати, на счет твоей мины. Что с лицом? Бек встрепенулся, поднимая брови. - А что с ним не так? - удивился он, отпивая кофе, что уже успел остыть, и только скривился. - Милый пластырек, не находишь? - усмехнулась девушка, и гений сразу же за него схватился, словно это была самая большая драгоценность и никто не должен на нее смотреть. - Ах это? Я получил по заслугам за свой острый язык. - скривив губы в ухмылке, он только с наслаждением стал вспоминать момент, когда этот пластырь появился на его лице. МиРа прищурилась, но больше спрашивать не стала, осознавая, что за этой фразой кроется куда больше заслуг Бек СынДжо и бойкой малышки ХаНи. - Тогда не забудь познакомить меня со своим маленьким ниндзя. - усмехнулась девушка, собираясь идти на следующую лекцию. СынДжо снова тихо засмеялся от такого сравнения ХаНи. Камуфляж ниндзя ей был бы не к лицу, но выглядела она бы забавно, особенно учитывая ее неуклюжесть. Впереди был еще целый день, но СынДжо даже не напрягался. Разговор с МиРа расслабил его напряженные нервы, позволяя снова сосредоточиться на учебе. И мысленно он уже решил, что если ХаНи познакомится с этой девушкой, ничего страшного не случиться. К тому же Ким можно доверять, а ХаНи нужен кто-то кто может стать еще одной опорой для нее, помимо самого СынДжо. Но сначала надо было бы поговорить об этом с самой ХаНи.