Белый ворон

      Погода резко изменилась с наступлением декабря. Ночные заморозки стали частыми гостями в городе. По утрам тротуары, дороги, ветки деревьев и иссохшая трава покрывались серебром, а днём выпадал снег, который сразу таял при соприкосновении с холодной землёй.       Конец учебной недели подкрался незаметно. Джерард послушно переступал через нежелание заниматься математикой по вечерам и выполнял все задания Фрэнка. Выходило у Уэя неважно, так как решать без ошибок у него не получалось, но это было лучше, чем ничего. За эти несколько дней парни общались только по делу и не встречались в школьных коридорах во время перемены, чтобы просто поболтать. Несмотря на огромное желание пообщаться с Джерардом и продвинуть их отношения на новый уровень, Айеро не мог перебороть застенчивости и заговорить первым. Да и тем более, он не знал, о чём говорить: в мире комиксов он был нулём без палочки, а в музыке не разбирался. Уэй так же не мог придумать хорошей темы для разговора. Все его вопросы сводились лишь к одному: что творится с этим парнем?       Джерард был юн и любопытен, но задавать нескромные вопросы по поводу семьи Фрэнка он считал неприличным. Боялся чем-то задеть или обидеть человека, с которым едва ли знаком. Невзирая на то, что Уэй, вопреки желаниям, не интересовался жизнью своего репетитора, он часто искоса, незаметно наблюдал за Фрэнком, пока тот выводил в его тетради новые примеры. Он всматривался в его лицо, пытаясь рассмотреть новые синяки, которых не было, и ждал подходящего момента, чтобы взять его с поличным.       Но этот момент почему-то не наступал, а Джерард всё ждал и надеялся, что когда-нибудь всё всплывёт на поверхность.       Пятничное утро встретило Уэя пасмурным небом и мрачной обстановкой. Берт приболел, поэтому не мог сегодня заехать за ним и подвезти его в школу. Смирившись со своим уделом, Джерард встал пораньше, чтобы собраться и успеть на шестьсот третий автобус. Он не любил ездить на общественном транспорте. Дело было не в том, что он распоясался и строил из себя неизвестно кого, нет. В час пик всегда было много народа, и он плохо себя чувствовал в большом скоплении людей, которые давили на него со всех сторон.       Настроение с утра было подпорчено неудавшимся завтраком и закончившимся шампунем. Немного засаленные волосы падали на глаза, заставляя постоянно их поправлять и закидывать наверх. Донна осталась на ночное дежурство, поэтому не уследивший за беконом и яйцами на сковороде Уэй ел сегодня подгоревший омлет. Будучи немного раздражённым, он тепло оделся, зная, что на этой неделе в городе воцарился холод, и вышел из дома в направлении автобусной остановки.       Ветер тотчас ударил в лицо, взъерошивая невидимой рукой волосы на макушке. Засунув руки в карманы, Джерард спокойно шагал по истоптанному тротуару в надежде скорее добраться до школы. Он прошёл сквозь аллею домов и свернул направо, приближаясь к пункту назначения; достал из сумки сигарету и зажигалку; закурил. Лёгкие наполнились сигаретным дымом, а на языке ощущался привкус лёгкой горечи, перебивающий впечатления о плохом завтраке. Ещё не дойдя до остановки общественного транспорта, он заметил вдалеке несколько стоящих в ожидании людей. Уэй подошёл ближе, и его охватило лёгкое удивление, когда он заметил знакомую фигуру в растянутой старой ветровке и нелепых брюках со стрелками. Парень стоял, укрыв лицо от ветра, и пытался прикурить от спички, которая постоянно потухала. На лице Джерарда непроизвольно проскользнула лёгкая и едва изумлённая ухмылка, и он, осмотревшись по сторонам, примкнул к своему знакомому. Уэй был поражён.       — Не знал, что ты куришь, — внезапно проговорил Джерард, видимо, напугав тем самым Фрэнка. Тот, вздрогнув от неожиданности, уронил незажжённую сигарету на землю.       Он обернулся. Землисто-бурые глаза с долей страха уставились прямо на предмет своего воздыхания. Очередная спичка погасла, развевая в воздухе запах жжённой серы. Его щёки были красными то ли от холода, а то ли от смущения.       Чувствуя, как лицо загорелось, Айеро отвёл взгляд в сторону, растерявшись. Зато Уэй не растерялся: он поделился своими сигаретами и дал прикурить от зажигалки.       — Спасибо, — робко проговорил Фрэнк, неуверенно затягиваясь в присутствии возлюбленного.       Сигареты, которые курил Джерард, были намного приятнее тех, что выкуривал Фрэнк.       — Так странно видеть тебя с сигаретой, — приметил Уэй, делая очередную затяжку, и вальяжно выдохнул на него дым, после чего слегка прикусил нижнюю губу.       Джерард наблюдал за движениями Айеро и видел лёгкую скованность в нём. С сигаретой Фрэнк выглядел довольно нелепо, и это немного смешило, но Уэй был не из тех, кто был волен смеяться над подобного рода вещами.       — Так странно видеть тебя на автобусной остановке, — тихо проговорил Фрэнк в ответ. Джерард усмехнулся и посмотрел вдаль, где виднелась верхушка монумента Трентоновской битвы.       — Мой друг приболел, поэтому не смог заехать за мной, — Уэй стряхнул пепел с сигареты и вновь принялся рассматривать курящего Фрэнка, который выглядел так естественно на данный момент.       Айеро ничего не ответил. Он не знал, что на это отвечать, и понятия не имел, как в данном случае поддержать разговор. Ему было немного стыдно от этого, но и найти подходящую тему он тоже не мог.       Подъехал автобус. Кинув бычки на дорогу, парни прошли внутрь, оплатили проезд и схватились за поручни, встав недалеко от выхода из салона. Здесь было теплее, чем на улице, но Джерард всё равно чувствовал себя некомфортно.       Парни молчали. Общественный транспорт ехал и изредка вздрагивал, когда колёса попадали в небольшие ямки. Пейзаж медленно проносился перед глазами. Фрэнк чувствовал себя неловко в данный момент из-за гнетущей его разум тишины. Он волновался и краснел от этого, но всем видом показывал, что спокоен как никогда. Его взгляд был прикован к окну. Он был пустым, скрытым в беспрестанных размышлениях, и Джерард видел это. Уэй изредка поглядывал на Айеро, засунув одну руку в карман болотной парки, и периодически смотрел на проплывающие мимо дома.       Не прошло и пятнадцати минут, как автобус достиг нужной парням остановки, и они вдвоём вывалились на свежий воздух. Джерард облегчённо и громко вздохнул, засовывая обе руки, которые мёрзли на холоде, в карманы. Тишина преследовала их по пятам. Это немного напрягало, но в то же время создавало своеобразную обстановку спокойствия.       Они шли медленно, зная, что в запасе у них ещё десять минут, и Уэй долго думал, стоит ли ему начинать разговор или нет. Сопоставив все «за» и «против», Джерард проговорил:       — Фрэнк, расскажи немного о себе.       Это было чем-то внезапным для Айеро, ведь он не надеялся услышать это от Уэя, поэтому его это насторожило. Фрэнк слегка напрягся и даже вспотел.       — В прошлый раз ты ничего толком не ответил и… Просто мы вроде бы знакомы и немного общаемся, а я о тебе так ничего и не узнал, — Уэй старался быть дружелюбным и улыбался, глядя на Фрэнка, который растянул улыбку на лице в ответ, залившись лёгким румянцем.       — Ну, я даже не знаю, что рассказать… — промямлил он и пожал плечами.       — Эм… расскажи о своих увлечениях, о семье, о предпочтениях и вкусах, какая музыка нравится, — начал перечислять Джерард, чтобы немного расслабить и навести его на мысль.       Айеро малость задумался. Он был абсолютно не против рассказатьо себе, но рассказывать в действительности было совсем не о чем. Нет, конечно же, Фрэнк мог признаться в сиротстве, нажаловаться на то, что его избивают и ненавидят, принуждают к работе; рассказать о том, что у него нет друзей, нет второй половинки рядом, и о том, что его не привлекает женский пол. Но впечатлит ли Джерарда это нытье, Фрэнк не знал и знать не хотел. Айеро явно не хотел казаться в глазах Уэя отбросом, у которого, по сути, не было ничего. Пусть его внешний вид оставлял желать лучшего, однако это совсем не мешало ему навешать Джерарду лапши на уши. Уж лучше Фрэнк промолчит о своих проблемах, нежели испортит едва начавшиеся отношения с Уэем.       — Вообще, я не очень люблю рассказывать о себе, так как мне особо-то и не о чем рассказывать… — попытался отговориться Айеро, и его руки как-то непроизвольно начали мять пальцы друг друга. Плечи Фрэнка сжались — он хотел обхватить своё тело руками.       — Ты серьёзно? — изумился Джерард, чуть насупившись. — Не строй из себя дурачка, я прекрасно знаю, что тебе есть что рассказать о себе, — он пихнул ладонью Фрэнка в плечо, якобы подбодрив, однако Айеро почему-то чувствовать себя увереннее не стал.       — Я ведь даже не знаю, с чего начать, — ломался он.       Естественно, Фрэнк обо всех ужасах своей жизни рассказывать не собирался. Никакой жестокости, насилия и голодовки, всё максимально хорошо, и всего в меру. Только бы не переборщить.       Не переборщить.       — Ну так что? — внезапно выдал Джерард спустя минуту гробового молчания.       Фрэнк напрягся, и сердце застучало сильнее. Мысли смешались в голове, он не мог сосредоточиться на чём-то одном. Слишком сильно волновался.       — Ну, я родом из небогатой семьи, — кое-как начал Айеро. — У меня есть два младших брата-близнеца, любящие мать и отец, — он решил приукрасить свою реальную жизнь, так как сильно боялся, что Джерард не захочет в будущем общаться с сиротой и каким-то придурком, у которого даже нормального телефона нет.       — У меня тоже есть младший брат, — усмехнулся Джи.       Айеро удивился, потому что в момент его прибывания в доме Уэев никого, кроме самого Джерарда и его матери, он не заметил. Только его слова заставили на секунду задуматься, и перед глазами ненароком предстал образ парня, спасшего его от смерти в закрытом шкафчике. Все эти очертания лица, так похожие на контуры лица Джерарда, даже манера говорить. Быть может, это и был его брат? Фрэнк улыбнулся от данной мысли.       — Знаешь, я никогда ни в чём не нуждался и ничего не просил у родителей, мне всего хватает. У меня есть друзья, хорошая работа, — через силу улыбался, врал и краснел Фрэнк. Мало-помалу его голос становился увереннее, рассказ — интереснее, а шаги парней — ещё короче и медленнее. — Я не сижу в Интернете, умею вкусно готовить, люблю книжки почитать. Я думаю, ты уже заметил…       Джерард слушал Фрэнка, следил за его интонацией, видел улыбку на его лице, и ему так хотелось в это поверить. Это выглядело довольно натурально.       Но потом он вспоминал взгляд мёртвых и уставших от мира глаз, и всё вновь становилось на свои места.       Уэй хмыкнул.       — Что-то мне всё равно не верится, что ты совсем не залезаешь в социальные сети, — Джерард снова ухмыльнулся. — Потому что это невозможно, — Уэй скептически отнёсся к заявлению Фрэнка. — Все подростки сидят в Интернете.       — Ну… — Фрэнк пожал плечами.       Порой ему хотелось познать всю прелесть современной подростковой жизни и бесполезно тратить свободное время, чтобы хоть немного почувствовать себя «нормальным» человеком.       — Нет, ну в принципе, может, это и возможно, и я даже поддерживаю это обеими руками, потому что я просто зависим от всего этого. Да и тем более, таких людей редко встретишь, чтобы прямо вообще нигде не сидели, — откровенничал Уэй. — Откуда ты вообще все рефераты берёшь, сообщения? — Джерард свёл брови, и Фрэнк улыбнулся, прекрасно понимая, что сейчас полностью поразит Уэя ответом:       — Сам делаю. Иду в школьную библиотеку, беру литературу и сам пишу…       — Серьёзно? — Уэй нахмурился, недоверчиво улыбнувшись. — Откуда ты время берешь?       — Время можно найти всегда, — Фрэнк пожал плечами.       — Ты говоришь прямо как мистер Хоггарт, когда я прошу его поставить мне удовлетворительную оценку за самостоятельную, — Уэй усмехнулся, и Фрэнк улыбнулся в ответ.       — Тебе не нравится математика? — с наигранным удивлением произнёс Айеро.       — Да вообще терпеть не могу, не идёт она у меня, ну никак, — будто в первый раз признался Уэй. — А вот твои друзья… ты прямо в живую общаешься с ними, звонишь им? — поинтересовался Уэй, на что Фрэнк закивал, растянув на лице улыбку. — Фрэдвард, ты просто сумасшедший, — на Джи нашла волна хохота, однако он вмиг успокоился. — Нет, ну я шучу, конечно же. А это… — Джерард легко толкнул Айеро в плечо, — и девушка небось ещё есть?       Этот вопрос был задан Уэем специально. Он прекрасно осознавал тот факт, что никакой девушки у Фрэнка нет, и ему было интересно услышать ответ на этот вопрос.       Одно слово могло сдать Айеро с потрохами, ведь он и так выстроил вокруг себя несуществующую идиллию своей жизни. Одно слово могло дать понять Джерарду, что Фрэнк врёт.       — Есть, — как-то не совсем уверенно ответил Фрэнк и тут же смутился. Его лицо озарил лёгкий испуг от сказанного, ему стало стыдно от того, что он слишком много сегодня врал.       Лгать — это грех!       Но это ведь ложь во спасение, да?       Джерард ухмыльнулся, втянув щёки. Его ожидания оказались оправданными. В пространстве, окутавшем парней, вновь воцарилось молчание, и Фрэнку показалось, что утверждение о девушке было излишним. Ему стало ещё более неловко от сложившейся ситуации.       — Знаешь, Фрэнк, ты самый счастливый человек на свете, и я тебе по-доброму завидую, правда. Полная, любящая семья, хорошая работа, друзья, девушка, не сидишь в Интернете, да ещё и с учёбой всё в порядке, — Уэй говорил это специально, чтобы пробить парня на эмоции. Он периодически поглядывал на Фрэнка в надежде увидеть печаль на его лице. Ему нужно было закрепить свои предположения.       Айеро горько улыбался. Его взгляд был опущен на блёклый тротуар.       «Самый счастливый человек на свете», — строчкой пробежало у него в голове, и в горле застрял неприятный слезливый ком от осознания того, что всё в самом деле далеко не так.       А ему ведь так хотелось, чтобы это было правдой.       — У меня отец алкаш, которого я видел в последний раз лет десять тому назад, — продолжил тираду Джерард, немного поникнув.       С какой-то стороны, он хотел показать, что не стоит стыдиться своего положения. Возможно, это поможет Фрэнку выговориться, и Уэй надеялся на это.       — Когда я был мелким, он часто напивался в стельку и срывался на нас. Бил до потери сознания и грозился покончить с собой, если мама с ним разведётся. Но, знаешь, всему когда-нибудь приходит конец. Маме удалось с ним развестись, и, когда он ушёл, нам стало намного легче. Сейчас мама одна тянет нас с братом, и я помогаю, как могу. Хотя бы работу нашёл — уже что-то, — Джерард холодно рассмеялся, и Айеро почувствовал себя ещё более неловко от того, что наврал парню.       Проблемы Уэя были ничем в сравнении с тем, что испытывал Фрэнк, однако даже этот факт не давал совести Айеро утихомириться.       — Друзей у меня немного. Из них я могу выделить только двух человек, которым я могу довериться. Девушки и подавно у меня нет. И да, я ни разу в жизни не писал сам рефераты и полностью не читал литературу, начиная со старших классов, — уже более весело рассмеялся Уэй, и парни не заметили, как подошли к школе. Они прошли внутрь, ныряя в шум. — Это, признаюсь, тяжеловато, но я справляюсь, — сказал Джерард, и Айеро одарил его грустным взглядом, осознавая, что повел себя крайне некрасиво по отношению к нему. — У тебя какой первый урок? — внезапно спросил он, остановившись посреди холла.       Уэй был доволен результатом, но чувствовал себя напряжённо из-за лжи Айеро, которую видел в его глазах. Джерарду явно будет над чем поразмышлять.       — У меня физика, — Фрэнк опустил голову вниз, принимаясь рассматривать свои кеды. Что-то тяготило его душу, и это что-то — наглое враньё. — Прости, я чувствую себя немного неловко из-за того, что ты мне рассказал, — он заметно покраснел и попытался скрыть смущение за длинной челкой.       — Это я должен извиняться перед тобой за то, что гружу тебя своими проблемами. Да и тем более, я привык ко всему этому и не жалуюсь, честно. Я такой, какой я есть. Придёт время, и будет у меня больше друзей, и девушка, и зарплата высокая. Всему своё время, — Джерард всё ещё наблюдал за эмоциями, проявляющимися на лице Айеро, и видел скрытое смирение в его глазах. — Ладно, я пойду, мне в другую сторону. Встретимся после уроков в библиотеке, — Уэй улыбнулся ему и легонько по привычке толкнул в плечо, после чего направился в сторону нужного ему кабинета.       — Хорошо, — тихо произнёс Фрэнк, глядя на отдаляющуюся спину Джерарда, и ему стало вдруг так паршиво, так мерзко на душе от своего вранья, что совсем не хотелось вспоминать случившийся разговор.       А быть может, всё-таки стоило не таить всё в себе и сказать правду? Ведь Джерард так спокойно рассказывал о своих проблемах.       Нет, когда-нибудь Фрэнку придётся признаться, но это вряд ли случится скоро. Ему было тяжело перебороть себя.       Рано.

***

      Как и планировалось, Айеро ушёл к Рэю под предлогом того, что идёт на работу. Джон и Кайл не противились, что не было удивительным: они не считали репетиторство развлечением и поэтому иногда поступали по-человечески.       Фрэнк облегчённо выдохнул, когда вышел на улицу, и тут же почувствовал неприятное давление за грудиной. Его распирало волнение. Голову посещали не самые радужные мысли о том, что Айеро окажется не лучшим собеседником для такого классного парня, как Рэй.       Какой будет их встреча?       «Наверняка такой же тухлой, как разговор с Линдси и Джерардом в столовой», — думал Фрэнк, испытывая очень смешанные чувства.       Он надеялся на то, что Рэй, как весёлый и жизнерадостный человек, сможет вырулить из неловкой ситуации и возьмёт всё в свои руки. Наверное, мысли Айеро были в корне неправильными: чтобы поддержать дружбу, следовало бы поднапрячься. Но Фрэнк понятия не имел, что и как делать.       Он шёл к многоквартирному дому Рэя по маршруту, который тот прислал ему в сообщении. Было холодно. Очень слабый мороз пощипывал лицо, заставляя Фрэнка зарыться носом в свой старый растянутый шарф. Мимо проезжали монотонные машины, проходили скучные люди. Внутри Айеро не было ничего, кроме волнения. Кажется, за мыслями о Рэе он совсем позабыл о своей лжи Джерарду. Возможно, это было неплохим способом отвлечься от небольших проблем, которые Фрэнк сам себе наплодил. А может, в глубине души это лишь подпитывало их.       Трёхэтажный дом, к которому подошёл Айеро, был мрачным. Обитый тёмно-красной плиткой, он выглядел очень громоздким — Фрэнк в одно мгновенье почувствовал себя маленькой точкой рядом с ним. В очередной раз тяжело вздохнув, он прошёл в подъезд. Предвзятые фантазии о чёрных обшарпанных стенах с паутиной в углах и пугающе мерцающей единственной лампочкой разбились о скалы реальности. Здесь было довольно светло и уютно. Айеро поёжился, как только тёплый воздух обволок его тело, и двинулся вперёд, чтобы найти квартиру Рэя.       Остановившись у нужной ему двери, он занервничал сильнее.       «Всё будет хорошо, Фрэнк, ты не опозоришься…» — утешал себя в уме он, надеясь на лучшее.       Айеро несколько раз отдёрнул руку от кнопки звонка, прежде чем позвонить в дверь, и растеряно замер, когда спустя буквально несколько секунд на пороге показался Рэй.       — Фрэнк! — внезапно воскликнул он. — Я ждал тебя, проходи, — словно спеша куда-то, Рэй пропустил его в квартиру, заставляя того кривовато улыбнуться от смущения. — Привет! — снова воскликнул он, когда Айеро переступил порог дома, и накинулся на него с объятьями.       Это было очень неожиданно для Фрэнка. Ещё ни разу в жизни его не встречали с распростёртыми объятьями, и он почувствовал, как внутри разливается приятное тепло.       — Привет, — промямлил Айеро, уткнувшись в плечо высокого Рэя. Фрэнк сейчас напоминал маленького плюшевого медвежонка.       Он с долей неловкости обнял Рэя в ответ. Грудь наполнили необычные ощущения. Айеро был мало знаком с Рэем, но объятья с ним словно делали его жизнь лучше. Возможно, ему очень не хватало этого в повседневной жизни, и он истосковался по простой людской нежности, которую так давно к нему не проявляли.       — Насколько я знаю, у тебя всего пара часов свободного времени. Поэтому я тебе предлагаю начать с чего-нибудь прямо сейчас! Чем хочешь заняться первым? Может, поесть? Или поиграть на гитаре? Может, сыграем партеечку в Мортал Комбат? А? — Рэй был очень заводным — он легонько толкнул Фрэнка кулаком в плечо, подбадривая, так как видел его неуверенность.       Айеро обхватил себя руками, не зная, с чего начать.       — Блин, ты такой быстрый, — Фрэнк рассмеялся, чувствуя сильный прилив хорошего настроения. Он был немного смущён, но ему очень нравилось то, что происходило на данный момент. — Давай я хотя бы сниму верхнюю одежду, что ли.       — Да-да, конечно, можешь повесить куртку в этот шкаф, — Рэй указал большим пальцем на небольшой шкаф-купе, — я буду ждать тебя в своей комнате. Пока проверю, всё ли на месте, — протараторил он и шустро исчез за первой дверью.       Айеро не мог сдержать улыбки на лице. Довольный, он снял куртку и осмотрелся. В однокомнатной квартире было уютно. Минимум мебели и максимум безделушек, которыми были уставлены практически все возможные поверхности. Фотографии, висящие на стенках, привлекали внимание, но Фрэнк банально не успел сосредоточиться хотя бы на одной из них: его позвал Рэй:       — Ну где ты там застрял! — послышался возглас из комнатки справа.       — Уже иду! — не менее громко ответил Айеро, что было несвойственно ему. Приподнятое настроение делало своё дело.       Фрэнк прошёл в единственную жилую комнату этой квартиры. Здесь пахло чипсами и газировкой. От вредной еды рот наполнялся слюнками, и желудок изнемогающе сжимался от голода. По небольшому телевизору шла реклама в преддверии фильма. На стенах частично висели постеры музыкальных рок- и метал-групп, творчеством которых Рэй, похоже, восхищался. В углу возле окна стоял большой комбоусилитель с двумя гитарами на стойках, рядом с ними на стенах в рамках висело несколько грамот. Айеро подошёл ближе, чтобы их рассмотреть: интерес лился через край.       «Награждается Рэймонд Мануэль Торо-Ортиз за победу в номинации «Лучший гитарист старшей центральной школы города Трентона», — прочитал в уме Фрэнк. Он задержал взгляд всего на одной, но уже был сильно впечатлён.       — Давно ты занимаешься игрой на гитаре? — Айеро не смог не спросить об этом новоиспечённого друга, и тот, видимо, был только рад рассказать о своих достижениях в сфере музыки.       — Да, достаточно, ещё со средней школы, — ответил Рэй. — Как видишь, я часто участвовал во всяких конкурсах. Полностью отдаюсь своему увлечению. Пока вот на конкурсы и выступления подзабил. Недавно съехал от родителей, нужно ещё освоиться, подзаработать, а там можно и снова полностью погрузиться в музыку и строить карьеру, — Торо упёр руки в бока и мечтательно вздохнул, представляя, как покоряет своей игрой зрителей.       — Можешь сыграть мне что-нибудь из своего репертуара? — поинтересовался Фрэнк. Он взглянул на парня с искренним любопытством, даже не смущаясь.       — Конечно, не вопрос, — ответил Рэй.       Торо довольно быстро подключил электрогитару, прокрутил головки эффектов на нужный уровень и несколько раз протестировал звук. Действия Рэя казались Айеро максимально профессиональными, и он восхищался даже от такой мелочи, как настройка гитары.       Рэй присел на диван, стоящий напротив телевизора; Фрэнк — рядом с ним. И заиграл. Пальцы его левой руки скользили по грифу, зажимая струны и вытворяя с ними невероятные вещи. Правая рука ритмично дёргала струны — гитара издавала необыкновенные металические звуки, от которых у Айеро проходились мурашки. Он заворожённо смотрел на то, как Торо играет, и загорался желанием научиться делать так же. Но он понятия не имел, как добьётся такого результата своими деревянными руками.       — Это просто невероятно, — громко прокомментировал Фрэнк, пока Рэй улыбался, кивая головой в такт музыке, которую сам извлекал.       — Я знаю, спасибо, — он был уверен в своих силах, и этому способствовала бесконечная поддержка окружающих и родителей в том числе.       — Я бы тоже хотел так круто играть, как ты, — признался Айеро — его лицо сияло от услышанного. Он был в восторге.       — Всё в твоих руках, Фрэнк! — резко прекратив играть, заявил Рэй. — Если хочешь, я могу побыть твоим учителем совершенно бесплатно. Ты очень милый и добрый парень, мне было бы приятно позаниматься с тобой.       Услышав такое от Торо, Айеро в момент покраснел.       Рэй сделал комплимент! Ему! Комплимент!!!       — Да нет, я совсем не милый и не добрый, — Фрэнк засмущался, опуская глаза в пол. По его лицу расплылась навязчивая улыбка. Он не знал, как себя повести и куда деться.       — Я знал, что ты начнёшь отнекиваться, но я бы хотел, чтобы ты поверил моим словам, — сказал Торо, потрепав Айеро по волосам, и тот тихо рассмеялся, чувствуя, как то же самое приятное тепло наполняет его всё больше.       Несмотря на все свои опасения, Фрэнк чувствовал себя очень комфортно в компании с Рэем. Намного комфортнее, чем с Джерардом, которого он побаивался ввиду своей влюблённости. Торо был будто родным человеком, которого Айеро внезапно нашёл среди толпы чужих незнакомцев. Ему хотелось доверять, с ним хотелось общаться и весело проводить время. Рэй был словно лучиком света в его наполненной тёмными красками жизни.       — Расскажи о себе, — вдруг попросил Фрэнк. Ему было важно знать о своём приятеле хоть что-то помимо того, что он великолепно играет на гитаре и отлично разбирается в музыке.       — Ну… — Торо немного замялся, но быстро взял себя в руки. — Знаешь, обо мне не обязательно знать много, чтобы хорошо со мной общаться, — рассмеялся он, вызывая улыбку на лице Айеро. — Большую часть ты уже знаешь, а так… Ну, я самый обычный человек из самой обычной семьи с не очень обычными мечтами стать классным музыкантом и зарабатывать на этом, — Рэй был лаконичен как никогда. Он пожал плечами, будто не зная, что ещё можно добавить, и быстро переключился на Фрэнка: — А что насчёт тебя, Фрэнки? — Торо был милым и ласковым сейчас, от чего Айеро словно таял. — Есть ли у тебя какие-нибудь факты о себе, о которых я даже не могу догадываться?       — Хах, — усмехнулся Фрэнк. Он был настолько радостным сейчас, что ему не хотелось портить настроение ни себе, ни Рэю. Поэтому он ограничился всего одним: — Единственное, что я могу выделить, — это то, что я вегетарианец.       Заявление Айеро немного удивило Торо: ему ещё не доводилось задумываться над предпочтениями Фрэнка в еде.       — Это только подтверждает то, что ты добрый человек, — заметил Рэй. Он вновь и вновь смущал Фрэнка своими высказываниями, но это смущение не было неприятным.       — Ой, да ладно, — Айеро глупо улыбался словам Торо, махая рукой. Он краснел снова и снова, чувствуя, как переполняется положительными эмоциями.       День проходил по меркам Фрэнка крышесносно. Они с Рэем слушали музыку, объедались гадостями и играли в приставку.       — Харе бить одними ногами, ты задолбал, — жаловался Торо, пытаясь уклониться от очередной атаки Фрэнка в Мортал Комбат.       — Да я по-другому не умею, — смеясь, отвечал Айеро. Геймпад в руках он держал впервые, и справиться с управлением своим персонажем ему было нелегко.       Фрэнк так ни разу у Торо не выиграл, но ему это всё равно доставило массу впечатлений.       Айеро узнал о классных исполнителях, побренчал на дорогой и тяжёлой гитаре Рэя, которая казалась ему такой же крутой и недоступной, как Джерард. Это было отличным времяпрепровождением для него за последние пару лет, и Фрэнк чувствовал себя счастливым.