1.
23 января 2016 г., 03:02
А это правильно - брата любить? Вы скажите: «Правильно, брат же!» А если ты любишь до боли в груди, А если желаешь его любви, И ты исчезнешь, если его не будет? Как дальше жить? Что ждет впереди? Как с этим жить? Скажите нам, люди!
СЕРЕНЬКАЯ
- С днём рождения, братишка! – Ярослав уселся на бёдра Артёма и попрыгал на них немного, стараясь его разбудить. Затем наклонился и на пару мгновений прижался губами к розовой со сна щеке. - С днём рождения, - Артём сквозь глазки-щелочки посмотрел на брата и потянулся. – Как хорошо, что не надо в школу. Спасибо мамочке, что родила в праздник. - И с Днём Победы! – возликовал Слава, вскинув вверх кулак, и вскрикнул, ударив его о второй ярус кровати. – Бли-ин… Так этим фрицам и надо! Артём взял пострадавший кулак брата, подул на него, а потом звонко чмокнул в костяшки. - У собаки боли́, у кошки боли́, у фрица боли́… и так далее. Слава заулыбался, с нежностью глядя на блондинистое сонное чудо. - Вы уже проснулись? – в комнату заглянула удивлённая мама. – Ещё только восемь. - Это он меня проснул, - пожаловался Артём, легонько шлёпнув брата по голой груди. – С… слезь с меня. - С днём рождения, мальчики! – Валентина Петровна улыбнулась и позвала сыновей завтракать. Ярослав чистил зубы и смотрел на отражение Артёма, который тоже орудовал щёткой. Они такие разные. И не скажешь, что братья. Тёма блондин, а Слава брюнет. Комплекцией тоже отличаются: Тёма худощав, он был очень болезненным ребёнком, врачи думали, что он не выживет, а Слава довольно крепкий, с широкими плечами, так как с десяти лет занимается плаванием. Он пытался привлечь к этому и Артёма, но тот не хотел. Брату больше нравится выделывать на велосипеде разные трюки. И Ярослав безумно его любит. И как брата и как парня. Бисексуалом он осознал себя около трёх лет назад. Это его совсем не испугало. Би, так би. Не некрофил же. С братом они всегда были не разлей вода. Артём младше на четырнадцать минут, и старший всегда чувствовал потребность заботиться о нём. Они практически не ссорились. Родители были довольны, что у них такие дружные сыновья. Возможно, Ярослав всегда любил Артёма не по-братски. Он даже и не помнит, когда почувствовал первое возбуждение к нему. И это тоже его не испугало. Словно это само собой разумеющееся, будто так и должно быть. Когда у Тёмы началось половое созревание, мальчика стала раздражать чрезмерная опека и забота Славы, однако тот не прекратил выполнять свой долг, и Тёма сдался. Слава видел, что братишке всё-таки приятно его повышенное внимание. Год назад Артёма на «зебре» сбила машина. Не сильно, была только нога сломана. Пьяный водитель в последний момент успел затормозить, чтоб не отбросить парнишку на десять метров. Тёма рассказывал, что как раз в этот момент повернул голову, и увидел, как этот автомобиль врезается в него. Он думал, что это всё, конец. Он сильно испугался. После аварии Тёма стал заикаться. Не всегда. Только тогда, когда испытывает сильные эмоции. Он этого стесняется при других, поэтому порой просто молчит, и сло́ва из него не вытянешь, но при родителях и Славе этого комплекса нет. - Держите, - сказала мама, протягивая две чёрные коробочки сыновьям, когда они уселись за стол. – Это от нас с папой. Ярик, такие же ты хотел? Это были наручные часы. Одинаковые. - Спасибо, мам! – не обратив внимание на нелюбимое обращение «Ярик», Слава поцеловал Валентину Петровну в щёку, и Артём сделал то же самое. Они тут же надели подарки на левые руки, даже не сговариваясь. - Итак, - сказала мама, - нас не будет до одиннадцати. Не разгромите квартиру. - Мам, ну когда такое было? – усмехнулся Слава. Сегодня вечером к ним придут друзья. Никто напиваться не собирался, так как это в их компании не принято. - Тебе нравятся? – спросил Ярослав, кивнув на часы Артёма, и тот расплылся в улыбке. - Да! Ты же в… в… выбирал. Слова были сказаны с такой теплотой, что сразу захотелось его обнять. Он сделает это позже. Слава не знал наверняка, чувствует ли Тёма к нему то же самое, а проверить не решался, чтобы не напугать. Да и тех близких отношений, которые у них сложились, ему вполне хватало. Ярослав мог в любое время обнять брата, поцеловать в щёку, нос или в шею. И Артём делал так же. Они не чурались этого, не смущались, наоборот, хотелось делать это чаще. Они были половинками одного целого. День рождения отметили весело, пригласили только самых лучших друзей, это шесть человек. Среди них всего две девушки-одноклассницы, одна из которых не отходила от Артёма. Конечно, смазливый блондинчик с шикарной улыбкой. Юные девы падки на таких. Аня давно уже пытается быть Артёму не только подругой, но дело с места не движется. Ярослав этому рад. Естественно, он желает счастья братишке, однако не может представить его с кем-то, кроме себя. Даже не в качестве любимого парня. Просто рядом. Он хочет быть единственным близким человеком в его жизни. Родители не в счёт. Они им обоим дороги. Наверное, Слава самый натуральный эгоист. Ближе к одиннадцати вечера они все вышли на улицу прощаться, и тут Аня подкатила к Артёму, мурлыча: - Тём, а ты не проводишь меня? Ярослав, стоявший рядом, обхватил братишку за плечи и, прижав к своему боку, с улыбкой ответил: - Анют, у него день рождения. Мальчик устал вас развлекать. Вот будет у тебя днюха – он тебя проводит. Давид, ты не проводишь нашу даму? - С большим удовольствием! – симпатичный армянский парень, давно таскавшийся за Аней, расцвел. Слава заметил, что такой расклад однокласснице не понравился, но она сдержала эмоции. Поцеловав в щёку сначала Славу, а потом Артёма, она взяла под руку Давида и пошла по тротуару домой. Тут и остальные распрощались с именинниками, и братья вошли в подъезд. - П… п… почему ты мне н… не дал п… п… п… - Проводить? – Слава посмотрел на возмущавшегося брата. - Да! - Так ты хочешь залезть к ней в трусы? Беги! Ещё догонишь! – Слава жутко разозлился. Он-то думал, что делает услугу Артёму, а тот, оказывается, хотел отвести девушку до дома. Вскоре вернулись родители, помогли сыновьям убрать за гостями, заметили, что те дуются, и мама, конечно же, попыталась выяснить, в чём дело, но парни хором сказали: - Ни в чём. Слава первый занял нижний ярус и развалился на спине, прикрыв ноги простынёй. У них давно так повелось: кто, где хочет, там и спит. Бывало, в детстве они вместе укладывались или внизу, или наверху. В комнату тихо вошёл Артём в одних боксерах, как нашкодивший щенок посмотрел на Славу и скромно сел на краешек кровати. Старший чуть не взорвался от дикого желания обнять младшего и попросить прощения, что накричал на него в подъезде, однако он только сел и спросил: - Она тебе нравится? Артём пожал плечами. - Ты не особо принимаешь её знаки внимания… Я решил, что… что ты бы не хотел идти её провожать. Артём повернулся и крепко обнял его, уткнув подбородок в Славино плечо. Тот обхватил его за торс и погладил по голой спине с выступающими позвонками. Какой же он всё-таки хрупкий. - Тёмка, прости, что накричал. Младший закивал, отпустил брата и встал, чтобы выключить свет. - Давай спать, - это были первые его слова Славе после разговора в подъезде. Всё означало, что они помирились.
