Просто они любят

- Проходи, моя звезда! – открыв дверь ключом, Ярослав склонился перед братом, как перед королём. Тот прыснул со смеху и вошёл в чужую квартиру. - А ничё тут, - он оглядел студию. Всё необходимое имелось. Взгляд Тёмы задержался на широкой кровати. Вот здесь они будут любить друг друга, никого не стесняясь. На его плечи легли тёплые ладони, а к спине прижалось тело двойняшки. - Боишься? – шепнул Слава и, дождавшись отрицательного ответа, лизнул солоноватую шею Артёма. – Хочу тебя… - он красноречиво ткнулся в его ягодицу уже вставшим членом. Артём повернул к нему лицо и посмотрел помутившимся от желания взглядом. - Я хочу сразу… Пожалуйста. Не хочу сначала пиво пить. - Как скажешь, братишка. – И Слава прильнул к его раскрытым губам своими. От обращения «братишка» по телу пробежали мурашки. Осознание, что это его родная кровь, что это инцест, дико возбуждало. Он понимал, что это ненормально, что так не должно быть в мире, но многие люди занимаются сексом со своими родными, и он понимал, что с ними что-то не так. С их психикой, с мозгом, с сердцем. Нормальный человек не должен желать свою дочь, своего отца или брата… Но ведь они нормальные. Они не совершают никаких безумных поступков, после которых другие люди вертят у виска пальцем, говоря «психи» или «сумасшедшие». Просто они нежно любят друг друга и хотят дарить свою любовь и ласку во всех проявлениях. Братья вместе приняли душ, не касаясь своих безволосых (у них недавно вошло в привычку брить лобок) крепких стояков – впереди много времени, торопиться некуда. Одноклассники удивились, когда узнали, что Чудиновы не собираются с ними в парк, что у двойняшек свои планы. Очень важные планы. Потом Артём выпроводил из ванной брата, чтобы заняться очищением, в котором Слава активно хотел помогать, но ему не позволили. Пришлось прождать свою половинку на кровати, глядя телевизор. - Ты боишься? – снова спросил Слава, нависая над братом в постели. – Говори мне правду. Не лги никогда. - Немножко б… боюсь, - признался Тёма, мило краснея. – Но ты… ты ведь из-за этого н-н… н-не откажешься? - Никогда! Я этого хочу. И постараюсь, чтобы ты получил удовольствие. Больно не должно быть. – После этих слов Яр перевернул брата на живот и принялся губами и языком ласкать загорелые плечи, позвонки, выступающие лопатки, опускаясь к пояснице. Там он оставил засос, с наслаждением услышав тихий стон Тёмы, потом развёл ягодицы в стороны и лизнул дырочку, которая инстинктивно сжалась. Вчера вечером Слава уже легко ввёл в братишку четыре пальца, тем самым доведя того до оргазма. Артём снова умолял трахнуть его, говорил, что закроет рот подушкой, однако Слава стойко отказался, боясь, что и сам не сдержит стонов. - Может, музыку в… в…? – тихо спросил младший. - Нет. Я хочу всё слышать. – Яр звонко чмокнул брата в ягодицу и принялся обильно смачивать розовую дырочку слюной. Он желал слышать каждый вдох и выдох, каждый стон, все звуки, издаваемые их поцелуями, и особенно те, когда Слава будет иметь двойняшку, когда его член будет двигаться в его попке, как там будет хлюпать, как его мошонка будет биться о бёдра Тёмы – все эти возбуждающие и ласкающие слух звуки. - Я так люблю тебя, - шепнул Слава, улёгшись на его спину, - больше своей жизни. - И я, - Тёма повернул к нему лицо, чтобы поцеловать, и простонал ему в губы, когда пальцы Чудинова-старшего стали осторожно проникать в анус. – Только поб…побыстрей… Не могу ж-ждать… - Я тоже не могу. - Слава прикусил его нижнюю губу, а потом всосал, оставляя метку. – Ты мой… Никому не отдам. Никогда… - П… пожалуйста, - хныкал Тёма, насаживаясь на пальцы. - Сейчас. – Слава взял тюбик с лубрикантом, лежащий рядом, а Тёма перевернулся на спину. - Хочу видеть тебя, - пояснил он, сгибая ноги в коленях и разводя шире. Старший улыбнулся, разместился между его ног и поцеловал в бедро, в то же время смазывая член гелем. Он волновался перед их первым разом. Казалось бы, можно было уже привыкнуть к их близости, и перед самим актом быть спокойным, однако Ярослав ощущал себя так, будто они вообще впервые вместе легли в постель. Руки подрагивали, сам он вспотел, хотя на улице было душно, но внутри его тело горело от желания, от похоти и любви к своему двойняшке. Артём подтянул колени к груди, когда почувствовал, что головка члена надавливает на дырочку, и постарался расслабиться. Слава всматривался в его напряжённое лицо, предполагая, что у него самого такое же, а затем он плавно вошёл до упора. Тёма с лёгким стоном выдохнул и улыбнулся. - Всё хорошо? – с облегчением спросил Слава и, когда блондинчик кивнул, крепко его поцеловал. – Только ты мне сразу скажи, если что-то пойдёт не так. Артём кивнул, и Чудинов-старший начал потихоньку двигаться. Ощущения оказались просто невероятные. Можно было кончить от пары фрикций, когда член так зажат тёплыми мышцами, плюс страстное хриплое дыхание мелкого в ухо, его тонкие пальцы, стискивающие кожу на спине, а потом еле слышная просьба: - Сильней… Слава задрожал, зажмурился и остановился. - Тём, я долго не протяну. - Ну… у нас же в-время д… д… - До десяти, я знаю. – Слава опять поцеловал брата в уже пересохшие губы и ввёл до упора член, а потом назад, и снова вперёд, и быстрей, и быстрей, потому что волнами приближался оргазм. Да ещё эти приглушённые стоны Тёмки, и его рука, работающая на своём члене. Слава животом чувствовал её движения. Значит, брату хорошо, значит, нравится, и он не сдержал своего сдавленного стона, когда в члене и в паху будто взорвался сладкий фейерверк-коктейль из лёгкой боли, головокружительных ощущений и невероятного наслаждения. Он входил раз за разом в братишку, кончая внутрь, не в силах вообще ни о чём думать, тем более о том, кончил ли Тёмка. Тело мелко задрожало и замерло на таком же дрожащем двойняшке. Вокруг всё кружилось, внутри всё кружилось и разливалось сладкой истомой. Когда Слава смог трезво осмыслить то, что произошло, он посмотрел в лицо брата и увидел слёзы. - Котёнок, ты чего? – забеспокоился Ярослав, поднимаясь с Артёма. - Больно? Что… - и тут он увидел на животе брата размазанные капли спермы. Его радости не было предела. – Тебе понравилось? - А ты… как… как… - Тёма не смог договорить, только улыбнулся, кивая и утирая слёзы. - А почему плачешь? Младший пожал плечами и протянул к старшему руки, чтоб обнять. - Как же я тебя люблю, - прошептал Слава, поцеловал его, а затем сполз вниз, чтоб вылизать его член и живот. А пока он это делал, Тёмка ворошил его чёрные волосы, порой вздрагивал и толкался бёдрами вверх. Вот и случилась их близость. Теперь навсегда. Теперь они полностью принадлежат друг другу. Они связаны этой близостью. Просто будет подло после такого быть с кем-то другим. Они всегда существовали, как единое целое. - А это что? – игриво спросил Слава, улыбаясь, и чмокнул розовую головку. - Что? – не понял Тёма, приподнимаясь на локтях, и тоже заулыбался. Его член снова был твёрд. - Хочешь меня? – намекнул Ярослав на нижнюю позицию, и, к его удивлению, Тёма отрицательно замотал головой. – Почему? Артём привлёк его к себе и прошептал: - Боюсь… неправильно сделать. - Ну, хорошо. Мы пока это отложим. А пока… - Яр активно потёрся своим стояком о его, а затем поцеловал братишку так сильно и страстно, что тот протестующее замычал. - Губы б… б… больно. - Потому что я так сильно тебя люблю. - Чудинов-старший чмокнул младшего в нос и спустился к его члену, собираясь знатно отсосать. Он просто боготворил ровный красивый Тёмин член, его выпуклые венки, аккуратную головку с крохотной дырочкой, куда иногда тыкал острый язычок, круглые яички, которые никогда не обделял вниманием. Весь его двойняшка был прекрасен. И снаружи, и изнутри. Славе повезло иметь такого брата. Время пролетело незаметно. Они успели в шесть часов сбегать в ближайший магазин, чтобы взять чего-то перекусить, вернуться обратно на квартиру и вновь предаться ласкам. Оба устали, но хотели ещё, поэтому просто обнимались, ласкались и целовались. - Как там моя попочка? – заботливо спросил Слава, вновь раздвигая ягодицы брата, и целуя раскрасневшуюся после трёх актов дырочку. - Так твоя или моя? – рассмеялся Тёмка. - Всё твоё – моё, - твёрдо ответил старший и вновь оставил очередной засос, украсивший круглую подтянутую ягодицу. - Щиплет немного, - честно ответил Артём. - В другой раз я буду сдержанней. - Не надо! – Тёма резко развернулся на кровати и повалил Славу на себя. – Ты м… можешь д… д… делать с-с-со мной всё! - Прям-таки всё? – усмехнулся брюнет. - Всё! - Мой братишка, - Слава нежно провёл пальцами по его щеке. – Любимый братишка… - губы опустились на шею около кадыка и всосали кожу, оставляя красный след. Тёма судорожно выдохнул, сжимая плечи брата и не противясь. Пусть все видят, что у него кто-то есть. - Нужно собираться. – Слава с сожалением встал с брата и открыл настежь все окна, чтоб проветрить комнату. – Скоро хозяйка придёт. Тёма тоже поднялся, и они вместе голыми стали наводить порядок, убирать мусор, застилать постель, осматривать зорким глазом каждый уголок помещения, чтоб не упустить ничего, что их скомпрометирует, однако попутно обнимались, целовались, игриво толкались и шлёпали друг друга по ягодицам. Вскоре позвонила Александра Викторовна, сообщая, что будет через десять минут. - Я спущусь во двор, - сказал Тёма, надевая выходные чёрные туфли. - Хорошо. Я сдам ключ, она проверит, и мы поедем. – Напоследок Ярослав очень глубоко поцеловал брата, сминая его губы, а потом с удовлетворением посмотрел на них и на всего Тёмку. – Ты ходячий натраханый пацан! Артём рассмеялся, шутливо толкнув брата, и ушёл. Слава же присел на застеленную кровать, включил телевизор, дожидаясь хозяйку, и со сладкой нежностью в груди вспоминал всё, что здесь происходило. Неужели двое людей могут быть так счастливы, как они с братом? Чтобы всё было гладко в их отношениях, чтобы всё устраивало обоих? Слава боялся, что Артём чего-то не договаривает. Вдруг всё-таки сомневается, стоит ли это продолжать, и просто боится сказать, чтоб не потерять его как брата? Хотя он ни разу не видел на лице братишки и капли сомнения. Только любовь и желание. Неожиданно раздался звонок от Тёмы, и Слава ответил, улыбаясь во все зубы: - Уже соскучился, котёнок? - Слав… Его перебил стук в дверь, и Яр сказал брату: - Подожди, хозяйка пришла. Он отключил вызов, впустил в квартиру Александру Викторовну, отдал ключ и приспустил вниз по лестнице к своему ненаглядному. Перед подъездом на мотоцикле восседал Матвей, весь в чёрном, такой крутой, уверенный в себе парень, а хмурый Тёмка стоял в трёх метрах поодаль. - Медведев? – удивился Слава, поправляя на спине рюкзак. – Ты чего здесь? - Да вот друга жду, - надменно ответил парень, ставя двухколёсного коня на подножку и подходя к Славе. – Тебя. – Он усмехнулся, оглядывая Чудинова с головы до ног. – Натрахался? Яр скосил глаза на злого Артёма, подходившего к ним. - С чего ты взял? – Чудинов тоже усмехнулся, гордо вздёрнув подбородок, за который тотчас взялся пальцами Матвей и, прошипев «Вид натраханый», впился поцелуем в его припухшие и искусанные губы. Слава только и успел подумать, что он почти то же самое несколько минут назад сказал Тёмке, как Медведева отшвырнуло от него, а Тёмкин кулак со всего маху въехал в его нос. Матвей завалился спиной на асфальт, схватившись за лицо, а взбешенный Чудинов-младший, встав между его разведенных ног, заорал: - Никогда не смей трогать его! Никогда больше не трогай моего брата! Он мой! Ничей! Только мой! Слава был в шоке от поведения двойняшки. Зверь, собственник, и не заикается! Он не успел его схватить, Артём метко заехал носком туфли промеж ног Матвею. - Ты с ума сошёл? – шикнул Слава, оттаскивая брата в сторону. - Какого хрена он целует тебя? – не своим голосом спросил Тёма и с омерзением плюнул на Медведева, который с тихими матами поднимался на ноги. - Ты понимаешь, что сейчас спалил нас? – Слава за плечи потряс двойняшку. - Охуеть, - прохрипел Матвей, утирая кровь с лица. – Так и знал, что между вами… Даже не знаю, как это и назвать. Всегда вместе, такие милые зайчики друг с другом, чуть ли пылинки не сдуваете. Я ведь за вами следил от самого подъезда, потом на линейке, потом всю дорогу сюда… А как вы смотрите друг на друга? Будто съесть хотите. Натурал бы только не понял, что к чему… А я всё вижу. – Он криво усмехнулся. – А родаки-то в курсе ваших отношений? - Медведев, - как можно спокойнее обратился к другу Слава, - у тебя крыша поехала? Мы просто тут отдыхали у знакомого. Ну, перепало нам с девчонками кувыркнуться, и что? - Тебе? С девчонкой? – Матвей рассмеялся. – Да ты педик до мозга костей. Артём дёрнулся к бывшему другу, но Слава удержал. - Ещё раз подойдёшь, - Артём сурово свёл брови, - или что-то скажешь про нас, я тебя убью. И Слава поверил. Брат был чрезвычайно серьёзен. Даже самому страшно стало. - Больно надо, - хмыкнул Медведев, - извращенцы. Понятно теперь, Славик, кому твоё сердце принадлежит. Смотрите, чтоб это всё боком вам не вышло. Через несколько секунд его мотоцикл скрылся из вида. - Боже, Тёмыч, - простонал Слава, глядя на раскрасневшегося двойняшку. – Что ты натворил? Я б всё разрулил с ним. А если он нашим расскажет? - Они не поверят в-в… т… такое. – Артём расслабился после отъёзда Матвея и теперь виновато глядел на любимого брата. - Хорошо бы, - печально буркнул Слава и, взяв блондинистое чудо за руку, направился к остановке. Он не собирался вести его всю дорогу. Просто сейчас хоть на пару мгновений хотелось почувствовать Артёма и поддержать прикосновением.