Просто они любят

      Артём потягивал сок через трубочку, сидя в кресле их со Славой съёмной квартиры, и с веселинкой во взгляде наблюдал за суетой вокруг новогоднего стола, где его любимый братишка и друзья наперебой давали друг другу советы, как лучше сервировать. Ему не разрешили участвовать в этом сумасшествии, потому что вчера он поскользнулся, упал и вывихнул лодыжку.       Это был первый после окончания школы Новый год и который братья встречали не с родителями. Тех пригласили в гости, и сыновья совсем не обиделись, позвав друзей к себе, а это: Игоря, Александру, Давида и его вновь обретённую девушку Аню в костюме сексуальной чёрной кошки, которая отойдя от стола, направилась к ничего не делающему Артёму. Она открыто улыбнулась и, присев на мягкий подлокотник кресла, провела рукой по Тёминым волосам.      Чудинов-младший ещё не до конца привык к тому, что Аня изменилась. В его понимании она до сих пор оставалась стервочкой, влюбляющей в себя парней, бросающей их, и в то же время бегающей за ним, Артёмом. А изменилась после весеннего случая с мотоциклом. Её новый парень-студент оказался байкером и боготворил бешеную скорость. Однажды они вместе ехали и не вписались в поворот из-за неожиданно появившегося велосипедиста. Слава богу, без тяжёлых последствий, но Аня тогда чуть не поседела. Вспомнив про лежащего Матвея Медведева, девушка сама для себя решила, что пора меняться, браться за ум, перестать вертеть хвостом, и что ей нужна надёжность. А надёжность – это Давид Багарян, который её искренне любит и намеревается сделать своей женой.       - Не скучаешь? – спросила Аня.       - Если ты мне принесёшь мандаринку, так вообще будет всё пучком! – Артём улыбнулся девушке, которая мигом метнулась к вазе с фруктами и, дав мандарин Тёме, снова уселась на подлокотник.       - Спасибо, - Чудинов-младший посмотрел на вошедшего в зал мужественного молодого пирата, нагруженного бутылками со спиртным, соком и минералкой, который весело ему подмигнул. Слава… Его братишка… В груди даже заболело от прилива нежности и любви. Тёма, с трудом оторвав от него взгляд, занялся очищением мандарина.       Слава про себя усмехнулся, заметив, как порозовели щёки его младшенького, и невольно вспомнил, что прошлая ночь выдалась практически бессонной. Что на них нашло? Они не могли оторваться друг от друга, словно перед прощанием желали насытиться и не могли. Он представил, как сегодня побаливает попка двойняшки после многочисленной полировки, и слегка возбудился. Затащить бы Тёмочку в спальню и снова оказаться в нём… Нет, так нельзя думать. Крепкого стояка ещё не хватало.       Артём краем глаза проследил за Славой, мгновенно поймав его пошлый взгляд. Даже мурашки пошли по коже. Если бы сейчас в квартире не находились посторонние, братья однозначно уже были бы в объятиях друг друга.       Он представить себе не мог жизни без Ярослава, без своей половинки, без своей любви. А ведь могло сложиться всё совсем иначе, если бы Аня не имела столько ума, сколько есть. Если бы она была тупой дурой, ищущей только себе выгоду и желающей другим насолить, не было бы сегодняшнего 31 декабря. Аня всё-таки умница. Артём знает, что она влюблена в него, Аня знает, что у неё с ним никогда ничего не будет, и поэтому после прошлого Нового года у них состоялась серьёзная беседа. Тёма помнил её почти дословно.       Аня встретила его после школы и попросила о разговоре. Так как Чудинов-старший валялся дома с ангиной, больше никто им не мог помешать. Они отправились к девушке домой, и там Аня показала Артёму фотографии, сделанные Матвеем, на которых были запечатлены двойняшки Чудиновы, и чаще всего близко находящиеся друг с другом, смотрящие друг на друга совсем не по-братски, касающиеся друг друга…       - Слава ему небезразличен, - сказала Аня, глядя на побледневшего Артёма. – Как и ты мне. Что у вас со Славой?       - А что может быть? – нервно усмехнулся Чудинов, проведя ладонью по волосам. – Что вообще з-за вопрос?       - Чувства. – Аня не была злой или язвительной, она была мягкой, пытаясь доказать самому Артёму очевидную вещь. – Это же ясно.       - Анька, ты с-с-сбрендила? Он м… м… мой брат! Какие чувства? Только братские! – парня стало потряхивать от возможного разоблачения, но он стойко держал оборону. Он ни за что не сознается.       - Тёма, это очень мило, мне кажется, - Аня улыбнулась, глядя, как одноклассник встал к ней спиной у окна. Его ладони лежали на подоконнике, а пальцы нервно постукивали по нему.       Артём сам себя выдавал. Надо было весело рассмеяться ей в лицо, поблагодарить за прекрасную и нелепую шутку и уйти. Но почему-то он не мог. С одной стороны, нельзя выдавать такую тайну, а с другой, Тёме очень хотелось об этом с кем-то поговорить, хотя они с братом условились, что не будут обсуждать их связь даже со знающим Давидом.       - Когда я увидела эти фотки у Матвея, я не сразу поняла… А потом вспомнилось ваше тесное общение, ваши телесные контакты, взгляды… Чересчур нежное отношение друг к другу… И всё сошлось. Ты думаешь, я позвала тебя с целью шантажировать? – Аня встала позади Чудинова. – Я не такая, Тём. Да, ты мне сильно нравишься… В какой-то степени я тебя люблю, ты ведь знаешь… И… если уж так сложилось… Что ты не со мной… Я не могу тебя заставлять. Тем более… разлучать тебя с братом.       Артёму казалось, что сердце сейчас пробьёт грудную клетку. Даже голова кружилась от этого чудовищного разговора. Аня догадалась. Матвей догадался! Такими темпами и до родителей дойдёт.       - Тём? – девушка, взяв его за плечо, развернула к себе. – Я удалю фотографии. Я никому не показывала и не покажу. Можешь мне верить. Пожалуйста!.. Только не нужно обращаться со мной, как с низким человеком. Я никогда не причиню тебе вреда… Тём?       Он не мог ей ничего сказать, он закрылся. У него не получилось бы. Он был слишком шокирован, взволнован и напуган.       Артём помотал головой, показывая, что не желает говорить.       - Хорошо, - смирилась Аня. – Я хочу быть твоим другом.       Артём с задержкой, но кивнул.       - Хорошо, - повторила Аня, погладив ладошками Чудинова по плечам, а тот, вдруг сорвавшись с места, понёсся в прихожую одеваться. Девушка последовала за ним и получила листок с только что написанным текстом: «Это всё неправда! Вы ошибаетесь! Это мерзко такое думать!»       Аня лишь кивнула, будто бы согласилась, и Артём немного успокоился. Он обулся и оделся, а затем приписал несколько слов на листке: «Не отказывайся от Давида. Многое теряешь».       На это девушка ничего не сказала, и Тёма, улыбнувшись ей, вышел из квартиры. Об этом разговоре он не сказал Славе, чтобы тот не волновался лишний раз.       - С Новым годом!!! – раздалось со всех сторон, и бокалы зазвенели, стукаясь друг от друга. Все присутствующие бросились обниматься и целоваться, поздравлять, желать всего хорошего, и Слава первым, конечно же, привлёк к себе брата.       - С Новым годом, мой ангелочек! – шепнул Чудинов-старший младшему на ушко, быстро чмокнул в мочку и щёлкнул пальцами белый пушистый нимб над его головой.       - С Новым годом! – улыбнулся Артём, желая крепко поцеловать брата и еле сдерживаясь.       Через пару минут они тайком ото всех сбежали в спальню и буквально присосались губами друг к другу. Четыре руки жадно блуждали и тискали два гибких юношеских тела, рты страстно кусались и лизались, а бёдра были плотно прижаты, чтобы каждый ощутил безудержное желание другого. Присутствие посторонних людей за дверью подстёгивало, будоражило и сильнее возбуждало, подталкивало к кровати, однако двойняшки довольно быстро обошлись только руками, и вскоре вышли к гостям удовлетворёнными на какое-то время, улыбающимися зацелованными губами, по которым только дурак не смог бы понять всей ситуации. Поэтому братьям пришлось разойтись в зале, чтобы вместе не натолкнуться на непонимающие взгляды находящихся тут без пары Игоря и Александры, так как целоваться было больше не с кем. Но вот Давид и Аня моментально всё смекнули, однако тактично промолчали, за что им было послано молчаливое «спасибо» от Чудиновых.       Слава едва уловимо улыбнулся Артёму, севшему за стол к Игорю, а сам нахально влез между Аней и Давидом на диване, чтобы с ними выпить за наступление Нового года. Всё было хорошо. Всё наладилось. И все были счастливы! Что может быть лучше в жизни?