Ошибка с атрибутом Неба

Бельфегор все же по возвращению в Италию поведал Боссу о своем новом знакомстве. Дав хорошую пищу для размышлений. А Солнышко был на седьмом небе оттого, что у самого младшего офицера Варии появился друг. Хоть и такой странный. Вот Занзас и задумался. *Мне сказали, что у Внешнего Советника только один единственный сын. Но на деле выясняется, что второго глава ЦЕДЕФ тщательно прячет. Смущается ненормального отпрыска? Ну ладно, если и так, пускай. Но как мальчишка шести лет отроду оказался один, без присмотра взрослых в мегаполисе. Ведь даже за Принцем-Потрошителем присматривает всегда кто-нибудь из офицеров. А ведь Бельфегору в следующем месяце уже девять исполнится.* Смуглый брюнет снова взглянул на фотографию одного из кандидатов на место Десятого Босса Вонголы Савады Хидео. Девятое поколение на покой конечно пока не собиралось, но наследник уже подбирался. И подходящие для него Хранители тоже. *Надо действовать, * подумал Занзас откидываясь в кресле и смотря в потолок. – Врой, Босс! – коротковолосый платиновый блондин влетел в кабинет с ноги распахнув дверь. *У него хоть когда-нибудь батарейки садятся?* хозяину кабинета хотелось нарушителя тишины чем-нибудь огреть, и лучше тем, что потяжелей. – Чего шумишь? – Что-то случилось? – Скуало остановился посреди кабинета смотря на непривычно расслабленного парня. – Случился только ты, мусор! Чего с ноги вламываешься вечно!? – Чертов Босс, у нас проблемы! Белл пропал. – Что значит пропал? Обыщи замок, – мало того, что комплект Хранителей Занзаса и так был не полным, так еще один и пропал. Только в Варии могли потерять ребенка. – Уже, и не только замок, всю Сицилию прошерстили еще с утра. Последний раз его видел Луссурия, когда укладывал спать. – Аэропорты проверили? – Аэропорты? – Последний месяц коронованный мусор только и делал, что переписывался со своим японским другом, – прорычал брюнет. Гадая, то ли варийцы тупят, то ли даже не пытаются найти Урагана. – Нет, не проверяли. – Луссурия, гребаный извращенец! – Занзас встал с насиженного места и вылетел из кабинета на поиски своего весьма эпатажного Солнца. Нашелся он в спальне ребенка переворачивая все вверх-дном в поисках зацепок куда мог отправиться Принц, которому было не свойственно вот-так вот сбегать. – Здесь я, Босс, здесь! – прокричал мужчина с красными волосами и салатовой челкой. – Ну что, – Занзас стоя в дверях оценил беспорядок усмехнувшись. Только дома и только свои могли созерцать нечто необыкновенное – кривящиеся в разной степени улыбки губы Босса Варии. – Догадался куда делось гребаное Высочество? – Нет, ни единой зацепки. Он слишком аккуратен чтобы оставлять улики, – покачал головой мужчина поправляя очки в белой оправе. Последний писк моды! – Тогда вали в Японию! Привезешь мне Принца для разбора полетов. Спросить “почему именно в Японию” Солнышко не успел. Дверь с грохотом захлопнулась. В коридоре орал Дождь на чертового Босса, а самолет с мальчиком в полосатой водолазке и диадемой в пшеничных волосах, уже приземлился в международном аэропорту Хиросимы. Он конечно отлично понимал, что получит нагоняй ото всех кому не лень, и от Босса в особенности. Чтобы не говорили про взаимоотношения варийцев посторонние, но никто доподлинно не знал, что происходит за закрытыми кованными воротами замка прирожденных убийц. Белл вспомнил единственный звонок совершенный вчера своему другу в Японию. Принц всего лишь хотел поинтересоваться, не наскучило ли Пикколо Сиэло с ним общаться? Поскольку японец вот уже неделю молчит, игнорируя СМС-ки варийца. Однако, ответил отнюдь не Савада с которым Бельфегор встретился в Хиросиме, а тот второй, который смотрел на варийца голубых кровей словно на кучку дерьма посреди идеально чистого тротуара. К несчастью, против отпрыска второго человека Вонголы Принц не мог ничего сделать. *Но это пока, * успокаивал себя мальчик садясь на электричку. Дома Пикколо Сиэло не оказалось, так что блондин прождал его до самой темноты удобно устроившись на дереве возле дома. Если кто-то и следил за семьей Внешнего Советника, то делал это из рук вон плохо. *** Тсунаеши приехал домой на последней электричке. Он не торопился возвращаться в Намимори, поскольку отлично знал, что никто его не ждет и волноваться не будет. Мальчик медленно шел вниз по улице приближаясь к месту своего ночлега и надеясь, что Хидео уже спит, как и Нана-сан. Безразличие с их стороны, как бы не ершился ребенок, очень сильно задевало. Подойдя к калитке, шатен остановился, глубоко вздохнул и уже собирался входить, как вздрогнул услышав знакомое шишикание за спиной. – Явился таки, холоп? – Принц спрыгнул с дерева прямо за шатеном чего-то ожидая, но точно не такой реакции. – Принц! – воскликнул мальчик от чего Потрошителю показалось, что его слух освежевали. Тем временем Тсунаеши крепко обнял своего первого друга. Его радостная улыбка не сильно отличалась от чеширской Бельфегора. – Прости, у меня больше нет твоего телефона, – шатен опустил глаза, ему действительно было стыдно за то, что не смог защитить своего. – Почему сотовый находится у Савады Хидео? – Хидео-сан сказал Нане-сан, что я украл у него сотовый, который подарил ему его дедушка, – честно нажаловался Тсунаеши. *Что за семейка такая у Внешнего Советника?* – в который раз удивлялся Его Высочество. – Хм, хочешь, мы вместе можем закопать его под этим деревом, – Принц указал на клен на котором просидел несколько часов уже предвкушая расправу. – М-м, а если кто-то догадается что это мы? – на полном серьезе спросил шатен помня рассказ друга, о том как он закопал брата близнеца в саду. – Хм, тогда уедешь в Варию. У нас весело, ши-ши-ши, – рассмеялся Бельфегор, а затем широко зевнул. – Ты устал, Белл-семпай? Принц кивнул потирая глаза. Блондин действительно вымотался за последние сутки. Сначала передумал всего и сразу, потом не мог уснуть в самолете, а затем испугался, что единственный человек с которым он так легко сошелся исчезнет из его мира. – Если хочешь, то можешь спать со мной. Все равно ко мне в комнату никогда никто не входит. – Да, – кивнул Принц, – а молоко у вас есть? – Сейчас посмотрю, – прошептал шатен войдя в холл и разувшись. В скором времени в комнатке на втором этаже мирно посапывали два маленьких мальчика крепко сплетя ладошки. На письменном столе стоял пустой стакан из под молока, на полу валялись вещи наспех скинутые детьми. *** Будильник завел свою дребезжащую трель неожиданно, но замолчал навечно после того как Принц изловчившись спросонья пробил его насквозь стилетом. Он перевернулся на другой бок чувствуя, что рядом есть еще кто-то. Открыв Глаза Бельфегор стал рассматривать комнату с нежно салатовыми обоями с утятами, побеленный в трещинах потолок и скудную обстановку. Только наткнувшись на знакомое лицо шатена он вспомнил, где находится. – Уже утро? – мальчик протирал глаза и вытягивался. – Принц хочет еще немножко поспать, – недовольно пробурчал блондин. – Ладно, только постарайся никому не попадаться на глаза, Белл-семпай. – Хорошо, – отвернувшись к стенке Бельфегор натянул одеяло повыше и почти мгновенно уснул снова. Тсунаеши собираясь в школу и сетуя, что не сделал вчера вечером уроки, и не беспокоился по поводу гостя. В эту комнату редко кто входит, и только по важному делу. Так что приведя себя в порядок, мальчик бегом отправился на электричку. Весь день он ходил счастливый, широко улыбаясь от чего создавалось впечатление, что в эту школу он попал не по ошибке. Как никогда Тсунаеши спешил назад в Намимори, и уже к пяти вечера был дома. Блондина он обнаружил в своей комнате в компании ноутбука, чипсов и молока. Принц-Потрошитель наслаждался своими райскими минутками, когда никто не пытается впихнуть в него здоровую пищу и не заставляет съедать все овощи. – А почему ты пьешь так много молока? – с порогу спросил шатен. – Потому-что Принц любит молоко. Иди сюда, посмотри, – Бельфегор чуть повернул ноутбук так, чтобы Тсунаеши было хорошо видно изображение. – Что это? – Ши-ши, это двор и парадный ход младшей школы Намимори, где учится Хидео. Тсунаеши не мог не заметить как неуважительно отзывается Принц о его брате, но пока решил промолчать. Тем временем в одном из блоков на мониторе появилось черно-белое изображение компании детей занятых игрой в сотовом телефоне. Кажется они спорили, но звука не было, только картинка. – О, это же Хидео-сан! – Ши-ши, приходи холоп поскорее. У Принца для тебя кое-что есть. – Что? – Слабительное, – Бельфегор положил бумажный пакетик с порошком желтоватого оттенка на стол. – А может снотворное, – следом лег второй точно такой же пакетик, с таким-же на вид порошком. – Выбирай. – А как думаешь, если Хидео-сана не станет, Нана-сан полюбит меня? Этот наивный вопрос мог застать Принца врасплох, если бы он сам не прошел подобного испытания. – Нет, мама Принца не захотела любить его, потому-что Бельфегор – это не Разиэль. А Тсунаеши – это не Хидео, – Принца потянуло пофилософствовать и изречь мудрые мысли на свет дневной. – Нельзя кого-то заставить себя любить. Это либо есть, либо – нет. Тсунаеши расстроился, но ничего не ответил. Лишь когда стемнело и приятели разбрелись по домам, любимый сын был дома и лакомился плотным обедом. Никто так и не заметил, как Тсунаеши пробрался на кухню, пока заботливая мать собирала испачканную школьную форму. Мальчик взял любимую кружку брата в виде слоника, высыпал туда оба пакетика и налил в нее растворимый какао напиток, который так сильно любил Хидео. Оставив на столе дымящуюся кружку, шатен не сомневался, что брат обязательно выпьет все до капли. В потемках Принц-Потрошитель и Тсунаеши копались под кленом на заднем дворе. Нана уже уснула на кухне за столом, а благодаря тому же снотворному не проснется до утра. Хидео сидел в туалете изо всех сил стараясь не уснуть и периодически зовя маму. – Думаешь его не найдут? – Конечно найдут, ши-ши, но будет уже поздно, – Принц улыбнулся еще шире продолжая уходить все глубже. – Может хватит? – Тсунаеши стоял в могиле почти в рост. Его руки натрудились и тряслись от напряжения, а на ладошках появились мозоли. – Нет, чтобы запаха разложения не почувствовали, могила должна быть не менее двух метров глубиной, – покачал головой Бельфегор. – А для скорости мы его еще и в известковый саван оденем. Последние слова были произнесены на итальянском, и Тсунаеши не понял, о чем говорит Бельфегор. – Во что оденем? – Посыпим, тем белым порошком, – блондин указал на большой многослойный бумажный пакет с терпким ароматом. – А-а, – протянул шатен, понимая, что языковой барьер они пока преодолеть не могут. Выкапывать могилку они закончили уже далеко за полночь. И не смотря на усталость поспешили положить туда найденного в туалете спящего мальчика. Кстати, сон не в коей мере не мешал поносу, которым теперь пропах весь дом. Сверху разорвав пакет высыпали светло-серый, почти белый, порошок. – Ши-ши-ши, Принц думает, что Пикколо Сиэло должен что-то сказать на прощание. – Ну, – шатен почесал затылок. – Я не буду скучать. Прощай, – он даже улыбнулся, почти весело, стараясь скопировать чеширскую ухмылку друга. – Ши-ши, коротко и со смыслом. Принцу нравится, – с этими словами мальчики начали закапывать все еще дышащего Кандидата на место Десятого Босса Вонголы. – Краткость сестра таланта, – прокомментировал знакомый Бельфегору голос. Мальчик замер и медленно повернувшись огрызнулся, – а вот и зверь писец по наши души. В мужчину полетели несколько сверкающих в свете луны стилетов от которых тот предпочел увернуться, и не зря. Один из них вонзился в каменный забор войдя в него с рукоятью. И в эти несколько секунд, пока Солнышко был отвлечен, Бельфегор схватил друга за руку прошипев что-то нечленособразное, потащил вон из двора. – Ох-хох, ну ты Белл даешь, – сокрушался Луссурия рассматривая творение детей. Вздохнув, мужчина начал разгребать бардак утроенный младшим собратом и его странным другом. – Никто не должен заподозрить Варию в попытке убийства мальца Внешнего Советника. Да и вообще покушение лучше скрыть.