С первого взгляда

Пристальный взгляд мальчика преследовал Оби-Вана с тех пор, как он вошел в эту маленькую лавку. Покуда его наставник был занят переговорами с пронырливым торговцем-тойдарианцем, проходившими на свежем (горячем) воздухе, Оби-Ван, предоставленный самому себе, скучающе рассматривал товары, выставленные на продажу. Он разглядывал товары, а мальчик (наверное, помощник тойдарианца?) неотрывно смотрел на него. И смотрел как-то странно. Не с уважением, что было бы нормальной реакцией на появление джедаев и их падаванов, а прямо-таки завороженно, так, будто Оби-Ван был чем-то прекрасным, образчиком дивной красоты. Из-за его взгляда Оби-Ван чувствовал себя неуютно и уже собирался напрямую спросить его, в чем дело, но тут мальчик заговорил первым. — Когда я вырасту, то обязательно на вас женюсь, — громко, без всякого стеснения объявил он. Оби-Ван поперхнулся воздухом. Никому раньше и в голову не приходило делать ему подобные предложения, и уж тем более он не думал, что в семейную жизнь его позовет маленький светловолосый мальчишка с песчано-помоечной планеты на задворках Галактики. Самым абсурдным в создавшейся ситуации было то, что собеседник, похоже, не шутил. — Н-нет, — ответил Оби-Ван, оправившись немного от потрясения. — Это вряд ли. Я учусь на джедая, нам жениться запрещено. Но спасибо за комплимент. — Джедаям нельзя жениться? — расстроенно переспросил мальчик. — Почему? Может, надо было просто сказать, что он не в моем вкусе, — подумал Оби-Ван, однако, менять аргумент было уже поздно, приходилось работать с тем, что есть. — Потому что любовь может нас ослабить, — коротко пояснил он, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы унять любопытство ребенка. Ничего подобного. — Я не понимаю, — растерянно сказал мальчик. — Разве она не делает сильнее? Оби-Ван покачал головой, смиряясь с тем, что ему самому придется ненадолго взять на себя роль наставника. — Обычных людей она, может, и делает сильнее, но не джедаев. Видишь ли, это слишком большой соблазн. Джедай, который не может полностью контролировать свои эмоции, а контролировать сильную влюбленность очень сложно, может перейти на Темную сторону Силы. Стать злодеем. Поэтому нам лучше оставаться одинокими. — Стать злодеем из-за любви? — Мальчик на секунду замолчал, обдумывая эту идею, а затем замотал головой, категорически ее отвергая. — Ерунда какая-то! Как же трудно что-либо объяснить ребенку! Оби-Ван втайне порадовался, что ему пока не нужно возиться с собственным падаваном. — Ты еще слишком мал, чтобы разбираться в таких вещах, — сказал он, чуть резче, чем собирался. — Ты женишься на какой-нибудь чудесной девушке, когда вырастешь. Тут мальчик удивил его снова. — Не получится. Рабам тоже нельзя жениться, просто потому что, — буднично произнес он. Не помощник, значит, а бесправный раб… Оби-Вану стало стыдно, что он вот так сходу отверг предложение мальчишки, у которого, наверное, и без того в жизни было мало места для радости. И зачем он взялся рассуждать о становлении злодеев, если со стороны сейчас походил на одного из них. — Прости, я не знал, кто ты. Мальчик, словно и не заметив его смущения, продолжил гнуть свою линию. — Но если бы я мог, то я обязательно бы на тебе женился! — А я бы согласился. Если бы мог, — ответил Оби-Ван, решив, что бедного маленького раба стоит обнадежить. Мальчик просиял, и Оби-Ван, теперь присматривающийся к нему внимательнее, подумал, что через несколько лет этот ребенок с яркими глазами может стать весьма привлекательным юношей. — Правда? — переспросил мальчик. — Да. Всего лет десять нужно было бы подождать. Ты и сейчас симпатичный, а через десять лет… — Подожди, я быстро вырасту, — заверил его мальчик, улыбнувшись. Оби-Ван улыбнулся в ответ. — Может быть. Мне только нужно будет посоветоваться с наставником. И ты скажи сперва, как тебя зовут, о мой будущий муж. — Энакин Скайуокер, — бойко ответил мальчик. — Энакин, значит. Отлично, я запомню, — пообещал Оби-Ван. Голос его заметно потеплел. За время их небольшой беседы он успел проникнуться к мальчику симпатией. Его искренность подкупала, а его решимость и вовсе не вязалась с образом раба. Было в нем что-то… Впрочем, через несколько минут они должны были навсегда расстаться, личность Энакина не имела принципиального значения. Оби-Ван собирался перед уходом пожелать ему удачи, искренне, от всей души. Что могло пойти не по плану?