Английская литература

«Любви все возрасты покорны, и это сущая правда. Не верьте тем, кто говорит, что в зрелом возрасте преобладает потребительское отношение, не верьте. Мне давно не двадцать, но я сейчас окрылен. И пусть она ничего не знает о моей любви, пусть она спокойно живет в неведении, я стану ее ангелом-хранителем. Я буду оберегать ее всегда и везде, я сделаю ее жизнь легче, я буду освещать ей дорогу к ее прекрасному будущему. Быть может наша любовь так и останется платонической, но мне и этого достаточно. Это чувство помогает мне жить дальше, оно будто возродило меня. Я стал видеть мир более ярким, более прекрасным, зная, что недалеко живет такое прекрасное создание». Брендон отложил в сторону ручку и посмотрел в окно, за которым быстро садилось солнце. Из города он вернулся в приподнятом настроении, а когда вечером решил прогуляться по территории колледжа и никого не обнаружил, то обрадовался еще больше. Он все сильнее убеждался в том, что тогда здесь была другая девушка. Пусть он не рассмотрел ее лица, пусть она была чем-то похожа, а вернее фигурой и волосами, но все же это была не Наоки. В воскресенье мужчина столкнулся в коридоре с Миссис Орегайн. - О, Брендон, - улыбнулась она. – Вы отлично выглядите. Изменили прическу, да и пахнет от Вас новым одеколоном. Вам очень идет этот запах. - Спасибо, - засмущался собеседник и опустил глаза. - Неужели так на Вас повлиял Эдинбург? Я слышала, что Вы вчера выбирались в город. - Да, этот город произвел на меня сильное впечатление. Думаю, что мне нужно было раньше сюда приехать. - Я рада, - склонив голову набок, проговорила женщина. – Ах да, вспомнила. В конце октября театральный кружок ставит небольшую пьесу, посвященную Дню Всех Святых. Там играют мои мальчики. Приходите обязательно посмотреть. - Спасибо за приглашение. Я не пропущу это представление. Вся следующая неделя прошла суматошно. Редактируя свои лекции, которые он еще составлял, будучи сотрудником университета, Брендон старался сделать их более понятными для учеников колледжа. Но, если быть честным, то мужчина ждал конца недели, чтобы снова выбраться в город. Его тянуло на эту набережную. Он был уверен, что снова встретить там эту девчушку, что она, как и в первый раз, будет сидеть на набережной и рисовать, а в ее волосах запутается ветер, решивший украсть несколько страничек ее блокнота. Бранбери только хмыкнул, он влюбился как мальчишка, да еще в совсем юную девочку родом из настолько далекой и противоположной страны. Да, мужчина, занимаясь английской литературой, не мог не захватывать литературу других стран, потому что так или иначе все они влияли друг друга в течение истории. Он так же прочитал и работы о литературе Азии и знал, что, как и в Англии, в тех далеких странах тоже были свои волнения и вехи, в которых можно найти сходство с историей «туманного альбиона». Брендон конечно понимал, что сравнивая литературу и историю, он пытался найти общее между ним и Наоки, но не стоило слишком уж тешить себя надеждами. Кроме того, у него под рукой был живой носитель далекой культуры, который мог бы пролить больше света. Правда, мужчина не знал, как именно начать с ним разговор. Все идеи, которые приходили в голову, были настолько глупыми, что даже рта не стоило открывать. Настала пятница, когда нервы на пределе в предвкушении выходных, а для Бранбери – это предвкушение встречи. Третьей парой у него стояла лекция в группе Миссис Орегайн. - Отношения англосаксов с кельтами носили характер глубокой национальной вражды. Последующая история Англии, как назвали покоренную ими страну англосаксы, определила новые и более сложные формы взаимодействия этих народностей и их культур. Кельтские сказания легли в основу средневековых рыцарских романов о короле Артуре и рыцарях Круглого стола, они явились источником, из которого черпали вдохновение и сюжеты своих произведений поэты последующих веков, - идя вдоль рядов, бубнил себе под нос мужчина, пока ученики пытались хоть что-то зафиксировать. - Сохранились памятники рунической письменности англосаксов (надписи на мечах и предметах домашнего обихода, надпись на высеченном из камня кресте у деревни Рутвелл в Шотландии). Известно о существовании песен, исполнявшихся во время свадебных и погребальных обрядов, в процессе труда, во время военных походов. Сказания, легенды и песни передавались из рода в род. Их исполняли певцы, имевшиеся в каждом племени. Различались…, - но тут в дверь довольно громко постучались и она тут же приоткрылась. В появившийся проем пролезла голова и плечо довольно высокого парня с коротко-стриженными жесткими черными волосами с тонким носом и губами. Небольшой бейджик на его груди говори о том, что парень учится на третьем курсе. - Добрый день, а Ники можно на минутку? – улыбаясь, глянул он на Бранбери. Вся группа тут же загудела и зашевелилась. Ники же выжидательно уставился на преподавателя, но в его взгляде было напряжение. - Для общения существуют перемены, - сдвинув брови к переносице, холодно ответил мужчина. – Дождитесь ее и можете общаться сколько влезет. - Да я на пару минут, мне отдать кое-что надо, - не унимался третьекурсник. Ники тут же повернулся к нему и, испуганно уставившись, начал отрицательно мотать головой. Тот увидел это и серьезно добавил: - Я просто сейчас на занятия ухожу, а передать нужно срочно. Мальчишка только тяжело вздохнул и уткнулся носом в парту. - Можете это передать мне, - направился к двери Бранбери. – После лекции я отдам. Как только он повернулся спиной к группе, протянув руку к парню, Ники тут же начал рьяно махать руками, показывая, чтобы третьекурсник ничего не давал. Затем одними губами он произнес: «Алекс» и сжал руки на своей шее, изображая удушение. - Ну, давайте, чего Вы там хотели срочно передать, - тем временем был серьезен Брендон. - Ээээ…, -скосив взгляд на мальчишку, поверх плеча преподавателя, парень замялся. – Знаете, я лучше потом отдам, - с этими словами он выскользнул из дверного проема и закрыл дверь прямо перед носом Бранбери. Мужчина пару секунд простоял не шевелясь, все так же с протянутой рукой, затем резко развернулся и сердито глянул в сторону Ники. Тот безобидно улыбнулся и пожал плечами. Фыркнув, преподаватель снова вернулся к лекции: - Различались певцы-поэты (скопы), являвшиеся творцами исполняемых ими песен, и певцы-исполнители (глимены), которые пели песни, созданные другими. И скопы, и глимены пользовались почетом и уважением; они были хранителями народных преданий, искусными мастерами-профессионалами. Языческие жрецы запре…, - но он снова был прерван. - Мистер Бранбери, позвольте выйти, - раздался голос, и вверх взметнулась рука. Мужчина повернулся в сторону говорившего, которым оказался Ник. Спустив очки на кончик носа, Брендон внимательно посмотрел поверх них на мальчишку. - Мне очень надо, - виновато улыбнулся тот. - Прям очень, очень? – буравя взглядом ученика, спросил преподаватель. – До конца лекции не досидишь? - Не досижу. - Прям тут уписаешься? По аудитории прошел смешок. - Уписаюсь. - Ну писайся, - снова поднес к глазам тетрадь и собирался продолжить лекцию мужчина под нарастающий смех мальчишек. - Мне, правда, срочно надо! – вскочил на ноги Ники, серьезно смотря на Бранбери. Тот уставился в его совершенно черные глаза. Так продолжалось минуту, может чуть больше. В группе стояла тишина, всем стало интересно, чем же закончится такое противостояние. - Иди, - буркнул мужчина. – Но я снимаю с тебя тридцать баллов за ложь. - Спасибо, - улыбнулся мальчишка и пулей кинулся к двери. Выбежав наружу, он огляделся по сторонам, ища кого-то глазами. Затем сорвался с места и кинулся в правую часть коридора, где за поворотом была лестница. - Зак! – увидев спину спускающегося третьекурсника, выкрикнул Ник. Тот вздрогнул и повернулся. - Давай, - подбежав к нему, протянул руку мальчишка. - Это как ты вырвался от того злого дядьки? – усмехнулся парень, вытаскивая из заднего кармана небольшую черно-красную открыточку. - Это уже не важно, - беря ее, улыбнулся Ники. – Главное, что Алекс не открутить нам головы. - Точно. Я уже думал идти узнавать, как этого мужика звать, чтобы хоть как-то объяснить Алексу, почему я не выполнил задание. - Все, можно успокоиться. Я пошел, - и, развернувшись, мальчишка направился обратно. - Эй, Ник! – окликнул его третьекурсник. Тот развернулся и удивленно посмотрел. - Я тоже забил место, - расплылся в улыбке Зак. - Дебил, - нахмурился Ники и, покрутив пальцем у виска, повернулся к третьекурснику спиной, собираясь все же вернуться на лекцию.