Замуж по залёту.

Я дышу. Это первое что почувствовала. Дышу полной грудью. Больше нет этого звериного ужаса от захлебывания в мутной воде с риском быть растоптанной мчащимся стадом. Воздух. Я лежу и дышу. Я осталась жива! На этой радостной ноте, не открывая глаз, опять проваливаюсь в сон. Просыпаюсь от голосов. Через закрытые веки чувствую неяркий свет, но глаза открыть пока не рискую. Анализирую ощущения и подслушиваю. Мысль, что это лечение мне дорого обошлось и страховка не покроет расходы обрывается логичным завершением: может дешевле для родственников было умереть? Просто несчастный случай… - Ну и зачем тебе это было надо? - Скучно… - А такую страшненькую зачем приволок? - Да она чуть не умерла. Опаньки. Мои первые выводы: спасли мою жизнь для развлечения от скуки, я – страшненькая и проблемы мне обеспечены точно. Потому как постельное белье на ощупь – явно не больничное, купленное по тендеру на госзакупках. И кровать пошире будет. И осознание того, что одежда как таковая на мне отсутствует – тоже не добавляет оптимизма. - Ага. А теперь она лежит на твоей кровати, а мы сидим на ковре? - Ну не с ней же лежать, а после таких сеансов идти никуда не хочется, сам знаешь… - Знаю. А на кровати почему нельзя лежать?! - Отстань. Иди да ложись! МАМОЧКИ! Что здесь вообще происходит? Какие сеансы? Что за альтернативные методы лечения?! Слышу шаги, кто-то обходит кровать – значит, она стоит не возле стены? - Под одеяло не лезь к ней! - Почему? - Она неодета,- АГА! Это про мою обнаженную тушку так мягко выразились? - И что? - Она больна! - Ты же ее полностью вылечил, сам говорил! - Я сказал не смей! Слева от меня кто-то опускается на кровать, придавив одеяло. Рука по-хозяйски ложится на мой живот, а я замираю как кролик перед удавом. Не то, что глаза открыть, дышать лишний раз боюсь. - Сколько еще сеансов?- спросил лежащий возле меня. - Думаю, трех хватит. - А потом можно будет развлечься с твоей болезной? - Нет. - Почему?- вот ведь искреннее удивление извращенца. Сам меня страшненькой обозвал, а теперь развлекаться хочет. Хотя кто его знает, что он под этим подразумевает. Может совсем не то, что я чувствую у своего бедра через одеяло? - Она моя. - Но я твой брат и помогал лечить! - Вот сможешь договориться с ней – посмотрим. - А давай сейчас попробуем, может нам и не понравиться. Она все равно без сознания еще. А потом поставим перед фактом – никуда не денется. - Нет!- ого, как рыкнул! И тут же справа от меня легло второе тело. Ну что же. Защитник рядом. Время на три сеанса у меня еще есть. Можно спокойно поспать, пока либидо не проснулось окончательно. А то голоса мне нравятся, да и жажда жизни после пережитого просыпается. Жарко. Это какая должна быть температура, что мне, мерзлячке, жарко? Попыталась по дурацкой привычке спросонок высунуть ногу из-под одеяла – потыкалась в разные стороны – никак, что-то мешает. Со вздохом вытащила руки. Попыталась вытянуть вдоль тела – не удалось. Что на мне намотано и каким слоем?! Открываю глаза и рассматриваю балдахин. Пылесборник, ИМХО. Поворачиваю голову направо – блондин скандинавского типа. Ага. А какого черта он тогда на чистом русском изъяснялся? Или спасать меня из путешествия по Скандинавии притащил в Россию-матушку? А почему глаза как камешки блестят и переливаются? А ушки? Толкиенисты не снимают совсем свои пластмассовые накладки? Взяла и потянула за ухо. Скривился странно и встряхнул ухом. Они теплые, мягкие, живые. Упс… Поворачиваем голову налево: зеркальное отражение блондина или они все на одно лицо? А что? Мои глюки, какие хотят, такие и приходят. Хоть стадо клонов могу запустить. Хотя хочется запустить чем-нибудь тяжелым в стенку. Проверить, не обиты ли они мягким материалом. Тогда непонятно – тело мне прижали к кровати, а руки свободны. В чем логика? -А зачем она тебя за ухо дернула? - Я так понял, у них настоящих эльфов нет, только сами переодеваются и искусственные ушки делают. Вот и проверяла. - А почему очнулась рано? - Откуда я знаю. Я тебе примерные сроки озвучивал,- весь их диалог только успеваю поворачивать голову то к одному, то к другому. Они что, говорят по-эльфийски и я их понимаю?! - А руки зачем вытащила? Поворачиваю голову в ожидании ответа и тут же получаю поцелуй в лоб. Шарахаюсь и попадаю затылком по носу второму. Вжимаюсь в подушку, зажмурившись и закрыв лицо руками. - Ей жарко стало, мы же ее одеялом накрыли, а потом на себя еще одно накинули, а она теперь под двумя одеялами, да мы с тобой прижали с двух сторон. - Я уже не прижимаю, забирай ее себе,- проворчал левый, зажимая разбитый нос рукой. Вот и мое тело уже не фиксируется так, как раньше, одну руку убрали. - Она нечаянно, просто испугалась. Не обижайся!- зато вторая придвигает меня к себе поближе и ласково гладит мои руки, пытаясь их убрать с лица. Какое-то движение слева. - Да что ты так возишься? Смотри!- меня хватают за две руки и резко разводят в стороны. БЛИН!!! Ну, зачем было так наклоняться низко?! Разумеется, я дернулась и добавила по разбитому носу удар лбом. Пострадавший блондин отлетает, у меня слезы градом и шок. Теперь меня будут убивать. Хорошо, если быстро. Мучиться долго не хочется. На лице верзилы написано все, что он готов со мной сделать сейчас. - Ты что делаешь? Зачем ее пугаешь? Ей и так плохо! Иди, обойди с этой стороны, подлечу. Мой защитник отворачивается, занимаясь лечением близнеца, а я утыкаюсь носом в его спину, всхлипывая и сжавшись в комочек. - Пойдешь в свою спальню? - Нет! - Иди, отдохни. На следующий сеанс позову. - Никуда я не пойду!- и в кого он такой агрессивный? - А что будешь делать? - Не знаю… - Ложись тогда, вот тебе одеяло и не трогай её. Дай привыкнуть. - А ты? - Под другое лягу. - К ней? - Да. - А я?! - А ты – нет. Или к себе уходи. Когда они начинают дележ одеял и мой защитник встает с моего, чтобы нырнуть под, я готова вцепиться в него зубами – лишь бы загораживал меня от своего бешеного братца. Как только он оказывается под моим одеялом – инстинктивно сразу бросаюсь к нему и утыкаюсь в грудь лицом, прячась в кольце рук от гнева его брата. Так и засыпаю в его руках, под успокаивающие поглаживание по спине и тихие ворчания за спиной. Просыпаюсь от того, что мое тело слегка затекло. Соображаю, что лежу наполовину накрытая чужим телом: поверх моих ног – чужая нога, на левой груди – чужая рука, вся правая часть тела под мужчиной. Видно уснув, я повернулась на спину и блондин-защитник опрокинулся на живот, частично накрыв меня собой. Уж о чем были мои мысли – история не расскажет, но я аккуратно лизнула обнаженное плечо, в которое утыкалась носом. Рука вздрогнула, сжимая мою грудь, а выдающаяся часть тела блондина, ткнувшись в бедро, тут же подтвердила, что он не только абсолютно обнажен, но и вполне готов на сексуальные подвиги. Разум и либидо разрывали меня в противоположные стороны. Мозг советовал прикинуться ветошью и не отсвечивать пока мое положение в этом мире не прояснится, а либидо – пользоваться ситуацией – когда еще такие чудные глюки позволят развлечься? Когда еще удастся такого красавчика захомутать? Я же страшненькая, по определению его брата. А эльфы во всех книжках красавцы. Значит, пока он спросонок не разобрался – надо брать дело (тело) в свои руки. Пока моя шизофрения, набирая обороты, полоскала мне чердак, рука блондина начала ласкать грудь, и тело, не дождавшись ценных указаний, решило просто получить удовольствие, откликнувшись на ласку. Нежная игра с соском и уже грудь сама тянется к его ладони. Его нога смещается, аккуратно раздвигая мои, а я и не сопротивляюсь. Вот и рука скользит по телу вниз, выписывая причудливые узоры, то едва касаясь пальцами кожи, то прижимая к себе поближе. А мои бедра уже начинают подрагивать и сжимать его ногу, требуя чего-то большего. Рука скользит к источнику всех моих желаний в данный момент. Да! Ласкай меня, вот так, глубже, не останавливайся! Осторожным движением он разводит мне ноги пошире и накрывает меня своим телом. О, черт! Он так нежно и аккуратно входит в меня, что я от нетерпения готова сама насадиться! Либидо! Ты было право! Это стоит испытать… Сильные и вместе с тем очень нежные толчки уносят меня просто в нирвану. От избытка нахлынувших ощущений все, что я могу, – выгибаться под ним, плотнее прижимаясь торчащими сосками к его движущейся надо мной груди, вцепившись в плечи и подаваясь навстречу, покусывать и облизывать его качающееся над моим ртом плечо, целуя за ухом и лаская мочку языком, зажав ее губами. Не знаю, сколько я так нирванила, но резкий окрик: -ТЫ ЧТО ДЕЛАЕШЬ? Заставил меня сжать от неожиданности все мышцы, блондин на этом толчке сразу застонал и замер, окончательно прижав меня своим телом. Какое-то время мы с ним просто лежали, подрагивая и не расходясь. Потом до меня дошло, чей был голос, и я уже сознательно вцепилась в защитника, укрывшись им от братца. - Что тебе надо?- устало спросил защитник, поняв, что отпускать его я не собираюсь. - Ты же сам говорил, что пока нельзя?! - Говорил. - А почему тогда? - Так получилось. Нечаянно. - Ты же сказал надо разговаривать, договариваться! - Отстань, а! Так получилось, мы договорились. - Она уже знает язык? - Нет! - А как?! - Ну, спросонок как-то получилось. - Ты ее изнасиловал? Мой защитник нехотя приподнялся на локтях и посмотрел мне в глаза. Поймав его взгляд, я опять лизнула ему плечо и потерлась головой. - Нет, по обоюдному согласию. - А я?! – вот обидели ребенка, подразнили и не дали конфетку. - Не надо было пугать вчера. Да и предлагали тебе идти в спальню, тогда бы мы с ней спали под разными одеялами и ничего не произошло. - А мне что теперь делать? - Попробуй завоевать доверие. На сеансе будем учить язык. - А сейчас? - Попробуй просто приласкать, не пугая. Можешь без грубости? - Конечно! Не поняла! Я что, как переходящий приз буду?! Вцепилась в своего блондина, прижимаясь покрепче, приготовилась отбивать атаку. Но в плен меня решили брать по-другому. Легкие поцелуи пальцев ноги с массажем будят желание подставить тут же вторую. А мозг напоминает, что на мне лежит вообще-то мужчина, который даже не вышел еще из меня. Пытаюсь задержать дыхание, закусить губу, чтобы не стонать. А этот сволочь решил помочь брату и начинает покрывать лицо легкими поцелуями, а грудь – ласками. «ИХ ДВОЕ! ИХ ДВОЕ!» пытаюсь мысленно скандировать машущему крышей либидо. «Плевать! Мне хорошо и меня здесь никто не знает» - кричит в ответ оно, отдавая тело на растерзание. Цепочка поцелуев по ноге ползет все выше и выше. Защитник откидывается на бок, открывая полностью доступ к моему телу, которое растекается от ласк и, выгибаясь, просит их все больше и больше. Вот защитник накрывает мои губы требовательным поцелуем, дразня языком, прихватывая зубами то верхнюю, то нижнюю губу, а агрессор добрался до горящей точки моего разбуженного организма. Вот как? Как они могут абсолютно синхронно действовать языками?! Одной рукой прижимаю голову агрессора, другой – защитника, выгибаясь им навстречу. Пытаюсь сжать голову нижнего между бедер, потому как языка мне уже мало. Но он осторожно разводит опять ноги и смещается. Защитник отрывается от поцелуев и приподнимает меня, показывая: агрессор сидит на коленях между моих ног и водит головкой члена по истекающей пещерке, но не входит в неё, как будто ждет разрешения. И что они предлагают мне думать в таком состоянии? Как будто я могу сейчас что-то выбрать. Ага, давайте логарифмы решать будем! Делаю движение ему навстречу. Он понимает без слов и входит, приподняв меня за бедра, держа на весу. Его толчки более грубые, напористые, резкие, все тело ходит от них ходуном, но сейчас для меня это самое то. Защитник еще пытается ласкать мне грудь, но я вцепилась в его руку, выгибаясь со стоном. Вот толчки стали чаще, из груди эльфа доносится какое-то глухое рычание, я чувствую, как меня начинает пробирать дрожь, сжимаются бедра. Защитник поднимает меня и теперь я сижу верхом на коленях, лицом к агрессору, который с каждым толчком теперь входит глубже и глубже, вскрикивая, пытаюсь держаться за его плечи, защитник подстраховывает меня со спины, помогая брату насаживать меня. Не выдерживаю и со стоном сжимаю мышцы, как только он вошел на максимальную глубину. Он с ответным стоном кончает, вцепившись в мою талию, а я просто вся дрожу, зажмурившись, прижатая к нему братом. Меня осторожно опустили на кровать и я тут же свернулась в клубочек, дрожа от озноба. Видно, моя поза была понятна без слов. Горячее тело, обнявшее со спины, позволило прижаться к нему, чуть развернув клубок. Я пытаюсь облизнуть пересохшие губы, мне тут же подставляют какое-то питьё. Сделав несколько глотков, не разбирая вкуса, я вырубаюсь на какое-то время. Очнулась: чужая ладонь, разомкнув кольцо объятий, осторожно и нежно скользнула вниз по животу, приближаясь к еще пульсирующей после взрыва точке. Мое оглушенное тело благодарно откликнулось на успокаивающие ласки. Почувствовав нежное вторжение, я сама двинулась навстречу, прогибаясь в пояснице. Войдя на всю глубину, он немного замер неподвижно, но я поощряюще поерзала, надеваясь как можно плотнее, и муркнула, потеревшись затылком о плечо партнера, приглашая к дальнейшим действиям. Крепко прижав меня к своей груди, продолжая второй рукой ласкать, он начал движение, амплитуда становилась все больше, толчки все мощнее и быстрее. Не останавливаясь, он поцеловал шею, от пробежавших мурашек меня выгнуло, тут же начала изворачиваться, жадно ища его губы, ловя поцелуй. Отпустив грудь, он прижался к моим губам, придерживая голову рукой, лаская пальцами щеку, скулу, ухо, ловя зубами мой язык, вонзая свой. Я стонала, задыхаясь от ощущений на грани нового взрыва. Обострившаяся чувствительность требовала немедленной ласки. Как только ладонь легла, накрыв собой сосок, мой партнер глухо рыкнул, прикусил мне губу, но я выгнулась, впечатавшись в эту ладонь, потерлась торчащей горошиной, ловя ускользающую ласку. И никакой разум не пришел мне на помощь с вопросом "откуда взялась третья рука?" Губы, посасывающие второй сосок, ласкающие его языком, воспринимались как должное, необходимое. Мое тело задрожало, ловя накрывающую волну партнера, почувствовав его ускорившиеся толчки, вскрикнула и забилась, внутри все сжалось и я услышала стон наслаждения за спиной. Он опрокинул меня на живот, выплескиваясь толчками, продолжая прижимать своей мощной рукой мое лоно и обмякая всем телом, накрывая меня. Я растворилась во взрыве сверхновой. Меня нежно уложили и обняли с двух сторон, покрыв лицо легкими поцелуями. - Моя! - Наша... Уютно, спокойно и так хорошо! Мне нравятся мои глюки!