Замуж по залёту.

Приехали уже вечером к небольшому двухэтажному домику в лесу. В сумерках женщина скинула шарф и капюшон и с любопытством озиралась. - Мы здесь будем жить? - Пока да. - Долго? - Сколько позволят. -А вы меня будете учить? - Конечно, чудо мое,- принимая из рук брата и целуя, ответил Алекс. И повел за руку домой, оставив брата возиться с лошадьми. Тот недовольно фыркнул, но промолчал. Вспомнил, как отказался пересадить ее Алексу на середине пути, отговорившись, что она задремала. - Подожди, плащ не снимай, камин затоплю, здесь предгорье, прохладно по ночам еще. Женщина безропотно опустила руки от завязок плаща и осталась стоять у входа. Алекс разжег камин и оглянулся. - Демон! Чудо, ты почему там стоишь? Идем в кресло к камину! - У меня плащ запылился и обувь уличная,- робко подняла глаза на блондина. Тот сгреб в охапку и плюхнулся в кресло, усадив ее к себе на колени. Прижался губами к виску. - Аленайн, милая, прости меня, я все время забываю, что ты новичок в нашем мире и ничего не знаешь. Ты спрашивай, все, что не помнишь или не знаешь – объясню. Ты для меня весь свет, все для тебя сделаю… - Алекс, а из какого я мира? - Это тебе Макс объяснит. Он тебя принес. Наше чудо единственное… Женщина сидела, чуть склонив голову, и как завороженная смотрела на пляшущий огонь. Рука, проникшая под плащ, осторожно распутывала шнуровку рубашки, освобождая доступ к груди. Аленайн чуть выгнулась, подаваясь согревающей ласке, но не оторвала взгляд от камина. И только когда губы мужчины скользнули у нее по щеке, развернулась и впилась поцелуем, перебирая его волосы. Макс наблюдал, стоя у дверей. Потом тихонько шагнул в другую комнату и затопил камин там. Алекс, не прерывая поцелуй, развязал завязки плаща и тот соскользнул с плеч. Осторожно приподнял одну ногу и стянул сапожок, потом пришла очередь второго. Развязал пояс на шароварах и, осторожно приподняв спутницу, дал им упасть вместе с плащом. Руки скользнули под рубашку и пробежали по корсету. Макс подошел и аккуратно потянул рубашку вверх. Её руки взметнулись как крылья, позволяя снять белый шелк. Темно-зеленый корсет приподнимал вздымающуюся молочно-белую грудь. Алекс проложил по ней легкую дорожку из поцелуев, держа женщину за талию. Потом поднял и поставил на свои колени в полный рост. Она покачнулась, но тут же была подхвачена второй парой рук. Дорожка поцелуев от Алекса спускалась ниже впадинки пупка, а руки стягивали вниз невесомое малахитовое кружево у горящей уже женщины. Вот уже кружевной лоскуток летит прочь, а Макс отрывает свою спутницу от Алекса и укладывает ее на меховую шкуру у камина. А сам садится и кладет ее голову на свои колени. Аленайн выгибается, ловя его взгляд расширенными зрачками зеленых глаз. - Все хорошо, я люблю тебя,- склоняется он с затяжным поцелуем и лаская ее грудь. А Алекс дотрагивается языком до прячущейся горошины. Вскрик и вот уже его язык проникает в нее и она сама разводит ноги шире, чтобы пустить его глубже, ее руки запутываются в его волосах. Вот к языку присоединяется палец, еще один, а большой идет в другое отверстие. Женщина вздрагивает, но тут же опять стонет, продолжает движение, дрожа и взлетая все выше и выше, до самых звезд. Её крик ловит своими губами Макс, а Алекс допивает соки. Они садятся в кресло у камина и любуются на тело, распластанное на меху. Обессиленная, она раскинулась на всю шкуру. - Сладкая моя,- облизывая пальцы, говорит Алекс. - Надо намазать, пока спит. Алекс уходит за мазью, а Макс наливает бокал вина и задумчиво смотрит на отблески огня, пляшущие по обнаженному телу в корсете. Спускается на колени и ослабляет шнуровку, потом поворачивает ее на бок и начинает расстегивать крючки, брат уже мажет утренние пострадавшие места. Только успел снять корсет, как Аленайн зябко сворачивается в клубок. - Замерзла, маленькая,- подхватывает на руки. - Мы даже не покормили ее,- задумчиво произносит Алекс и, махнув рукой, уходит вслед за братом в спальню. Перед тем, как уснуть самим, заплели ее волосы в две косы, чтобы не придавить лишний раз своими телами. - Моя,- шепчет, засыпая Макс. - Наша,- эхом отвечает Алекс. Утром Макс ушел порталом в ближайшую деревню, купить еды. Алекс остался греть любимую женщину. Он лежал, обняв ее, прижавшись к ее бедру, обхватив ее ногой, и понимал, что долго не продержится. Начал тереться об неё, одновременно лаская рукой грудь и пробегая поцелуями от уха до ямки между ключицами. Не просыпаясь, она выгнулась, чуть раздвинула ноги, позволив его бедру проникнуть между них, и потерлась о него. Опустил руку и приласкал. Готова. Аккуратно повернул ее на бок, спиной к себе и начал входить. Спинка прогнулась, подстраиваясь в более удобную для него позу. Вошел Макс. Не теряя времени, нырнул на кровать и начал пристраиваться с другой стороны. Посмотрел в глаза брату и тот со вздохом вышел. Разочарованный стон женщины, но янтарный блондин закидывает ее ногу себе на талию и, придвинув поближе, входит в нее. При первом же толчке Алекс начинает опять массировать ягодицы и растягивать непривычное еще место. Вот уже входят несколько пальцев и он приставляет головку своего члена. Резко входит и на несколько секунд замирают с братом, ожидая реакции. Легкий стон и покачивания бедрами призывают их к продолжению. Блондины набирают темп. Женщина распахивает глаза, расширенные зрачки ловят силуэт блондина, она двигается, сотрясаемая мощными толчками. В тишине спальни слышны только ее стоны и вскрики, шлепки обнаженных тел, шорохи постельного белья и порыкивание эльфов. Алекс обхватив ее снизу за талию, прижимает к себе, сверху рукой сжимает грудь, сдавливая сосок, жадно целует в шею. Макс обняв за бедро сверху, впивается в губы, захватывая в плен язык, срывая новые стоны. Ритм толчков нарастает, стон переходит в крик, блондины практически одновременно всаживаются и замирают, зажав ее между собой, наполняя ее своей силой. Только дыхание в комнате и стук трех сердец, связанных воедино тел. - Пить… Макс достает из-под подушки фляжку, открывает и подносит к губам женщины, несколько глотков и она опять выпадает из реальности… - Не выходи, я сразу намажу,- шепчет Алекс и осторожно выскальзывает. Макс, уложив голову спутницы на плечо, рисует узоры на ее спине. - Бедро намажешь? Я синяк, кажется, поставил,- виновато шепчет брату. Алекс, быстро намазав, ложится и прижимается ухом к спине женщины. - Бьется, ровно. Умница… Через несколько минут женщина открывает глаза и ее тут же опрокидывают на спину. Заглядывают, нависая с двух сторон, в лицо и отвечают на ее улыбку. - Доброе утро! Синхронные поцелуи в щечки и странный задумчивый взгляд. Её руки скользят по их головам, перебирая спутавшиеся шелковистые косички. - Можно вопрос? - Только один? - Ой. Сначала спасибо за пробуждение,- чуть потянулась от удовольствия и потерлась о их плечи,- а теперь вопрос. Почему у вас ушки такие, а у меня другие? Или это только у обладателей?- ее руки скользнули вниз и ласково провели по отдыхающим отличиям пола, на что те тут же встрепенулись. - Давай умоешься, за завтраком расскажем. А то не выпустим, чувствую,- усмехнулся Макс. Алекс осторожно поставил ее на ноги и повел показывать купальню. Завел в комнатку и прижав к себе, обхватил нижние полушария. - Сегодня не больно? Скажи, если что – вылечу. С меня массаж еще… - Муррр,- потянулась и чмокнула его в подбородок,- спасибо. Ты был очень нежен… После завтрака гуляли по лесу, рассказывали про мир, в котором живут. Обедать решили на полянке возле дома. Пытались учить ее дворцовому этикету, но в их исполнении смотрелось это как-то смешно и они вместе хохотали над реверансами друг друга. Решили просто разучивать па танцев. Потом переместились в дом, пока Алекс жарил мясо, Макс со спутницей читали найденные здесь книги, попутно отвечая на сыпавшиеся вопросы. Стемнело и янтарный блондин разжег камин. С этого момента они ее потеряли. Она не сводила взгляд с пламени, практически не реагируя на вопросы. Постепенно перебралась из-за стола в кресло у камина и свернулась клубочком. Алекс сел в соседнее кресло, но она даже не среагировала. Спустилась с кресла и медленно переползла на шкуру у камина, села на колени. Макс опустился в кресло за ее спиной с бокалом вина, второй протянул брату. Она сидела перед потрескивающими поленьями, потом опустилась на бок, поджав ноги и подперев голову. Постепенно голова опускалась ниже и ниже. Когда клубочек у камина начал заворачиваться в мех, Макс с улыбкой поднял уснувшую и понес в спальню на второй этаж. Утром Макс проснулся от шороха по соседству и открыл глаза. Аленайн сидела и внимательно рассматривала его обнаженное тело, как будто изучала. Заметив его взгляд, спросила: - На живот можешь повернуться? - Могу,- повернулся эльф. Осмотр продолжился, но теперь еще его и трогали пальчиками, будто изучали. - А что вы делаете?- удивился вошедший Алекс. - Смотрю. А тебя можно посмотреть? - Конечно. Потрогать можешь. А что конкретно интересует? Она внимательно осмотрела и решилась на очередную порцию вопросов: почему у них волосы только на голове, почему у них нет никаких отметин на коже, в отличие от нее, почему, когда она гладит ухо, поднимается внизу… Как могли пытались объяснить теоретические различия рас, но эксперимент с ушами был вынуждено прерван практикой. Такого распорядка дня они придерживались всю неделю… Женщина сидела возле камина, свернувшись в кресле, и смотрела на огонь. Близнецы за столом вяло беседовали. Их подопечная у камина впадала в транс при взгляде на пламя и на обращения не реагировала, только физический контакт мог отвлечь ее. - Аленайн!- тихо окликнул Макс. Обычно на это обращение она странно передергивала плечами и встряхивала головой. В этот раз она вскинула голову и, не отрывая взгляд от пламени, громко сказала: - Алена! Аленушкины сказки... Меня зовут Алена! И растерянно оглянулась на близнецов. Те замерли на несколько мгновений, потом кинулись к ней. - Солнышко! Чудо! Ты что-то вспомнила? - Имя. Только имя. Больше ничего... - Ты потихонечку вспомнишь, не расстраивайся, все будет хорошо. Вот отдохнешь, привыкнешь немного и мы поедем домой, у тебя будут красивые браслеты, наши браслеты. Мы никому не дадим тебя в обиду,- приговаривал Макс, держа ее за руки, стоя перед ней на коленях, Алекс, посадив ее к себе на колени, прижал и просто целовал в висок. - Как скажешь, так и будем звать. Ты наша единственная. Идем спать? Хочешь, завтра на озеро выберемся? - Не знаю... Спать... В спальне близнецы сделали все, что бы уснула она без тяжких воспоминаний…