Добро пожаловать в «Кошкин Дом»

      Добро пожаловать в «Кошкин Дом».        Усмехнувшись, Мадара пожаловал. Естественно с самыми добрыми намереньями, как и требовала того приветственная вывеска.        Что привело Великого и Ужасного в «Кошкин Дом», спросите вы? Ответ прост, и он читается на лице Мадары — крайняя нужда. Ему нужны кошки. Самые лучшие кошки. Они требуются для великой цели. Какой? Переловить крыс, коих по легенде Девять. Сделать это надо как можно скорее и как нельзя лучше, ведь ловля хвостатых тварей — ответственная миссия, возложенная на Мадару Космосом.       Вытерев ноги о коврик, Учиха прошел в зал, где располагались вольеры. «Только лучшие!» — напомнил себе Мадара и приступил к осмотру. Первые пять клеток он пропустил сразу, а дальше его ждали сюрпризы…       В вольере № 666 царило безумство. Молодой кот с пепельной шерстью, прилизанной волосок к волоску, беспощадно драл когтями плюшевого оленя. Вгрызаясь в бока игрушки, он шипел от злости, яростно полосуя пол. Мадара был впечатлен, поэтому не сразу заметил крупного бурого кота, сидящего в углу. Здоровяк неподвижно наблюдал за агрессивной игрой пепельного соседа, который, утробно урча, продолжал потрошить оленя, разбрасывая плотную набивку. Выждав момент, бурый, несмотря на внешнюю неповоротливость, проворно бросился к серому, жадно вырвав истерзанную жертву из его лап. Силен! Хохотнув, Мадара просунул руку между драчунами и вскрикнул от неожиданности. Коты, еще секунду назад готовые сцепиться друг с другом, обратили морды к Учихе. Пепельный угрожающе изогнул спину, а бурый обнажил щербатые зубы. Прыжок! — и с его пасти свисала фенечка (подарок Первого Хокаге, украшавший руку Мадары). Серый уже заносил лапу для новой атаки, используя свое страшное оружие — идеально заточенные когти.       «Все ясно! — подумал Мадара, дуя на расцарапанные пальцы. — Жадина и психопат! То, что мне нужно...»       В соседнем вольере обитал странный черно-белый котик с большими янтарными глазами. Его шубку украшали листья, колючки репейника, травинки и зеленые пятна с резким запахом краски. Возможно, от нее кот дурел, иначе как объяснить его неадекватное поведение? Черно-белый беспокойно ходил кругами. Он то замирал, навострив уши, то начинал метаться, мяукая то тихо, почти жалобно, то хрипло, надрывно и крайне недовольно. Сердобольный Учиха растрогался. Как истинный представитель своего клана он питал нежную любовь к кошачьему племени. Подозвав к себе работницу «Дома», он расспросил о чудике. С дрожью в голосе та рассказала, «у кота прямо-таки личности раздвоение»! Он не боится людей, с охотой ласкается, но буквально через несколько минут после нежных объятий способен откусить полпальца! Мадара понимающе закивал. Внимательно рассмотрев убогое животное, Учиха не мог не отметить его худобы. Очень полезная для крысиной охоты особенность, такой заберется в любую щель!       Мадара оценил это, запоминая номер, напечатанный на листе.       Экскурсия продолжалась. Великое множество самых разных котов и кошек предстало перед Учихой!       В вольере, похожем на домик, за столом, штопая носки на лампочке, сидел кот в матроске. Неторопливый и хозяйственный, он делал свою работу. Ошарашенный Мадара прочел на стенде рядом: «Матроскин».       — Это фамилия такая, — пояснил кот, откусывая нитку.       По соседству жила очень аристократичная кошачья семья, а еще через вольер кот с галстуком-бабочкой. Он неизменно повторял: «Надо жить дружно!..» Встретился Учихе и котенок, по имени Гав, и жирный, ленивый кот, восхваляющий лазанью. А приблизил к инфаркту Великого и Ужасного фиолетовый кот, паривший над ним. Подозрительный тип постоянно улыбался, то исчезая, то появляясь вновь…       Взгляд Мадары привлекло какое-то цветное пятно на противоположной стороне комнаты. Не раздумывая, Учиха пошел на зов сердца и глаза. На подстилке, подвернув лапки под грудку, лежал ярко-рыжий кот. Рядом с ним, прижавшись боком, спала хорошенькая кошечка с шелестящим цветком, прикрепленным к её ошейнику. Услышав Ужасные и Великие шаги, кот и кошка разом вскинули головы. Мадара оценил силу взгляда кота и непоколебимое спокойствие кошки. Несколько секунд Учиха и рыжий играли в гляделки. На исходе второй секунды у Мадары появилось ощущение дискомфорта. Ему казалось, что в его голове просверлили дырку диаметром с глаз Гая. Он моргнул. Рыжий лишь шевельнул кончиком пушистого хвоста, кошка прикрыла глаза. Все чинно, благородно. Довольный Мадара отошел от вольера, ощущая спиной, что количество дырок в теле увеличивается вместе с диаметром.       Бум! Кац! Бум!!       Мадара поспешил на шум, который привел его к крайнему вольеру с двумя котами и котенком. Самым буйным оказался светлый длинношерстый кот, без устали гонявший по клетке миску с катышками. Она послушно скользила по полу, ударяясь о стенки, издавая неприятные, громкие звуки, от которых кот приходил в экстаз, повторяя мисочные нападки снова и снова. Попятам за длинношерстым носился неуклюжий котенок с кульком на голове. Пакет мешал видеть, поэтому малыш врезался в окружающие предметы, менял направление и продолжал свой путь до следующей преграды. Единственный, кто не вписывался во всеобщую беззаботную суматоху — хрупкий, очень красивый котик с неожиданно печальными глазами. Неподвижно восседая в центре, он туго обвел хвостом лапы, словно неживой, с явным пренебрежением поглядывая на соседей. Когда миска с грохотом влетела ему в зад, котик распушил шерсть, сверкнул глазами и накрыл её лапой. Длинношерстый виновато потоптался в стороне, но, набравшись смелости, подошел ближе. Завязался долгий кошачий разговор. Беседа могла бы растянуться на несколько часов, если бы не котенок, отдавивший длинношерстому хвост. Мадара отлип от клетки, боясь за свою жизнь. По характерному мяу и звону он понял, что не ошибся и страшиться было чего...       Учиха продолжил экскурсию.       Сотрудники «Кошкиного Дома» разносили ужин. Мадаре выпала честь покормить жителей выбранной им клетки. Жителей было двое. Оба коты. Первый кот был черен, как вороново крыло. Двигался мягко, грациозно. Ступая почти бесшумно, он подошел к кормушке и, опустившись, начал лакать молоко, слизывая с длинных усов капли. Напившись, он отступил, пропуская вперед крепкого кота, от которого стойко пахло рыбой. В свете ламп его шерсть приобретала непонятный голубоватый оттенок, мечту художника. Когда с питьем было покончено, коты, все с тем же молчаливым почтением друг к другу, приступили к трапезе, разделив еду поровну. Мадара был восхищен. Такого взаимопонимания и взаимоуважения он не видел ни в одном из предыдущих вольеров, это наводило на скользкую мысль. Учиха протянул руки к черному, намереваясь проверить подлинность приписки у вольера, в которой значилось, что оба кота – коты, а не кастраты. Но сделать этого не удалось. Кот оказался настолько быстрым и ловким, что успел пересечь клетку еще до того, как Мадара дотянулся до него. Замерев у стены, черный сузил глаза. Его сосед пошевелил ушами и неторопливо подошел к нему, преисполненный осознания собственной силы. Пока Мадара переписывал их номера, коты приступили к вечернему умыванию, старательно вылизывая друг друга.       Учиха Мадара довольно огляделся. Он выбрал котов. Не мигая, они наблюдали за ним из тени. Пепельный безумец, бурый скряга, черно-белый чудак. Рыжий кот, очаровательная кошечка, хрупкий котик и его шумные соседи, котяра со сколотыми зубами, черный кот, с гипнотическими глазами — все они сидели в контейнерах для переноски.       Мадара улыбнулся.       Против таких котов у Девяти крыс не было шансов.