Ghost/ Призрак

« Let me be crazy and psychoanalize me...» [BUCK-TICK — Tokyo]

Веки налились свинцом, а в ушах ещё шумело. Морщась от головной боли, Эри приоткрыла глаза. Со всех сторон на неё смотрело её отражение. Лёжа на большой постели, она с усилием приподняла голову. В комнате плотно задвинуты шторы, десятки зеркал вокруг и ничего больше, кроме постели. Она размяла ноющую шею и снова открыв глаза, вскрикнула попятившись назад. На простыне было множество кровавых разводов. Она быстро осмотрела себя, но не нашла ни ран, ни порезов. Кровь была чужая. - Так и знал, что я опоздал, - послышалось со стороны и она обернулась к дверному проёму. В соседнем помещении горел слабый свет и она отчётливо видел тень, сидящего на полу человека. - Сатоши, что происходит? - узнав его голос, выпалила Эри. — Зачем ты притащил меня сюда? - Это не я притащил, - тень покачала головой. — Я же говорил, что не я. Она попыталась встать и только сейчас заметила, что рука под подушкой была пристёгнута наручниками к кровати. Всё ещё не зная правду он говорит или нет, она решила что напор надо сбросить. - Сатоши, - как можно спокойнее позвала Эри, — где он сейчас? - Ушёл. Не думал, что придёшь в себя так скоро. - Давай уйдём, пока он не вернулся. - Бесполезно. Я не знаю, как скоро он вернётся и как отреагирует, что ты попыталась сбежать. Лучше его не злить. - Ты боишься его? Он помолчал немного, потом снова заговорил. - Этот урод получает удовольствие, доставляя боль кому-то. А я, как понимаешь, тоже «кто-то». Последний раз я отделался гипсом. - Ну, хоть посиди со мной, мне тут жутковато одной. - Я не могу войти. Там всюду зеркала. Не хочу смотреть на этого урода. Эри снова окинула взглядом комнату. - Ты никогда не видел его? - Видел, но и ты на него часто смотрела. А здесь...здесь, где он измывается над несчастными, изводит их и калечит...здесь я смотреть на него не хочу. Потому и избегаю собственного отражения. Мне и голоса его хватает. - Сатоши, послушай, что-то не так. Я говорила с психиатром. Он сказал, что одновременно вы... - Я много раз это слышал, - оборвал он. - Он и сам психиатр, потому охотно ему верю. - Он психиатр? - Мы изучали психиатрию, когда-то очень давно. Но мне ближе юриспруденция. - Ты слышишь только его голос? - Я сторонний наблюдатель. Слушаю его голос, крики жертв, а после... - он тяжело вздохнул, — устраняю следы. Ему они не мешают, а я не могу на это смотреть. - Прости за вопрос, - осторожно начала она. — Как-никак, он получает сексуальное удовольствие. Ты сам это чувствуешь? - Какое удовольствие, если мне это противно? - зло выпалил мужчина. - Сначала и я подчинялся. Когда ещё не было зеркал. Просыпался, а они уже были рядом. Не сдерживался. А потом... - Потом появились зеркала, - закончила она. Тень кивнула. - Япония во многом замечательная страна, но связи между районами и префектурами у нас отлажена плохо. Даже в административных запросах, не то что в подобных. А потому пока не прижмёт, здесь не зачешутся и не выпытают сколько жертв было за пределами Токио. - Сатоши, мне нужно выбраться отсюда, - дёрнув руку в железном браслете, снова попыталась она. — Пойми, единственные кто в курсе твоей проблемы — мы с А-чаном. Пока он в бегах, он бессилен, а меня никто и никогда не найдёт. Если со мной что-то случится — его наверняка повесят, докопавшись до правды. Только правда будет своя. Я погибну, а его повесят и никто больше тебе не поможет. Ты так и будешь следовать за этим психом по пятам, не в силах хоть что-нибудь сделать. - Если бы я не смирился с этим, давно бы что-то придумал, чтоб перестать наблюдать. - А как же я? Он промолчал, только вздохнув, поднялся и ушёл куда-то. Теперь она перестала видеть даже тень. Эри стала осматриваться и думать, что делать с оковами. Снова миновав консьержа, Сакураи поднялся в квартиру и, захлопнув дверь, влетел в кухню, с телефоном в кармане. Уповать на отпечатки вряд ли можно было. Этот урод осмотрителен, а значит наверняка был в перчатках. А-чан забрал из комнаты Эри её компьютер, включил его и достал из другого кармана флешку. Единственное, что он смог забрать из своей квартиры в ту ночь. Запустив программу, он подключил то, что когда-то было телефоном и стал копаться в исходящих и входящих уведомлениях Эри. Что-то должно было произойти. Убийца до этого сидел смирно и только запугивал её. Он вспомнил вчерашние слова Акаи о чемодане. Почему она ничего не сказала? Он только сейчас задумался, что если Акаи всё время наблюдал за ним, то и за ней наверное тоже. Сколько раз у него была возможность устранить мешающую помеху? Его вопрос «сколько можно отсиживаться, пока она рискует?» отбился в голове неприятным эхом. Но как бы близко они не подбирались к нему, тот чего-то ждал. Что такого она узнала сейчас, что он перешёл к действиям? Взглянув на экран, он просмотрел список звонков. Итальянец в телефонной книге, скорее всего тот патологоанатом, о котором девушка упоминала вскользь. Маширо — детектив, ведущий его дело. Грузный, немного рассеянный мужчина. Аоки...её отец? Он снова отвлёкся от экрана. Верно. Первое, что она сказала: «Я говорила с папой». Тот натолкнул её на мысль о ложности версии про алтер-эго Акаи. Может она делилась с ним и другой информацией? Он свернул программу и снова защёлкал пальцами по клавиатуре в поисках информации о семье Эри. Найдя в её компьютере образец резюме, оттуда получил название школы, где училась девушка. Но не факт, что подойдут близлежащие адреса. Она вполне могла кататься в школу на метро. Статьи и публикации Аоки тоже не давали результата, где можно искать особняк её родителей. Он захлопнул крышку компьютера, потёр глаза и снова открыл его. Придётся идти в обход. Ломать системы в поисках адреса. Нужно было поговорить с Аоки. Узнать что такого он ей сказал. Никто другой с ним говорить не станет. В полицию обратиться он тоже не может. Оставаться здесь тоже больше нельзя было. Перед тем, как Эри позвонила, она переключал каналы и в выпуске новостей наконец увидел собственное лицо. Родители последних жертв устроили митинг. Требовали явить им монстра, который сотворил подобное с их детьми. Полиция ухватилась за его побег, как за оправдание, почему его до сих пор не судили и теперь радиус объявлений с его фотографиями разросся далеко за пределы тюрьмы. Уже завтра его портрет будет развешан по всем доскам объявлений и столбам. В каждом выпуске новостей людей будут предупреждать о бежавшем больном психопате, призывая обращаться в полицию с любой информацией. Время теперь не шло вперёд, а отсчитывалось. Нужно было покинуть укрытие и думать, как найти её. Акаи ни за что не признается. Но и следы причастия Аоки к этому делу нужно было устранить. Он закрыл все окна и запустил ту же программу, что и на компьютере охранница в ночь побега. Ещё немного и система будет чиста. Все видео с камер наблюдения, вся история просмотров, где он пытался найти хоть что-то. Полный откат данных к тому моменту, пока он не взял этот компьютер в руки. Убрать любые следы его прибывания в доме Эри. Аюзава заварила очередную чашку чая и тихо постучала в кабинет. - Ваш чай Аоки-сан, - учтиво кивнула она, входя. - Спасибо, - принимая чашку, ответил он. — Аюзава-сан, Эри не звонила? - Нет. - Спасибо. Дверь тихо прикрылась и он снова обратился к монитору компьютера. - Так вот ты какой, оказывается, - просматривая выпуск новостей тихо сказал Аоки — действительно вызываешь сомнения. Он вспомнил их с дочерью разговор и её: *** - Вежливый, обаятельный, статный и вызывающий доверие. - Грубый, молодой, и ни разу не хочется дать ему в долг, - с той же интонацией парировала она. - Что тогда вызывает сомнение? То что он не вписывается в модель организованного несоциального типа серийного убийцы? - То, что он вообще никуда не вписывается, - шумно выдохнула она. … - Я вообще не уверена того ли взяли. - Он сто раз может быть не похож на жестокого маньяка. Ты же не можешь знать, что в его голове происходит. Как он спит, как ведёт себя, когда никто за ним не наблюдает, как реагирует в стрессовых ситуациях. В условиях заключения, все внешние раздражители тускнеют, а других у тебя попросту нет. - А если бы я могла понаблюдать за ним вне тюрьмы, это могло бы дать больше информации? - как можно спокойнее спросила она. *** С самого выпуска, Аоки внимательно наблюдал за каждым делом дочери. Её волнение и неуверенность в первом судебном разбирательстве. Ажиотаж и рвение. Даже сомнения в деле о разводе Сузуки у неё сопровождались энтузиазмом. Что же было не так в этом деле? Оно было не первым криминальным и далеко не первым в роли обвинения. Но каждый раз, как ему удавалось поговорить с Эри или встретиться, Аоки наблюдал постоянную отстранённость. Она варилась в своих мыслях, рассуждениях и сомнениях, не обращая внимания, как внимательно наблюдает за ней отец. И когда говорила о безжалостном маньяке и убийце. Ни разу на её лице не проступало и тени отвращения. Только озадаченность. Он снова взглянул на изображение мужчины, когда в дверь послышался уже знакомый стук Аюзавы. - Аоки-сан, к Вам гость, - поклонилась домработница. - Пригласить его? - Так поздно? - удивился он. — Пускай входит. Она отступила в сторону и он удивлённо уставился на вошедшего. Медленно прикрыв крышку компьютера, Аоки указал на кресло по другую сторону стола. - Неожиданно и наверно даже немного глупо, простите за откровенность, - сплетя пальцы, обратился он к гостю. - Чаю? - Не смею спорить, - кивнул Атсуши, опускаясь в кресло. — От чая не откажусь. Если мне повезёт и Эри научилась у отца не спешить с выводами, то нас ждёт долгий разговор. - Эри,.. - повторил Аоки. - А если не повезло? - То, наверняка, она переняла Вашу осмотрительность и на кнопку тревоги под столом Вы уже нажали, а потому времени у меня в разы меньше. - Предлагаю рассмотреть этот вариант. Потому, начните тезисно, а я подумаю нажимать ли на кнопку и правда. - Если в двух словах, - закинув ногу на ногу и сплетя на колене пальцы, кивнул А-чан — я случайно встретился с Вашей дочерью в пригородном отеле, где она вынуждена была остановиться из-за поломки автобуса. Но ей встретилась компания куда менее приятная, чем я. А мне не хватило ума не играть в героя. Скрываясь от них, она, как Вы выразились, тезисно рассказала мне о предстоящем деле. Но ни я, ни она не были в курсе, кто есть кто. И она предложила мне работу телохранителем... - Кем? - рассмеялся Аоки — Что за бред? - Вот и я так подумал, но потом уже понял, что она ляпнула первое, что пришло в голову. Она догадалась, что я бежал из тюрьмы, но будучи обязанной мне за спасение и не желая, наверное обременять меня возвратом одолженных денег, предложила подработку. А вместо этого, притащила меня домой, кормила, поила, а полиции вообще сказала, что собаку завела. Он невольно улыбнулся, слушая самого себя и предаваясь воспоминаниям. - Узнаю её дурацкий энтузиазм и желание помочь всем и каждому, - кивнул Аоки. - Дальше. - Дальше, я-таки узнал, что она моя сторона обвинения и она, соответственно, поняла кого впустила в дом. Не знаю где был её инстинкт самосохранения, но даже зная кто я, она не сдала меня полицейским, которых я сам и вызвал. - Для чего? - нахмурился собеседник. - Мне нужно было убедиться могу я ей верить или нет. - Дальше. - После, она стала разбираться в деле и попыталась убедить меня в том, что я могу быть и не виноват, как думал вот уже год, находясь в заключении. - Мы говорили об этом, да, - кивнул Аоки. — Как я понял, у Вас были сомнения по поводу своей адекватности и наличия альтер-эго. Атсуши кивнул и Аоки продолжил. - Потом она сказала, что наверняка знает, что никакого альтер-это нет, а сегодня снова заговорила об этом. Как я понимаю, сомнения подтвердились? - Частично. Мы убедились, что убийца — другой человек. И вот тут начинается самое сложное. Потому я и пришёл к Вам. - Откуда узнали? - Сначала мы встретились с ним в моей квартире, когда я хотел забрать компьютер. - Очень неосмотрительно, - покачал головой второй мужчина. — Там Вас могла ждать полиция. - Могла, - кивнул Сакураи. — Если бы не отчаянный дух разведчика Вашей дочери. Она убедилась, что дом не патрулируется и мы вернулись поздно ночью. - Погодите, - жестом останови его отец Эри. — Вы втянули мою дочь во взлом опечатанной квартиры? - Зачем взлом? - изобразил удивление А-чан. — У нас были ключи. Но, увы, не только у нас. Там-то мы и встретились с убийцей, но после недолгой потасовки — разошлись. - О подробностях, потом, - кивнул Аоки. - Согласен. А потом он сам пришёл к нам. - Он знал куда идти? - Знал. Эта ду..., - зло процедил беглец, но осёкся. — Вообщем, она не сказала мне, что он запугивал её. Она рассказала Вам о своей перчатке на жертве? - Я сам лично видел тело, - нахмурился тот. — Значит вот почему Эри так странно вела себя и ухватила перчатку. Чтоб при анализе там не нашли её тканей, которых по идее быть не должно было. Оба переглянулись, тяжело вздохнув. - Вернёмся к убийце, - подсказал Аоки. — Что сложного в его уличении, если он сам пришёл? - То, что это и он, и не он. Эри сказала, что Вы поделились с ней информацией о невозможности двух личностей в одной голове, действовать одновременно. - Да, говорили сегодня днём. Если Ваш подозреваемый утверждает, что он наблюдает за действиями второй личности без возможности остановить его, то скорее всего он лжёт. - Это точно? - Либо лгут ему. - А если подробнее? - Мне однажды доводилось обсуждать с коллегой на одном из семинаров возможность лишения личности пациента. - Лишения личности? - Есть пациенты, у которых, например вообще нет личности. Какой-то своей. Они просто крадут чью-то личность. Копируют. А можно, наоборот, убедить человека в том, что он — не он. На это нужно много времени и сильное влияние, но это вполне реально. Так, когда-то проводили исследование на каком-то преступнике, кажется. Мол, его лечащий врач был его второй личностью, которая указывала что делать можно, а чего нет. Но потом это исследование было признано губительным, потому что лишаясь насильственных склонностей, человек продолжал думать, что страдает раздвоением личности. А дальше по накатанной: «У меня шизофрения, я болен» и состояние усугублялось. Не гуманно, эксперимент закрыт. - Согласен. Это как раз случай, когда благие намерения ведут ни разу не в Рай. - Меня беспокоит другое, - глядя на задумчивое лицо собеседника, сказал Аоки. - До сегодняшнего дня Вы предпочитали оставаться в тени, а я общался с Эри. Что привело Вас лично? - Потому и пришёл, - вздохнул Атсуши. — Как ни странно, но мне опять больше не к кому обратиться, кроме семьи Аоки. После вашего разговора, Эри позвонила домой из подземного паркинга, а после так и не вернулась домой. Мужчина за столом напрягся и медленно взглянул на телефон, который выложил Сакураи. - Где она? - гневно спросил Аоки. - Это я и хочу узнать. И если бы имел к этому отношения, сами понимаете, не пришёл бы к Вам. Времени у нас мало. Я не имею ни малейшего представления куда утащил её тот тип. - Что требуется от меня? - Пока что телефон и заключение, что я психически здоров. Я должен подтвердить хотя бы это, чтоб начать её поиски. Местная полиция мне не помощники. - Первое — без проблем, - он передал свой мобильный мужчине. — А вот на второе нам потребуется время. - Я попрошу Вас, как можно скорее взяться за это. Обещаю всячески не препятствовать Вашим исследованиям, - кивнул Сакураи, ожидая ответа в трубке. — Хошино? Говорит Призрак. Да, давно. На это есть веская причина и если ты смотрел новости, то понимаешь какая. Зато операция идёт успешно и я-таки нашёл убийцу. В Токио. Ближайшее время я буду занят, но мне нужен мой компьютер, удостоверение и... - он помолчал — наверное оружие. Прикрытие окончено.