Научи меня летать

Времени прошло много - целых три месяца - с тех пор, как Гарри и Драко впервые летали. С тех пор эти полеты вошли у них в привычку и парни частенько, вооружившись метлами из школьной кладовой, прокрадывались на квиддичное поле в субботу, когда никто их не видел. Летать без присмотра взрослых первокурсникам было запрещено правилами, но мальчишкам было все равно - полет и скорость дарили ощущения единства природы, окружающего мира и их самих. Драко чувствовал себя гораздо увереннее, хоть первые разы и рядился на метлу к Поттеру, да тот его не пускал, объясняя это тем, что чем раньше Драко сам сядет на метлу - тем быстрее отпустит все страхи и переживания. И у них вышло. Пусть не с первого раза, пусть не изначально, но у них получалось - так, как получилось и с дружбой. Теперь Малфой доверял Гарри гораздо больше. Он пару раз заговаривал о своей семье: о маме, отце, о Малфой-мэноре, и Гарри думал, что непонятно кому из них повезло больше - сироте, лишенному родительского тепла, или сироте, при живых родителях. Обучением Драко занималась домовая эльфийка Эйн. Эйн учила его всему: манерам, поведению, холодности и надменности аристократической знати, а отец лишь приходил и закреплял все это болезненным и сводящим с ума Круциатусом. А после запечатывала мама - сухим и равнодушным поцелуем, ранящим не меньше пыточного заклинания. Гарри тоже было больно - ему не хватало даже сухих поцелуев матери, зато их с лихвой заменяли прикосновения тонких и длинных пальцев друга, готовых поддержать его так, как в начале их общения поддерживал он его. С Роном и Гермионой контакты начали потихоньку налаживаться. Гермиона пересела за парту к Лаванде Браун, которая уже месяц умоляла ее сделать это, чтобы не получать Троллей на всех уроках, а Гарри перебрался к Рону. Конечно, на те уроки, где он не должен был сидеть с Малфоем. Рон и Гермиона, кажется, приняли его отношения с Драко, но доверять ему не спешили - больно уж стереотипными были их взгляды. То ли на жизнь, то ли на слизеринцев и межфакультетскую вражду, то ли на Драко Малфоя конкретно. В целом, они хранили вежливый нейтралитет. Теперь сидение вместе доставляло парням удовольствие. О них можно было слагать целые истории по перепискам, покоящимся на дне их рюкзаков: каждая из них была уникальна и удивительна, ведь каждая свидетельствовала о том, чего не случалось уже много столетий подряд - свидетельствовала о дружбе гриффиндорца и слизеринца. - Драко? - тихо окликнул блондина гриффиндорец, подкрадываясь из-за спины. - Гарри? - удивился тот, - Разве у тебя не урок? - Урок. А у тебя? - спросил Поттер, все еще не понимая, что делает на подоконнике слизеринец, в самый разгар учебного дня. - У меня тоже урок. Что ты здесь делаешь? - поинтересовался Драко у друга, легко улыбаясь ему и спрыгивая с подоконника. - Я иду к мадам Спраут. Нам нужны кое-какие растения для урока трансфигурации... - пояснил Гарри, продолжая недоумевающе смотреть на своего товарища. - Совсем другой вопрос в том, что делаешь здесь ты. - Я думаю... - только и ответил Драко, смотря куда-то вдаль. А потом зачем-то добавил, - Через пять дней Рождество. - Да, Драко, я знаю, - согласился с ним Гарри. - Ну и что? - Ты едешь домой? - неожиданно перевел тему Драко. Гарри передернул плечами: - К Друслям? Ты серьезно? - Значит не едешь... - грустно ответил Драко. - Знаешь, я бы хотел пригласить тебя к себе. Гарри удивленно поднял взгляд на Малфоя, тот продолжал: - ... но я не могу. Родителям это не понравится. Ты ведь не сердишься? Гарри не сердился. Гарри понимал. - Ты из-за этого сейчас не на уроке? - пытливо спросил Гарри, заглядывая прямо в глубину серых малфоевских глаз. - Ага, - бесхитростно ответил слизеринец. - Дурак, - улыбнулся Гарри и потрепал друга по светлым и легким, как пух, волосам. - Какой же ты у меня дурак... Конечно, конечно же, я не сержусь!