Возвращаясь к жизни

— У меня есть причины!       Кларк удивлённо обернулась, посмотрев на отца, который уже более громко и чётко повторил свою фразу. Эбигейл в шоковом состоянии не могла произнести ни слова. Все собравшиеся начали перешёптываться. Первым пришёл в себя Финн: — О чем вы, мистер Гриффин?       Сенатор тихо встал со своего места и подошёл к дочери, игнорируя вопрос Коллинза. — Прости меня, Кларк! Я такой эгоист. Я очень сожалею, что заставил тебя пойти на это, что ты сломала себя из-за моей карьеры, что мы с матерью такие слепые. Ты не обязана это делать. Я хочу, чтобы ты была счастлива, и неважно, как это отразится на моей карьере. Ты моя дочь, и это самое главное моё достижение, а с остальным мы справимся, — сенатор обнял блондинку.       Гости находились в недоумении, спрашивая друг у друга, в чём дело и что произошло.       Блондинка не могла скрыть слёз. Сейчас она как никогда нуждалась в поддержке отца, и он был рядом. — Ты же не поступишь так со мной? Я не заслужил этого. Давай попробуем ещё раз? Я буду рядом, я готов на всё, только бы ты была со мной, — Финн смотрел на Кларк глазами, полными печали и надежды.       Блондинка посмотрела на отца, на всех собравшихся, на Финна, наконец. Сейчас она стояла на распутье и не знала, куда двигаться дальше. Одной минуты хватило девушке, чтобы определиться со своим выбором. И задумалась она только потому, что не хотела подставлять своих родных перед всеми собравшимися гостями.       Кларк сделала пару шагов навстречу Коллинзу, нежно посмотрела в его глаза и, обняв, тихо произнесла: — Прости меня, я её люблю…       Быстро отстранившись от парня, Кларк ещё раз радостно обняла отца. — Спасибо, папа! Спасибо!       Блондинка, к удивлению собравшихся, уже бежала к выходу, немного задрав подол платья, чтобы он не мешал бегу. — Линкольн, Октавия! Вы со мной? — Гриффин остановилась уже возле дверей, с нетерпением глядя на пару друзей. — Без вас я не справлюсь!       Парень с девушкой переглянулись и, наступая на ноги рядом сидящим гостям, устремились за подругой.       Как только троица во главе с невестой покинула зал, повисло молчание. — Уважаемые гости, я прошу нас простить, но свадьба отменяется, — с робкой улыбкой оповестил всех сенатор Гриффин.       Финн до сих пор стоял на своём месте с опущенной головой. Он слабо дёрнулся, словно выходя из транса, когда Гриффин-старший подошёл к нему. — Прости меня, сынок, но я не мог позволить, чтобы моя дочь была несчастна.       Парень слабо улыбнулся в ответ. — Как странно... За эти пять минут второй Гриффин просит у меня прощения. Я всё понимаю, знал, что такое может произойти, но надеялся. Я ещё поборюсь за неё, будьте уверены.       Собравшиеся начали расходиться, самые любопытные пытались что-то выяснить  друг у друга.       К сенатору подошла взволнованная Эбигейл. — Ты объяснишь мне, что происходит? Куда делась Кларк? Почему свадьба отменена?!       Женщина почти кричала, и сенатор, недолго думая, заткнул жену поцелуем. Как только поцелуй был разорван, сенатор заговорил: — Эбби, давно ли я говорил, что люблю тебя?       Женщина вопросительно подняла бровь: — Говорил сегодня с утра, а что? — Так вот, я люблю тебя! Я счастлив, что ты выбрала меня, счастлив, что провёл с тобой всю жизнь. И хочу, чтобы у нашей дочери был тот человек, которому она может сказать те же слова, искренне и от всего сердца. И этот человек не Финн, этот человек сейчас улетает в Лондон. Поэтому свадьба отменяется, поэтому Кларк убежала.       Мать Кларк пребывала в ступоре, а сенатор продолжил: — И да, Эбби, этот человек — Александрия Роуз.

***

— Линкольн, заводи машину, мы едем к ней. Ты же знаешь её адрес, — Кларк пребывала в приподнятом и волнительном состоянии. Что она сейчас наделала, она ещё не понимала, но знала, что теперь шатенка её окончательно и бесповоротно. — Кларк, есть одна проблема: сегодня Лекса улетает в Лондон. Её рейс через пятьдесят минут! — после услышанного Кларк и Октавия переглянулись. — Линкольн!!! Гони в аэропорт!       По дороге блондинка пыталась дозвониться до Роуз. Гудки шли, но абонент не хотел брать трубку. После десятого звонка телефон отключили.       Кларк напечатала смс: «Лекса, не улетай! Я люблю тебя, ушла от Финна! Не улетай!»       Возле аэропорта была огромная пробка. Ребята припарковались на обочине и побежали внутрь. Пассажиры удивлённо открывали рты, видя шикарную невесту, которая неслась к стойке регистрации.       Очереди не было, все пассажиры уже прошли в самолет. Девушка за стойкой удивлённо подняла глаза на блондинку. — Вам чем-то помочь? — Девушка, мне нужно внутрь. Пожалуйста, пустите меня в самолет! — Кларк всё ещё не могла отдышаться от бега. — Прошу вас предъявить билет и документы, и тогда, конечно, я пущу вас на своё место в самолёте, — сотрудница аэропорта была непреклонна. — Нет, вы не понимаете! Сейчас на этом самолёте улетает человек, которого я люблю. Мне нужно быть там! — глаза Кларк были полны мольбы. — Девушка, назовите имя своего возлюбленного, и я проверю, проходил ли регистрацию этот человек! — женщина сменила гнев на милость. — Александрия Роуз! — громко и чётко Кларк назвала имя.       Глаза сотрудницы аэропорта округлились, но она не показала прямого удивления. Несколько раз убедившись в своей информации, сотрудница ответила: — Пассажира с такими данными нет на борту, это стопроцентная информация, потому что Александрия Роуз улетела часом ранее.       От отчаяния у Кларк подкосились колени. Неужели всё зря? Она вот так взяла и улетела, вот так...       Слёзы начали появляться на глазах девушки. — Перестань плакать, подруга! — Октавия, как всегда, была гением. — Линкольн пробил информацию, куда она летит и где будет жить! Так вот, ты летишь в Лондон.       От услышанного у блондинки отвисла челюсть. Она даже не рассматривала такой вариант событий. Но для достижения цели все средства были хороши.

***

      Александрия приземлилась в Хитроу. Пройдя все необходимые процедуры после прилёта, она направилась на поиски такси. В Лондоне был дождь, что, в принципе, неудивительно.       Небо было окрашено в серый цвет, массивные тучи давили на плечи. Договорившись с таксистом, Лекса направилась по адресу своего нового дома. Ещё в Вашингтоне она решила, что сменит номер телефона и сообщит новый только самым близким людям. Ей надо жить дальше, без прошлого, без Кларк.       Новая квартира была восхитительная. Отец Лексы постарался на славу, сняв для дочери шикарный лофт в одном из самых престижных районов Лондона. Шатенка была в восторге, но тихая тоска поселилась в её сердце.       «Что сейчас делает блондинка? Наверное, уже вышла замуж»       От этой мысли Лекса сердито ударила кулаком по столу.       День потихоньку шёл к вечеру. За окном загорались фонари, в окнах соседей — свет. Александрия сидела у камина и пила виски. Вообще она не очень любила алкоголь, но сейчас для неё это было необходимой мерой — просто забыть, просто не думать. Завтра будет новый день и новая работа.       В дверь позвонили. Александрия никого не ждала, да и было бы удивительно, если учесть, что она прилетела в этот город несколько часов назад.       Лекса лениво подошла к двери. Посмотрев в глазок, она не поверила глазам. Бокал, который она держала в руке, выпал и разбился. Отойдя от шока, шатенка распахнула дверь. — Если ты ещё раз бросишь меня и улетишь в другую страну, я всё равно тебя найду! — блондинка в белом свадебном платье стояла перед Лексой, гневно подняв подбородок. — Я ушла от Финна прямо на свадьбе! Я бежала в аэропорт, чтобы остановить тебя! Объехала весь Лондон в свадебном платье! Тебе ещё нужны какие-то доказательства того, что я тебя люблю?!       На глазах Александрии появились слезы. — Кларк, ты совсем с ума сошла? Ты что наделала?       Блондинка решительно зашла в квартиру, захлопнула ногой входную дверь, прижала Лексу к стене и впилась в её губы жадным поцелуем. Ответ шатенки был голодным и отчаянным. Она не могла поверить, что это не сон.       Немного оторвавшись от блондинки, чтобы перевести дыхание, Лекса, ещё сильнее прижимая Кларк к себе, тихо ответила: — Я никогда тебя не брошу…