Almost Dead

Снизу слышится мат. Быстро встаю с кровати. Ногу сводит, но не подаю вида, что мне больно. - Прошу, уходите, - шепчу, медленно подходя к друзьям и не отрываю взгляда с дверного проема моей комнаты. - Уходите! - Мы никуда не уйдем, - твердо произносит Скотт, не задумываясь, что отец может нас услышать. - Иначе он изобьет тебя до смерти. - Стайлз, хотя бы ты послушай меня! - умоляю, надеясь увидеть в глазах цвета топленного шоколада понимание. Но там только решимость. - Стайлз! - Нет, Сьюзен, мы остаемся. В комнату влетает разъяренный отец. Его лицо красное, галстук просто висит на шее, первая пуговица на пиджак почти расстегнулась, руки сжаты в кулаки. Черт. - Пацанов каких-то начала в дом приводить?! - рявкает он, а я сутулюсь от его взгляда и голоса. - А Айзек скоро начнет проституток таскать?! - Пап, - язык еле поворачивается. - Не говори так. Они сейчас уйдут... - Или они уходят, или ты уходишь с ними! - Пожалуйста, - по щекам начинают течь слезы. - Прошу, уходите. Со мной все будет в порядке. Подталкиваю их к двери, но парни стоят, как статуи. Тут Скотт как-то странно посмотрел на Стайлза и слабо кивнул. Стилински коротко сжимает мою руку. Парни выходят из комнаты, медленно спускаясь вниз. Смотрю им вслед. Они что-то задумали. - Приготовь мне ужин! - рявкает отец и уходит в свою комнату. Еле ковыляю к лестнице, хватаюсь за перила и начинаю спускаться. Нога начинает сильно щипать, и я тихо мычу. Мне не поздоровиться сегодня вечером.

***

Отец садится за стол, двигая стул. Ножки скользят по паркету, создавая неприятный громкий скрежет. Мне страшно. Мне до одури страшно даже смотреть на него, поэтому просто ковыряюсь вилкой в тарелке. Отец громко ставит стакан с апельсиновым соком на стол, и внутри все сжимается. Он начинает есть, громко чмокая. Молчит. Если он молчит, то что-то случиться. Вдруг мужчина выплевывает еду на тарелку, матерясь. Меня начинает трясти от безумного страха. Поднимаю на него глаза. Он выпивает залпом сок и грозно смотрит на меня. Губы кривятся. Я знаю, что он сейчас сделает. Резко подрываюсь со стула и бегу к дверному проему. Пустой стакан летит на меня, поэтому закрываю голову руками, пригибаясь. Осколки стекла проходят по рукам, но ни один не проникает в кожу. - Готовить разучилась?! - кричит отец, поднимаясь из-за стола. - Сейчас я тебя проучу! Бегу к лестнице. Обувь я сняла, но не уверена, что с поврежденной ногой смогу выбежать из дома. Слышу, как лязгает пряжка ремня. Не понимаю, в какой момент он настиг меня, но спину будто поджигают. Кричу, преодолевая еще одну ступеньку. Из раны на ноге сочится кровь, бинт становится красным. Второй удар. Я прошу его остановится, но он не слышит. Он ничего не слышит, когда бьет нас. - Твоя мать никогда меня не подводила! - он кричит, нанося еще один удар. Начинаю плакать, не в состоянии сделать хоть шаг. - А ты ее убила! Это ты сделала! Ненавижу! Отец специально бьет по ноге, прямо но бинту. Из меня вырывается полукрик-полухрип. Я сорвала горло. Он толкает меня, и я бегу в свою комнату. Успеваю запереть дверь на замок. Отец колотит дверь, и страх только увеличивается. Начинаю кружиться по комнате в поисках спасения. Если спрыгну с окна, то точно сломаю себе ногу. Если не шею. Взгляд цепляет телефон на кровати. Падают на одеяло и начинаю искать номер Скотта. Он оборотень, он должен помочь. Пальцы дрожат, потому что дверь скоро не выдержит. Я случайно набираю Стайлзу, но сейчас все равно. - Сьюзен? - он отвечает через несколько секунд, которые кажутся вечностью. - Стайлз, - не могу нормально проговаривать слова, ведь задыхаюсь от слез и страха. - Стайлз, помоги мне. - Я сейчас приеду. Держись, - он бросает трубку. Животный страх накрывает с головой, и я даже не чувствую боли во всем теле. Треск. Замок не выдерживает. Если убегу в ванную, то там он найдет меня еще быстрее, и я буду в ловушке. Дверь распахивается. Пищу. Отец одержим неконтролируемой яростью. Сам Дьявол. Он наотмашь бьет меня по лицу, и я чувствую, как лопается кожица на губах. Кровь попадает в рот, пачкает подбородок и шею. Отец заносит руку за второго удара. Но звук снятого предохранителя заставляет его замереть. - Мистер Лейхи, вы арестованы за избиение дочери, - не успеваю ничего понять, даже не успеваю ничего рассмотреть из-за застилавшей глаза пелены слез. Отцу заламывают руки и выходят из дома. Ко мне подлетает Стайлз. - Что... - вижу шерифа Стилински. - Что происходит? - Ты в порядке? - он игнорирует мой вопрос, начиная осматривать меня на наличие повреждений. А их много. - Что с ним сделают? - смотрю в его красивые глаза. - Стайлз, что с ним сделают? - Подержут в участке недолго, - как-то странно отвечает он. С плеч будто гора сваливается. Я не должна быть причиной его бед. Хотя я уже причина его гнева. Парень осторожно проводит кончиком пальца по моей губе, и я морщусь. - Надо обработать, - он усаживает меня на кровать. - Где аптечка? - В ванной. Стайлз возвращается через секунд пять. Капает на ватный диск бактерицидным раствором, а потом прикладывает к моей губе. Вот теперь боль возвращается. Спина, нога, руки и губы. Все болит настолько сильно, что слезы сами наворачиваются на глаза. - Эй, не плачь, - Стайлз берет мое лицо в ладони и утирает большими пальцами слезы на щеках. - Все обошлось, Сью. - Мне больно, - шепчу, глотая комок слез. - Мне больно, Стайлз. Парень притягивает меня к себе. Его руки ложатся на спину, но не на те места, куда приходились удары. Я начинаю рыдать в голос и громко всхлипывать, уткнувшись ему в шею. Кажется, я испачкала его рубашку кровью. Веки становятся тяжелыми, все мысли вылетают из головы. Я ощущаю только невозможную усталость и тепло тела Стайлза. Закрываю глаза, проваливаясь в царство Морфея.