Алаверды

Есть у меня друг. Вот думала, что он меня любит, в хорошем смысле слова, по-дружески так. А оказалось… Всё по порядку. Попала я в больничку, вроде и болеть то не болела. Но кто ж из нас любит попадать в такие заведения. Я, скажу честно — не люблю. От одного витающего запаха и вида людей в белых халатах меня начинает трясти, подёргиваться левый глаз. Мне плевать на боль, на проблемы, с которыми пришла в больницу, хочется бежать, далеко и без оглядки, так, что пятки сверкать будут. Да и боли уже не чувствуешь, вроде бодрячком. Ты готов развернуться и уйти. Но нельзя, так как там впереди горизонт, а его только глазами обозреть можно, а вот дойти… Одним словом, у меня «синдром белого халата». Пробыла в сим заведении недолго. Друг повздыхал, посочувствовал, пожелал выздоровления. А потом на некоторое время мы погрязли в бытовую рутину. Радовалась я рано. Вроде всё хорошо, иду на поправку, почти забыла о своей болячке. И тут с утречка пораньше звонит это прекрасное создание, я-то думала, соскучился, решил пообщаться. Обрадовалась его звонку. — Доброго утречка! — раздается в телефонной трубке бодрый голос. «Вот счастливый человек, ни свет ни заря, а он уже бодрячком. Наверно хорошо выспался или не ложился ещё», — подумала. — Доброго, если его можно таким назвать, — сонно выдавливаю в ответ и пытаюсь досмотреть сон по дороге на работу, трясясь в общественном транспорте, временами превращающимся с нашими дорогами во временный морской транспорт, князя Гвидона и его матери царицы, прислонившись головой к стеклу. В нос постоянно ударяли самые «приятные» запахи на всём белом свете. Казалось, что они скопились в одном месте одновременно. В автобусе мало того, что нестерпимо воняло, так что голова начала болеть, так ещё было душно от количество скопившихся людей. Хорошо хоть удалась посадить своё мягкое место на сиденье, которое любезно освободила одна вежливая особь мужского пола, подняв свой жопенц, чтобы сойти на нужной остановке. «Неужели соскучился? Решил пообщаться?» — удивилась молча, раньше такого за ним не замечалось. Решила слушать дальше, что скажет. Но оказалось, чтобы свериться о моём здоровье. Тут даже умилилась такой заботе. Сами подумайте, прошло столько времени, а он всё помнит, тревожится. Улыбка расползалась по лицу. — Жива ещё? — следует вопрос. — Твоими молитвами, жива, — всё ещё туго соображая, стараюсь понять, это вопрос, риторический вопрос или забота? — Вот ты позвонил, что для меня большой сюрприз… — договорить не успела. Как на меня опрокинули ушат ледяной воды следующей фразой: — Кто тебе сказал, что это забота?! — удивляется он. — Уточняю, долго ли ждать данного события. — Какого события? — тупость — моё второе я. — Смерти естественно, — раздаётся быстрый ответ. — Хочешь моей смерти?! — сон как рукой сняло. А рядом сидящий мужик аж подпрыгнул от моего нежного вопля и тычка локтем ему под ребро. Что является не самым лучшим массажем с утра. Хиленькие они пошли сегодня, всего шугаются. Не то что мы, и коня на скаку остановим, в горящую избу войдём, и мужика на руках из бани в снег вынесем, да много всего. А тут крик и тычок с разворота они пугаются, заикаются, яйца поджимают. В оправдание и успокоение нервов рядом сидящего улыбнулась в тридцать два, пусть радуется, что не в три, продолжила беседу. — Не поверишь, да, — хихикнул в трубку. — Всё не дождусь никак, никто помирать не хочет, живучие все заразы. — С ума сойти! — ахнула я. — Не знала, что ты так меня любишь, — стало как-то грустно. Захотелось убить фарфоровой статуэткой, что у меня стоит дома в спальне на полке. Даже рассердиться успела. Что это он плетёт? Всё звучало, как сцена из какого-то сериала для домохозяек. — Я на поминки хочу, думал, раз уж в больнице была, так хоть ты мне праздник души устроишь, — продолжал язвить. — Кутью поесть хочется, лапшички похлебать и компотика с пирогом накатить. — И три раза по сто выпить, — добавила к его перечислениям. — Странные у тебя праздники, — хотела в очередной раз обидеться, — извиняй, что не оправдала надежд, но всё может быть, — в голове зрел план мести. — Ладно, живи, — милостиво разрешили мне. — Благодарствую, барин, за вашу щедрость, — в тон был ответ. — Теперь уж не вздумай помирать! — прозвучал будто приказ. — Ты, что ли, запрещаешь? — шикаю в трубку. — То помирай, то живи. Что-то с утра щедротами осыпаешь с барской руки… — Ой, что вы, это такая мелочь для меня. Ваше здоровье ценнее, — перебил меня ответом. — Вы же ещё так молоды, только-только вошли в жизнь. В самом расцвете сил. — Думаю, что до Нового Года доживу на раз-два, если кирпич по дороге не упадёт с крыши многоэтажки или на своём Мерсе не подрежешь, — уже во всю веселюсь. Мысленно потираю ручки, решив устроить розыгрыш в ответ, а так как у меня полоса чёрная идёт, то и юморок организую в её стиле. — Прости, солнце, но моя остановка, пора бежать, — проговорила в трубку, — созвонимся, спишемся. Всегда знала, что ты меня поддержишь. — А что, там тоже сотовая связь и интернет берёт? — хихикнули мне в трубку. — Ничего себе прогресс! — Эм… где? — не поняла вопроса. Похоже у меня обморожение мозга, да мороза ещё сильного вроде нет, раз я так туплю сегодня. Что на работе будет? — На том свете, — фыркнул в ответ. — Вот же язва, — ответила улыбаясь. — Узнаю, сообщу, целую. — А поцелуй французский? — всё не унимается. — Обойдёшься чмоком в щёчку, — настроение подняло планку на максимум. — Галстук нацепил, думаешь с утра можно к людям приставать? — Зачем же хамить так?! — возмутился мне в ответ. — Да ты что, я не хамлю, молода ещё хамить, — продолжала веселиться. — Подрасту, так сразу начну. Спишемся, свидимся, мне пора. Не болей, а то желание может исполнится с точностью до наоборот. После чего сбросила разговор, выходя на нужной остановке. А далее отправила сообщение: «А ты не знаешь, дрова и уголь в Аду не закончились, а то боюсь замёрзнуть?» «Не переживай, у них голубое топливо проведено», — пришло в ответ. Нет, теперь он точно от меня целёхоньким не уйдёт. Всё, ты нашёл приключение на свою проблемную точку, которой не сидится на месте спокойно. А вообще, весёлый получился у нас диалог. Сам Эдгар По со своими новеллами отдыхает. Погода в этом году оставляет желать лучшего. По правилам снега должно быть по колено, а здесь противный дождь с льдинками моросит. Небо свинцовыми тучами затянуто. Тоска зелёная одолевает. Кажется весь город промок насквозь. А завтра ещё морозец посильнее ударит, и будем собирать переломы и травмы. Счастливое время для травматологов, без работы не сидят. Порыв ветра сдёрнул капюшон пуховика с головы, словно подбадривая к активным действиям или остужая мой порыв. Зонт брать не стала, знаем такую погоду, проходили. Раскроешь его, думаешь щитом прикрылся, вспоминая лето, а тот тебе накось, выкуси! Зонтик выворачивается наизнанку, спицы на землю, реанимации не подлежит. Натянув капюшон посильнее, поспешила к офису, подставляя один бок, чтоб не вся мёрзнуть. Так ветер не хотел сдаваться и изменил круто своё направление, задул в спину. Пришлось ускориться. Думать было некогда, добежав до работы с головой ушла в рабочий процесс. Только вечером, сидя на любимом диванчике с журналом и листая его, наткнулась на интересную рекламу и вот тут решение пришло само собой. У меня родился план. Для его воплощения нужно было… «Вот так вот, — подумала мстительно. — Держись, Алекс, будет тебе розыгрыш, чтоб не заскучал ненароком. Будет, будет, да ещё какой». Чтоб не ударить в грязь лицом, решила, на свежую голову думается с утреца лучше. А раз у меня завтра выходной, то весь день посвящу продумыванию праздника. Только б мне потом ..., но это потом. Устрою тебе сЮрпрайз, чтоб твоя жизнь не превратилась в стоячее болото. Хихикнув, пошла спать. Спешить мне было некуда, лучше без спешки. Быстро только кошки женятся. Выждала некоторое время, чтоб Алекс расслабился и потерял бдительность, а потом нанесла ответный ход. Не зря ж его столько готовила. В дверь дома раздался звонок, не ждавший гостей мужчина пошёл открывать в чём был. А был в одних трусах. Представшая картина слегка ввела в ступор обе стороны, отчего он замешкался на пару секунд, оглядывая прибывших «гостей» и атрибуты. — О, смотри-ка, а это, кажись, и есть наш клиент, — хмыкнул один из мужчин, оглядывая хозяина квартиры. — На вид вроде бы нормальный мужик… Даже сам встречает, вот это да, впервые вижу такое. — А чего бегаем? — уточнил другой. — Как это чего я бегаю? — удивился хозяин квартиры, обалдело переводя взгляд с одного на другого из новоприбывших. — Зомби, что ль? — задали вопрос ни в лоб, а в глаз. — Некромант, для особо интересующихся, — ехидно усмехнулся на вопрос. — Ну, ты и язва! — громко вычихнул один из стоящих у дверей мужчин, утирая нос платочком. — Если язва ходит на двух ногах, то можно от неё просто уйти подальше и забыть о ней навсегда, — парировал Алекс. — А вы кто? — наконец-то поинтересовались у гостей. — А то говорим, говорим, а всё никак не пойму. — Мы — это мы, — было ответом. — Мужики, смотрите, так он сам и обмылся, — подытожил один из прибывших, глядя на влажные волосы хозяина квартиры. — И бельишко чистое одел. Ай молодца. — Так нам же сказали, что хозяин того — преставился, — в разговор вмешался третий из незваных гостей. — Кто-о? Чего-о? По… Почему проставился, тьфу, преставился? — растерялись на их слова. Сам разговор с самого начала был странным. — Хватит болтать, гостей на пороге не держат, — мужчины протиснулись мимо офигевшего хозяина с принесёнными атрибутами в квартиру. — Ох@@ть! Вы что еб@@улись сегодня или обкурились?! — рыкнули на них. — Не курим, — хихикнули хозяину квартиры в ответ. — Бл@дь! Да не толпитесь вы! Куда по ногам! — мужчина отдёрнул свою ногу, аккурат вовремя успев в очередной раз не стать объектом отдавленной ступни. — Вы ж не в советской очереди за дефицитом стоите! — Ты советскую власть не тронь, молод ещё! — встал на её защиту самый старший из прибывших. — Тогда даже в самой большой очереди был порядок, каждый свой номер знал. А дефицит был, потому что негров всего мира кормили, — подытожил он.  — Мужик, скажи, куда всё поставить? — поинтересовался третий из прибывших. — Понимаем, вы нас так быстро не ждали, а мы оперативно припёрлись. — Что за ху@ня?! — злился хозяин. — Кто это мы? — Мы, это мы, — один из мужчин обвёл остальных рукой. Хозяин квартиры всё ещё не мог сообразить, что к чему. — Мужик, давай быстренько всё организуем, а то Пушкин нам платить не будет, он уже давно памятник, — не унимались гости, проходя в гостиную и расставляя всё принесённое с собой. От такой наглости мужчина присвистнул. — Не свисти, денег не будет, — прозвучало с усмешкой. — Хотя тебе они уже не нужны, а вот нам, да. — Бля-я-я, мужики, вы точно нормальные? — не выдержал Алекс. — С утра были ими, хотя, сейчас уже не настолько уверены, первый раз с таким случаем сталкиваемся. На будущее прецедент будет, — было ответом. — Как так? — Да вот так… — договорить не дали следующий фразой: — Да стойте вы смирно, нам надо длину измерить. — Чего? — в очередной раз афигел Алекс. — Ни чего, а кого! Рост ваш нужен, а то вдруг придётся за другим «домом» идти. У нас там ещё парочка с собой прихвачена, — суетился вокруг него один из нежданных гостей, быстро орудуя метром. — Всё, либо вы сами валите отсюда на х@@, либо я полицию вызываю! — рявкнул взбешённый мужчина. — Вы что меня подъё@@@@ете? — Не кипятись, Мавр сделает своё дело и сам уйдёт, — ответили ему. — Чем быстрее закончим и всё организуем, тем быстрее пойдем к другим клиентам. — Да валите вы… — Нет, мужик, ты не понял, сейчас тебя оденем, обуем, проводим, тогда и перейдём к другим, — перебили Алекса. — Так что, давай, одевай свой праздничный фрак и ложись, размер подходит, — говоривший снял крышку с гроба. — Полный пи… — выдохнул хозяин. — Старые песни о главном с продолжением. И не надоело ж ещё. — Ты это, ничего личного, — проговорил мужчина, ставя на пол крышку от гроба, — пока я крышку выношу за дверь, ты тем временем одевайся и ложись. У хозяина дома отвисла челюсть, когда один из самых бойких достал из его шкафа костюм и протянул ему.  — Либо сам оденешь, либо мы поможем! Опыт есть! — подытожил самый старший тоном не оставляющим сомнения. — Сам дойду и оденусь, костылей и протезов нет, — Алекс был на пределе. Алекс стоял в чистом ахреневание от всего происходящего, надеясь в душе, что это реалистичный сон. Он никак не мог поверить, что это всё происходит с ним. Стоит только проснуться и весь абсурд происходящего пропадёт. Алексу пришлось потереть глаза, наваждение всё не проходило. Значит — это не сон. Тогда что — галлюцинация? В итоге для достоверности, ущипнул себя, чтобы убедиться, что это не сон. — Было больно, значит — не сон, — облегчённо вздохнул. — Не дрефь, сейчас родственники подтянутся, а ты уже готов, — Алекса хлопнули по плечу. — Ну что, сам или помочь всё же? — Бред чёрной кобылы или сивой, без разницы, — Алекс вырвал из рук державшего свой костюм, решив, что, пока одевается, разработает план действий. Пока одевался, прислушивался и присматривался к прибывшим, что-то было странное в их поведении. Но что? Это оставалось тайной за семью печатями для мужчины, хотя, как однако некоторые археологические находки и легенды говорят о том, что 5-6 тысяч лет назад расщепление атомного ядра не было тайной за семью печатями для древних учёных. Но опять же, то для них, а не для данного момента. «Уж не грабители и убийцы ли? — подумал Алекс про себя. — Сейчас в гроб закатают и поминай как звали. А телефон далеко». Тянуть кота за яйца больше времени не было. Мужчина был при полном параде. — Ну что готов? — поинтересовался один из ритуальных услуг. — Как водолаз к погружению, — пробубнили ему в ответ. — Ложись, — указали на гроб. — Убью гада. Придушу собственными рукам. Только узнаю, кому таким счастьем обязан… — Потом разберёшься, — прервали тираду. — Театр абсурда, — фыркнул Алекс и решительно начал выполнять свою роль. От всей происходящей чертовщины голова шла кругом. Вдруг мужчина осознал, что ему становится всё интереснее узнать финал всей этой комедии. Делать нечего в селе. Мы сидим на веселе. Алекс был взвинченный до предела, не получилось с первого раза закинуть ногу в гроб. На миг показалось, что он идиот. Вероятно мужчина так сильно изменился в лице, что его «гости», в надежде подбодрить, мило улыбались. — Не пугайтесь раньше времени, — сказал один из мужчин. — Пока мы вас ещё не закапываем. «Пока?!» — охнули мысленно. — Да не переживайте вы так, — успокаивали Алекса, — всё хорошо. Всё идёт по плану. Представьте, что вы ложитесь в свою постельку… — Куда-а-а? — в горле пересохло, так что вопрос мужчина прошипел. — Успокойтесь, не волнуйтесь так, — Алексу подали руку, чтоб помочь забраться в гроб. — А вы постарайтесь нам помочь, расслабьтесь, да и не расстраивайтесь так. — Хорошо, — мужчина вцепился в край гроба, а то от всего происходящего у него начинало плыть перед глазами. — Хорошо, я готов, — после чего перекинул ногу в гроб. — Вот и хорошо! — лица мужчин, как показалось Алексу, просветлели в тот момент. — Мы с вами начинаем вести, наконец-то, конструктивный диалог. — Ну, ёлки-палки, нашёл приключение на свою голову, — произнёс Алекс. И наконец, весь красный, как огнетушитель, мужчина усиленно делал вид, что едет в танке, а всё происходящие военные учения, залез в гроб, лёг, прикрыл глаза, сложил ручки на груди. А что, когда ещё такой шанс выпадет, примерить гроб, посмотреть на себя покойника. Когда оно случится неизвестно, что увидит. Лежит, ждёт, мужики переговариваются, а родственников всё ни одного нет. И вдруг Алекс себя представил котом из мультика «КАК МЫШИ КОТА ХОРОНИЛИ», только свечки в руках не хватает, его на такой хи-хи пробило. Лежал и ржал, понимая, что стоит могильная тишина, только его хохот слышен. Приподнявшись в гробе он понял, что находится в цирке шапито, только у клоунов с юмором проблемы или нет?.. Картина маслом открылась взору Алекса. И когда, и как так тихо, словно и топать все разом разучились, столько народу смогло просочиться в квартиру? Стоят его други и подруги с грустными минами на лицах, в руках веночки, цветочки гвоздики. И его пара стоит с самым скорбном видом. Вот точно всем им в массовках на похоронах сниматься, ни одного дубля не испортят. Интересно, кто такой организатор-шутник нашёлся? Но это выяснится по ходу. А так ведь весело получилось, старался же гад. И всё так умело организовал. Надо отдать должное. Алекс встал во весь рост в гробу и поклонился всем присутствующим со словами: — Спектакль окончен! Занавес! — Не-е-ет! — было ему дружным ответом, словно долго и усердно репетировали. — Впереди ещё поминки твои. «Поминки» проходили на ура. Все сыты, довольны, и самое главное — живы-здоровы. Алексу успели рассказать, кто был инициатором такой шутки над ним. Так что иногда она на себе ловила его взгляды, он делал хищное лицо — щурил глаза, подбирал губы до длины в сантиметр… волна холода поднималась от такого зрелища у женщины откуда-то снизу, заполняла грудь, сжимала горло. Её охватывала дрожь — как перед экзаменом, вот тогда она понимала, что пи@@ец котёнку — больше срать не будет, достанется котёнку, то есть ей, по первое число. Но он же сам хотел поминок, а мечты, мечты должны сбываться, «Газпром» так сказал. А пока, пока она компотик попивает.