Второй шанс

-Клэри, не переживай. Я уверен, что все наладится.- Саймон забрал у меня уже третью кружку какао и обнял.- Все с твоей мамой хорошо. Джослин сильная и здоровая женщина. — Спасибо, Сай.- я крепко обняла друга.- Иди, тебя Изи ждет. — Клэри, я не оставлю тебя в таком состоянии. — Все хорошо, Сай. Уже поздно, я спать пойду. Иди, на сеанс опоздаете. — Я напишу тебе, хорошо? — Саймон поцеловал меня в лоб и оставил на кухне. Саймон и Изабель еще не признавали того факта, что они почти встречаются, но от этого становилась чуточку веселее… Мама попала в аварию, ее машину протаранили на перекрестке. Боже, я боялась думать об этом… Алек играл с Максом в приставку в комнате Джейса, Мариза лежала на в шезлонге на улице и разговаривала со своим мужем Робертом по скайпу. В комнату мне идти не хотелось, так что я пошла в зал. Я просто лежала на диване, но мой взгляд привлек инструмент. Маме так нравится, когда я играю. Она всегда ложилась на диван и вслушивалась в ноты. Я села за инструмент и стала наигрывать незамысловатые мелодии моих любимых песен. Боже, от этого только хуже. Нет. Мне кажется, что я превращаюсь в истеричку! Ничего не хочется, кроме слез. Да, очень хочется плакать. Но от этого не лучше. От чего мне становилось лучше? Что я делаю, когда переживаю? Пральна. Я убираюсь. Сначала я вымыла все полы и пропылесосила. Это заняло пару часов. Было весело, когда я мыла пол в коридоре и прошла Мариза. — Милая, что ты делаешь? — Нуу, мою пол. Мне так спокойнее. — Ладно, Клэри, только не убирайся допоздна. Потом я заметила в зале книжные полки. Хм, на них ведь куча пыли… Вооружившись тряпкой, я поставила стул и залезла на него. Тааак, эх, не достою до стеночки. — Клэри, мать твою, Моргенштерн! Ты что творишь, скажи мне на милость?! — Джейс схватил меня за талию и спустил со стула. Я оказалась прижата к его рельефной груди спиной. — Пыль вытираю.- Я продемонстрировала ему тряпочку. — Ага, а заодно ломаю шею, падая со стула. Браво.- Он сердился, но руки с талии не убирал. — А тебе не все равно.- Теперь моя очередь злится.- Отпусти меня. Джейс, я серьезно! — Никуда я тебя не отпущу.- Он развернул меня лицом к себе. — Джейс, что у тебя с губой.- У него она была разбита. — Ничего страшного. Забей. — Он отвернулся, но я повернула его лицо. Моя рука лежала на его щеке, щетина покалывала руку. Он закатил глаза и сказал, что отец вкатал ему пощечину. А потом он посмотрел на меня. — Ты жалеешь? — О чем ты? — Ты поняла меня — Да, поняла. Он о той ночи. Хм, жалею ли я? Честно говоря, нет. Я много думала об этом, и испытывала множество чувств, какие угодно, но не жалость. Страсть-да, смущение-определено, сожаление-нет. — Нет, не жалею.- Прошептала я, смотря в его удивительные глаза— А ты? — Было бы о чем жалеть! — Он притянул меня ближе и поцеловал. Сначала это был самый невинный поцелуй из всех. Он так нежно коснулся моих губ, что я чуть не превратилась в лужицу у его ног! Черт, когда он целует меня, то все проблемы отходят на задний план. Весь мой маленький мирок концентрируется на его губах, на его языке, на его руках на моей талии. Джейс оторвался от моих губ и крепко обнял меня. — Как я рад, что ты дала нам второй шанс.

***

Через две недели отец позволил мне вернутся в Нью-Йорк. Конечно же Саймон поехал со мной. Отец сказал, что маме уже лучше, и что она хочет меня увидеть. Джейс помог мне собрать чемоданы. Через два дня я уже была дома. Перед поездкой в больницу, я зашла домой, кинула вещи, переоделась. Отец ждал меня в больнице. Мы вместе вошли в палату к маме. Она лежала на больничной койке, ни мониторов, ни капельниц, ничего. Только мама, накрытая тонким одеялом. Ее кожа была очень бледной, а грудь не вздымалась от дыхания. — Мама…- отец закрыл дверь, а я подошла к ней.- О боже, она не дышит. Я упала на колени перед кроватью. Нет! Нееет! Я не могу ее потерять, только не сейчас! — Мама! Маама! Почему она молчит, нет! Она не могла умереть! — Встань, Адель.- тон Валентина показался мне раздраженным, но мне все равно.- Немедленно. Я начала кричать и быть руками пол. НЕТ, прошу Вас. Только не мама, лучше уж отец! Только не Джослин и только не сейчас… Отец был в ярости. Он долго кричал на меня, влепил пощечину и оттащил от тела матери. В итоге, мне вкололи успокоительное и я уснула. А дальше все как в тумане: похороны, уборка квартиры и серые будни. Мои истерики, слезы, пропущенные вызовы, мамины фотки по телевизору. Сложнее всего было убирать ее вещи. Я сложила все ее кофточки и платья, и убрала в кладовку. Разгребла косметику. Хуже всего были фотографии. Саймон пытался утешить меня, вытащить куда-нибудь, но все тщетно. Я сидела дома. Кажется, это называют апатией. Валентин дома почти не появлялся, это стало огромным плюсом.

***

В июле я все же подготовила свое портфолио и пошла поддавать документы. Было очень страшно, особенно с утра. Я поднялась с кровати и посмотрела в зеркало. Боже мой: отекшие глаза, серый цвет лица, уставшие глаза, волосы ужасно выглядят, ужас! Первым делом в душ, затем завтрак, макияж и любимое платье с цветочным принтом. Туфли на платформе, сумку с работами и вперед. В Академии оказалось очень много народу. Я встретила нескольких знакомых, да и Саймон пришел. И вот, спустя три часа, настала моя очередь. Я вошла в помещение. — Здравствуйте.- Трое педагогов поздоровались со мной в ответ. Я выложила на стол восемь работ и папку с рисунками. Жюри придирчиво оценивали мои работы. Тут маловато цвета, тут немного четче стоило. -А это что? — женщина достала мой пейзаж.- Ты рисовала? — Конечно. — Меня смутил ее вопрос. — Такой работы я еще не видела. Прекрасно. Вы приняты. Моей радости не было предела! Боже, я поступила! Господи, мама бы мной гордилась… Мама… Да, она бы гордилась. Я с Саймоном и нашими друзьями вышли из студии. На улице начался мелкий дождь. Хорошо что я захватила курточку. — Ой, а кто это? — моя подруга Лорел показала на молодого человека. — Да быть того не может! — воскликнул Сайм. Он указал на высокого блондина, что оперся о столб и смотрел на нас. Когда он заметил меня, то встал прямо и пошел в мою сторону. — Я вам позвоню…- Девочки окликнули меня, но мне было все равно. Я пошла к Джейсу. Только сейчас я поняла, что не писала ему несколько недель! Боже, я просто дура! — Привет.- он мягко улыбнулся. — Привет… Джейс, я… Прости меня, если ты сможешь… Джейс рассмеялся и взял меня за щечки. — Дергунчик, я не злюсь. Ты потеряла маму, я все понимаю, милая. Я здесь, потому что я не сказал тебе самого главного. Того, что я действительно должен был тебе сказать. — Джейс, о чем ты? — я нахмурилась от его серьезного голоса. — Я люблю тебя, Клэри.