Маленькие хитрости в больших планах.

Гармония окружающего мира радовала глаза, уши и прочие органы вместе со всеми системами, отвечающими за мировосприятие и мироощущение человека. Всё было прекрасно. Расцветающее подобно первому робкому весеннему цветку утро лепесток за лепестком раскрывало бутон грядущего, одного из самых последних в этом году, солнечного, тёплого дня. Поместье Камелот нежилось в щекочущих золотых лучах. Сонная тишина многочисленных комнат и помещений, половина из которых официально не существовала, да и не могла бы вместиться в этот дом, успокаивала и будто бы нашёптывала расслабиться, подчиниться общему настроению и подольше понежиться в кровати. Гармоничный рисунок мягко текущей внутри жизни не нарушали редкие переговоры слуг, вздохи сонного Шерила, с утра пораньше уже зависшего над чрезвычайно важными документами, шатание по коридорам и тихое хихиканье только вернувшихся, не совсем понимающих происходящие Уз. И даже изъявленное Алленом Уолкером желание незамедлительно задержать Тикки и убить его тоже не нарушало общего положения дел. Это было прекрасное, ничем не омрачённое утро. Несмотря на общие законы природы, никто не жаловался и все радовались -хоть и каждый по-своему - наступлению нового дня. Нечасто такие великолепные, теплые дни бывают, когда осень уже полноценно вступила в свои права и вот уже несколько недель грозится разбросать по землям и весям белоснежное конфетти. Ну что там несколько разрушенных разбушевавшимся Алленом стен? В этом доме жили Нои и ничему подобному никто уже не удивлялся. В этом же доме проживал один экзорцист, и этот факт заставлял удивляться тому, что дом вообще до сих пор здесь стоит. — Я убью тебя, Тикки Микк!!! Шерил, вновь поморщившись из-за посаженой в середине документа кляксы, покосился в сторону старых настенных часов и убедился, что время уже подходит к девяти утра. Учитывая тот факт, что вчера Аллен при всех заявил, что ему встать нужно ещё в четыре, можно было предположить, что причины гнева юноши вполне понятны сразу всем. Он проспал. А судя по тому, что гнев его направлен на Тикки: либо Удовольствие Ноя оказался не в том месте не в то время, либо он и был почти во всём этом виноват. Шерил всё-таки склонялся ко второму варианту. Неожиданно наступившая тишина могла насторожить любого, наталкивая на мысль о свершившемся убийстве, но Камелот слишком хорошо знал этих двоих и особенно Тикки. Так что решил минут через пятнадцать спуститься вниз и попробовать перехватить эту парочку на выходе, чтобы удостовериться, что всё в порядке. Всё-таки иметь в доме экзорциста с чистой силой, которая запросто ломает двери и пробивает стены, было довольно накладно. И Алчность никак не мог решить, хорошо это или плохо, что Уолкера не будет здесь целую неделю. Ведь потом они после такой недолгой, вроде бы, разлуки встретятся, а достаточно один раз увидеть, как они встречаются после пары дней, проведённых отдельно друг от друга, чтобы начать опасаться. Необходимо было уже сейчас откладывать деньги на капитальный ремонт. А ещё лучше пригласить Аллена по возвращению прямиком в Ковчег. Тот восстанавливается не так просто, но и разрушается не от одного удара кулака. И заниматься этим придётся точно не ему. Есть другие Нои, и есть Граф, которому давно скучно, и который постоянно ноет в последнее время.. К тому же на неделе должна вернуться только вчера отбывшая Роад с этим самым Графом… Деньги на ремонт всё-таки понадобятся. Шерил снова покосился в сторону, из которой до этого раздавались страшные звуки ударов и криков, и, вновь ничего не услышав, кивнул самому себе, поднимаясь из-за стола. Дел у него почти не осталось. Впереди парочка заслуженных выходных, которые можно провести только для самого себя. Жаль, конечно, что Роад ещё нет, но, по крайней мере, можно побыть в тишине и покое, которого иногда так не хватало некоторым Ноям. Аллен Уолкер торопливо спустился вниз только через час. Взлохмаченный, с сырыми волосами, с возбуждённо сверкающими глазами он спускался по лестнице, нервно путая пуговицы плаща, никак не желающего застегнуться, и пытаясь натянуть высокое горло лёгкой кофты едва ли не на уши, очевидно прикрывая следы бурно проведённого времени. — Доброе утро, Аллен. Уолкер вздрогнул, едва не слетев с лестницы, но вовремя вновь поймал равновесие и, мило улыбнувшись, ответил: — Доброе утро, Шерил. Вроде и стал взрослее гораздо, а как улыбнётся, так всё ещё может притворяться самым добрым и замечательным мальчиком на свете. Вот только не было на свете Ноя, который бы не видел Тёмного Аллена, как его прозвали ещё у экзорцистов, а тот хоть был не таким уж кровожадным, никого не убивал фактически, не травмировал сильнее, чем того заслужили, но всё равно этот Тёмный Аллен был страшным. Потому что и месть у него была соответствующе страшная и жестокая. Взять хотя бы тот случай с беднягой учеником книжника, который остался на этой «должности» только благодаря тому, что Книжнику просто некогда уже искать замену. Сейчас главную беду рыжеволосого страдальца звали Линдой, ей было полтора года, и у неё был очень страшный дядя, которого боялся не только Лави, но и весь Чёрный Орден. Потому что в последнее время, особенно после рождения племянницы, он стал очень нервным и ещё более изобретательным. Шерил очень даже понимал, отчего Аллену не хочется возвращаться туда. — Тикки жив? Аллен в ответ только фыркнул и снова нервно дёрнул воротник. Сразу стало понятно, чем именно закончилась его ссора с Тикки. Уолкер повёл носом, принюхиваясь, и резко изменил направление движения, направившись к столу, на котором стояла вазочка с печеньем, захватив сразу всю вазочку. — До встречи! — попрощался юноша, оставив попытки застегнуть рабочий плащ, и отправился через свой Ковчег в Орден. Гармония вновь вернулась в поместье Камелот. Никаких больше криков, сцен ревности с обеих сторон и выяснений отношений на целую неделю. Останутся только самые обычные разборки и мелкое хулиганство, тяга к которому присуща всем членам семьи Ноя. Шерила беспокоил сейчас только Тикки. Тот мог пожелать нарушить договоренность и попытаться незаметно проникнуть в Орден. А за Алленом наверняка установят слежку и обнаружат это. Из всего этого вытекает, что обязанность задержать и заставить сидеть здесь смирно Тикки остаётся на плечах Шерила. А просто так Тикки сидеть не будет, прибудет Роад, которая тоже сходит с ума по Аллену, они наверняка начнут конфликтовать, потому что предмета их симпатии не будет на месте, где ему положено находиться... И спокойствия в этом доме тоже не будет. Хлопнула дверь, и через мгновение в коридоре раздался крик: — Где мой Теа? — Чего? — Шерил обернулся в сторону дверей, рассматривая заглянувшего взлохмаченного и явно чем-то сильно озабоченного Уолкера. — Где этот Ним? Шерил только развёл руками, а Аллен раздражённо хлопнув рукой по косяку, да так, что с потолка посыпалась известь, и попытался нормально сформулировать свой вопрос. — Где этот Тим, он должен знать, где Неа! — А зачем тебе Неа? — осторожно осведомился Алчность, а Аллен демонстративно подошёл к стене и начал биться об неё лбом. Затем вздохнул, выдохнул, кажется, шепотом пару раз попытался досчитать до какой-то цифры, но всё время сбивался на трёх или пяти и понял, что сейчас даже простой счёт является для него непосильной задачей. — Ты успокойся сначала и потом, подумав, задай вопрос, — посоветовал Шерил, но получил ответ в виде испепеляющего взгляда. — Мне нужен Неа… То есть мне нужен Тим… Шерил честно попытался не расхохотаться, наблюдая за тем, как парнишка пытается подобрать слова. Вроде бы уже девятнадцать лет, а такой ребенок, по сути, так забавно чешет макушку, усилено прикусывая губы. Интересно, как Тикки умудряется не чувствовать себя педофилом? — Мне нужен мой голем, его местоположение может знать Неа. Поэтому я хочу знать, где он сейчас! — наконец-то разобрался в хитром переплетении звуков, слов и смысла Аллен. — Неа должен быть в своей комнате. Его отправят обратно в Ковчег, когда вернётся Граф, и то если он будет в плохом настроении... Господин Тысячелетний снова даёт поблажку за поблажкой, — пробурчал себе под нос Шерил, — а откуда Неа должен знать, где твой голем? — Тим там же где и его голем. Они в последнее время постоянно вместе где-нибудь летают. — Тогда действительно стоит спросить у Неа, — согласился Шерил, — только вот я не понимаю, почему ты так мечешься здесь. Уходил, вроде бы, спокойно. — Ну, я ведь всё равно опоздал, поэтому считал, что лишние пару часов погоду не сделают и вполне можно сходить в душ, не сильно торопиться со сборами… — Тогда что за спешка с этим големом? — Потому что на сборы, завтрак, душ я могу потратить несколько часов максимум, а на поиски Тима — пару суток. И это средний показатель. Так что мне надо поспешить и узнать у Неа, где его голем. — Лучше бы ты остался здесь до завтра и невозмутимо заявил бы в Ордене, что перепутал числа. Они ведь, насколько я помню, ни разу не уточняли тебе, когда следует явиться, кроме одного письма неделю назад, ведь так? Аллен замер в дверях, помялся и тихо рассмеялся. — Не надо мне о таком. Это слишком заманчивое предложение, вдруг я соглашусь? Так что пойду я искать Неа. — Ну, наконец-то, Уолкер! В чём дело, ты должен был быть здесь ещё два часа назад! Да, да, да! Именно голос ругающегося Линка Аллен так желал услышать сразу же по прибытий в Орден. Но сейчас в его руках была вазочка с хрустящими крекерами, и ему было плевать на все остальные проблемы. — Я проспал, — произнёс он в перерыве между первым и вторым десятком печенья. К счастью он не забыл, что оставил вазочку прямо перед воротами в Ковчеге, и, когда вернулся второй раз после тщетных поисков запрятавшегося голема, смог захватить её с собой. Всё-таки он решил, что можно не завтракать, и отправился в Орден на голодный желудок, а это довольно вредно, особенно для экзорцистов с чистой силой паразитического типа. Если верить слухам, когда они голодны - начинают жрать всё вокруг, особенно то, что шевелится. А ещё предпочитает девственниц. Аллен никогда не понимал, как можно так спокойно выслушивать и верить всему, что разносят в Ордене. — Проспал? — Линк всё такой же правильный, замечательный и всё так же не привыкший к некоторым сумасшедшим реалиям Ордена, а потому Аллен объяснять ничего не стал. — Куда мне сейчас и зачем надо идти? — Отметиться у начальства. Ты что, не завтракал? — Линк кивнул на вазочку в руках Аллена. — А у меня был шанс? — намекая на недавнюю реплику, поинтересовался парень, обиженно нахмурившись. — Вечно ты какой-то неорганизованный. Можем сначала сходить в столовую, всё равно тебя уже, кажется, отчаялись сегодня увидеть в кабинете начальства. Вот, вроде бы, Линк не намного старше Аллена. Вроде бы, он весь из себя преданный своему начальству. А что получилось в итоге? Получилось, что Говард будто бы решил взять Уолкера под опеку и даже пару раз уже встречался с довольно агрессивным проявлением ревности Тикки, которому подобное внимание не нравилось. И к тому же Линк, как только в деле начинал конфигурировать Аллен, начинал частенько действовать в ущерб именно Ордену и начальству, вставая на сторону Аллена, представителем которого он будто бы стал в Ватикане. Уолкер точно теперь знал, что не ошибся с первой оценкой Линка. Ну не может быть плохим человек, который на первое знакомство приносит тебе вкуснейший пирог и предлагает тебе его так искренне! Пусть даже в те смутные времена он не так уж долго следил за Алленом, но юноша успел в нём хорошо разобраться. И когда начал вести с ним дела, касавшиеся заключения перемирия, понял, что всё не так плохо, как он представлял. В зале врат было пусто, и кроме них двоих никого не было. Видимо, сегодня никто никого не ждал, или центральный отдел временно закрыли от остальных, как во время больших проверок. И именно в это время Ордену понадобился Аллен. Неужели нельзя было выбрать момент получше? Юноша недоумевал, но пока был спокоен и почти доволен. И даже почти искренне недоумевал, как так получилось. Так что Аллен, воспользовавшись щедрым предложением встречающего, отправился в столовую. Не смотря на то, что время было не совсем подходящим, потому что завтрак уже прошёл, а до обеда ещё была пара часов, он точно знал, что у Джери всё равно найдётся для него что-нибудь вкусненькое. Так оно и оказалось. Повар сильнее прочих сокрушался, что Аллен проводит всё меньше времени в Ордене, и что он теряет такого едока. Аллен поспешил успокоить его обещанием, что будет появляться в Штабе хотя бы для того, чтобы поесть лучшую стряпню в мире. Джери был явно польщён. — Доброе утро, Аллен! — поприветствовала его неожиданно возникшая в дверях Линали. Девушка все-таки решила оставить себе короткую стрижку, и волосы теперь опускались лишь немного ниже линии подбородка. Зато молодой маме не приходилось тратить свои силы на уход за длинными волосами, думать о причёске, ведь теперь она не нуждалась даже в простых хвостах, которые раньше так любил её брат. — Привет, Ли! Всё так и отстригаешь волосы? — дружелюбно поздоровался Аллен. Хоть он и довольно часто видел Линали в последнее время, но она была, пожалуй, единственным членом Ордена, который его не раздражал. — Всё не хочешь отрастить как прежде? — Зачем, если ты и без того отлично справляешься с этой миссией за меня, — рассмеялась девушка в ответ, поднося руку к его волосам и пытаясь ухватить кончики. Аллен только тряхнул головой, уклоняясь, и подумал, что зря не успел сегодня после «ругани» с Тикки нормально причесаться и собрать волосы. Стоит только встретить его любимую маленькую принцессу, что одну, что другую, и его седые, и без того настрадавшиеся волосы подвергнутся жестокой пытке. А маленькие дети только на жестокие пытки и были способны, в этом Аллен был абсолютно уверен с тех самых пор, как в Ордене появились эти самые дети. Сначала родила-таки уже законная жена Кросса, да ещё и вместо обещанных двух целых трёх. Двух мальчиков и одну девочку. Так как Аллен всё-таки когда то был учеником Мариана Кросса и вообще работал на Орден, ему пришлось тащиться поздравлять счастливых родителей. В те времена Орден усилено потряхивало из-за открывшей правды о беременности Линали и свершившейся мести Аллена, а потому было очень неспокойно. Уолкер действительно опасался, что может случиться что-то нехорошее, если Комуи узнает, кто именно и чем напоил Лави и Линали, но ведь юноша думал, что они сразу вырубятся… А получилось совсем по-другому. Теперь Лави несколько дней в месяц обязательно проводил в Ордене, не смотря на свою работу. Книжник сказал, что иметь жену он вполне может, но работа для книжника всегда должна быть превыше всего, поэтому-то им и запрещается любить, ненавидеть и отвлекаться на сильные эмоции и чувства. Но Лави как обычно отличился. Он смог выжить и до сих пор проводил в Ордене, где его могли попытаться убить в любой момент, много времени. Комуи был опасен, не смотря на то, что, вроде, успокоился и теперь присматривал не только за выросшей сестрёнкой, но и за маленькой племянницей, которая активно пыталась изучать окружающий мир. И вообще Смотритель как обычно всячески увиливал от своих обязанностей, которых, как ни странно, не становилось меньше, не смотря на то, что акума осталось в мире совсем мало, и только те, что хорошо скрывались. Чистой силы в мире тоже осталось совсем немного. Точную цифру озвучить было невозможно, но не более десятка. В общем, за всей этой кутерьмой каким-то совершенно непонятным образом Аллен оказался любимчиком дочери Кросса. Ещё будучи младенцем, она сразу же успокаивалась у него на руках, хотя, как утверждала утомившаяся от постоянного ора мать, была самой непослушной и непоседливой. А потом родила и Линали, и оказалось, что все маленькие девочки превосходно чувствуют себя на руках у Аллена, при этом, не стесняясь пытаются засунуть в рот или просто намотать на пальчики его волосы для того, чтобы он наклонил голову, и они могли тыкнуть ему в понравившийся проклятый глаз. Один раз едва не выкололи, глаз выглядел довольно неприятно, весь красный, слегка опухший, и некоторое время почти не видел. Уолкер был уверен, что его орган зрения спасало только свойство постоянно восстанавливаться, которое некогда открыла для юноши Роад Камелот. Правда теперь, когда проклятие медленно, но верно сходило с его лица, тому казалось, что и восстановление глаза из любого состояния тоже скоро сойдёт на нет. Хорошо хоть к тому времени девочки подрастут и потеряют эту привычку. Матрона говорила, что многие дети интересуются глазами держащих их на руках людей, им просто интересно, что это там такое подвижное и моргающее, вот они и тыкают… А уж глаз в обрамлении шрама интересовал их вдвойне, и это тоже было понятно. Вот так Аллена втянули в работу няньки. А он почти и не протестовал, потому что, по крайней мере, менять пелёнки и обязательно кормить детей его никто не просил. Они с ним хорошо играли и засыпали… И внутри Уолкера каждый раз что-то ёкало, когда он видел, как нравится детям. Ведь сейчас, когда он решил навсегда (а теперь он был в этом уверен) связать себя и свою жизнь с Тикки, семья и дети для него стали недоступны. И с чего это, интересно, он вообще начал задумывать о своих детях, которых в принципе нет и, наверняка, такими темпами, не будет? Он же предпочитает мужчин, разве не так? За странными мыслями Аллен почти не заметил, как добрался вслед за Линком и улыбающейся, явно рвущейся рассказать что-то Линали к нужному кабинету. В кабинете Смотрителя их всё ещё ждали. Ждали все. Ждал сам Комуи, посапывающий где-то в груде непроверенных бумаг, ждал Ривер, обмахивающийся парой отчётов на манер веера, не оставляя попыток разбудить Смотрителя, ждал Рувелье, тоже какой-то сонный, и ждал некий Кардинал, которого Аллен, вроде бы, уже видел и встречался с ним. И выглядел этот Кардинал, как единственный бодрый и чему-то почти зловеще улыбающийся человек в этой комнате. — Уолкер! Ну, наконец-то! Где вы были? — тут же встрепенулся Ривер. — Проспал. — Проспали? И чем же вы занимались вчера, что проспали такой важный день! — Занимался сексом. И не только вчера. Вам завидно? — ничего не могло сегодня разрушить благодушный настрой Аллена. Ривер умолк. — Ах, да, Аллен, согласно протоколу ты должен доказать, что это ты активировав чистую ам… — Комуи широко зевнул и тряхнул головой, — силу активируй и начнём. — Чистая сила, активация! — демонстративно приказал Аллен. В кабинете повисла тишина, в которой отчётливо ощущалось нарастающее напряжение. Аллен сглотнул, ощущая неприятный комок в горле, и мысленно вновь повторил эту команду, взывая к Коронованному Клоуну… Чистая сила не активировалась. От автора: да, да, да! Я бяка, которая не может не впихнуть в свой фик Алена с не работающей чистой силой!! Наверное, мне просто нравится идея его беспомощности….