Especially those in which dragons eat princesses.

      Светловолосая девушка тихо мурлычет что-то себе под нос, пританцовывая у плиты, пока на ней во всю что-то кипит, готовится и жарится. Какой уже раз она пытается удивить и сделать приятное своему парню, с которым живет вот уже несколько лет? Он как всегда задерживается на работе, а она ждет его до глубокой ночи, игнорируя все его запреты и просьбы своего тела поспать хоть немного. Зачем она это делает? Не любя своего избранника, не желая его удовлетворить? Да чтобы не получить от него. Снова.       Девушка, у которой настроение на максимуме из-за того, что весь вечер она провела со своей лучшей подругой, начинает петь громче, доставая из духовки яблочный пирог, его любимый, и ставит на стол. Все почти готово - остальные блюда или приняли свое законное место возле десерта, или остывают на подоконнике, или стоят на печке из-за нехватки места на столе. Больше всего она боится, что он заметит отсутствие его любимого вина, что исчезло после их с Кристиной трапезы.       - Я дома, - слышится твердый голос и шаги на кухню. Девушка вздрагивает от страха, но быстро цепляет на лицо фальшивую улыбку, лишь бы парень ничего не понял, и матерится про себя из-за того, что не успела лишний раз почистить зубы.       - Милый, я на кухне! - кричит ему она, притворяясь, помешивает борщ. - Совсем чуть-чуть не успела к твоему приходу! - начинает щебетать она, обернувшись к своему парню, пытаясь определить, голоден ли он вообще или же эта ситуация вызовет у него приступ гнева.       Девушка некоторое время просто смотрит на опирающегося на косяк двери мужчину, который разглядывает ее, и боится поднять свой взгляд выше и посмотреть в темно-карие глаза своего сожителя. Да, она променяла темно-синие бездонные океаны, в которых души не чаяла, на эти кучки говна. Зачем? Да потому что иначе Тобиасу пришлось бы умереть. С самого начала дружба Эрика и Питера была странной и пугающей, но когда этим двоим удалось узнать секрет ее возлюбленного, ей пришлось переехать к Питеру, так как Эрику она не была нужна.       - Садись кушать, я испекла тебе твой любимый пирог! Сейчас борщ доварится, - улыбается она, пытаясь скрыть страх и перебить его плохой настрой, что у нее никогда не получалось, вновь переводя взгляд на плиту. - Как дела на работе?       - Почему ты ещё не спишь? - грозно спрашивает он, а девушка вновь вздрагивает, чуть не выронив половник из рук, и поднимает голову вверх, заметив опасный блеск у него в глазах. Он пьян. Смертельно. Причем смертельно не для него, а для нее.       - Н-но я…       - Быстро в спальню! - рявкает он, а сердце девушки стало биться сильнее от страха, что вновь и вновь зарождался в ее сердце, что уже билось, как сумасшедшее.       Что ей делать? А хуй знает. Бежать и как можно дальше. Но ничего сделать она не успевает. Питер моментально оказывается рядом и одним движением выводит девушку из строя, из-за чего она теряет равновесие. Но упасть для нее было бы слишком большой роскошью - сильная, мускулистая рука хватает ее за длинные волосы, вырывая несколько светлых прядей, поворачивая лицо к себе.       - Ты смеешь перечить мне? - Их глаза встречаются, и блондинка замирает, боясь завыть от боли, которую Питер ей причиняет.       - Пусти, - боязно произносит она, хватаясь за его руку и впиваясь в неё ногтями, готовая на все, лишь сбежать из этого дурдома.       Брюнет отдергивает ладонь и отталкивает девушку, она падает на пол. Парень даже не пытается ее поднять, лишь нанести как можно больше урона как и всегда, поэтому Беатрис не удивляется, когда ее щека стала пылать от боли после соприкосновения с его ладонью. Следующий удар прилетел в область почки, но уже ногой.       - Я не слышу ответа! - холодно выговаривает он, смотря на неё сверху вниз. Беатрис закрывает голову руками, но не боясь, что он начнет её бить, а пытаясь собрать все остатки своего самообладания в кулак. Она закусывает нижнюю губу, чтобы не заплакать. Если он увидит её слезы, будет только хуже. А ей просто хочется не опускаться до уровня тех шлюх, что он приводит домой через день, хоть и прекрасно понимает, что сама упала гораздо ниже. Она не только дает себя ебать, но и избивать, все также не имея права даже взглянуть на других парней, покорно убирая и приготавливая еду каждый день.       - Хорошо, поднимайся, я сейчас приду, - тихо произносит она, не поднимая головы, надеясь, что ему этого будет достаточно и Питер уйдет, оставив ее одну, но парню оказалось этого мало. Он грубо ставит ее на ноги ее и заглядывает просто в пепельно-голубые глаза, чтобы его слова нанесли максимальный урон.       - Быстро! - в очередной раз рявкает он. - Если спустя десять минут тебя не будет в спальне, я убью тебя, сука. Буду насиловать, пока твоя пизда не станет размером с вагину твоей ебаной подруги Кристины, - шипит он. - Шлюхи. Проститутки.       Беатрис не понимает, что она делает, когда со всей своей дури бьет его по щеке и отражает удар, когда он снова на нее замахивается. Девушка не реагирует на боль в ладони, от которой уже успела отвыкнуть, отталкивает парня от себя. Трис бросается к выходу, но ее сожитель успевает схватить ее за лодыжку и, воспользовавшись тем, что блондинка некоторое время лежит оглушенная, подсовывает к себе, рукой нащупывая нож на столе.       Одним ударом руки, что приходится ему в печень, девушка все-таки освобождается от нападающего, уворачивается от летящего в нее ножа и несется в прихожую, благодаря всех существующих и несуществующих Богов за то, что ее мышцы все же не забыли приемы, которым ее научил Четыре.       Девушка обувает первые попавшиеся под руку сапоги и накидывает на плечи теплое пальто, которому уже не меньше пяти лет - первый подарок ее первой любви. Она улыбается, подбодренная тем, что почти сбежала и что дверь оказывается открытой - это экономит ей не меньше пяти минут.

***

      Питер почти всегда задерживался на работе, если вообще приходил, но Трис ждала его с горячим ужином, который он, как правило, даже и не пробовал. По выходным он не просто приходил поздно, наоборот. Каждую субботу и воскресенье парень возвращался ровно в три часа ночи и всегда приходил из бара пьяным и орал на неё, бил и заставлял заниматься с ним сексом, или даже, точнее говоря, ебал против её воли. Он всегда был грубым, холодным и черствым, пусть Беатрис никогда не ждала от него другого. А она подчинялась ему, делала всё, что он скажет, а ночью рыдала в подушку, лишь бы он не видел её слез.       Почему она всё это терпела? Да потому что любила. Любила больше всего на свете. И терпела все мучения, избиения и крики. Ради него. Тобиаса. Когда несколько лет назад парень сделал ей предложение, она была на седьмом небе от счастья, но через пару дней пришли те, чья дружба всегда вызывала у нее подозрения. Условия были просты - Беатрис бросает Тобиаса и уходит к Питеру, а они не будут рассказывать Максу, что тот Дивергент.

***

      Слезы, что катятся по впалым бледным щекам, мешают обзору, но девушка почти переходит на бег и вскоре выходит на улицу, по которой можно дойти до дома Четыре. Больше всего сейчас она хочет уйти подальше от этой квартиры, подальше от него и всех проблем. Обнять любимого мужчину и прижаться к нему всем телом. Вместе они справятся. Они что-нибудь придумают. И почему она не сбежала раньше, а терпела его выходки и дурной характер?!       Он ведь не любит её, а живет с ней потому, что она готова на всё ради него: всегда готовит, убирается, не сопротивляется, когда он тащит её в спальню, а просто делает то, что велит он. У него множество девушек-любовниц, но он всё равно приходит к ней и порой выплескивает всю злость на Беатрис. Брюнет не видит сопротивления с её стороны, и это его бесит ещё больше.       Беатрис ускоряет шаг, но на каблуках очень неудобно идти. Не надо быть шибко умным, чтобы понять, что это говно притащил Питер. Ну, или очередная его шлюха забыла. Наверное, только тот факт, что по холодной мокрой дороге она выдержит босиком еще меньше, не дает ей снять обувь и наконец-то побежать полноценно.       Вдалеке появляются очертания домов - ее цель - и Беатрис, словно рыба, что снова увидела бурное течение реки после долгого времени, проведённого в аквариуме, снова набирает темп. Вот и он -дом, который Тобиас купил им как загородную дачу. Фактически, это часть Бесстрашия, но находится в лесу, тем самым укрывая эти милые постройки от всего городского шума и пыли. Конечно, Питер не захотел здесь жить, среди других людей, пусть и сам факт того, что он сможет каждый день проходить мимо своего побеждённого врага с его возлюбленной казался заманчивым, но в таком случае они могли встретиться, и она бы все ему рассказала. Поэтому они и стали жить в восьми километрах отсюда, где найти их было очень сложно.       Блондинка буквально вбивается в знакомую и родную дверь, которая оказывается закрытой, и со всех сил начинает молотить по ней, оставляя на поверхности царапины. Несколько минут она просто бьется в истерике, словно умалишенная, пока в панике не обшаривает карманы и не выуживает из них телефон, лихорадочно набирая до боли знакомый номер. Пи-и-и-ип. Пи-и-и-ип.       Где-то вдали раздался протяжный гул машины и звук ерзанья жесткой резины об асфальт. Крупные капли воды все с большей яростью начинают бить об землю, как будто бы пытаясь остановить, оттянуть время встречи двоих врагов. Девушка набирает парня еще раз, вжимаясь в дверь, услышав знакомый звук мотора машины. Она промокла насквозь, а с лица и волос струятся тяжелые капли. Холодно. Несильный ветер делает только хуже, задувая под пальто и заставляя блондинку скукожиться.       - Трис, быстро полезай в машину! - легковушка тормозит просто перед ее носом, заставляя сердце участить свое битье, но Беатрис снова нажимает кнопку вызова.       «Ну же, Тобиас, возьми трубку!»       - Нет! - она впивается ногтями в деревянные двери, сдирая с них краску, и снова проклинает себя, что не подумала, что Четыре все так же работает и живет в Бесстрашии.        - Посмела сбегать?! - гремит Питер, выходя из авто и хватая её за руку выше локтя, потянув на себя. - Да еще и как, - парень дотрагивается до носа, стирая с него остатки крови.       - Уйди, уйди от меня! - у Беатрис снова начинается истерика: она снова и снова вырывается из крепких рук, но из-за бесполезности своих действий рыдания становятся громче, а недавний психоз возвращается ещё с большей силой. - Ты чудовище! Я больше никогда к тебе не вернусь!       - А ну, повтори! - орет брюнет, сжимая до боли её руку, из которой выпадает белый телефон и ударяется об землю, но все равно автоматически продолжает набирать номер абонента. Ну и что, что уже далекая ночь? Их услышат люди. Должны. Теперь девушка страждет этого. Она примет любую помощь, только избавьте ее от этого кошмара. Беатрис просто хочет скрыться от него, чтобы никогда уже не встречать.       - Я говорю, что ты эгоист, думаешь только о себе! - Питер сжимает ее запястья одной рукой, чтобы она не смогла вырваться, а второй хватает девушку за шею. - Ты… Ты сволочь, мразь! Ненавижу! Ты сломал всю мою жизнь! - поток эмоций усиливается, и девушку уже не остановить, она вздрагивает всем телом, изредка всхлипывает. - Я каждый день ждала тебя с работы, готовила ужин! Скажи, Питер, сколько шалав и шлюх ты перетрахал? Сколько нужно было девушек, чтобы заменить меня?! Ты сделал это, чтобы насолить Тобиасу! Так хватит, нам же и так плохо! Неужели я свое не отработала?! - она смотрит в его глаза, которые абсолютно ничего не выражают. Ноль эмоций. - Почему, Питер? Почему ты не можешь отпустить меня? Я же тебе не…       Что стоит Питеру убить? Левой рукой захватить под подбородок, а правой - за затылочную часть, резко вывернуть, не жалея ни ее, ни своих сил.       Девушка падает на землю мертвая, а парень лишь толкает труп ногой.       - Алло, Эрик? - бурчит Питер. - Я убил ее. Да, шлюху эту… Да не ори ты! Она лежит на коврике у входной двери Четыре. - Мужчины одновременно смеются, и убийца медленно шагает к своей машине. - Ты представь, какая реакция будет у этого долбоеба, когда он сюда примчится. - Черный Феррари отъезжает и снова направляется в сторону Бесстрашия.       - Трис?! Беатрис, что случилось? Беа?! - испуганный и сонный голос Четыре на том конце линии - единственный звук в глухой тишине.

Не существует рыцарей на белом коне. Нет счастливого конца для всех. Иногда завершение сказки - это поминки. И это не странно. Но грустные истории куда поучительнее. Особенно такие, в которых драконы съедают принцесс, а в принц с конем рыдают на ее похоронах.