21.45

Стайлз прекрасно помнил, что произошло до его смерти. Зачем скрывать, будучи где-то между небом и землёй, омега видел, как Дерек убивает себя. И что скрывать, новоявленный призрак хотел, чтобы Дерек долго мучился, а потом сдох. И в тоже время, Стайлз желал всеми фибрами своей не упокоеной души, чтобы альфа как можно больше страдал, проживая свою убогую жизнь в пьянстве и осознании того, что сам свершил над собой суд. Лишился всего и виновен во всем этом. Как бы ни прискорбно это звучало, но Стайлз очерствел душой, вернее душа его стала черствой, как забытый на столе кусочек хлеба. Сначала дух парня витал в поисках Троя. Больше всего на свете Стайлз хотел увидеть своего ангела. Но сколько бы душа омеги не летала по свету, найти душу невинного ребёнка не получалось. А потом все закрутилось. Вернее его дух, словно спираль, стал кружиться в пространстве и, Стайлз понимал, что его втягивает прямо в ад. И если жизнь, дарованную заново можно считать адом, то он все же больше похож на рай. Стайлз был рад увидеть своего отца, обнять его. Похоже, Джон ни о чем не помнил. Будто и не было тех лет жизни, прожитых с Дереком. Может оно и к лучшему, что шериф ничего не помнит. Как ни странно, но Стайлз был рад увидеть опешившую рожу Хейла, когда они встретились. Стайлз был рад своей надменности, что он все сказал без дрожи в голосе и вообще, Дерек не вызвал в нем никаких чувств. Даже запах альфы больше не будоражит душу и сердце. Стайлз переболел. Но одно "но" мешало. Стилински не находил Троя. Его маленького сыночка нигде не было. Хотя, возможно, он еще не родился. Ибо его зачатие должно было произойти как раз через три дня и, если Стайлз не трахнется с Дереком, то Троя вообще не будет в его жизни. С одной стороны ныла гордость, мешающая пойти к Дереку, с другой — хотелось прикоснуться к своему малышу еще раз. Решение не заставило себя ждать. Уже вечером, когда омега вернулся домой, Дерек сидел в их с отцом гостиной и пил чай с Джоном. - А вот и мой сын, - сказал шериф. - Стайлз, я... Я прошу тебя, стань моим мужем, иначе, по закону, я буду обязан пойти в мэрию и сказать, что мы пара. - Дерек говорил это сбивчиво, очень волнуясь. Мужчина никогда не видел в глазах омеги столько злости и ненависти. Даже когда бил его тогда, еще до шанса всё исправить. - Хорошо, - спокойно, словно удав, удушающий кролика, ответил Стайлз, - но мы заключим брачный контракт, и, если хоть одно условие из него будет нарушено, я уйду от тебя, даже если понесу. - Я согласен на все, - Дерек стремительно преодолел расстояние между ним и омегой и, крепко-крепко обняв, прошептал: - я не повторю прошлых ошибок. - Зато я испорчу твою жизнь, как ты когда-то испортил мою, - прошипел Стайлз, опаляя ухо альфы своим дыханием. Дерек понял, что Стайлз все помнит и ему это не нравилось. Он не знал этого Стайлза. Казалось, будто все, что раньше копилось, в душе омеги вырвалось наружу, глубоко пряча его привычного мальчика, такого доброго и светлого. - Я докажу, что изменился, - парировал Дерек. После этой фразы Стайлз легонько оттолкнул Хейла и лучезарно улыбнулся отцу. - Папа, теперь я самый счастливый омега на свете, у меня есть пара. Шериф по-доброму улыбнулся и по-отечески обнял парней. Жаль, что он ничего не помнил, иначе бы и на метр не подпустил Дерека к сыну.

***

Не медлив и минуты, Стайлз потянул Дерека в ЗАГС. Истинные пары оформлялись сразу же, как приносили освидетельствование от врача об их совместимости. И кто бы сомневался, что у них будет стопроцентная совместимость, просто Дереку, чтобы понять это, пришлось пройти через ад. - Я хочу жить в той квартире, где ты меня бил, спать на той кровати, где ты трахал своих подстилок, где ты люто ненавидел меня и моего Троя. - Неожиданно сказал Стайлз, после регистрации их брака. - Нет, Стайлз, нет, прошу тебя, - взмолился Дерек, обращаясь уже к своему супругу. - Я не переживу этого ещё раз, не смогу ходить по этому дому, где тебя не стало. Мне больно даже думать об этом. - Ах, тебе больно, - в сердцах выкрикнул Стайлз, - а мне было не больно? Мы будем жить там и точка. Дерек понимал, что чем больнее ему будет, тем приятнее будет Стайлзу. Он сам прописал себе такую судьбу. Альфа обрек себя на вечные страдания сам. Своими собственными руками угробил свое счастье. И теперь только бог, а может дьявол, знает, что задумала копия, внешне так похожая на его мужа, а внутри, словно сгнившее яблоко.