Мы — семья!

До Хэллоуина оставалось ещё две недели, но Лисята уже вовсю продумывали план похода за конфетами и составляли список соседей, над которыми можно будет лучше всего подшутить и над которыми лучше этого не делать. Они оживлённо спорили на тему их праздничных костюмов, когда выходили из школы, где на парковке их уже ждал Виктор. Тот попытался незаметно выкинуть окурок, но сморщенные носики подсказывали, что у него не получилось. – Почему нас всегда забираешь ты? – спросил Луис, забираясь на заднее сиденье. – При распределении домашних обязанностей с Ти ваши тушки достались мне, – сказал альфа и глянул в зеркало заднего вида, откуда на него смотрели два озорных взгляда. Впрочем, сегодня Лисята выглядели спокойней обычного, что не могло не насторожить Вика. – Всё в порядке? – спросил он, развернувшись на водительском сидении. Близнецы переглянулись, поморгали друг другу глазками несколько секунд – только им одним известный язык переговоров – и Кайл в конце концов сознался: – Ску-у-у-учно. Скоро Хэллоуин, а у нас нет ни одной интересной идеи. – А можно услышать неинтересные? – альфа развернулся и завёл мотор. Близнецы принялись загибать пальцы, называя идеи шалостей над соседями, возможные варианты костюмов, попытки узнать адреса домов нелюбимых учителей и одноклассников. Виктор же только молча кивал и следил за дорогой, а Лисята понимали, что если бы Ти услышал про запрятанные на заднем дворе фейерверки*, или ночные тренировки Кота в костюме гигантского паука, или про то, как они уговорили мелкого бету на пару классов младше них – настоящего ботаника – забраться через окно (на втором этаже!) в директорский кабинет, соврав, что в личных файлах преподавателей есть ответы на все школьные тесты (даже психологические!), то старший брат верещал бы не хуже автомобильного гудка. Но Вику близнецы доверяли, поэтому не боялись рассказать даже самые рисковые затеи, и иногда альфа даже помогал некоторые из них осуществить. А ещё он учил точнее целиться по голубям из рогатки, незаметно пользоваться шпаргалками на контрольных и давать оплеухи потенциальным обидчикам. Как только троица завалилась домой, вместо долгожданного лежания на диване им был вручен поводок, на конце которого оказался заспанный Кот. Пёс явно не был готов к прогулке, но спорить не решался, а Вик предложил как раз прогуляться до того самого квартала, на который Лисята строили планы, пообещав: "Придумаем что-нибудь. Скучно не будет". Выбранная в качестве жертвы улица была одной из самых старых в этом пригороде, поэтому и контингент на ней жил соответствующий, а близнецов всегда забавляли трясущие клюкой в негодовании старики. Виктор же понимал, что с пожилыми горожанами шутки удаются не всегда, те слишком любят звонить в полицию, поэтому старался озвученные Лисятами задумки довести до состояния "идеального преступления", в котором, как всем известно, виновник остаётся безнаказанным. Но таких спорных проделок в арсенале омег было немного, в целом все шалости были достаточно безобидными: покрасить чей-нибудь фасад дома фосфорной краской или выставить самодельное чучело прямо у двери и убежать, нажав на звонок. За обсуждением планов прогулка прошла увлекательно, и пока Кайл с Виком спорили о том, как эффективнее привязать четыре фунта яблок к вековому дубу за одну ночь, Луис с Котом любовались красотой старых домиков Санта-Барбары. Вместо новомодного сайдинга большинство зданий хвастались наготой потемневшего от времени дерева, небольшими верандами с заманчиво раскачивающимися на ветру креслами-качалками, резными или выкованными флюгерами в виде животных на крышах. Из всего этого уюта и красоты резко выделялся один дом. Луис хотел побыстрее отвести взгляд от заброшенного особняка, но пёс, как назло, встал намертво и начал лихорадочно копать землю, моментально извазюкав в грязи золотистую шерсть на морде. – Бу! – гаркнул над ухом Кайл, заставив брата подскочить от страха, – Лу-трусишка, испугался привидения? – Ничего я не испугался, – моментально покраснел Луис и бросил взгляд на Виктора. – Привидений не существует, – уверенно пояснил альфа. – А вот и существуют, – возмутился Кайл. И дело было даже не в том, что ему нравилось подшучивать над доверчивым Луисом, а в том, что он и правда в них верил, – в Хэллоуин духов как раз можно встретить. Все знают, что в заброшенном доме на Роуз-стрит, – близнец кивнул в сторону таинственного дома, – живёт призрак Кровавого Мэри. – Кого? – скептически поморщился Вик. – Кровавый Мэри – похититель трусливых омежек. – Пойдемте отсюда, – вмешался второй близнец. – Луис, привидений не существует, – повторил альфа твёрдо, заметив беспокойный взгляд ребёнка. – О, кажется трусишка здесь не только Лу, да, Вики? – ухмыльнулся Кайл. Альфа закатил глаза от банальности издёвки, но проучить мальчишку захотелось ужасно. Ти, конечно, открутит ему голову, если узнает, что они нарушили закон, пробравшись на чужую собственность, однако дом и правда выглядел заброшенным и зловещим. И Виктор мог понять страх Луиса, учитывая богатство детского воображения. – Ну, пошли тогда познакомимся с Кровавым Мэри, – с вызовом предложил Вик. От такого предложения и Кайл немного струхнул, но включать заднюю не позволяла гордость, поэтому пришлось передёрнуть плечом и направиться к таинственному обиталищу призрака. Кот весело поскакал первым, зажав в зубах массивную палку, а Виктор, последовав за близнецом, почувствовал, как в руку ложится влажная ладошка, и легонько сжал её, подбадривая Луиса. Внутри оказалось слишком нестрашно: крыша давно прохудилась, поэтому света в полуразрушенных помещениях было предостаточно. У всех как-то сразу отлегло. Кайл тут же нашёл забытый, судя по всему, кем-то из предыдущих посетителей бейсбольный мяч, и метил им в расставленные по всему дому пустые банки из-под пива. Он прицелился в одну, стоящую на самой верхней ступеньке почти обвалившейся лестницы, хорошенько замахнулся, но не попал – мяч отрикошетил в стену. Послышался тихий шорох – краска отвалилась с места удара. Потом на стене проступила трещина от потолка до пола. Кайл нервно сглотнул, увидев, что от одной большой трещины тут же потянулись другие, штукатурка вперемешку с побелкой посыпались на пол, взметнувшись напоследок небольшим облачком. Последним обвалился давно прогнивший гипсокартон, и Вик с Луисом и Котом, оживлённо разглядывающие что-то в соседней комнате, услышали нечеловеческий крик. Как только они прибежали на звук, то увидели верещащего Кайла, стоявшего напротив дыры в стене, из которой торчал настоящий скелет. Эрик заканчивал свою третью за день чашку кофе, когда услышал по рации код, означающий неопознанное тело, и адрес. Он быстро ответил, что как раз поблизости, и направился на Роуз-стрит. На крыльце большого заброшенного дома сидели трое подростков с золотистым ретривером: альфа и двое омег-близняшек. – Если это какая-то шутка... – начал Эрик. – Если бы это была шутка, нас бы уже здесь не было, – перебил альфа ровным тоном, – офицер?.. – Мастерсон, – кивнул Эрик. В другой раз он бы возмутился на такое поведение в свой адрес, но от альфы не веяло наглостью, поэтому он достал блокнот и ручку и начал выслушивать показания юных очевидцев. Всё же в какой-то момент Эрику показалось, что над ним издеваются: омеги наперебой твердили о каком-то приведении, забирающем "трусливых омежек", хотя и делали это с небывалой искренностью. Но когда он вошёл в дом, то увидел причину паники – в стене был замурован, точнее теперь уже размурован, какой-то скелет. Эрик был уверен, что это, скорее всего, чья-то проделка перед Хэллоуином, поэтому везти его в участок моментально расхотелось – новые коллеги и так с нетерпением ждали, когда молодой офицер оступится. И привезти ложный труп из папье-маше было бы просто подарком со стороны Эрика. – А вы как тут оказались? – спросил наконец он, когда мальчишки по третьему кругу завели свою песню о таинственном духе. – Пёс увидел белку и побежал за ней, – невозмутимо соврал альфа. Омежки доверчиво льнули к старшему брату, и стало понято, кого он выгораживает. – Ну ясно, – поджал губы Эрик. – Вики, а Кровавый Мэри не придёт за нами? – спросил у альфы один из близняшек. – Нет, – кивнул тот и встретился взглядом с Эриком, – офицер Мастерсон сейчас заберёт его в полицейский участок, ведь так? – Так точно, – подыграл омега, – из полицейского участка не сбегало ещё ни одно приведение. Альфа одними губами сказал: "Спасибо", и вся троица поспешила убраться из злополучного квартала, как вдруг один из близнецов вернулся к Эрику. – Простите, господин полицейский, вот, – мальчик протянул какой-то предмет, и в руке Эрика оказалась щедро обслюнявленная кость, которую, судя по всему, успел украсть их пёс. Омега преодолел дикое желание поморщиться и, вместо этого, заставил себя улыбнуться. Только после того, как подростки скрылись из виду, он получше рассмотрел зажатую в кулаке кость и грязно выругался вслух – та оказалась настоящей. Омега уговорил капитана не высылать ему отряд судмедэкспертов из-за одного древнего трупа, поэтому он привёз его самостоятельно, отдал в лабораторию на проверку и успел позабыть о нём, погрузившись в текучку. Ближе к восьми вечера рабочая почта тренькнула отчётом по этому скелету, но Эрик так и не удосужился его открыть. Вик проснулся от того, что кто-то настойчиво теребил его за плечо. – Вики, проснись, мы должны раскрыть дело, – тихонько прошептал Луис над ухом завозившегося Вика. – Этим займётся тот офицер, – пробормотал альфа и поспешил перевернуться на другой бок. – Нет, ты не понимаешь, это знак, – продолжил уговаривать брата омега, – Кровавый Мэри поручил сделать это нам, ведь мы нашли его первыми. Ну, Вики, ты же знаешь, что приведения – это души, у которых остались на Земле незаконченные дела. – И какое же незаконченное дело у Кровавого Мэри? – поднялся на локте Виктор, – проучить омежку, который не даёт людям по ночам спать?! Так я с удовольствием сейчас же завершу это дело во имя духа Кровавого Мэри. – Ну неужели тебе ни капельки не интересно, как он оказался в стене? Ты же всё время читаешь свои детективы, так почему бы не поучаствовать в одном из них? – не отставал Луис. Виктор действительно любил читать детективы, даже сейчас на тумбе покоился томик знаменитого автора – Агата* Кристи. Близнец попал прямо в точку, сказав про загадочность всей ситуации. Конечно, в привидений альфа по-прежнему не верил, но вот в таинственные убийства – очень даже. – Отложим расследование до утра, – наконец согласился Вик и решительно уснул. Утро Виктор с Лисятами решили начать с похода в городской архив и узнать всё о заброшенном доме. Библиотекарь удивился такой небывалой активности в субботу утром, но покорно проводил юных исследователей к нужной картотеке. Формально дом всё ещё был в частном владении старинного аристократического рода, вот только по всем публичным бумагам эта династия перестала существовать ещё десять лет назад. Точнее последний владелец умер как раз в то время, не оставив после себя наследника. Его предками были богатые эмигранты, род которых тянулся ещё со времён Британских колоний на Диком Западе, и по мере ассимиляции ветви его отпадали из-за многочисленных браков, "портящих" родословную по меркам консервативной аристократии. Перелопатив кучу газет с упоминаниями нужной фамилии, ребята поняли: все, кто выходил замуж за простолюдинов или представителей других культур и религий, отлучались от семьи. Так что в конце концов всё сводилось к последней семейной паре – бездетной – будучи, по слухам, не слишком дальними кровными родственниками. Вот только по всем доступным источникам последним из этой пары доживал свой век альфа, но скончался он в одной из частных клиник, а его муж умер и того раньше – в психиатрической лечебнице, а никак не в стене их родового гнезда. И вообще, никаких подозрительных исчезновений у этого рода не нашлось, а также никого по имени Мэри. Разочарованию ребят не было предела, когда Вик, перечитав одну из газетных вырезок повнимательней, сверился с обычным справочником и сделал ошеломляющее заявление: – Дворецкий ещё жив. – Что? – выпучили глаза Лисята. – Да, – почесал затылок альфа, – ему за восемьдесят, и он живёт в доме престарелых на Сансет-авеню. – Мы должны его навестить, – нетерпеливо заёрзал Луис. – Просто так нас к нему не пустят, – заметил Вик. – Зато полицейского пустят, – сверкнул глазами Кайл. – Эй, Мастерсон, – услышал Эрик противный окрик Крамера и нехотя отвлёкся от экрана компьютера, – к тебе твои друзья пришли. Так как омега переехал в Санта-Барбару совсем недавно, то обзавестись друзьями ещё не успел, поэтому к реплике коллеги отнёсся с большой долей скепсиса, а уж когда увидел посетителей, понял, что это была всего лишь издёвка – за стойкой администратора его ждали вчерашние близняшки и всё тот же молоденький альфа, но на этот раз, слава богу, без пса. – Что вы выяснили? – начал с ходу один из омег, старший брат легонько пнул его, и тому пришлось добавить, – уважаемый господин полицейский. Эрик виновато почесал затылок, вспомнив, что совсем забыл про присланный отчёт, но виду решил не подать: – Это закрытая информация. – А мы знаем, кто убийца, – уверенно кивнул другой близнец. – Мы знаем? – тихо спросил того альфа. – Ну, ты же сам всегда говорил: убийца всегда дворецкий, – так же тихо ответил омега. – Чей убийца? – протёр глаза Эрик. – Кровавого Мэри, – ответили омеги в унисон. Офицер понял, что явно упускает что-то из разговора, но продолжать его на виду у любопытных коллег не хотелось, поэтому он быстро распечатал отчёт, не глядя захватил ключи от служебного авто на всякий случай и предложил всем сходить за порцией замороженного йогурта. – С чего вы вообще взяли, что дворецкий ещё способен что-то рассказать, ему же восемьдесят, он наверняка глубоко в маразме, – резонно заметил Эрик, уплетая очередную ложку десерта. История ребят показалась ему как минимум интересной, а как максимум правдоподобной, но уж больно ненадёжной из-за давности. – К тому же, – поддержал скепсис полицейского Вик, – не факт, что жертва вообще хоть как-то относится к этому семейству. Омега пролистал информацию от эксперта и, как бы ни хотелось согласиться с альфой, сказал: – Вряд ли, по оценке судмеда скелету около пятидесяти пяти лет, а значит, что поместили в стену его, когда... – Там жили последние владельцы, – кивнул Виктор. – Дворецкий по-любому что-то знает, – продолжал гнуть свою линию Кайл. – Ну ладно, – согласился в конце концов омега, – съезжу я к вашему дворецкому, но только без вас. – Не-е-ет, так не честно, – заканючили Лисята наперебой, моментально вызвав у Эрика мигрень. – И как ты с ними справляешься? – поморщился он от крика мальчишек прямо над ухом. – Ни в чём им не отказываю, – ухмыльнулся Виктор. Пришлось ехать всем вместе. Пока омега следил за дорогой, альфа на переднем сидении вслух читал результат экспертизы, чтобы собрать все улики воедино. – А что значит: "тазобедренные кости смещены в постродовом морфизме"? – спросил Луис, после очередного озвученного абзаца. – Это значит, что незадолго до смерти он родил, – пояснил краснеющий Эрик, пожалев, что поленился прочитать отчёт первым. В общем-то, там информации оказалось немного: омега, молодой, недавно родивший, причиной смерти было удушение. Большего выяснить от останков не удалось. Консьерж дома для престарелых попытался, как и предполагалось, не пустить ребят внутрь, но, увидев значок полицейского, нехотя проводил в нужную палату. Старик, с которым предстоял разговор, оказался не совсем в уме, потому что говорил о себе исключительно в третьем лице, однако память у него была отменная. – Как же Саша может не помнить своих любимых хозяев, – закивал головой дряхлый бета, когда Эрик назвал фамилию рода, – Сашин отец растил Хозяев с пелёнок, а Саша стал прислуживать им, когда они заключили брак. – Обоих сразу? – поднял бровь полицейский. – Конечно, – заверил бета, – Хозяева были кузенами. Омега ещё разок пожалел, что взял с собой четырнадцатилетних подростков, но те завороженно слушали, пропустив мимо ушей информацию об инцесте. – Саша многого на своей службе повидал, многим пожертвовал ради Мистеров, да вот только пережил обоих, – с горечью заметил он. – А только вы служили у Хозяев? – спросил тем временем Луис. – О, нет, ну что ты, мальчик мой, у Саши в подчинении было много прислуги. – А был кто-нибудь по имени Мэри? – сглотнул Кайл. Старик нахмурился, будто бы вспоминая, но потом замотал головой в отрицании, пальцы нервно сжались в кулаки. По всем признакам бета пытался утаить что-то, но надавить на такого подозреваемого у Эрика не получилось бы, не вызвав при этом сердечный приступ с летальным исходом. Омега разочарованно поднялся с неудобного стула, поблагодарил Сашу за разговор и попросил всех оставить пожилого человека – ребята на удивление послушно поднялись с подоконника. Все четверо уже были в дверях, когда Саша вдруг проскрипел: – Был. – Что вы сказали? – переспросил офицер и вернулся в палату. За ним бесшумно проследовали и остальные. – Был, – чуть громче повторил бета, – но лучше бы не было. Молоденький, смугленький замарашка, слишком симпатичный, чтобы драить полы всю жизнь. Маленький Хозяин, – так Саша называл, судя по всему, мужа-омегу, – сразу невзлюбил его. Он жутко завидовал красоте слуги, а как ревновал! Бросался с ножами на Мэри, ошпаривал, увольнял, вот только супруг его всё время возвращал того обратно в дом. А однажды Мэри пропал. Саша закончил, кусая иссушенные губы, все чувствовали, что было ещё что-то, но почти вековая преданность хозяевам не давала бете открыть всю правду. Вполне возможно, и Эрик это понимал, что Саша наверняка знал, кто убил Мэри, вполне возможно – это был один из Сашиных работодателей, а может быть и сам он это сделал по их просьбе. Однако сейчас это было уже не самым важным, самым важным было другое: – Что стало с его ребёнком? – спросил офицер. Губа старика задрожала: – Саше приказали от него избавиться. – И вы избавились? – Нет! – воскликнул бета, всхлипывая, – Саша сплоховал! Не выполнил приказ Хозяев. Саша положил младенца в корзину и отнёс в церковь. Мэри умолял Сашу, просил на коленях оставить ребёнка ему, но маленький Хозяин был непоколебим. Саша не смог утопить младенца, как ему было велено. Саша плохой слуга... На обратном пути в полицейской машине было необычайно тихо. Эрику хотелось побиться лбом о руль из-за своей глупой затеи привести детей к пособнику убийства. Всё-таки убить Саша вряд ли кого-нибудь смог, значит и смерть Мэри не его рук дело. Вик обмозговывал услышанное, Лисята снова перешли на свой собственный язык молчаливых гляделок. – Как прозаично, – подвёл итог наконец Кайл, – убийство из-за необоснованной ревности. – А что, если она была обоснованной, – чуть погодя сказал Вик. – Что ты имеешь в виду? – бросил на него быстрый взгляд Эрик. – У нас есть семейная пара, симпатичный слуга, потом у него появляется ребёнок и сразу после родов его убивают. Ну, то есть, я никого не осуждаю, но кто захочет спать с собственным кузеном? Другое дело молоденький услужливый мулат. – К чему ты клонишь? – К тому, что, возможно, у этого аристократического рода всё-таки есть наследник. Фиг с ним, с убийством, в конце концов ему уже больше полувека, но помимо убийства у нас есть ещё и анти-убийство: новая жизнь. – Хочешь, чтобы я нашёл этого наследника? – спросил омега. – Хочу, чтобы мы нашли, – ответил Вик. Четверо детективов спали той ночью из рук вон плохо, и если Виктор с Эриком возвращали себя к жизни с помощью отвратного кофе из автомата в полицейском участке, то Лисятам достался шоколад. – Ну и чего мы ждём? – спросил перемазавшийся от уха до уха Кайл. – Результатов поиска по ДНК-базе, – ответил полицейский и, порывшись в ящике рабочего стола, достал влажные салфетки, – надежда найти совпадение небольшая, – поморщился он и начал оттирать мордаху Кайла, пока Вик делал тоже самое с Луисом, – всё-таки ей только двадцать лет. Да и ДНК у нас есть только родительское, останков плода эксперт не нашёл. Так что повезёт, если найдем пятидесятипроцентное сходство, но я в этом сильно сомневаюсь. Мазок по-прежнему в большинстве случаев берётся только у преступников. Звук закончившегося поиска заставил омегу прерваться и нервно сглотнуть. Результат оказался ни одним из озвученных им вариантов. – Одно совпадение на двадцать пять процентов, – шокированно прочитал с экрана офицер. – Внук, – ахнул Виктор. – Ну и что он за преступник? – закономерно спросил Луис. – Он не преступник, – помотал головой Эрик, – он – сирота. Конечно, в полицейскую базу попадали не только правонарушители, но и социально незащищённые элементы общества, так как среди таких на преступление закона решались чаще, чем люди обеспеченные. Ещё когда Эрик учился в полицейской академии, то ходили слухи, что министерство заключило тайный договор с общественными организациями для обмена информацией, в том числе и базами с ДНК, но до сегодняшнего дня ему ещё ни разу не попадалось тому доказательство. С распечатанного личного дела на него смотрел совсем юный молодой человек по имени Мэрион, немного смуглый, но загар был не золотистым, как у европейцев, а бронзовым, как у латино-американцев. – Живёт в приюте Святого Лея, здесь же, в Санта-Барбаре, – вслух озвучил омега, читая с листа. – Знаю, что за приют, – нахмурился Виктор, – то есть, не конкретно этот, а про фонд Святого Лея. Их приюты построены по всей стране, и они не совсем для сирот, они для омег с маленькими детьми, которым больше некуда обратиться. Чаще всего это жертвы домашнего насилия или так называемые "граждане за чертой бедности", – на этих словах альфа поморщился, – но бывают и сироты, да. – А ты откуда знаешь об этом приюте? – ошарашенно спросил Эрик. – Винс какое-то время жил в таком, когда у него появился Роб. – Роб родной?! – воскликнули Лисята. – Кто такой Винс? – омега окончательно запутался. – Винс – это мой опекун и приёмный папочка Лисят, – пояснил альфа и вернул всех к нужной теме, – есть адрес этого приюта? Эрик кивнул и снял трубку с зазвонившего телефона. Ещё ночью предположение Вика о том, что неизвестный ребёнок, родившийся у убитого омеги, мог оказаться наследником древнего рода, заставило Эрика найти телефон клиники, в которой пожилой альфа скончался десять лет назад. Омега позвонил туда, и на удачу трубку снял молоденький практикант, которого несложно было уговорить, чтобы тот поискал личное дело умершего. Самым главным было получение, как нетрудно догадаться, всё того же образца ДНК. Конечно, это была строго конфиденциальная информация, но Эрику удалось убедить юного медбрата в том, что всё равно для официального подтверждения придется проводить сложную процедуру эксгумации, и его имя никогда не окажется в официальных отчётах, но он сильно поможет в расследовании и восстановлении справедливости. Омега покивал в трубку, продиктовал электронную почту и ещё раз поблагодарил собеседника на другом конце провода за содействие. – Погодите с адресом, – закусил губу омега, – сначала узнаем второго дедушку Мэриона. Он дрожащими руками копировал код из полученного письма – бедняжка практикант переписывал из бумажного архива длинный шифр всю ночь – чтобы сравнить с нужным образцом. А когда нажал кнопку анализа, то буквально затаил дыхание и, увидев результат, не смог сдержать широкой улыбки: – А вот теперь можем навестить нашего кровного наследника. Приют напоминал смесь детского сада и общественного центра, и нужный омега был найден без особого труда. Он сначала насторожился, узнав, что его ищет офицер полиции, но первые пятнадцать минут с ним разговаривали только перевозбуждённые Лисята: – ... А призрак твоего дедушки приказал нам найти тебя... – ... Хотя сначала он жутко напугал нас... – ... Чтобы сказать, что у тебя есть дом... – ... Но он в ужасном состоянии... – ... Мы поможем тебе отремонтировать его... – ... Наш брат – архитектор... Мальчишки рассказывали про пережитое за последние три дня приключение и остановились только после того, как выложили всё. Мэрион от такого потока похлопал глазками и, поудобней перехватив маленького сынишку на руках, недоумённо взглянул на Эрика. – Всё правда, – пожал плечами тот. Конечно, для того чтобы сделать всё официально, надо было собрать ещё очень много документов, открыть сначала уголовное дело, потом наследственное дело, подтвердить родство, но сначала надо было доставить напарников к родителям. – Палмер-Райт? – переспросил омега, остановившись перед большим двухэтажным домом. Ребята только кивнули. – А Тайлер один из ваших? – прищурился офицер. Ребята снова кивнули. Эрик задумчиво хмыкнул и попрощался со всеми тремя, отправившись обратно в участок. – Ой, Ти, это был лучший Хэллоуин за всю нашу жизнь, – мечтательно сказали Лисята встретившему их брату. – До него же ещё две недели, – почесал в затылке тот.