Impudent

Тусклый свет напрягал. Он всегда давил на меня, когда я проводил беседы, и внушал уверенность, когда допрашивал кого-то. Казалось бы, что за такой приличный срок работы в правоохранительных органах я должен был привыкнуть к нему и чувствовать себя в этой комнате для допросов, как рыба в воде, но нет. Я всегда чувствовал себя некомфортно, ведь от меня могла зависеть дальнейшая судьба человека, именно поэтому на меня здесь давило всё: стены, решётки на окнах, но особенно давил свет, которым, казалось бы, можно было свести с ума даже такого стойкого человека, как я. Однако сегодня он давил на меня по-особенному, так, как бывает только тогда, когда в стенах этого помещения появляется он. Обычно разговаривать со свидетелями или мелкими подозреваемыми приходится у меня в кабинете, но сегодня отчего-то захотелось почувствовать это неприятное напряжение. Он сидел и молчал, постукивая длинными ногтями по столу в ожидании моих слов. А я не знал, что могу сказать ему. Не знал, с чего начать. - Билл, - уверенно и твёрдо произношу его имя, понимая, что напряжение отступает, а на его место приходит более свойственная мне уверенность. - Хочешь сообщить мне о том, что меня посадят вместе с ними? – мальчик смотрел на меня невозмутимым взглядом, пережёвывая мятную жвачку, запах которой разнёсся по всей комнате. - Ты ведь прекрасно знаешь, что сажать тебя не за что. - Но это трудно доказать, не так ли? – он вопросительно приподнял проколотую и аккуратно подкрашенную бровь, бросая в меня свой острый взгляд. – А если мои дружки дадут ложные показания против меня, то на моей свободе можно будет поставить крест. - За дачу ложных показаний им только прибавят срок, ты ведь и сам это прекрасно знаешь, да и не в нашей компетенции брать показания лишь у кучки подозреваемых. - А с чего ты взял, что я действительно не имею к ним никакого отношения? - К ним-то ты отношение имеешь, а вот к их делу – нет, в этом я уверен на сто процентов. Билл хмыкнул. Он вёл себя непринуждённо, атмосфера вокруг и само осознание того, что он находится в местном отделении полиции, его никак не напрягали. Он был спокоен даже тогда, когда попал сюда в первый раз. Ему нечего бояться, ведь он не был причастен ни к одному делу, а даже если бы и был, то его отец, скорее всего, похлопотал бы над тем, чтобы его любимого сынка не запекли за решётку. - Тогда почему меня повязали вместе с ними? – меня всегда поражало его спокойствие, казалось, что этого парня невозможно сломать. - Потому что ты был с ними, во время спецоперации никто не стал бы выяснять, кто виновен, а кто просто под руку попался. - Так меня отпустят? Я вздохнул, складывая руки в замок и укладывая на них свою голову. С ним невозможно было разговаривать, он всегда норовил побыстрее закончить эту неприятную для многих, но вполне обычную для него процедуру, чтобы снова начать всё сначала. Каждый раз я пытался достучаться до него, но он был упёртый и ничего не слышал, лишь кивал головой, а потом, через месяц или два, вновь оказывался в моём кабинете с привычной для нас обоих мятной жвачкой во рту. - Послушай, Билл, - начал я, стараясь подобрать нужные для разговора слова, но был остановлен надменной улыбкой и насмешливым взглядом, который пробрал всего меня изнутри. - Снова будешь читать морали? - Ты хоть понимаешь, что однажды тебя действительно могут не отмазать?! – я поднялся со своего места и, сложив руки на груди, подошёл поближе к окну, опираясь о подоконник. – Ты слишком частый гость в нашем скромном заведении, скоро тебя даже слушать не станут. Да и может случиться такое, что меня не будет рядом, и кто тебе тогда поможет? Кто отмажет от всего этого? Он пожал плечами. Вот так вот просто пожал ими и, забросив ноги на столешницу, продолжал смотреть на меня невозмутимо спокойным взглядом. Я переживал за него. Я не знаю, когда это началось, но каждый раз, замечая Билла в коридоре нашего отделения, я понимал, что этот мальчишка снова куда-то вляпался. А он нагло пользовался мной. Да, я понимал это, но не мог пройти мимо, не мог поручить это дело кому-нибудь другому, ведь неизвестно, что с ним тогда будет. В тюрьме он пропадёт. Она сломает этого мальчишку, который считает, что ему всё по зубам. Это не так. С его притягательной внешностью и дерзкой манерой поведения невозможно остаться незамеченным, его будут домогаться, насиловать, унижать и бить по самому больному – по его самолюбию. Он не будет таким, как прежде. Я на сто процентов уверен, что он либо не выдержит и сойдёт с ума, либо покончит с собой, другого варианта не было, уж слишком нежным был этот на первый взгляд избалованный и самоуверенный ребёнок. Ясное дело, что я не мог допустить этого. - Почему ты не хочешь начать вести нормальную жизнь? - Мне кажется, что это ужасно скучно, - он надул пухлые губы, показывая этим всю свою неприязнь к выражению “нормальная жизнь”. - Ты ведь и не пробовал. - Трудно пробовать, когда ты уже целиком и полностью в этом дерьме. Это что-то вроде экстрима: ты понимаешь, что ходишь по краю, но это доставляет удовольствие. Хоть я и не занимаюсь ничем криминальным, но одна лишь мысль о том, что я как-то связан с этими людьми, заставляет кровь бурлить в жилах. Надеюсь, что ты понимаешь меня. - Да, но ведь нельзя же провести так всю жизнь! Тебе только девятнадцать, а ты уже постоянный гость у нас в отделении, мне кажется, что скоро тебе тут чай наливать начнут и пирожки приносить, пока ты сидишь под кабинетом и ждёшь своей очереди. - Было бы неплохо, обычно я очень голоден, когда снова попадаю к вам. - Билл, послушай меня, пожалуйста. Тебе не нужен этот криминальный мир, понимаешь? Он тебе ничего хорошего не принесёт, уж поверь мне. Я слишком много видел таких парней и девушек, которые точно так же, как и ты, ходили по краю, но ничем хорошим это не закончилось. Сейчас ты ни к чему не причастен, а потом сам не заметишь, как втянешься в это и начнёшь принимать участия во всяких грязных делах. - Знаешь, я всегда считал странным то, что ты печёшься обо мне больше, чем я сам. Удивительно, правда? Мы ведь с тобой даже не знакомы и пересекаемся лишь тогда, когда я попадаю в очередную передрягу. Так чего же ты так меня защищаешь? - Я просто не хочу, чтобы у ещё одного человека сломалась жизнь, пойми же ты. Билл снова хмыкнул, закусив нижнюю губу. Меня начинала выводить из себя вся эта ситуация, но он по-прежнему был спокоен. Я не знал, как достучаться до него, он был неприступен. Билл был чересчур самоуверен и избалован, он привык, что всё крутится вокруг него, этот мальчик не знает всей правды жизни, думает, что ему всё можно, что его не коснётся то, что касается тысячи таких же, как и он. Глупый. Глупый маленький ребёнок. И почему тебе не сидится на месте? Почему нельзя спокойно ходить в университет, общаться с друзьями, проводить время с семьёй и наслаждаться жизнью? Почему нужно всегда вляпываться во что-то нелегальное? В этот раз Билл попал к нам по серьёзной причине, которая неимоверно взбесила меня. Я не зря переживаю за него, ведь с каждым разом нарушения, в которых его обвиняют, становятся всё серьёзнее и серьёзнее. Сегодня мы накрыли большую банду крупных наркоторговцев, что являлись нашей целью уже несколько месяцев. Их было трудно выследить, но в этот раз все наши попытки увенчались успехом – дилеры были взяты, и каково же было моё удивление, когда среди них я увидел до боли знакомые и надменные глаза, смотрящие прямо вглубь твоей души. Билла невозможно было не узнать, уж слишком выделялся он на фоне всех обыкновенных и скучных людей, а его схожесть с представительницами прекрасного пола делала его ещё более запоминающимся субъектом для работников правоохранительных органов. Я был зол. Как же я был зол, когда понял, что этот мальчишка является одним из них, я готов был приложить его головой об стену, чтобы хоть как-то достучаться до него, но я не мог этого сделать, не мог поднять руку на это хрупкое создание. Билл не занимался продажей наркотиков, да и сам не употреблял, он, ко всему моему удивлению, даже не пробовал ни разу, что заставляло меня задумываться о наличии у него хоть каких-то рамок морали. Он был личной шлюхой главаря этих паршивцев. И это выводило из себя, я не хотел, чтобы Билл подкладывал себя под всяких отбросов, не имеющих ни капли гордости, ни какой-либо совести, но самого парня это никак не волновало. Его устраивал такой расклад. - Ларка посадят? – задал свой вопрос Билл, вытаскивая жвачку из своего рта и одним метким броском направляя её в урну. - Их всех посадят. - А меня все и не волнуют, - он пожал плечами и потянулся к моим сигаретам, которые всё это время лежали на столе. – Жаль, конечно, что его загребут, - с немного наигранной печалью произнёс Билл, поднося к губам зажженную сигарету. - Почему? - Он был хорош в постели, - Каулитц вновь пожал плечами, делая первую затяжку, и надменно посмотрел на меня, - теперь придётся искать себе какого-нибудь другого любовника. Я молчал. Мне не хотелось отвечать на эти слова, слишком сильно они задели меня, надавили на что-то, что покоилось где-то внутри. Нет, я не могу это назвать ревностью, скорее обидой, несправедливостью жизни или чем-то ещё. Глупо отрицать, что Билл симпатичен мне, да и не только мне, наверное. Он был юным, до безумия красивым и невероятно сексуальным, а его дерзость и неприступность вызывали дикое желание подчинить, перевоспитать этого блядского мальчишку, который лишь одним своим видом вызывает во мне противоречивые чувства. - Ты можешь быть свободен, мне нет смысла больше тебя задерживать, - подхожу к столу и начинаю собирать свои вещи, раскладывая необходимые для дела материалы по папкам и пряча пачку сигарет в свой портфель. Билл не шелохнулся, он продолжал молча докуривать сигарету, не отрывая от меня своего пронзительного взгляда. Я накинул на плечи пальто, собираясь как можно быстрее покинуть такую ненавистную для меня комнату, чтобы наконец оказаться у себя дома, где я смогу расслабиться и хоть немного избавиться от ненужных мыслей. - Мне сегодня негде ночевать, - проговорил мальчишка, когда я собирался надавить на ручку двери, выпуская себя из помещения. - Могу предложить тебе одну из наших самых комфортабельных камер, заодно, может, поймёшь, что тебе грозит, если ты не утихомиришь свой пыл. - Брось, Том, - он, судя по характерным звукам, затушил окурок об стол и выбросил его в мусорное ведро, после чего подошёл ко мне, становясь практически вплотную. Я стоял к нему спиной, но могу поспорить, что Билл улыбался, - ты же прекрасно понимаешь, что условия вашего заведения не прельщают меня перспективой проведения ночи здесь. - И что ты предлагаешь? Отвезти тебя к себе домой? - Всегда знал, что у копов отлично развита логика. Я молча открыл дверь и покинул комнату, слыша шаги за своей спиной. И дураку понятно, что отвертеться от Билла – задача нереальная, если он чего-то захотел, то он получит это, и его не будет волновать ничьё мнение по этому поводу. Таких редкостных сук, как он, мнение посторонних никогда не волнует. *** Моя квартира встретила нас привычной темнотой, которая всегда успокаивала меня и наталкивала на нужные мысли. В такой обстановке я всегда чувствовал себя спокойно и умиротворённо, мне было легко расслабиться после очередной тяжёлой смены, когда вокруг меня была лишь тишина и темнота. Каулитц стащил с себя ботинки и направился вглубь квартиры, даже не удосужившись спросить у меня, где здесь и что находится. Он обнаружился в моей комнате, стоял и рассматривал весь тот бардак, который здесь творился. - Прости, у меня немного неубрано, - виновато улыбаюсь, оглядывая все масштабы катастрофы: стол был завален разными папками, в которых находились необходимые для работы документы и материалы, на диване валялась рубашка, которую я планировал надеть сегодня утром, но позже обнаружил, что она грязная, а на низком подоконнике, где я частенько люблю сидеть, лежала недавно прочитанная мною книга. Вообще, я терпеть не могу беспорядок, но в последнее время накопилось столько дел, что ни времени, ни сил не оставалось на то, чтобы убрать это всё на свои места, а у женщины, которая обычно приходила ко мне и помогала с уборкой, был отпуск, поэтому приходилось ждать более подходящего момента для наведения порядка. - Ничего страшного. У тебя здесь красиво, - хмыкнув, проговорил Билл, окидывая взглядом наполовину прозрачный потолок, через который было видно множество звёзд, сияющих на небосводе, - я могу принять душ? - Да, конечно, - киваю и, подойдя к комоду, вытаскиваю из него чистое полотенце, протягивая его парню. - Спасибо. Билл скрылся в ванной, проход к которой находился прямо в спальне, а я присел на край кровати, обдумывая всё то, что произошло со мной за этот день. Поведение парня начало настораживать меня. Зачем ему ехать на ночь ко мне? У него есть собственная квартира и дом его родителей, так почему же ему вдруг негде стало ночевать? Это было странным, но и прогнать мальчишку я не мог. Во-первых, он всё равно никуда не уйдёт, на то он и Билл Каулитц, а во-вторых, я бы просто не смог выставить за дверь того, кто хоть немного мне симпатичен. И хоть идея с проведением ночи в моей квартире казалась наглой и глупой, я всё равно был рад, что этот любитель приключений на свою задницу сегодня будет спать у меня, а не подставлять зад очередному моральному уроду. Парень справился довольно быстро, уже через пятнадцать минут он стоял на пороге моей комнаты в одних боксёрах, что его, судя по всему, абсолютно не смущало. Я окинул взглядом это чересчур худое, но оттого не менее красивое тело и, тяжело сглотнув, встал со своего места, слегка отпихивая надменно улыбающегося мальчика в сторону и скрываясь в ванной. Эта картина была выше моих сил. В голове было слишком много мыслей. Я не знал, что мне делать. Осознание того, что у меня в квартире находится до безумия красивый мальчик с повадками первоклассной шлюхи, который мне, к тому же, довольно симпатичен, давило на меня и внушало страх. Я боялся, что наброшусь на него, если он хоть как-то начнёт показывать свою стервозную натуру. Билл возбуждал. Возбуждал так, что голова кружилась даже под прохладными струями воды, но я не имею на него права, как бы сильно он мне ни нравился. Его не привлекают такие, как я, да и зачем ещё совсем молодому девятнадцатилетнему парню связываться с полицейским, которому уже за тридцать? Глупость какая. Почему я вообще об этом думаю? Почему каждый раз, когда Билла заносит к нам в участок, я не могу спокойно заснуть на протяжении нескольких дней? Я не хочу думать о нём, не хочу беспокоиться о его сомнительном будущем, не хочу любой ценой вытаскивать его из каждой передряги, но моё нутро меня не слушает, оно делает всё, опираясь на чувства. Я вздохнул и, закрыв кран, шагнул на пушистый ковёр, обматывая бёдра полотенцем. Я настолько торопился сбежать от полуголого Билла, что забыл взять с собой чистые боксёры, вот чёрт. Глубоко вдыхаю и покидаю пределы ванной комнаты, направляясь в спальню, надеясь на то, что Билл действительно умный мальчик и смог сам найти одну из гостевых комнат. Но мои надежды не оправдались: первое, что я увидел, зайдя в комнату, - мальчишка, лежащий в моей постели, накрывшись лишь наполовину одеялом. Сука. - Билл, твою мать! – я не знаю, откуда взялась эта злость, но его наглость начинала до безумия бесить меня, я готов был разорвать его, лишь бы только не видеть это спокойное лицо. – В этой квартире два этажа и четыре, чёрт возьми, свободные комнаты, какого хрена ты решил пристроить свою задницу именно в моей кровати?! - У тебя здесь вид красивый, - он указал взглядом на стеклянный потолок и сложил руки на груди, глядя на меня надменными глазами. Я не отвечал, боясь сорваться окончательно, поэтому просто стоял, сжав руки в кулаки, и смотрел на это высокомерное создание, которое медленно поднялось с моей постели и направилось ко мне. - Ты слишком злой, - он аккуратно устроил свою руку у меня на плече, поглаживая обнажённую кожу, - тебе нужно расслабиться, - его ладонь медленно поползла вниз, оглаживая грудь и подбираясь к краю полотенца. Только не это. - Что ты делаешь? – перехватываю запястье парня, стараясь отстранить его от себя, наплевав на начавшее появляться возбуждение. - Брось, Том. У тебя тяжёлая работа, тебе не хватает толком времени на развлечения и у тебя нет никакой личной жизни. Как ты вообще стресс снимаешь? Дрочишь по ночам? - С чего ты взял, что у меня нет личной жизни? - У тебя на лице написано, что ещё чуть-чуть, и ты сдохнешь от спермотаксикоза, - парень хихикнул, снова расположив свою руку на моей груди и придвинувшись ко мне чуть ближе, - я могу тебе с этим помочь. - Тебе мало всех тех мужиков, под которых ты ложился всё это время? - Ну, Томми, - он надул свои губы и вплотную прижался ко мне, отчего у меня перехватило дыхание и резко пересохло во рту, - ты ведь их всех посадил, забыл? Иногда мне кажется, что ты просто ревнуешь. - Какая глупость. Находил бы ты себе нормальных парней, а не преступников, тогда бы их никто не сажал. - Сейчас я пытаюсь соблазнить нормального парня, но тебе это тоже не нравится. Определись уже, наконец! Я вздохнул и прикрыл глаза, ощущая на своей шее влажные поцелуи. Мне не стоит поддаваться на его провокации, ведь это вряд ли закончится чем-то хорошим, но я не могу совладать собой. Каулитц был слишком сексуальным и соблазнительным, а секса у меня действительно не было с тех пор, как я расстался со своим парнем два месяца назад. Моя работа на самом деле не всегда позволяет мне расслабиться и найти кого-то хотя бы на одну ночь, не говоря уже о человеке для постоянных отношений, поэтому я просто не мог отказать себе в удовольствии трахнуть этого до одури возбуждающего парня. Билл постепенно подталкивал меня к кровати, на ходу стараясь покрывать поцелуями всё, что попадается ему на пути. Он несильно толкнул меня в грудь, вынуждая сесть на кровать, а сам, поцеловав меня в губы, опустился на колени, заставив меня вымученно простонать лишь от одной мысли о том, что он сейчас собирается делать. Об этом я даже и мечтать не смел. Каулитц одним движением стащил с меня полотенце и облизался, обхватывая рукой мой уже полностью возбуждённый член. - Я всегда знал, что у тебя большой, - парень провёл остреньким ноготком от головки до самого основания и легко сжал в ладони яички. - Соси уже. Билл хмыкнул и, хищно посмотрев на меня, облизал головку, продолжая дразнить меня лишь незначительными действиями. В ответ на это я рыкнул и, схватив его за волосы, притянул ближе к своему паху, толкаясь вглубь призывно приоткрытого рта. Парень сразу принялся ритмично сосать и активно работать языком, оглаживая им каждый участок моей плоти, а прикосновения металлического шарика в его языке доставляли ещё больше удовольствия. Должен сказать, что Каулитц отсасывает отлично, это, пожалуй, лучший минет в моей жизни. Мальчишка брал на всю длину, проталкивая мой член в своё горло и сжимая его, доставляя мне массу приятных ощущений. Он засасывал яйца, параллельно активно работая своей рукой, и прикрывал глаза от наслаждения, что ещё больше заводило меня. Когда я кончил, он даже не отстранился от меня, проглатывая всё то, что выстрелило ему в горло. - Иди ко мне, - я полностью забрался на кровать и поманил к себе пошло улыбающегося парня, который сразу же впился поцелуем мне в губы, начиная активно работать языком у меня во рту. Я сжимал руками его хоть и маленькую, но довольно упругую задницу, которая, казалось бы, полностью помещалась в моих ладонях. Биллу это нравилось, он выпячивал зад сильнее и тёрся об мои руки, ёрзая при этом на моём паху. Каулитц отстранился от меня и быстро стянул с себя боксёры, отбрасывая их туда, где валялось моё полотенце. Он хотел снова наклониться ко мне для поцелуя, но я не дал, сжав руками его тонкую талию, желая полюбоваться видом худого и возбуждённого мальчика. - Встань в коленно-локтевую, - прошу его и наблюдаю за тем, как парень выполняет мою просьбу, в конце призывно вильнув задом. - Шлёпни меня, - тихо попросил он, уткнувшись всем лицом в подушку и начиная тереться попой о моё бедро, почувствовав, что я пристроился сзади. Я немного сомневался, стоит ли это делать, ведь я мог причинить ему слишком много боли, случайно не рассчитав силу, но Биллу это, судя по всему, нравилось, поэтому я отбросил все мысли в сторону и смачно шлёпнул парня по округлой ягодице, слыша в ответ лишь стон удовольствия. Я проделал это ещё несколько раз, глядя на то, как нежная кожа из бледно-молочного начала превращаться в ярко-бардовый цвет. Но мне не хотелось потерять над собой контроль, поэтому я, погладив напоследок две половинки, развёл их в стороны и наклонился к пульсирующей дырочке, начиная ласкать её языком. Билл громко стонал, стараясь сильнее насадиться на мой язык, который буквально трахал его, растягивая на удивления тугие стенки ануса. - Том, прошу тебя, хватит. - Как скажешь, - я пожал плечами и отстранился, погрузившись в него сразу тремя пальцами, чтобы окончательно убедиться, что он готов. Порвать мне его совершенно не хотелось. Я сделал довольно резкое движение, погружаясь сразу наполовину, и остановился, давая мальчишке привыкнуть, однако ему это было совершенно ненужно, поэтому он двинул бёдрами и насадился до самого конца, протяжно вскрикнув и сжав в руках одеяло. Внутри Билла было довольно узко, но это не помешало мне начать жёстко вколачиваться в его тело, слыша при этом пошлые шлепки и громкие стоны моего любовника, который пытался двигать бёдрами мне навстречу, но быстро сдался, осознав, что ему и так всё нравится. Я брал его быстро и грубо, сегодня мне хотелось именно так. С ним только так и хочется. - И почему ты такая шлюха, а? – выхожу из его тела и, хлопнув парня по ягодице, снова вхожу до конца, в точности попадая по простате, что отозвалось очередным стоном моего сегодняшнего любовника. - Тебе ведь это нравится, - он повернулся в мою сторону и снова вскрикнул, от удовольствия подкатив глаза, когда я совершил очередной толчок. После этого я понял, что хочу видеть его лицо. Выхожу из растянутого отверстия и переворачиваю парня, нависая над ним. Билл обхватил ногами мою талию и надавил стопами на поясницу, призывая меня снова войти в него, что я, собственно, и сделал. - Да, мне нравится, - киваю головой, вспомнив его недавнюю реплику, и утыкаюсь лбом в изгиб бледной шеи, млея от сладкого аромата его кожи, - но мне не нравится то, что тебя половина города перетрахала. - Давай не будем сейчас об этом, - обнимает меня за плечи и облизывает мочку моего уха, продолжая громко постанывать. Я не стал напрягать Билла разговорами, понимая, что это действительно не самое подходящее для них время, поэтому продолжил быстро двигать бёдрами, желая побыстрее довести метающегося подо мной мальчика до разрядки. Билла вело. Он стонал, царапал мою спину, целовал шею, вскрикивал мне на ухо и даже матерился. Было видно, что ему по кайфу та жёсткость, с которой я трахал его, хотя это неудивительно, с его-то богатым сексуальным опытом. - Том, - тихо проскулил он, почувствовав мою руку, опустившуюся на его член, - пожалуйста, я больше не могу. Вид напрягшегося и раскрасневшегося парня, который жадно хватал воздух ртом и громко выдыхал, стараясь не задохнуться от возбуждения, окончательно выбил из меня все мысли, и я, совсем озверев, забросил одну его ногу себе на плечо, начиная двигаться в сумасшедшем ритме, параллельно отдрачивая ему. Он кончил с громким стоном, прогнувшись до хруста в позвоночнике и с силой сжав в руках простыню, которая грозилась треснуть под давлением его рук. Я понимал, что мои движения сейчас не доставят ему никакого удовольствия, но всё равно продолжал двигаться, ощущая, что осталось ещё чуть-чуть. Я кончил вглубь его тела, обессилено падая сверху и ощущая, как меня обхватывают все конечности парня, который нежно поцеловал меня в плечо и уткнулся носом в мою шею. - Это был лучший секс в моей жизни, - шепчет мне на ухо и зарывается рукой в мои волосы, начиная ласково массировать кожу головы. - Надо же, а ты становишься милым и добрым, когда тебя удовлетворяют. - Угу, - Билл кивнул и устало выдохнул, толкнув меня в грудь, - давай спать, я устал. *** Нет ничего лучше, чем просыпаться поздним утром в свой выходной, ощущая на себе тяжесть чьего-то тёплого тела, которое бесстыдно устроилось на тебе, обдавая горячим дыханием кожу груди. Воспоминания о прошедшей ночи вызывали у меня противоречивые чувства: я был рад, что Билл всё-таки не обделил меня вниманием и сам спровоцировал меня на то, что, собственно, и произошло этой ночью, но другая часть меня боялась, что для парня это совершенно ничего не значит, просто секс без каких-либо обязательств. Скорее всего, так и есть, но внутри всё ещё продолжала таиться глупая надежда на то, что Каулитц в действительности окажется хорошим парнем, который хоть и ввязывается во всякие нелегальные дела, но всё равно остаётся здравомыслящим человеком, имеющим хоть какие-то ценности в жизни. Да, я знаю, что глупо на что-то надеяться, ведь за все тридцать два года я окончательно убедился в том, что чудес не бывает, но отчего-то хотелось верить в лучшее. Худое тело на мне зашевелилось, давая понять, что его обладатель вот-вот проснётся, а уже через несколько секунд на меня уставились большие сонные карие глаза. Должен признать, что Билл выглядел сейчас невероятно мило: растрёпанные чёрные волосы, торчащие в разные стороны, покрасневшие щёчки и слегка припухшие губы. Мне определённо нравилось то, что я видел перед собой. - Доброе утро, - охрипшим ото сна голосом проговорил мальчик, стараясь сфокусировать свой сонный взгляд на моём лице. - Доброе, - улыбаюсь ему в ответ, заправив за ухо чёрную прядку волос, которая спала Биллу на глаза, заставив его недовольно поморщиться. - Ой, прости, - совсем тихо прошептал он и громко хихикнул, погладив рукой мою шею. - Ты о чём? - Я тебе здесь засосы оставил… - Ничего страшного, - улыбаюсь и устраиваю свою ладонь на пояснице парня, заставив его блаженно прикрыть глаза, - Билл, я… Мне бы хотелось кое-что у тебя спросить… - решаюсь задать все интересующие вопросы, которые уж точно не дадут мне покоя в ближайшее время. - Хочешь узнать, что это было сегодня ночью? - Да. - Эх, Том, какой же ты глупый! Только такой дурак, как ты, мог не замечать того, что я уже чёртовы полтора года пытаюсь привлечь твоё внимание, а ты всё никак не ведёшься, продолжая читать мне морали о пользе законопослушного образа жизни. Мне это настолько надоело, что я решил перейти к более действенным способам. - Так ты… Стоп! Получается, что всё это время ты специально ввязывался во все эти передряги? - Неужели дошло? - насмешливо улыбается, поднимаясь и устраиваясь на моих бёдрах. – Я уж думал, что ты никогда не поймёшь. - Господи, Билл, ты совсем идиот? Это же опасно! - Да, но это стоило того. Парень тихо мурлыкнул и снова прижался ко мне всем телом, утыкаясь носом в грудь и обхватывая руками мои плечи. - Наверное, я сейчас должен тебе предложить встречаться… - глажу расслабленного парня по спине, млея от теплоты его тела. - Только попробуй этого не сделать, Трюмпер! – он приподнялся на локтях и грозно посмотрел на меня. – Я тогда убью кого-нибудь, чтобы меня посадили, и тогда ты от меня точно не отвяжешься!