Серединная история

Роланд еще раз сладко потянулся, разминая затекшие за ночь мышцы, он никак не мог привыкнуть, что спит не на твердой лежанке из соломы, как в Меджесе, а на мягкой перине. Но почему-то на мягком мышцы затекали больше. Также нестерпимо захотелось в туалет, Роланд аккуратно убрал свою руку из-под головы Сюзан, которая, похоже, использовала ее вместо подушки, сел в кровати. Напротив стояло большое овальное зеркало в резной раме из цельного куска дерева, и Роланд увидел в нем свое отражение: мускулистое тело, закаленное тренировками их строгого учителя: Корт не давал спуску свои ученикам, делая из них только лучших. Но ребята, по большей части, ненавидели учителя, а понимали всю необходимость такого метода только позже, когда знания, вложенные в их головы, и усилия — в натренированные тела, давали результаты. Молодое лицо обрамляли длинные темные волосы, Роланд решил не стричься после Меджиса, ему нравилась его нынешняя прическа. Ему было двадцать четыре, но пронзительно голубые глаза, что смотрели из зеркала, были глазами старика, повидавшего жизнь. Роланд улыбнулся себе, и лицо преобразилось, оно стало красивым и по годам юным. Накинув на себя длинную льняную рубаху ниже пояса и натянув штаны, сшитые из кожи буйвола, стрелок прошел к двери, там стояли его любимые сапоги из мягкой кожи, в них было удобно ходить, а если надо, то и скакать на лошади или драться, они не сковывали движений, и это особенно нравилось Роланду. Выходя из комнаты, Роланд еще раз кинул взгляд на кровать и девушку, которая в ней сладко спала. Он знал, что скоро он покинет все это, эта спокойная и счастливая жизнь не для него, стрелка звала башня. А в сердце засело желание отомстить человеку, хотя Роланд сомневался, что Рэндалл Флэгг человек. Скорее, он был демоном, который разрушил его жизнь, из-за которого умерла его мама. Аккуратно закрыв за собой массивную дверь своей комнаты, Роланд стал спускаться по винтовой лестнице, что вела в основную часть замка. Внизу к стрелку подошел один из рыцарей отца и, поклонившись, передал поручение: — Доброе утро, стрелок, вас ждет отец для очень важной беседы. — Спасибо. Я подойду через пару минут, — так же поклонился и Роланд, ему не нравилось ощущать себя принцем, он не был создан для трона. Но статус наследника вынуждал терпеть. Как и обещал, стрелок явился к отцу через пару минут, король был чем-то расстроен, это было видно по лицу: он хмурил брови, и между ними пролегла глубокая морщина. — Доброе утро, отец, вы звали меня? — подошел Роланд к трону. Король поднял глаза на сына, и стрелок увидел по ним, что отца что-то грызет изнутри. — Доброе утро, сын. Я хочу поговорить с тобой о твоем будущем, — печально вздохнул отец, и его лицо еще больше накрыла маска печали. — Я слушаю, — Роланд решил, что не станет пока делать поспешных выводов и заранее спорить с отцом. А просто выслушает его. — Сюзан мне рассказывала о твоих снах. Девочка беспокоится о тебе. Расскажи подробно, что тебе снится. Я хочу знать, что ты задумал, — попросил король, приглашая сына за круглый стол, выполненный из камня и рассчитанный на двенадцать человек, за этим столом собирались верные рыцари короля и обсуждали вместе с правителем государственные дела. Стол стоял посередине огромного тронного зала и занимал половину помещения. Роланд устроился за одним из стульев с высокой спинкой, на каждом стуле было вырезано имя рыцаря, что сидел на нем, но стрелок выбрал наугад. Король тоже поднялся с трона и, пройдя через зал, сел около сына. Всей своей позой показывая, что он готов слушать. — Эти сны, даже не сны, а видения, — Роланд старательно подбирал слова, чтобы донести до отца то, что ему самому стало понятно давно. — Еще в Меджесе, когда ко мне в руки попала сфера из радуги Мерлина, — он заметил, что выражение глаз короля поменялось, он стал смотреть более заботливо и с жалостью, так смотрит психиатр на душевно больного человека. Роланда разозлил этот взгляд, но он решил не показывать этого: — Я вижу поле роз, по центру которого возвышается башня из черного камня. И она зовет меня. Я больше не могу противиться и собираюсь отправиться на поиски. Пойми, отец, это мое Ка, — объяснил Роланд. — Я понимаю, что тебе многое пришлось пережить в Меджисе и потом, и все еще корю себя за то, что отправил вас туда. Но я хотел бы, чтобы ты подумал о семье и о спокойной жизни, — король увидел, что сын хочет возразить ему, и сделал жест рукой, останавливая его: — Дай мне договорить, а потом я выслушаю тебя, — попросил отец. Роланд опустил голову: он знал, что скажет отец, и решил выслушать его. — Роланд, ты мой единственный сын, наследник престола. Я понимаю, что мир сдвинулся с места и неизвестно, сколько просуществует наше королевство в связи с войнами, что постоянно вспыхивают в соседних государствах, думаю, и мы скоро начнем воевать с агрессором. И я хочу, чтобы вы с Сюзан поженились и ты увез ее далеко, и там пережили войну и вернулись бы домой, когда все закончится, и снова восстановили родное королевство, — король сделал паузу. — Но я вижу, что ты хочешь другого, и готов идти на компромисс, — теперь король закончил, он понимал, что если сыну запретить что-то, он сделает все наоборот, но если предложить компромисс, может быть, еще удастся чего-то от него добиться. — Отец, я выслушал тебя и понял. А теперь и ты послушай меня, я повторюсь, сейчас больше всего я хочу найти Темную Башню, я понимаю, что это может быть легендой, которую рассказывают старики, но я ее видел настолько явственно в «радуге Мерлина», что верю в ее существование, — Роланд поднял опущенные до этого глаза на отца, в них было какое-то непонятное сумасшествие, и было ясно, что Роланд все давно решил для себя и переубедить его невозможно. — Я отправляюсь на поиски своего Ка, и еще хочу найти и уничтожить человека. который погубил маму и пытался уничтожить королевство и тебя, — при этих словах Роланд сжал кулаки, а глаза его потемнели от ненависти. — Прости, отец, но это и есть цель моей жизни, мое будущее. — Это слова не мальчика, а мужа. Я благословляю тебя, потому что вижу, что если стану спорить, то испорчу отношения навеки и потеряю единственного сына, — грустно улыбнулся король, он гордился сыном, но как отцу ему совершенно не хотелось такого будущего для своего отпрыска, какое он себе нарисовал — погоню за фата-морганой, Темной Башней…