Серединная история

На рассвете следующего дня стрелок и Сюзан вышли из ворот замка. Роланд оставил записку отцу, бумага очень ценилась в тех краях, и поэтому стрелок использовал небольшой клаптик: «Отец, прости меня, я знаю, что моя упертость иногда граничит со здравым смыслом. Но я нашел цель в жизни и, как ты меня и учил, буду следовать ей». Роланд положил записку на стол в тронном зале и в последний раз не без грусти осмотрел комнату, в которой так любил играть в детстве, он представлял себя великим стрелком, Стивеном Дискейном. А потом враз повзрослел, сам став стрелком. – Как ты? – спросила Сюзан, когда они отошли от замка на значительное расcтояние, она видела, что Роланд расстроен, но в глазах его не было печали, а только желание достичь цели и готовность сделать это любой ценой. – Все хорошо, просто как-то грустно расставаться с прошлой жизнью, – улыбнулся он девушке. Вдруг Роланд прислушался, он сделал знак замолчать, и Сюзан тут же повиновалась. – Скорее, – приказал Роланд и показал, что надо спрятаться. Они укрылись за ближайшим деревом, стрелок достал револьверы и стал ждать. Не прошло и десяти минут, как с местом, где они прятались, поравнялся человек, он стал осматриваться по сторонам. А потом с его головы спал капюшон, и Роланд узнал незнакомца, это был Шими, он, по-видимому, преследовал их от самого замка. – Шими, черт возьми, что ты тут делаешь? – Роланд вышел из укрытия, пряча оружие. – Простите меня, сэи. Я хочу пойти с вами, – скорбно опустил голову парень. – Ты понимаешь, что это опасное путешествие? – злился Роланд: ему хватало Сюзан, за которую он отвечал головой, а теперь еще один балласт на его шею. – Но я захватил вам немного вещей, потому что уже холодает, а у вас ничего нет с собой, – не поднимая глаз, проговорил Шими. Роланд хотел еще что-то сказать, объяснить, что они взяли самое необходимое, а остальное можно приобрести в дороге, он хотел поругать, обидеть парня, чтобы тот вернулся в замок, пусть даже возненавидит стрелка, но зато останется жить. Тут он почувствовал нежное прикосновение к плечу, это Сюзан положила свою руку, успокаивая его и не давая наговорить глупостей, о которых он сам потом будет жалеть. Роланд повернулся к девушке, и она глазами показала, что сама поговорит с Шими. Стрелок тяжело вздохнул, но все-таки отступил на шаг, уступая любимой. Они шептались о чем-то, Роланд не вслушивался, стоял чуть в стороне и пинал носком сапога дорожную пыль и мелкие камешки, он надеялся на здравый ум любимой, что она понимает, что Шими будет мешать им в дороге. Но он, похоже, переоценил Сюзан. – Роланд, Шими пойдет с нами, он может таскать тяжести, выполнять мелкую работу. Да и что ему делать в замке, в чужом для него месте. Ведь там его удерживали только ты и я, – с мольбой в голосе попросила Сюзан, подойдя к Роланду и обняв его нежно сзади. Роланд тяжело вздохнул, поняв, что за него все решили и что он не может спорить с любимой. Но пообещал себе, что это в последний раз, он не позволит ей вить из себя веревки. – Хорошо, только слушать меня беспрекословно, – строго проговорил Роланд, ему надоело, что никто из его спутников не воспринимает поход всерьез, но он боялся, что когда поймут серьезность, будет поздно и кто-то из них поплатится жизнью. – Обещаю, – проговорила Сюзан и положила правую руку на сердце. – Обещаю, – повторил тот же жест и Шими. – Я проведу ритуал разделение кхефа сегодня, чтобы больше не возникало вопросов, – проговорил сердито Роланд и, развернувшись на каблуках, пошел дальше о дороге. Сюзан и Шими молча пошли за ним. – Не волнуйся, он отойдет, – проговорила тихо девушка, видя, что Шими очень расстроен, он по-своему любил и боялся стрелка и не хотел, чтобы тот злился на него. Она взяла парня за руку, а тот благодарно улыбнулся ей. День был жаркий, солнце высоко стояло в небе, выжигая весь окружающий мир в пепел. Было впечатление, что все вокруг вымерло: птицы не пели, трава была пожухлой и пыльной, воздух – тяжелым и сухим. Постоянно хотелось пить, но Роланд предупредил, что в такую жару много пить нельзя, от этого только будет хуже и не принесет желаемого облегчения. За день они прошли километров пять, жара не давала идти быстрее, и много сил уходило на то, чтобы хотя бы переставлять ноги. А дорога казалась бесконечно долгой... Вечером они остановились чуть поодаль от дороги, наконец-то наступила прохладная ночь, такие ночи бывают в августе, когда днем невозможно дышать, а ночью бывает достаточно холодно. И поэтому пришлось развести костер, Роланд послал Шими за хворостом, а сам стал готовить их маленький лагерь к ночлегу. Он срезал высокую траву и сделал из нее что-то наподобие лежанок для себя и Сюзан и с другой стороны будущего костра для Шими. Потом положил на траву плед и каждому по бурдюку с водой вместо подушки. Девушка с любопытством наблюдала за действиями любимого, она впитывала тот опыт путешественника, что был у него. Шими притащил целую охапку хвороста, он счастливо по-детски заулыбался, когда стрелок поблагодарил его. Когда все поужинали, Роланд налил три чашки воды и поставил одну напротив Сюзан, вторую напротив себя и третью напротив Шими. – Ты признаешь меня дином? – спросил он у Сюзан. – Да, Роланд признаю, – девушка стала серьезной как никогда. – Ты разделишь со мной кхеф и выпьешь эту воду? – Да, если ты хочешь, – ответила девушка, она знала, что разделив кхеф с Роландом, она признает его первенство и он таким образом становится лидером их маленького ка-тета. – Тогда пей, женщина-вассал, – приказал Роланд. – Сюзан покоробило, что ее назвали вассалом, но она выпила воду. Роланд опустился перед ней на колени и поцеловал в губы. – Я люблю тебя, Сюзан, – проговорил Роланд, после чего повернулся к Шими. Девушка ничего не смогла ответить, ее глаза наполнились слезами от трогательности ситуации. – Ты признаешь меня дином? – Да, Роланд, я признаю тебя дином, – Шими сильно побледнел, но, возможно, причина крылась в белом свете целующейся луны, что медленно выплыла на небосклоне. – Ты разделишь со мной кхеф и выпьешь эту воду? – С удовольствием, – ответил он и поднял с земли чашку. – Пей, вассал. Он выпил, не сводя серьезных карих глаз с его. Роланд сухо поцеловал его в губы. – Я люблю тебя, Роланд. – Я тоже люблю тебя. Роланд вытянул руки перед собой. Сюзан взялась за одну, Шими – за другую. – Мы – ка-тет, – сказал Роланд. – Мы – единство из множества. Мы разделили нашу воду, как разделяли нашу жизнь и наши поиски. Если один из нас падет, он не исчезнет, потому что мы едины, и никто не будет забыт, даже в смерти. После этого Роланд предложил всем ложится отдыхать, а сам сел возле костра, ему не спалось . Впервые в жизни он взял на себя ответственность быть дином, и теперь надо было не подвести их маленький ка-тет.