Апрельское Озеро

***

Это утро во всех определениях было существенно отличимо от любого другого утра. Александр медленно потянулся, заложил руки за голову и глубоко вздохнул. В спальне ещё витал сладкий запах любви, чем Алекс собственно и занимался пару часов назад со своей женой. Мужчина повернулся на левый бок и удовлетворённо выдохнул, увидев её рядом. Девушка лежала на спине, сложив руки на животе и сплетя пальцы. Глаза её были открыты. Ровное дыхание свидетельствовало о полном спокойствии; она думала о чём-то. – Привет, – Алекс улыбнулся и лёг удобнее, подперев левой рукой голову. – Привет. Элисон повернулась к нему, протянув руки, и он, сдёрнув с неё простынь, которая и так уже ничего не скрывала, прижал девушку к себе, наградив заодно долгим поцелуем в губы. Алексу нравилось ощущать её руки на своих плечах, и как она гладила пальцами его волосы. Он приподнялся над ней, желая только посмотреть на её милое лицо; поцеловал её блестящий носик и вдруг почувствовал, как Элисон снова обхватила его талию ногами, словно прося взять её или приглашая сделать это. Он решил помучить её, прежде чем удовлетворить их общее желание. Ласкал её пальцами и языком, пока она не застонала, вцепившись пальцами в кожу на его спине. – Ну пожалуйста! – Что «пожалуйста»? – Сделай это наконец! – Что «это»? – он хрипло засмеялся, выводя невидимые узоры на её животе длинными пальцами. – Говори конкретней, милая. – Ты и сам знаешь! Пожалуйста, я правда этого хочу! – она открыла глаза и посмотрела на него почти со злостью. – Или желаешь, чтобы я умоляла на коленях? – Стоя на коленях, ты можешь сделать и кое-что другое, – сказал он, не прекращая ласкать её и улыбаться. – Но не сейчас, этому я научу тебя позже. – А почему не сейчас? – Потому что ты не согласишься делать это при свете дня. У тебя ещё слишком мало опыта. – Значит, вот так? – она недовольно фыркнула, попытавшись столкнуть Алекса с себя, но он только крепче прижался к ней, втиснувшись между её ножек. – Позволь спросить, что с тобой? За несколько часов, и вдруг такая перемена. – Я не знаю, – Элисон насупилась, она не смотрела ему в лицо, а разглядывала уже почти зажившую рану на его плече. – Слишком многое случилось за последнее время. Я уже не знаю, что мне думать... – Насчёт чего? – Всего! Себя, своей семьи и тебя, в основном. Я больше не чувствую себя свободной. – Так бывает, когда связываешь себя с кем-то узами брака, а? – он тихо засмеялся, но она не переняла его насмешливого настроения. – Не в этом дело. Мне кажется... я никогда не была такой... бесстыжей, смелой и распутной. – Ты боишься этого, потому что никогда не пробовала сделать нечто подобное. И всё это не означает, что ты стала хуже. – Правда? Она посмотрела ему в глаза, и, когда Алекс нежно поцеловал её в лоб, то понял, что она почти расслабилась и уже не злилась на него. Он откинул пряди волос с её плеча, чтобы дотронуться до её кожи, и как можно убедительнее произнёс: – Однажды я сказал, что ты сама придёшь ко мне и сдашься, будто другие женщины, ещё до тебя, могли бы с тобой сравниться. Но тогда я ещё не догадывался, чем ты станешь для меня. Ты говоришь, что больше не чувствуешь себя свободной, но на самом деле я лишь помог тебе стать женщиной, коей ты и являешься. И это не я победил, а ты, поэтому я должен ощущать себя в западне. Я ни одной женщине не говорил, что люблю её так, как признался в этом сегодня. В конце концов, ты – моя жена, ты моя. Теперь я для тебя больше, чем мужчина, с которым ты проводишь время. Я – твой защитник, я ближе всех для тебя, и всё, чем мы занимаемся вместе – это правильно и замечательно. – Значит, если я просто хочу заниматься любовью, в этом нет ничего плохого? Александр засмеялся, изумлённый её наивностью. Вновь коснулся губами её губ, настойчиво раскрыл их и целовал, и целовал её, пока лишь хватало дыхания, пока хватало сил сдерживаться. Когда Элисон выгнулась под ним, он застонал и ещё раз успел исполнить её главное желание, прекратив утомляющие пытки. – Когда-нибудь, – сказал он, восстановив дыхание и положив голову ей на грудь, – ты скажешь, что любишь меня. Я подожду. Она ничего не успела ответить – в дверь кто-то настойчиво постучал. – Чёрт возьми, ну кого это несёт в такую рань? – Алекс уже собирался подняться, но Элисон настойчиво схватила его за руку. – Нет, пожалуйста, не открывай! – Надо узнать, что случилось. Нельзя просто так не открыть. – Конечно, можно! Просто надо притвориться, что нас здесь нет. – Нет, Элисон, только не сейчас. А если есть какие-то важные новости? Если нашёлся Сэм? – за дверью снова постучали; Александр поднял с пола штаны, быстро натянул их, подвязав поясом, и направился открывать дверь. – К тому же, кто-то наверняка слышал твои недавние крики. – И вовсе я не кричала, – пробубнила она, упрямо надув губки и натянув на себя простынь до подбородка. Алекс улыбнулся, обернувшись к ней, и, наконец, вышел из комнаты. – Не знал, что вы не один сегодня, – сказал его помощник ирландец, встретивший Алекса за дверью. – Тебе и необязательно это знать. Что стряслось? – У меня две новости... – Тогда начни с плохой. – Они обе плохие, к сожалению. Ну, по крайней мере, ни одна из них вам не понравится. Александр посмотрел на мужчину так, будто впервые его увидел, затем лишь вздохнул, устало потерев ладонью голые плечи. – Давай, выкладывай, что там у тебя. – Во-первых, мы нашли пса. Нашли по дороге в Рединг. – Спятить можно! – воскликнул Алекс, но, вспомнив, что Элисон может услышать их, перешёл на шёпот. – Это же чёрт знает где от Солсбери! Как он мог там оказаться? – Парни сказали, что в том направлении видели банду нашего уже покойного с ночи друга. Кажется, они возвращались в Лондон и прихватили вашего пса как... трофей, что ли. – Ясно. Ну и где Сэм сейчас? Ты привёл его? Ирландец ничего не ответил, только потупил взгляд и тихо прокашлялся. Александр сразу всё понял. Он от всей души выругался, отдышался и, решив не заострять на этом всё внимание, спросил: – Дальше что? Что ещё за расчудесную новость ты принёс? – Ваш отец ждёт вас в городе. Просил ехать срочно. Сейчас же. – Зачем это ещё? – Девчонка Стокеров просто взбесилась! Не знаю, какая муха её укусила, но недавно она нажаловалась папаше, что вы, мол, над ней надругались. Прямо на дне рождения её отца. И делали это раньше. Теперь папаша Стокеров рвёт и мечет. Вместе с дочерью чуть ли не целую историю придумали, как вы над ней издевались. Полиция знает всё, кроме вашего местонахождения, а то уже увели бы вас под руки. Поэтому ваш отец там, ждёт, когда вы приедете для разбирательства. Ибо этот богач не оставит всё вот так! – Дрянь! – выругался Алекс громко. – Шлюха, чёртова шлюха! Он не мог во всё это поверить. Маргарет, которую он когда-то знал, всегда была тихоней, гордой красавицей, которой позавидовала бы любая. А теперь, похоже, когда Алекс оставил её без внимания, ей взбрело в голову, что она сможет крутить им как пожелает. Александр прикинул, если её отец добьётся того, чтобы его посадили, то он попадёт именно во Флитскую тюрьму. А там больше двух десятков настоящих монстров, которых он когда-то поймал, пытал и отправил туда. Так что живым он никогда на свободу не выйдет. Нужно было срочно придумать нечто, что стало бы для него защитой, настоящим алиби. Чтобы выдать Маргарет за сумасшедшую или просто безумно влюблённую в него женщину, не сумевшую смириться с тем, что он женился. Он вспомнил, что провёл с ней всего две ночи: однажды в Лондоне, когда он после недолгих ухаживаний добился её расположения и совсем недавно в доме Стокеров. Вспомнил, как целовал её, и его даже затошнило. Он приказал ирландцу ждать его во дворе, а сам вернулся в спальню. Элисон стояла у постели, завернувшись в тонкое покрывало, и с грустью наблюдала, как её муж поспешно одевается. – Я должен отлучиться. Это займёт совсем немного времени, обещаю. Я скоро вернусь и тогда объясню, что произошло, хорошо? – Я всё слышала, – сказала она очень серьёзно. – И про Сэма тоже. Мне жаль. – Ты что, подслушивала?! – Да, подслушивала. Ты злишься? Не злись на меня, пожалуйста! Он что-то тихо ответил, но она так и не расслышала. Алекс сел на край постели, медленно провёл рукой по смятым простыням и подушкам. – Надеюсь, ты не поверила тому, что услышала. Я никогда не заставлял Маргарет спать со мной, и она была на всё согласна. То, что она наплела своему отцу – это больная фантазия. Ей обидно, что я вдруг оставил её. И я хочу, чтобы ты знала: я ничего к ней больше не чувствую, слышишь? Элисон кивнула, улыбнувшись уголками губ и подойдя к нему. – Я никогда по-настоящему не любил её. Просто она была... хорошей разминкой. Более недоступная, чем другие. А ты – всё для меня. И я хочу тебя даже сейчас, – он взял её руки в свои, притянул поближе и усадил к себе на колени. – Я разберусь с этой ситуацией сегодня, и мы снова будем вместе, ты согласна? – Мы и так вместе, – она коснулась губами его влажного лба и запустила пальцы в его взъерошенные волосы. – Я тоже поеду в город. – Нет, не надо. Останешься здесь с Джоэлем и Анной... – Я могу помочь! Я была в ту ночь в саду и всё видела. – Даже если ты расскажешь об этом, они найдут, как переврать правду. Решат, что в темноте ты не разглядела, как я её мучаю, – хмуро заключил Алекс, покачав головой. – Прошу, просто доверься мне. Позволь тоже поехать! Она легко уговорила его, и он сдался после первого же долгого поцелуя. Через час они приехали в город, который, как показалось Элисон, был хоть и беднее Лондона, но намного оживлённее. Она, наконец, успела разглядеть знаменитый Солсберийский собор и поняла, что красивей и величественней здания в Англии действительно больше не найти. Дом, где им предстояло встретиться с Ривзом старшим и Стокерами, больше напоминал обычное жилое здание, чем главную городскую резиденцию. Александр оставил ирландца вместе с Элисон перед огромной дубовой дверью одного из кабинетов, где проходила встреча, и долго не выходил оттуда. Ирландец всё время молчал, Элисон сидела рядом и беспокойно крутила обручальное кольцо на пальце. Она так и не услышала ни слова из-за толстых стен и двери. Ей оставалось только думать о том, что будет с ней, когда эта дверь откроется... Не меньше двух часов прошли, пока в коридор вышел худой джентльмен в строгом, чёрном костюме с листком бумаги и карандашом в руках. Он представился как мистер Кайзер, бросил недовольный взгляд в сторону ирландца. Когда тот отвернулся, сделав вид, что ничего тут не понимает и не слышит, Кайзер обратился к Элисон: – Миссис Ривз, я, как представитель не только вашего свёкра, но и многих других не менее важных персон нашего города, обязан был бы отвести вас в кабинет и попросить дать показания перед всеми, кто там находится. Но ваш муж категорически запретил мне делать это. Я никогда не видел, чтобы он так волновался! Но так как меня очень заинтересовало это дело, я очень хочу поговорить с вами прямо здесь, в обстановке, так сказать, непринуждённой. Элисон кивнула, сделавшись очень серьёзной, и Кайзер довольно улыбнулся. – Зная репутацию мисс Стокер и её характер, я не мог пройти мимо этого скандала. – Скандала? – девушка недовольно скривила губы. – Я думала, до такого не дойдёт... – Ну конечно, я просто неясно выразился! Это... дело, которому хочет дать огласку мистер Стокер, заметно может навредить вашему супругу. «А то я без вас этого не знаю!» – чуть было не сказала она вслух. – Всё, чего я хочу сейчас, это узнать, что вы делали и что видели в ночь на первое августа. – Весь вечер и всю ночь первого августа я провела вместе со своим мужем. – Миссис Ривз, вы уверены в этом? Он спросил это так, словно она только что отказалась от несколько тысяч фунтов, которые он ей предлагал. Элисон вздохнула и посмотрела Кайзеру в глаза: – Я абсолютно уверена, что ночью, первого августа, я всё время находилась рядом с Александром и ни на шаг не отходила от него. Мисс Стокер я не видела в тот вечер вообще. – А вы понимаете, что за ложные показания вас могут привлечь к суду? – Я говорю правду, – Элисон с такой силой сжала кулаки, что костяшки её пальцев побелели. – У нас есть парочка свидетелей, утверждающих, что они видели Маргарет Стокер вместе с вашим мужем в ту ночь. – Тогда они и врут. Она ощущала себя школьницей, врушкой, краснеющей перед преподавателем. Но она ещё до приезда сюда решила сочинить историю о том, что Алекс не отходил от неё в ту злополучную ночь ни на шаг. Она и сейчас не жалела, что солгала, лишь боялась, что обман этот внезапно раскроется. – Я знаю мисс Маргарет Стокер как довольно скандальную молодую особу, – покачал головой Кайзер. – Я предполагаю, что она могла оклеветать вашего мужа, ведь в своё время он добивался её руки и оставил эти попытки, так как она была непреклонна. Всё верно? – Да, верно. Я это знаю. – Очень мило, что ваш муж ничего от вас не скрывает, – улыбнулся он, и Элисон не понравилась эта странная ухмылочка на его бледном лице. В ту же минуту из кабинета вышел другой мужчина, и Элисон узнала в нём Уильяма Кэллиса. Она не подала виду, что взволнована, только на какие-то несколько секунд будто забыла, как дышать. Кэллис выглядел точно так же, как в ту ночь в доме Стокеров: элегантно одетый, подтянутый, высокий и красивый. Он грустно улыбнулся ей, и она с ужасом подумала, что было минуту назад там, за дверью. Рассказал ли он про то, что Александр был с Маргарет в саду? Какой был разговор между ним и её мужем сейчас? Друзья ли они, в конце концов? – Знаете, мистер Кэллис, миссис Ривз утверждает, что на том празднике ваш друг не отходил от неё ни на шаг. Вы готовы подтвердить её слова? – спросил Кайзер, улыбаясь. Элисон посмотрела Уильяму в глаза – глубокие и тёмные, как омут – мысленно умоляя его о помощи. Тот лишь коротко кивнул ей и незамедлительно отчеканил строгим тоном: – Да, так и есть. Александр был с ней всю ночь, пока мы не расстались и не разошлись по домам. – Что ж, друзья, – довольно протянул Кайзер и что-то отметил на бумаге карандашом. – Мистеру Стокеру долго придётся успокаивать свою дочь. А возможно, даже отправить её в монастырь... Желаю вам удачи! Он поцеловал руку Элисон, попрощался с Уильямом и вернулся в кабинет, закрыв за собой дверь. Девушка поднялась со скамьи, и хотела было уже поблагодарить Кэллиса, но тот лишь поднял руку, остановив её, и произнёс: – Не говори ничего, ладно? Я никогда бы не решил, что Алекс станет ревновать как какой-нибудь юнец. Он так смотрел... Я было подумал, что он убьёт меня прямо в том кабинете, но он был холоден и твёрд, как камень. Возможно, я и ошибался, и ты привыкнешь к нему, но запомни мои слова: с ним ты никогда не будешь в безопасности. Будь осторожна. И под пристальным взглядом ирландца, который, чуть что, был готов защитить Элисон, Кэллис учтиво кивнул ей на прощание и зашагал прочь по коридору. Девушка следила за его фигурой, пока двери главного входа не закрылись за ним. Ещё через полчаса из кабинета вышел Александр вместе со своим отцом, и Элисон на секунду заметила позади них Маргарет. Та сидела за широким столом и, кажется, плакала. – Твои слова и слова Кэллиса во многом нам помогли, – сказал Алекс жене без особой радости. – Зато какой риск! – заметил Ривз старший и получше запахнул свой длинный плащ. – Ты знаешь, девочка, что бывает за такое враньё? Я чего угодно ожидал от Кэллиса, но от тебя... – Она мне помогла, – резко оборвал его Алекс. – Наши слова против слов Стокеров. Я рад, что Кайзер, которого ты нанял, оказался настолько лоялен к нашей семье. – Мне кажется, что это наша юная спасительница произвела на него такое впечатление. Теперь она научилась скрывать правду совсем как её братец... – Хватит! Всё уже решилось. Самое главное теперь – это разобраться с парнями из Флита. Придётся уехать на время из Солсбери, надеюсь, ты со мной согласен. – А как иначе? – его отец недовольно хмыкнул. – Какие же в этой тюрьме идиоты, если не могут проследить за кучкой паршивых собак, чтобы они не сбежали! Для нас это проблема. – Для нас это огромная проблема, отец, и потому что я исполнял твои приказы, теперь мне и Элисон угрожают. – Я не заставляю тебя хвататься за оружие и встречать их на стене замка! – Вот и прекрасно, потому что я и Элисон едем в дом на Девоне. Мы пробудем там несколько дней, пока я не получу какие-либо новости. Именно поэтому я прошу забрать Джоэля и миссис Уоллес. Заберёшь? Отец и сын посмотрели друг другу в глаза, и Элисон стало как-то не по себе. Непонятно, страшно и тревожно. И всё-таки Ривз старший сдался, вздохнул и ответил: – Так и быть. На время они побудут у меня перед глазами. Под охраной. – Если я вернусь, и с Джоэлем что-то случится... Алекс не договорил. Он даже не мог озвучить своих самых страшных мыслей насчёт, а что, если... Его отец заверил, что всё будет хорошо, и после этих переговоров они расстались. – Какие-то люди тебе угрожают? – спросила Элисон у мужа по дороге в замок. – Да, очень плохие люди. – Поэтому нам надо уехать? А куда? – Это маленький дом на западе, в Девоншире. Он стоит в лесу рядом с рекой... Ты должна мне верить, хорошо? Элисон утвердительно кивнула, при этом не в силах выбросить из головы последние слова Уильяма Кэллиса. «С ним ты никогда не будешь в безопасности».