Золотая луна Лорда Волан-де-Морта

Как и замок, Хогсмид показался Гарри не таким, как обычно. Волшебники были одеты в донельзя старомодные наряды, многие ведьмы носили непривычные прилегающие к голове шляпки, а волшебники – все до одного - колпаки. Еще непривычнее была атмосфера в пабе, который оказался на месте "Трех Метел". Потерявшийся в своих мыслях, он по привычке зашел туда, не обратив по началу внимания на другую вывеску. Но то, что место это, скорее всего весьма специфическое, и не имеет ничего общего со знакомым Гарри заведением, стало понятно сразу. Ни в одном волшебном пабе, где он бывал, никогда не играла музыка, и уж тем более не было импровизированной сцены, на которой сейчас разместился волшебник с саксофоном. Гарри невольно заслушался умело исполняемой им джазовой композицией, но саксофонист уже, похоже, заканчивал свое выступление. Удивительно грациозно для своего не гармонирующего с инструментом колпака и длинной мантии, он откланялся и скрылся за небольшой дверью. Публики здесь было немного – все-таки утро. Гарри невольно подумал о том, что маглы никогда не стали бы устраивать концерты в такой час. Следующей объявили ведьму, которая, по словам низенького хозяина паба, в годы своего обучения в Хогвартсе всегда мечтала выступить здесь, в этом пабе. Готовясь слушать, Гарри, забыв про свою миссию, опустился на ближайший стул. Она появилась как ураган, совсем еще юная темнокожая девушка с аккуратной, коротко подстриженной головкой, в длинном платье и с горящими глазами. Гарри показалось, что все в пабе застыло, точно сговорившись предоставить незнакомке возможность нарушить всеобщее молчание. А она широко улыбалась, посылая зрителям радостные - с искоркой - взгляды. - Меня зовут Селестина Уорлок, – возвестила она внезапно. – Я спою песню, которую сочинила сама. И, не дожидаясь реакции, запела: Да, в моем котле полно горячей любви И кипит он из-за тебя! И никому его больше не заварить - Все заклинанья пропадают зря! Но ты не бойся, заходи глотнуть. Того, что у меня внутри, Любви горячей наш с тобой полон путь. И на огне котел кипит… Радостная ведьмочка словно рассылала своим голосом энергию, но у Гарри не получалось ее слушать. Как это нередко бывает с теми, чей мозг упорно отказывается предоставлять запрашиваемую информацию, он все выступление просидел, пытаясь вспомнить, где же раньше он слышал песню. Ответ пришел уже под самый конец выступления - ее слушала на Рождество миссис Уизли. И да - в котле полном горячей любви Нам хватит магии сполна… Девушка кланялась под дружные аплодисменты. Справедливо рассудив, что здесь сосредоточиться не удастся, Гарри собирался уже уйти, когда услышал язвительный комментарий "Для полукровки неплохо" брошенный кем-то из сидевших за ним зрителей. И глазам новоиспеченного профессора, машинально обернувшегося на смех, последовавший за этим заявлением, предстала небольшая компания. Многие из ее представителей, судя по мантиям, числились в учениках Хогвартса. Ребята не удостоили его ни каплей внимания, поливая стол пивом, и продолжая шумно обсуждать выступление. Но и среди них смеялись не все. Уже знакомое Гарри, на первый взгляд порожденное чьей-то нездоровой фантазией, вздумавшей смешать Беллатрису и палача лицо, похоже, вообще было не приспособлено это делать. Подруга устрашающей девушки тоже была здесь, в темно-красном пальто с острыми плечами и высокой рубашке под горло. Ничуть не беспокоясь течением беседы, она увлеченно красила губы. Прикинув сколько им может быть лет, Гарри Поттер пришел к выводу, что где-то пятнадцать. Не исключено, кстати, что здесь и прогульщики из его класса. Не явились вчера и не явились сегодня, ну чтож… Осенний Хогсмид, несмотря на отсутсвие снега, был местом не жарким. У Гарри же, как на зло, не было незаплатанного пальто. При всей его любви к профессору Люпину Гарри усвоил, как ученики относятся старой одежде на преподавателях, и предпочитал в общественных местах выглядеть как можно приличней. Посему профессор, одетый в легкую летнюю мантию, основательно окоченел, прежде чем обнаружил газеты. Они продавались в небольшом книжном. Магазинчик этот ютился сбоку от большой лавки со сладостями, выдавая своим не особенно удачным местоположением скромный достаток хозяина. Гарри попробовал было рассмотреть газету, что была на витрине, но, приблизившись, обнаружил, что тамошняя половина первой полосы настолько уже пожелтела, что была, должно быть, не менее чем двухлетней давности. Но небольшой плакатик прямо под старой газетной полосой обещал «Свежий пророк каждый день, леди и джентльмены», и Гарри, у которого не было ни кната, рискнул зайти внутрь. - Добрый день, - средних лет волшебник с достаточно одутловатым лицом окликнул Гарри прежде, чем тот успел сориентироваться в магазине. - Пришел посмотреть на газеты, - ответил Гарри, полагаясь на свою честность. Мужчина чуть нахмурился, от чего его лицо сделалось словно надувшимся от недовольства. - Просто посмотреть... – повторил он с легкой подозрительностью, какая бывает у не единожды обворованных клиентами навроде его собеседника – Может, что-то еще… - Да… - Гарри развел руками пытаясь вспомнить название хоть одного учебника. - Краткое руководство по экспериментальной магии Элфиаса Дожа. Я… Но мужчина прервал его смехом. В миг подозрительность куда-то пропала, а лицо сделалось удивительно дружелюбным. - Должен признаться, вы весьма быстро ослабили мою бдительность, - преодолев короткое расстояние между ним и посетителем, он подал руку Гарри, – сэр… - Поттер, - Гарри чуть озадаченно подал руку в ответ, - Гарри Поттер. - Элфиас Дож, – представился собеседник, едва заметно подмигивая. – Ну, что же, мистер Поттер, лелею надежду поговорить с вами об экспериментальной магии.