Встреча

Проснулся Гаияр от странных ощущений: он озяб. Только потом сообразил, что он лежит без одеяла. И без одежды. А окно открыто. Не до конца осознавая, что случилось, Гаияр попытался дотянуться до оружия и только потом сообразил, что он привязан к кровати странными веревками. Они блокировали магию. Причем были зафиксированы и руки над головой, и ноги. Гаияр, конечно, не был магом, но магия, хоть слабенькая, все равно была у него. И теперь даже эти крохи заблокированы. Поза, в которой его зафиксировали, да и то, что он голый, напрягало. Хотя веревки и были довольно длинными, свести вместе руки или ноги не получалось. Самое странное, в комнате никого не было. Только Гаияр так подумал, как в окно залез предполагаемый пленитель. Он даже рот приоткрыл от удивления: похитителем оказался студентик-блондинчик. Паренек с трудом перелез через подоконник, упал на пол и чертыхнулся. Быстро вскочил на ноги и принял томную позу, оперевшись рукой на стул. Попытка почти удалась, но вид у него был скорее нелепый: помешала листва, травинки и непонятный мусор во взъерошенных волосах и голые грязные ноги. Почему он босой? — Добрый вечер, ик, прекрасный незнакомец. Твои глаза пленили меня, ик. Я заметил, ты скучал там внизу и решил, ик, скрасить твое одиночество. — Чего? — Не нравится? А вы обычно, ик, же так подкатываете. Я думал, вы так говорите, ик, что вы сами поплывете, если вам так скажут, ик, — парень был искренне удивлен. Гаияр ничего не понимал: — Кто подкатывает? — Ну, вы, ик, настоящие мужики! И я тоже настоящий мужик! Самый настоящий! Чтобы там, ик, эта гадина Лаллия не трепала! И я могу быть ого-го каким активом, ик! Я им всем докажу! — эльф потряс кулачком, грозя неведомым «им». — Я не сомневаюсь, ты самый настоящий мужчина, а теперь развяжи меня. Это же ты меня связал? — Гаияр говорил мягко и тихо. С пьяными лучше не спорить. Тем более с пьяными магами-недоучками. Студент уже повязал его непонятными веревками, а что у него еще может быть в запасе, лучше даже не задумываться. И еще не задумываться о последней фразе насчет актива. Блондин пьяно захихикал. Даже в таком непотребном виде он был восхитительным, отметил Гаияр. Эльф игриво продолжил, подойдя к кровати совсем близко. — Да, это я связал тебя, ик. Тебе нравится? Хм, хотя, ик, нет, пока не нравится. Но я все исправлю, — и это пьяное недоразумение присело на кровать рядом с Гаияром, начало оглаживать его бока и елозить мокрыми губами по груди, продолжая икать. Сказать, что наемник не ожидал такого поворота — это ничего не сказать. Темный эльф решил, что паренек планирует опыт на нем какой провести или настой испытать. От магов-исследователей можно и не такое ожидать. Но он, получается, хочет, точнее, собирается трахнуть Гаияра? Его? Наемника крупнее себя и физически сильнее? С кучей шрамов? Такого интереса к своей заднице Гаияр не помнил с тех времен, когда был милым юным учеником. В те времена его соблазняли многие старшие товарищи. И Гаияр был совсем не против. На самом деле ему жутко нравилось, будто бы сдаваться под напором соблазнителя, покоряться ему. И Гаияр был готов продолжать эту игру в поддавки и дальше, но он вырос, возмужал, и уже ему самому все чаще приходилось выступать в роли коварного соблазнителя. А уж после того, как он проиграл в схватке с видоизмененной нежитью и обзавелся чудовищными шрамами, мечтать о том, что кто-то, а особенно симпатичный молоденький эльф, захочет уложить его на лопатки, было нелепо. Несколько лет назад, правда, был случай, когда они напились с другой группой наемников, и Гаияр провел жаркую ночку с одним бугаем именно в нижней позиции. Но мужик уж точно не гладил и не мусолил его соски. А наутро натянул штаны и поехал к жене. Так что Гаияру сейчас было интересно, что же дальше предпримет «насильник», хотя при желании он смог бы выкрутиться из этих веревок или просто не подпускать милашку к своему телу. Темный эльф он, в конце концов, или нет. Не зря говорят, что большую часть своих проблем они находят из-за своего просто-таки болезненного любопытства. Поэтому Гаияр решил посмотреть, чем все закончится. И если Боги не шутят, возможно, испытать забытые чувства. Хотя в этом он очень сомневался. Тем не менее реальной опасности от красавчика Гаияр не чувствовал. Блондинчик же, наконец, заметил, что «насилуемый» на его ласки не реагирует. Нахмурился, икнул и мудро заметил: — Не нравится, да? Ну не то, чтобы не нравится, но Гаияра не впечатлило. Было немного щекотно. И слюняво. — Чтобы понравилось, тебе нужно постараться, малявка! Показать, как? — Неееет. Я сам знаю, ик. Что ж, надо переходить к тяжелой артиллерии. Гаияр сохранял на лице выражение оскорбленной добродетели, внутри же у него все дрожало от предвкушения и желания, чтобы этот милашка осуществил задуманное. Он начинал возбуждаться от мысли, что такой миниатюрный и хрупкий любовник его поимеет. Может быть. Блондинчик времени не терял. Забрался на кровать, широко, насколько это позволяли путы, раздвигая ноги наемнику. Гаияр затаил дыхание. Парень облизал свои губы и накрыл хозяйство любовника своими руками с тонким длинными пальцами. Он принялся ласково поглаживать головку, ствол, изредка переключаясь на яички и постепенно усиливая силу «захвата». Гаияр почувствовал, как член начал радостно отзываться на такие умелые и нежные ласки. Какой старательный паренек. От продажных шлюх такого не дождешься, хотя к ним у Гаияра никогда не было претензий. Он расслабился, отдаваясь наслаждению. Боги, как же приятно. Он зыркнул на паренька. Блондинчик напряженно сопел, закусив нижнюю губку, но ласки не прекращал. И радостно хмыкнул, когда почувствовал отдачу. Затем посмотрел на Гияра, особенно пошло облизнулся, икнул и, видимо, приступил к той самой «тяжелой артиллерии». Язычок у любовника оказался также на редкость умелым, а губы мягкими. Гаияр с трудом сдерживал стоны. Таиэль довольно взглянул на наемника, тот слегка вздрагивал и тяжело вздыхал. Светлый не сомневался в своих навыках, главное незаметно подкрасться к заднице. Интересно, получится ли заглотить это богатство до конца? У прошлого его любовника хозяйство было не такое солидное. Гаияр, задержав дыхание, наблюдал, как паренек медленно насаживается на его член. Да уж, такими навыками обладали только элитные куртизанки. Он смог вздохнуть только когда носик светлого уперся ему в пах. А потом случилось неожиданное — он снова икнул. Боги, у Гаияра даже мыслей никаких не осталось, и он все-таки не выдержал и громко застонал. «Надо же, какой неожиданный эффект, оказывается, у икания», — думал Таиэль, выпуская член изо рта, но тут же продолжая вновь облизывать головку. Руками он уже себе не помогал, доставая из кармана баночку со смазкой, и потихоньку открывая. Темный даже и не дернулся, когда Таиэль ввел первый палец. Ну, это и не удивительно, он опять повторил свой трюк с глубоким заглатыванием, а второй рукой гладил все, до чего мог дотянуться. Все-таки его навыки минета на высоте. Можно поблагодарить бывшего любовника за науку. Наемник не сопротивлялся, и когда Таиэль ввел второй и третий пальцы. Он чувствовал, что и сам завелся от предвкушения, что вскоре отымеет это шикарное тело. Таиэль теперь не переживал, что пленник начнет брыкаться и вырываться. Нет, с таким выражением лица и стояком это невозможно сделать. Гаияру делали самый шикарный минет в его жизни. Где светлый этому научился? Он чувствовал, что разрядка близка, вот еще чуть-чуть... Но блондинчик вдруг с пошлым хлюпающим звуком выпустил его член из рта. — Еще рано, детка, — и слегка перехватил член у самого основания, а затем принялся губами прокладывать дорожку к соскам Гаияра. Икать он перестал. Теперь прикосновения совершенно отличались от того, что было вначале. Светлый проводил розовым язычком по его шрамам. Они его совершенно не смущали, а казалось, наоборот, привлекают. А уж когда губы наконец-таки накрыли сосок, Гаияр снова застонал и, не отдавая себе отчета, начал двигать бедрами. — Пожалуйста... Белобрысый чертенок оторвался от соска и самодовольно уставился на Гаияра. — Что «пожалуйста»? — и спустил руку с члена на яички и принялся мять их, слегка оттягивая. Гаияр, кажется, даже всхлипнул. Вот позорище-то какое! — Я не понимаю, что ты хочешь? Говори внятнее, детка. — Вставь уже мне, хватит мять мои яйца. — Ты плохо просишь. А как же хорошие манеры? — Таиэль не мог понять, зачем он мучает мужика, хотя сам бы уже с радостью выполнил просьбу. Но вместо этого он, вообще, убрал руки от паха темного, и навалился всем весом на распластанное тело, потираясь. По бокам от него оказались слегка согнутые, насколько позволяли путы, темные длинные ноги. Просто чудесные стройные ноги, надо отметить. На левом бедре Таиэль заметил еще шрамы. Ах, надо бы и их тоже поцеловать. — Светлый господин, возьмите меня, молю вас, — Таиэль аж поперхнулся. Наемник томно смотрел на него, прикусив губу. — Ну раз ты так просишь, — и Талиэль одним плавным движением вошел в темного. Гаияр со стоном откинулся на подушки. Что этот шельмец с ним делает? Может, это магия какая? Не может же быть настолько хорошо от того, что тебя имеют в зад. Гаияр уже не сдерживался, стонал в полный голос и даже иногда вскрикивал, когда мелкий поганец особенно резко входил в него на всю длину. Светлый, видимо, пребывал в похожем состоянии и что-то бормотал: — ...можно? — Ах! Ах! Что? — Гаияр с трудом сообразил, что светлый его о чем-то спрашивает. — Можно я поцелую тебя? — Твой член в моей жопе, ах, а ты про поцелуй спра... — блондинчик не стал дожидаться окончания фразы и впился в губы Гаияра. Таиэль буквально втрахивал своего случайного любовника в матрас, не прекращая целовать, уже даже не задумываясь, больно тому или хорошо. О Боги, как же это восхитительно! Как же он все-таки счастлив, что родился мужчиной, и у него есть член. Тело под ним несколько раз дернулось, Таиэль понял, что любовник кончил и последовал за ним. Это был самый яркий оргазм, который он испытал за последние годы, а может, и за всю жизнь.